Не забывай меня

«Я сделал всё правильно», — продолжал убеждать себя Гарри, едва сдерживая слёзы. Видеть взгляд своего возлюбленного, наполненный болью, видеть осознание в глазах Драко, когда Гарри начал произносить заклинание, видеть его опадающее на холодные камни тело, осознавать, что больше никогда не увидишь эту прекрасную влюблённую улыбку на его лице — было невероятно больно. Хотя что уж тут горевать, Гарри вообще больше ничего не увидит. Не только счастье в глазах Драко, когда он узнает, что война закончилась, но и радости друзей. Стереть память было не сложно, было сложно заставить себя поднять палочку и вспоминать вместе с Драко их первый поцелуй, первую ночь, мечты о будущем, прежде чем всё бесследно стереть. Жаль нельзя применить Обливио на себе. Хотя скоро это перестанет быть важным. На губах до сих пор стояли последние произнесенные слова, сказанные подлетевшей к Драко Гермионе. «Позаботься о нём». Девушка, махнув своими каштановыми волосами, подняла голову и коротко кивнула, одним движением сбросила с глаз слёзы и крепко обняла Гарри напоследок. Внутри него всё оборвалось, тропу по которой он продвигался вглубь леса уже было плохо видно из-за накопившихся в глазах слёз. «Зато ему будет не так больно. Я сделал всё правильно». Гарри незаметно для себя вышел на поляну, где его уже давно ожидал Лорд. Он что-то говорил. Кажется смеялся, унижал, но Гарри было наплевать. Перед глазами всё ещё был Драко, который смотрит на него и не верит, что Гарри способен на это. Снова и снова. «Быстрее. Убей меня быстрее», — только и думал Гарри, надеясь лишь, что там, куда он попадет будет просматривать их совместные воспоминания с Драко, оставленные только ему одному. Малфою он оставил лишь воспоминания сотрудничества с Орденом Феникса, доказательства помощи Светлой стороне, чтобы ему было не так сложно понять кто он, когда всё закончится. Да и Гермиона — в любом случае поможет оправдать его в суде. Гарри надеялся лишь, что стёр все их поцелуи, все их переглядывания, их настолько страстные ночи, порой больше похожие на драку, которых тоже было много, ещё когда они учились на младших курсах. Будет забавно, если среди множества драк и стычек Драко будет помнить их умопомрачительный секс. Он улыбнулся, вызывая недоумение окружающих и в особенности отца Малфоя, который сейчас с двойной тревогой смотрел на происходящее, и почти что пропустил летящее в него проклятие. Зеленый луч занял все видимое пространство, стирая не только все воспоминания, но стирая с лица земли и самого Гарри Поттера и, к счастью, его боль. *** — Лорд Поттер! Можно еще один вопрос? — журналисты наперебой пытались докричаться до него. Гарри одним движением руки утихомирил толпу и указал на молодого парня-журналиста, едва старше, чем он сам. — Какие у вас дальнейшие планы на жизнь? Победили Тёмного Лорда, дважды пережили смертельное проклятье. Что дальше? Гарри ухмыльнулся. Вокруг него летали зачарованные колдокамеры, которые всё же не решались приблизиться к нему ближе, чем на два метра. Гарри поднял взгляд и увидел, как на противоположной стороне улицы в Косом переулке, на балконе второго этажа, опираясь на перила и подкуривая очередную сигарету, стоял Драко Малфой, небрежно набросив мантию на плечи и просто смотрел. Гарри с грустью ему улыбнулся, но тот лишь весело подмигнул ему. Драко Малфой похоже был счастлив, его точно не тяготили сомнения по поводу их отношений. Гарри еще раз глянул на сигарету в его руках и понял, что убил бы Малфоя в прошлом за такие гадости, но сейчас никто ему не указ. Поттер перевел взгляд на журналистов, ожидающих его ответа. — Я буду исправлять ошибки. Гарри проверил наличие флакона во внутреннем кармане, куда сегодня утром поместил Их воспоминания. Малфой уже ждал его в назначенном месте, в ресторане точно напротив того места, где проходила пресс-конференция. Уж больно быстро он согласился на встречу, может всё-таки Гарри случайно забыл стереть пару приятных воспоминаний? А может невозможно стереть любовь даже с помощью Обливио? — Всем спасибо за встречу! Гарри махнул мантией, прошитой внутри теплым бархатом, самое то в эту холодную осень, и с тяжелым сердцем спустился с трибуны. У него всё ещё не было уверенности, что Драко поверит ему, что увиденное заставит Малфоя вновь полюбить его и… что Драко простит ему принятое за них двоих решение. Но он надеялся.