Песнь Авроры

Всё, что у нас когда-либо было, — это голод

aurora - hunger

Сяо резко открыл глаза, мгновенно приподнимаясь на локтях. Его голова гудела, в ушах застыл шум волн, и в горле пересохло. Он сглотнул, стараясь проглотить комок в глотке. Что это было? Луна уже собиралась передавать свое место на небосводе утреннему солнцу, и щеки Якши были мокрыми от росы. Его копье лежало немного поодаль от него в траве, а сам он лежал на том же месте, где напал на Аврору. – Твою мать… – пробормотал он, резко вскакивая на ноги. Он пытался вспомнить, что произошло перед тем, как он провалился в сон. Девушка, пляж, солнце в зените, ее холодная рука в его руке, песня… Песня. Она усыпила его своей песней, подобно тому, как усыпила дворовую собаку. Сяо бегло оглянул свое тело, проверяя не сделала ли она с ним что-нибудь, пока он был без сознания: Маска на месте, Нефритовый Коршун в метре на земле, все его атрибуты с ним, кроме… Ран и царапин, полученных ранее в битве за спокойствие жителей Ли Юэ. Внутри него была целая смесь чувств, которые перебивали друг друга. Ему было до жути интересно (в чем он даже сам себе признавался с трудом), ужасно страшно, и он был невероятно зол. Никто не имел права подвергать его жизнь такой опасности, потому что даже если она не хотела причинять вреда его бессознательному телу, наверняка захотели бы демоны, и это была невероятная удача оказаться в таком загадочном сне уже после расправы над ними. Еще внутри него было какое-то новое, странное чувство… Будто он уже встречал нечто подобное. Будто дежавю. Адепт отчаянно пытался вспомнить, когда он мог столкнуться с подобным, но это исчезло из его памяти примерно также, как последние мгновения бодрости на ярком пляже. *** Аврора сидела на сыром бетонном полу, из трещин которого просачивался мох, отчаянно пытаясь пробиться через твердую поверхность наружу. Зеленые прожилки растительности придавали этому месту атмосферный вид, словно эта комната была из сказки, из старого замка принцессы. Но это была не сказка. С потолка свисали ржавые, полуразрушенные временем цепи, через трещины на потолке капала вода, в воздухе пахло сыростью и плесенью, а мокрицы деловито бегали по стенам, занимаясь своей обычной жизнью. Девушка невольно задумалась чем она от них отличается. Мокрицы в природе помогают лесу, очищая его от гниющих листьев и коры, но как только попадают в дом к человеку, становятся паразитами, которые при нехватке пищи уничтожают все на своем пути. Прямо как Аврора. У нее не было ни родителей, ни друзей, ни собственного дома. Она не знала, было ли у нее вообще что-либо, что можно было бы назвать собственным, кроме постоянного, мучительного чувства голода, которое она старательно подавляла каждый раз, когда попадала к людям. Даже имя она придумала себе сама. Аврора… Она услышала это слово первый раз, когда только появилась на свет, и тогда ее голод был запредельным. Она шныряла по ночным улицам Ли Юэ, украдкой заглядывая в каждое окно. Только… Еще один разочек… Остановившись перед домом практически на окраине, она постучала в дверь. За ней послышалось копошение, и спустя несколько десятков секунд она услышала женский голос. – Кто это? – Мне нужна помощь… – сказала она, продолжая настойчиво стучать, – Пожалуйста, помогите мне… Из окна рядом с дверью выглянула молодая девушка. Светлые волосы, веснушки на аккуратном носу, хрупкое телосложение, гидро Глаз Бога… Тогда еще безымянная девушка слегка улыбнулась. Это была идеальная возможность. Когда лицо светловолосой скрылось за занавеской, через пару секунд открылась дверь. Владелица дома немного опешила – грязная, серокожая девушка перед ней выглядела действительно жалко, и в хозяйке заныло чувство долга. – Проходи. – быстро пробормотала она, впуская незнакомку внутрь, про себя отмечая узнавание этой девушки. Она определенно где-то видела ее, возможно, она была клиентом ее магазинчика когда-то давно, а возможно, это было просто ложное