первый снег.

На следующий день я встретилась с Цзи уже в классе. Она преспокойно сидела за своей партой и читала учебник. Суй Цзи действительно была очень прилежной ученицей и училась на отлично, чем, без сомнения, радовала своих родителей и учителей. Перед каждым уроком она чинно садилась за своё место и открывала учебник для повторения материала. Меня это, конечно, восторгало и приводило в шок, учитывая мою успеваемость. Не сказать, что я совершенно забывала про учёбу, но и повесить на меня титул хорошистки было сложно. Я прекрасно знала, что мне стоит больше напрягаться по этому поводу, так как выбор профессии и поступление в университет не за горами, ведь моя мать однозначно хотела бы видеть меня студенткой в каком-нибудь престижном вузе, но моя фантазия на этот счёт пока что не отвечала. Прозвенел звонок. Все снова сели за парты для усердного (или не очень) грызения гранита науки. Уроки снова потянулись нудной вереницей замечаний, реплик учителей и разбора нового материала. Но после уроков тоже особо выдохнуть не удалось — стоило отправиться на тренировку, иначе я бы могла вскоре получить замечание. Кому я вру, замечание я и так получила: моя подруга по несчастью, Ли Линг, была одной из немногих занимающихся в волейбольном клубе. Она была высокой (как и большинство в этом клубе) шатенкой с коротко подстриженными волосами, на тренировках которые обычно были собраны в маленький пучок на затылке. Она была моей одногодкой, но училась в параллельном классе. Ли то и задала мне встряску, встретив не самым дружеским подзатыльником. — Изуми Бао! Где тебя черти носят! — не растерявшись, подлетела она ко мне в раздевалке, чтобы хорошенько отчитать. У Линг был довольно неспокойный и своенравный характер, но она все-таки понимала меня. Обычно в её компании я ходила в парк недалеко от школы, после чего мы заходили в кофейню и сидели там некоторое время. Возможно, у нас и не так много общего, но волейбол стал связующим — я не тот человек, который имеет кучу друзей и знакомых абсолютно везде. — Изуми, черт возьми! Ты слушаешь? — спросила она меня, давая понять, что летать в облаках сейчас не самое время. — Я уже.. Жди меня в зале, — сказала я и стала расстегивать рубашку. Ли кивнула и удалилась из раздевалки. Хлопнула дверь, а я стала переодеваться. Скинув школьную форму, я достала из своей спортивной сумки форму для тренировок. Быстро переодевшись, я подошла к зеркалу и сделала тугой хвост, параллельно рассматривая себя. Лицо человека, что похож на труп и пепельные волосы. Ничем не отличающаяся внешность от девушки азиатки. Жизнь не захотела награждать меня какими-то отличиями или редкими чертами лица, талантами или способностями, которыми я и так не стремилась овладевать. Я была обыкновенной. Я не была гордостью матери, но и не отличалась плохими привычками и не была так плоха в учебе. Я взяла себя за щеки и потянула их в разные стороны. Ох, черт, почему же приходится делать такой сложный выбор почти в начале жизни? Сначала ты должен выбрать какую-то профессию и пытаться попасть в небо пальцем, гадая, смогу ли я поступить и получить образование. Устройство на работу стоит не меньших затрат собственных сил. А потом тебе начинают говорить, не пора ли выйти замуж и завести детей? Кажется, я рушусь уже на первом этапе. Можно смело все перечеркивать и идти рыть себе могилу, чтобы смело лечь в нее в возрасте двадцати лет. Меня часто терзали сомнения по этому поводу, я закрывала лицо руками и начинала думать буквально о всех испытаниях жизни, периодически смешивая пессимистичный настрой с реалистичным. Я сползла по кафельной холодной стене, какие обычно делают в раздевалках. Поджимая к себе ноги, я потерла свое лицо, сразу же едко подмечая, что потом пожалею об этом