Песнь Авроры

Пять, Четыре, Три, Два, Один. aurora – murder song

Он притянул её к себе и слегка грубо, в своей манере, прикоснулся к ее губам своими. Аврора немного отпрянула, но разрывать этот странный поцелуй не стала. Она отстранилась только когда Адепт сам оторвал свои губы от нее и теперь смотрел на нее тяжелым, но нежным взглядом, будто он одновременно жалел об этом поцелуе и не жалел. – Что… – Аврора выдохнула, немного касаясь тыльной стороной ладони своей щеки, будто пытаясь выгнать румянец с кожи, – Что это было? Сяо улыбнулся уголками губ и сжал ее другую ладонь в своей руке, ни говоря ни слова. Что это было? Он сам не знал. Единственное, что он знал точно, это то, что он хотел бы навсегда остаться на этом пляже. Ни долгов, ни боли, ни демонов. Кроме одного, такого странно приятного сердцу. В прочем, он пока не догадывался. У Авроры внутри был пожар, в котором смешалась боль и чувство вины, взволнованность и страх, сожаление и отчаяние. На ее глаза навернулись слезы, и она перевела взгляд на воду. Она не знала, знал ли на самом деле Сяо с кем сейчас держится за руки или просто предпочитал думать, что не знает. Молчание затянулось, и девушка отпустила руку Якши, за секунду перемещая его и себя в реальный мир, наполненный страданиями. Тело парня обдул холодный ветер, и он поежился. – Спасибо. – сказал Сяо, немного откашлявшись и на его лбу вырисовались привычные морщинки, сигнализирующие о привычном состоянии боли. Аврора, немного замявшись, кивнула и сжала в руке свой фальшивый глаз бога. Что, если он все таки сможет принять ее? Нет, это невозможно. Но она должна сказать правду. До того, как это станет слишком болезненно и для нее, и для него. Якша молча пошел в ту сторону, где оставил свое копье, и вдруг услышал, как девушка произносит его имя. – Алатус… Внутри Сяо что-то рухнуло. Он медленно повернулся к ней и на его лице вместо жестокости внезапно появилась растерянность. Никто его не называл так с тех пор. Нет. Только не сейчас! – Что ты сказала?.. – почти прошептал он, пристально глядя ей в глаза, пока его собственные светились золотым. Аврора промолчала и в ее груди поселилась тревога. Ей было все равно, что последует дальше за тем, как она назовет его старое имя, но то, как он смотрел на нее, заставило ее сердце сжаться от страха. Она сомкнула одну руку в кулак. Сяо выругался мысленно и поймал себя на том, что паникует. В такой ситуации он еще не был, и она казалась ему гораздо опаснее, чем любое другое столкновение с демонами. Он медленно поднял Нефритовый Коршун с земли, не отрывая от нее взгляда. Что ему делать? Он чувствовал себя идиотом. Он знал в глубине души что его все это время обводят вокруг пальца, даже не прилагая усилий для этого. Он хотел, чтобы его обвели, но никогда себе в этом бы не признался. – Стой на месте. – твердо сказал он, но его голос дрогнул посередине фразы. Аврора покачала головой, немного отступая назад, смотря на него с мольбой в глазах. А чего она ожидала? Что Сяо кинется к ней с распростертыми объятиями? К продолжению мертвого Архонта, что заставил его так страдать? Из прошлого своего воплощения она помнила Алатуса безжизненным, жестоким Якшей, которому было все равно на то, как исполнить приказ – он должен быть выполнен. Даже если это означало смерть невиновного. А она была виновна. – Алатус, пожалуйста! – сказала Аврора, и ее голос начал срываться. – Не называй меня так. – процедил он холодно, делая выверенные шаги в ее сторону и сжимая древко копья в пальцах. Каким бы холодным и жестоким он не казался, эмоции накрывали его с головой. Девушка, подарившая ему чувство спокойствия и умиротворения, теперь пятилась от него. Оправданно пятилась. Он должен покончить с ней. Этот долг стоит выше его чувств, выше чувств Авроры, выше любого смертного и бессмертного в Тейвате. Это тот долг, от которого Сяо никогда не отречётся, даже если его исполнение будет последним, что он хотел бы сделать. Но не отречься сложно. Он смотрел в ее глаза, смотрел, как она паникует и как ее глаза наполняются слезами, как трясутся ее тонкие руки, которые она совсем не угрожающе сжимала в кулаки. Ему стало жалко ее. Он вдруг засомневался, заслуживала или она такой судьбы. – Что ты ещё должна мне сказать? – сказал он, бросив напущенный угрожающий взгляд на нее свысока, – Как мне тебя называть, Баку или Аврора? Девушка замотала головой, поджимая губы и продолжая пятиться. Ее ботинки уже были в воде озера Цинсю, хлюпая с каждым ее шагом. Она молчала. – Что ты такое на самом деле? – процедил он и спрыгнул с пригорка, все ближе и ближе приближаясь к Авроре. – Я не хотела никому причинять боли! – крикнула она сорвавшись и ее губы задрожали, – Я не такая, как он! – А какая ты? – прошипел он, моментально оказавшись в двух метрах от нее с помощью портала. В его нос ударил сильный стойкий запах тмина. Медлить было нельзя, но Сяо медлил. Этот разговор мучил его, внутри него все болело и горело огнем горечи, которую он не чувствовал раньше. Он не хотел этого. Он больно схватил ее за запястье, открыл портал и вместе с ней переместился в ту самую подземную комнату с цепями, где когда то был заточен Архонтом Снов. Сяо грубо отбросил ее от себя, чувствуя из-за этого укол вины, и она упала к стене, ударяясь затылком. На ее лице возникла гримаса боли и она села, прислонившись к каменной стене. По ее щекам начали течь слезы. – Не думал, что мы встретимся так, Баку. – сказал он, сглатывая, и направил копье в сторону Авроры. – Я не он… – прошептала она, направляя ладонь в его сторону. – Не смей. – прошипел Сяо.