чувство, которое подкинул ей сонный мозг. – Мы знакомы? – пробормотала она снова, глядя на девушку, пока та с интересом рассматривала каждый уголок дома, – Как тебя зовут? Да, ты знакома… Но не со мной. – Меня зовут… – взгляд девушки задержался на книжной полке, судорожно выискивая примеры на корешках книг, и тут она увидела одну сказку под названием «Аврора. Спящая красавица», – Меня зовут Аврора. – Красивое имя… – прошептала хозяйка дома, с подозрением сопровождая ее взгляд своим. Она напряглась, хоть и не подала виду – это было бы невежливо. В конце концов не все, кто придумывает себе имена, являются преступниками, возможно, они бегут от чего-то или кого-то, – Я Сюин. Что с тобой произошло? – Мой… Мой любимый выгнал меня из дома пару дней назад… – соврала она, и ее серые щеки предательски покраснели, что она попыталась скрыть, прикрывая лицо рукой. За месяц присутствия ее в людском мире она научилась повадкам людей, но так и не научилась врать. – Какой ужас! – воскликнула хозяйка, списывая ее румянец на стыд за нужду в помощи, и подошла к ней с мягкой улыбкой на лице, – Вы можете переночевать здесь, а завтра мы с вами обратимся к Миллелитам, я уверена, они не оставят это без внимания. А пока что мой дом – ваш дом. Незваная гостья улыбнулась, почувствовав внутри укол стыда. Она пользовалась доброжелательностью этой девушки, чтобы удовлетворить свои потребности, врала ей. Она действительно не хотела причинять ей вреда, но ее голод был слишком мучителен, чтобы его игнорировать. – Можете принять душ, а я постелю вам на диване. Наверное, вы голодны? Да, и ты не представляешь насколько. – Нет, я не голодна… – прошептала Аврора, завороженно глядя на Сюин. Через полчаса она уже вышла из душа, и не сводила свой взгляд с хозяйки дома. Внутри нее была смесь отчаяния и желания. Она не хотела так поступать, но не могла оставить начатое. – Вот твоя постель. Я пойду спать. Отдохни хорошо, Аврора, а завтра я помогу тебе. – Сюин широко улыбнулась, немного кланяясь девушке и пошла наверх, и напоследок бросила через плечо, – Если тебе что-то понадобится, не стесняйся и разбуди меня. Ох, точно понадобится. Аврора легла в постель, накрываясь одеялом, и прикрыла глаза. Несмотря на свою природу, она не нуждалась во сне в обычном его понимании. Так девушка пролежала еще пару часов, просто глядя в потолок и размышляя над своей ничтожной паразитарной жизнью. Когда на часах была уже полночь, она медленно поднялась с кровати и начала подниматься по ступенькам, которые тихо скрипели с каждым ее шагом. Главное, чтобы Сюин не проснулась. Зайдя в комнату, она увидела хозяйку спящей в кровати. Она лежала на боку, тихо посапывая, и ее грудь так маняще вздымалась, что Аврора не могла отвести взгляд. По ее щекам потекли слёзы. Она искренне ненавидела свою природу и не понимала, почему обязана так поступать с людьми, чтобы выжить. Животные не давали ей той сытости, которая могла бы поддерживать ее силы. Их сон не имел смысла, им снились обычно примитивные, простые сны. У каких то зверей лучше, конечно, например у собак – на ее памяти это были единственные животные, которым снились чувства, в которых Аврора так нуждалась. Она медленно приблизилась к спящей девушке, и под ее ногами предательски скрипнула половица. Сюин моментально открыла глаза, всматриваясь в темноту. Она испугалась, хоть старалась не подавать виду. – Аврора… Тебе что-то нужно? – проснувшаяся поднялась на локтях, пристально следя за движением в темноте, и к своему ужасу обнаружила, что серые глаза гостьи светились в темноте. – Пожалуйста, прости меня… – прошептала Аврора слегка надрывающимся от плача голосом. Затем послышался крик. Девушка поежилась, вспоминая об этом. С тех пор Аврора носила внешность Сюин, которая стала невинной жертвой ее голода. Даже ее внешность не являлась ее собственностью. – Архонты… – прошептала она, зарываясь лицом в руки. Она все еще сидела в комнате под озером Цинсю, и ее белое