действии, совершенном грязными руками. Но пучина ужасных мыслей все больше засасывала меня с каждым днем. Черт, надо выбираться из этого. Черт, черт, черт, черт. Я тут же резко встала, озаренная единичным всплеском энергии. Я буквально поплыла к спортивному залу, уже надеясь, что скоро тренировка закончится. Время и правда пролетело незаметно. Волейбол служил для меня некой отдушиной и забытьём после школьных уроков. Я довольно неплохо играла, и, как отмечал тренер, была хорошим центральным блокирующим. Это, несомненно, поднимало мне настроение на некоторое время, я радостно бежала домой и хоть с небольшим, но энтузиазмом делала домашнее задание и некоторую работу по дому, чтобы потом посмотреть или почитать какую то новую информацию о волейболе. Я действительно стремилась к развитию в этом спорте, но, к несчастью, не видела себя в будущем волейболисткой. А потом всё по новой: тренировки, учёба, тренировки, учёба. Приезжала мама, ругалась, что я мало что делаю или не делаю вовсе, делала выговоры, жила некоторое время, в основном запиралась в своём рабочем кабинете, а затем снова ехала куда-то. Было грустно и одиноко, не смотря на то, что Суй Цзинь периодически приходила ко мне, или мы шли гулять, чтобы развеять тоску. Она была очень милой и красивой: я никогда не искала свой типаж девушки, и скорее всего, была однолюбом, но, мне кажется, именно в тот момент произошёл маленький щелчок. Где-то в подсознании открылась новая мысль о Цзи. возможно, мы станем не просто подругами. И со временем я поняла почему так случилось: это были отголоски юношества и желание быть любимым, даже слышать элементарные слова о любви было важно. Сейчас это ощущается так, словно мозг схватился за первую возможность быть с кем-то, и не планировал отпускать. В такой легкой апатии я пробыла около половины второго семестра. Суй Цзи, не зная моего обычного настроения принимала это за норму. И вот, когда пол семестра как не бывало, а мама гневно смотрела мой табель оценок и лишь открывала рот, я, заставляя своих вялых тараканов в мозгу бегать, решила начать еще раз. И прямо в тот момент я взяла в руки телефон и решила позвать ее гулять. Ответ пришел не сразу, лишь через двенадцать минут; и все это время я сидела как на иголках, ежесекундно проверяя телефон, все еще сидя с несчастным табелем на коленях. Вечер выдался очень невеселым, даже не смотря на ответ Цзи. Я листала страницу за страницей, ища профессии, подходящие под мои критерии. Вкладок на моем ноутбуке стало столько, что он стал зависать, из-за чего я приходила все в более несносное состояние. На листе бумаги, перетерпевшем несколько изрядных скомкиваний, появился скромный список профессий, ВУЗов, предметов для сдачи и возможностях работы. Глазами, уставшими от долгого взгляда в монитор, пробежав еще раз по тексту, я неудовлетворенно замычала и отключила ноутбук, давая и ему отдохнуть, а сама откинулась на спинку стула, отдаваясь течению своих мыслей. В этот момент зашла мама, удивленно рассматривая эту картину. — Изуми. Постарайся пожалуйста. Этот год очень важен,— она смотрит на меня со спины, но я даже не открываю глаза. — Я стараюсь. Могу ли я отдохнуть хоть немного? — наконец выпрямляюсь и разворачиваюсь лицом к матери. — Не запрещаю. Но когда ты начнешь готовиться к экзаменам? У тебя остался год. Если ты не успеваешь, ты можешь не ходить на волейбол, это необязательно, — тон становится чуть ниже и тверже. — Не могу, у нас скоро матч.. Но после него.. — — Изуми, я повторяю, не забывай про учебу, — обрывает и игнорирует мою фразу, едва повышая голос, а затем уходит, слегка хлопая дверью. Я устало выдыхаю и падаю на кровать, поджимая ближе к себе ноги и заматываясь в плед. "Зато с Цзи завтра встречусь.." Устало улыбаюсь и закрываю глаза.