Он держит моё тело в своих руках, Он не собирался причинять мне вред, И он крепко прижимает меня к себе. Оо, он сделал всё это, чтобы уберечь меня От ужасных вещей, которые ждали меня в будущем. И он плачет и плачет. Я знаю, он знает, что убивает меня из милосердия.

Он знал, что если снова окажется на этом чертовом берегу, то не сможет завершить начатое. Это будет невозможно. Он окончательно привяжется к ней, станет зависимым от ее нежных рук, ее голоса и океана. – Сяо… Пожалуйста, не делай этого. – она замотала головой, с мольбой глядя в его глаза. – Это. Мой. Долг. – ответил он почти по слогам, и его тело затрясла дрожь. Он был должен. Но безумно не хотел этого. Одна мысль о том, что дышащая, живая девушка, даже если она была практически ребенком его мучителя, будет убита его руками, его вымораживала. Демоны, которых он уничтожал каждую ночь, не были похожи на людей. Твари, сотворенные ненавистью, были похожи на изуродованных животных с огромной пастью, истекавшую омерзительной слюной всякий раз, когда они видели людей или его самого. У них не было чувств, сознания, они не испытывали боли и страха. А Аврора испытывала. Ее тело тряслось, безнадежно текли слезы из глаз, которые судорожно метались от лица Адепта до копья, направленного на нее. Она цеплялась белыми пальцами за камни, попавшиеся под руки, и ее губы дрожали. Якша сжал зубы, немного качая головой и опуская тяжелый взгляд в пол. Это не должно было случиться. Точно не так. – Ты убивала людей? – тихо спросил Якша, снова поднимая глаза на девушку и, казалось, его цвет глаз стал темнее. Аврора заметно запаниковала из-за этого вопроса. Она не ожидала, что он его задаст. Больше всего она боялась сказать эту жуткую правду вслух. И дело было совсем не в Сяо, готового пронзить ее копьем в любой момент. Она никогда не говорила об этом никому и старалась не вспоминать. Произнести это означает признать эту ужасную, мучительную для девушки правду. Но и лгать смысла не было. – Да… – выдохнула она, и ее окатила волна душевной боли, сравнимая с переломом всех конечностей сразу. Якша медленно кивнул, сглатывая. Теперь у него не было никакого выбора. Он опустил глаза в пол, и его рука, сжимающая древко копья, мелко дрожала то ли от напряжения, то ли от гигантского чувства вины за его действия. Внезапно Аврора выдохнула и постаралась унять дрожь в теле, сжимая ладони в кулаки, и на ее лице возникла вымученная, фальшивая улыбка. – Хорошо. – сказала девушка и ее ноздри задрожали от того, что она пыталась улыбаться сквозь слезы. Хорошо. Это было слишком для него. Якша отвернулся, до крови прокусывая губу, чтобы сдержать эмоции. Ему казалось, что он сходит с ума. Он подумал о том, что ему было куда легче выносить все кармические муки, чем эту ситуацию. – Аврора.. – выдохнул Сяо, не смотря на нее. – Все хорошо. – перебила она. Адепт посмотрел ей в глаза, его накрыла злость. Она все усложняет. Почему она не может просто убежать? Почему она не может попытаться сразиться с ним? Почему она не может дать очевидный повод покончить с ней? Раз. Злость быстро сменилась чувством опустошения. Когда Аврора боялась, она не источала это чувство спокойствия своей аурой. Она сидела, прислонившись затылком к стене, тяжело дышала и смотрела на Сяо с горькой улыбкой на лице, а по ее щекам текли слезы. Два. Это было по-настоящему тяжело. Три. – Прости… – хрипло выдохнул он и, отвернувшись, чтобы не смотреть, вонзил в ее грудь копье. Комнату осветило яркой вспышкой, и Нефритовый Коршун упал на бетонный пол. Девушка рассыпалась в черный, едкий пепел прямо у него на глазах, и вдохнув его, парень почувствовал тот самый запах, как тогда, в таверне, и упал на колени, обхватывая себя руками и сжимая глаза, стараясь не дышать. Это было гораздо больнее любой раны, любой кармы. У Сяо закружилась голова. Он убил ее. Пепел летал в воздухе, оседая на черные перчатки Адепта и его темные волосы, и Сяо судорожно вытирал руки об одежду, стараясь избавиться от напоминания об Авроре. Он медленно поднялся на ноги, не глядя в сторону черного дыма на том месте, где была девушка минуту назад, поднял свое копье и пошел прочь. Песнь Авроры закончена.

Оружия нет, Как и меня, И я пою. aurora – murder song