платье уже испачкалось из-за грязного, бетонного пола. Лунный свет просачивался в трещины, и громкие капли воды бились об камни. Это было прямое место ее обитания. Ничтожное подобие мокрицы, паразит, даже не человек. Демон. Аврора сама не знала, зачем бежала от Сяо. Возможно, она боялась слишком жестокой расправы, которую мог свершить над ней Адепт, но она точно знала, что заслужила бы все мучения, причиненные его копьем. Возможно, она не хотела умирать именно от его рук. Что-то в Якше притягивало ее. Каждый раз, когда она встречалась с ним, внутри нее разгоралось пламя жажды, пламя странных чувств страха, смешанного с взволнованностью. Она совершенно точно не умела любить. Или умела? Нет. Демоны не любят. Демоны приносят страдания, смерть и боль. Даже она. Тем-более она. Несмотря на то, что Аврора уже пару лет не питалась снами, принося в мир живых спокойствие и умиротворение своим пением, она никогда не смогла бы простить себя за то, как поступала раньше. Ей хотелось смерти. Возможно, просто не такой. Не от его рук. Она сжала в руке фрагмент цепи, свисающей с потолка, и в ее голове всплыли еще одни болезненные воспоминания. Баку. Алатус, прикованный к цепям. Приказы и пытки. И она прямое продолжение этого. *** Ветер мрачно завывал над Разломом, заставляя редкие иссушенные деревья сплетаться ветками. Они скрипели и раскачивались, придавая этому могущественному месту ещё более пугающий вид. Адепт Сяо сидел на нависающей над пастью пропасти скалой, свесив ноги. Его маска висела у него на поясе, источая черный дым вокруг себя, копье было сжато в его руке в полной боеготовности, будто он ждал появления опасности. Нет, он не ждал. Он хотел. После их встречи прошла уже неделя, но из-за того странного видения, подаренного ему Авророй, он до сих пор не мог отвлечься от чувства спокойствия и умиротворения, точно также, как не мог выгнать это девчонку из своей головы. Ему было необходимо избавиться от этого, иначе он может потерять бдительность и оказаться в смертельно опасной ситуации. Нельзя сказать, что ему было легко отказаться от умиротворения. Он по настоящему жаждал снова ощутить его, избавиться от боли и страданий, хотя бы на минуту. Хотя бы ненадолго оказаться на том самом пляже. И обязательно рядом с ней. Он не признавался в этом самому себе, но ее присутствие даровало ему новое, странное чувство, ноющее в его груди. Он в принципе раньше не чувствовал таких эмоций, тем более, не от присутствия человека рядом. В нем смешалось прекрасное осознание опасности Авроры, подозрения по поводу ее природы и невероятное желание снова ощутить ее руку в своей руке, почувствовать воду омывающую его ботинки и запах цветов, океана и этого ненавистного тмина. Он был готов молиться, чтобы этот чертов тмин не оказался той самой разгадкой, которую он искал. Ему впервые было страшно узнать какую-то тайну. Тем более, ее тайну. Он одновременно искренне надеялся на то, что она окажется достаточно умной, чтобы не попадаться ему на глаза снова, и на то, что она сама его найдет. И надеялся на то, что сможет удержаться от ее поисков сам. Обычно безжалостный Сяо был готов отпустить ее. По крайней мере, до того момента, когда она нанесет кому-нибудь вред. Он поднялся на ноги, глядя вниз и сжимая в руке до боли древко Коршуна. Сегодня было на удивление тихо, что было даже подозрительным, но Сяо впервые за всю его жизнь было безразлично на это. Он пошел в сторону озера Цинсю, уже даже не пытаясь избавиться от образа Авроры в его голове, раздраженно волоча по земле наконечник копья. А затем встал как вкопанный, увидев, что прямо сейчас она стояла на берегу озера, раздеваясь до гола. Все таки она была невероятно глупая.

Я родилась на некоторое время И думаю о смерти Давай, следуй за мной Прочь от ночной жизни Спящая в нирване Я буду тосковать по сточной канаве. Когда я в твоих объятиях Я жажду свободы Во многом мы не похожи Но в каком-то смысле мы такие и есть aurora - hunger