***

Ночь проходит даже без пробуждений, я встаю весьма отдохнувшей и даже улыбаюсь предстоящему дню, вспоминая обещание Суй Цзинь. В предвкушении смотрю на время, а затем бегу собираться; дома очень тихо и пустынно, что я нарушаю при каждом своем движении. В тот день решила даже омлет приготовить, который воодушевленная я весьма быстро сделала и даже не сожгла. Расчесала свои угольные пряди, забрала передние в пучок. Времени было еще предостаточно, но девушка чувствовала непреодолимый мандраж и беспокойство, из-за чего решила выйти намного раньше. Влезла в балахонистые джинсы. Черный топ, поверх белая рубашка; в общем-то, выглядела очень даже хорошо и чувствовала себя также. День выдался прохладным и солнечным, из-за чего надела еще и толстовку. Апрель радовал безоблачным небом и умеренной температурой, что было безусловно по душе для долгих прогулок. Каждый день открывал новые возможности для наслаждения уютной атмосферой апрельских дней. Хотелось броситься в эту пучину безмятежности и тихого счастья, лишь наблюдая за городом. Мягкие теплые лучи солнца настроили меня на позитивный лад, поднимая настроение и даря чувство счастья. Хотелось наслаждаться каждым мгновением. Тем не менее, погруженная в свои мысли, я миновала несколько улиц и оказалась возле места, где мы договорились встретиться. На сколько я помнила, Суй Цзинь жила буквально в паре домов отсюда, поэтому опиралась при выборе места именно на это. Здесь располагался небольшой парк с красиво оформленными аллейками, несколько лавочек и комбини, а на противоположной стороне за стволами и молодой зеленью деревьев виднелась кофейня с большими панорамными окнами в европейском стиле. Перейдя дорогу к круглосуточному магазинчику, я заметила Суй: она стояла, едва покачиваясь с пятки на носок и смотрела исключительно на парк. Она выглядела очень нарядно, но с тем же лаконично в берете, теплом кардигане и юбке. Она показалась мне безумно милой. Впрочем, как и всегда. Не став терять время, я спешно подошла к ней, маша рукой. Она улыбнулась, увидев меня, помахав в ответ. — До-оброе утро! Как ты? — улыбка словно застыла на моем лице, восторженно глядя на Цзи. Мне всегда нравилась она своим элегантным вкусом и поведением.. Она словно была хрупкой куколкой, которую надо оберегать и любить, что я охотно согласна была делать. Хотелось ласково прижать её к себе, уткнуться носом в мягкие пшеничные волосы, обвить её своими руками, а затем поцеловать в лоб. Я смущалась таких ассоциаций от самой себя, но, тем не менее, не озвучивая их, оставалась смелой. — Изуми! Я так соскучилась, — едва восторженно произносит она и ныряет в мои объятия. — у меня есть для тебя маленький подарок, — Цзи улыбается, сразу начиная доставать что-то из своей сумочки. Я удивилась, получив в руки небольшой набор милых автоматических карандашей и набор стикеров с кроликами. Это заставило мои щеки стать пунцовыми, а саму улыбнуться. Именно такие мелочи, незначительные детали влюбляли меня в Суй Цзинь. И, хоть я не осознала это именно в тот момент, необратимый процесс уже зачинался. — Ох, мне так неловко и приятно одновременно.., — я качаю головой, но тут же сгребаю её в охапку и обнимаю, словно стараясь передать всё своё тепло ей. — Это так.. Настолько мило.., — я уже стала запинаться, всё ещё держа в руках презент. Я была польщена и, наверное, почти в первый раз почувствовала то ощущение, когда тебе дарят самые незначительные вещи, но просто так. Становится тепло на душе, и ты чувствуешь, словно ты правда кому-то нужен и сделал что-то хорошее. — Я не могу принять, — смущаюсь еще больше и протягиваю свои ладони назад. Суй в ответ на мои словесные заикания лишь невинно улыбается и закрывает ладони, отдавая назад. — Я буду очень рада, если ты примешь. Мне будет приятно, — она по-доброму смеётся, отвечая на мои новые внезапные объятия. На моих глазах наворачиваются спонтанные слезы счастья, которые я не могу как-то объяснить или оправдать. Совсем уже расчувствовалась. Под рёбрами скребется неприятное чувство понимания этого. — Спасибо, любимая, — я сама не замечаю как включаю в свой разговор такое слово, а Цзинь, вроде бы, не против. Мы начинаем прогулку, возвращаясь к скверу. Место очень тихое, ведь сегодня выходной, а район скорее относится к спальным, поэтому тишину нарушают лишь звуки ветра, щебетание птиц, а также редкие проявления здесь машин и людей. По парку гуляют лишь пожилая пара и мы, изредка можно заметить случайных прохожих, которым сейчас точно не до созерцания, даже не смотря на воскресенье. Конечно, и мне стоило перенять деловитость подобных людей, усерднее занимаясь своим будущим, а также приступить к подготовке к экзаменам, но я, к счастью, выбираю Суй Цзинь, и вот мы медленно прогуливаемся по парку, неспеша переходя с одной темы на другую. Бóльшая часть моей шумной личности смягчается, расслабляясь в присутствии девушки, которая как вгоняла в алую краску, так и юбаюкивающим голосом вела беззаботный диалог. — О, не хочешь зайти перекусить? Тут есть небольшая кофейня. — я улыбаюсь девушке, а затем показываю рукой на небольшое уютное заведение. — Я только за, — она смеётся, идя прямо к нему. Цзи смотрится очень гармонично на спокойном фоне пастельных тонов кофейни. Мне нравилось наблюдать за ней. Как она мечтательно смотрит в панорамное окно, пьёт свой лавандовый раф и смущается, замечая меня и мой взгляд. В заведении мы большую часть времени лишь молчим, погружённые в свои мысли. Я нехотя вновь начинаю думать о несладких перспективах после окончания школы. Вдруг я вспоминаю про не большой подарок Суй, спонтанно доставая его и начиная разглядывать. Хм.. Я нехотя хмурюсь, вновь думая о профессии. — Цзи, ты уже решила, куда хочешь поступать? — вопрос не заставляет себя долго ждать, сразу обращаясь к девушке. — М-м.. Я долго над этим думала, но мне ближе всего ботаника или селекционерство. Думаю, пойду в научно-исследовательский,.. а может, в аграрный — улыбается она, а я сразу представляю её дом или комнату как мини оранжерею со шкафом в котором она выращивает растения или занимается гидропоникой.. В целом, я не сильно тогда интересовалась биологией, поэтому моё воображение очень смутно, но красочно описало её место. — Это.. Интересно, — меня, конечно, задевают и угнетают слова о том, что Суй думает о профессии уже давно, и я подитаживаю, что она, видимо, по наставлению родителей, выбирала профессию класса с восьмого. — А ты? Может, уже готовишься к экзаменам? — вопрос смущает меня, учитывая то, что я буквально прямо в этот момент думала уже над новым вариантом. А вот она, наверное, уже полгода готовится.. — Я..? Хе-хе, если честно, — я неловко посмеиваюсь и чешу затылок, — прямо сейчас в голову пришла мысль о карьере архитектора. Я раньше и в художественную школу ходила, — у меня собирается пазл, и я начинаю вздыхать спокойно. — Это очень интересно!! Может, как нибудь покажешь свои работы?? — Суй Цзи, видимо, так понравилась моя идея, что у неё едва не загорелись глаза, а я с досадой понимаю, что у меня из хороших работ — только несколько натюрмортов, много хлама в виде бумаг с черчением, а также один пейзаж с синтоистским храмом. И ещё пометка: я ходила в художку последний раз в шестом классе. И руки то, непременно много чего забыли. Я вспоминаю этот казус, уже сомневаясь в своём решении. Конечно, можно сидеть и чертить всё лето в проекции и продолжать заваливать комнату различными бумагами.. А может, и что-то получится. За эти пару секунд я всё прокручиваю в своей голове, как никогда уверенная в своих мыслях и действиях. А ведь всё началось с автоматического карандаша от Цзи.. — Спасибо тебе большое! — на радостях я обнимаю её ещё раз, понимая, что это точно не единственное в чем поможет ей блондинка в жизни. По крайней мере, я хотя бы надеялась. — Ох, не стоит! Это же всего карандаш.. Я хотела, чтобы ты не скучала во время подготовки к экзаменам, — она немного грустно улыбается, и я понимаю, что не одна переживаю на счёт этой важной темы. — Давай я заплачу и мы пойдём, — я становлюсь очень вдохновленной и уже бегу оплачивать наше кофе. Сначала Суй Цзинь хочет сопротивляться, но потом замечает мой уверенный настрой и перестаёт. Кажется, она даже удивлена такой простой ситуации, из-за которой я так радуюсь. Мы вместе идём к выходу, и глаза Суй уже повторно начинают блестеть. Я оборачиваюсь и вижу её у автомата с игрушками; она восхищённо разглядывает большие плюшевые рыбки — пуноппаны, что безмерно удивляет меня. Я иду к автомату со своей новой решительностью, сразу закидывая двести пятьдесят вон. Цзи становится моей болельщицей, каждый раз поддерживая, когда автоматическая рука хватает плюшевую игрушку и несёт к отверстию, каждый раз с разочарованием наблюдая за упавшей игрушкой. Я нещадно трачу наличные купюры, убивая их на десяток попыток. Когда мой бумажник внезапно пустеет, я растерянно делаю последнюю попытку и понуро опускаю голову, боясь, что разочаровала Суй Цзи. Она не то, чтобы сильно опечалена, даже скорее меньше, чем я, но ободрительно хлопает меня по плечу: — Не переживай так, в этих автоматах редко удается что-то достать.. — — Но ты так хотела этот пуноппан.. У тебя были такие горящие глаза, — я еще немного сверлю треклятую машину взглядом и уже хочу уйти, как меня окликают. — Девушка, м-м.. Вы так старались, возьмите пожалуйста хотя бы брелок, — я смотрю на баристу, а затем на болтающийся в ее руках брелок. Тоже с пуноппаном, кстати. Я неловко благодарю добродушную девушку, кланяюсь и отдаю милую побрякушку Цзи; она явно ее оценила. — Изуми, это очень мило! Я прикреплю его себе на рюкзак! — этот внезапный подарок, а может кофе, взбадривает и веселит блондинку, заставляя вести себя энергичней. Мы выходим из небольшого заведения.