Одиночество в тепле

      Ехать пришлось на автобусе. Самый безопасный для парнишек путь. Женщина, сидящая на кассе, даже вопросом не задалась, почему дети одни собираются ехать в другой город. Но Хайтани это только на руку. Ждать пришлось недолго.       И вот, уже посадка. Показав свои билетики водителю, мальчишки прошли в самый конец автобуса, усаживаясь рядом. Риндо садится у окна, а Ран — рядом с братиком. Ран старался закрыть брата в углу, чтобы до него никто не дотянулся.       Поездка началась довольно спокойно. Да, кочки. Да, прохладно, хоть в автобусе и есть какое никакое отопление. Плевать. Сейчас братья едут в новый город, а соответственно, и в новую жизнь.       Думая об этом, Ран не заметил, как уснул, в то время как Риндо спал уже минут десять как.       Ехать пришлось долго. Три с половиной часа. Делали всего две остановки. Кто-то из пассажиров прогуливался, разминаясь, кто-то ходил в магазин за едой. А вот Хайтани сидели на месте. Будто и не двигались. Время будто застыло для обоих. Скорее всего, это чувство возникло из-за того, что они совсем недавно проснулись.       Как сказал водитель — Время прибытия 22:30, а значит скоро придется выходить и искать ночлег. Самый лучший вариант — круглосуточный магазинчик. Ну а где еще? В отеле? Может у какой-нибудь старушки снять комнату или домик? Да, самое то. Только вот милицию сразу вызовут.

***

      Уже полтора часа Ран искал по карте в телефоне любой круглосуточный магазинчик, в который его с братиком могли бы впустить. И вот, наконец-то, удача встала на их сторону.       Зайдя в один из магазинов со светящейся надписью о том, что магазин работает 24/7, Ран тянет братика внутрь. — Здравствуйте! — Парни сразу направляются к кассе. Говорит Ран: — Простите, мы попали в довольно неловкую ситуацию и нам некуда идти. Могли бы мы остаться у вас всего на одну ночь…? Мы заплатим! Сколько угодно, Но пустите нас всего на одну ночь. Прошу вас…       Ран прижимает Риндо к боку, будто не желая, чтобы его кто-то трогал.       Мужчина на кассе неспешно отводит взгляд от своей газеты, смотря на двух мальчишек. Пара секунд раздумий, после чего он все же спрашивает: — Сколько у вас есть? — Две тысячи йен, О-сан.       Ран неторопливо протягивает мужчине одну купюру в две тысячи, смотря мужчине в глаза. Конечно, денег у них намного больше, чем эти жалкие две тысячи, но нужно ли мужчине об этом знать? Конечно нет.       Продавец выглядит отвратительно. Толстый мужчина в очках, небритый. В заляпанной маслом футболку и попахивает от него. Ран всегда презирал таких людей. Он чем-то был схож с их отцом. Такая же свинья, которой нужно лишь одно — удовольствие.       Мужчина с наглой улыбкой берет деньги, но после сглатывает, в один момент превращаясь в серьезного дядю. — Этого мало, мальчики. Если останетесь еще на одну ночь — придется заплатить вдвое больше. Поняли?       На этот вопрос Ран лишь кивает, а Риндо прижимается к брату.       Недолго думая, мужчина поднимается со своего стула, который уже буквально проседал под ним, после чего вышел из-за кассы, направляясь сначала к парадной, закрывая ее на ключ, а после поворачивается к мальчикам. Кивнув головой в сторону, продавец направляется, кажется, в подсобку. И ведь верно предполагал старший Хайтани.       Вот они уже преодолевают лестницу вниз, после проходят к самой важной части подсобки — дивану. — Можете остаться тут, но всего на одну ночь, мальчики. Не более. И ты…       Мужчина показывает на Рана пальцем, подзывая жестами к себе.       Ран уверяет Риндо остаться тут на пару минут в одиночестве. Риндо ему верит и доверяет, поэтому остается на месте, смотря на то, как старший братик уходит вместе с жирдяем.       Поднявшись обратно на первый этаж, мужчина ведет парня к туалету. Во всех магазинах они ведь есть. А зачем ведет? Разве не понятно? Ран, хоть и не совсем взрослый, но все уже понимает и ему очень противна эта ситуация. Ну а что поделать?       Зайдя в уборную, продавец садится на унитаз, смотря на Рана. — Я уверен, что ты все понимаешь. И понимаешь то, что я скрываю несовершеннолетних детей у себя в магазине. Я в любой момент могу набрать полиции и все. Вас обоих тут больше не будет.       Мужчина ухмыляется, снимая очки. Протерев линзы футболкой, натягивает их обратно на лицо. — Ты ведь понимаешь, что нужно сделать для О-сана, чтобы он был добрым и его ручки не добрались до телефона? — Конечно.       Ран даже не вздыхает. Он знал, что такое может произойти и морально готовился ко всему.       Сев на пол меж ног мужчины, блондин начинает расстегивать джинсы мужика, пристягивая с него трусы.       Боже, как же от него воняет. Уже сейчас тянет блевать только от запаха и вида. Волосатый толстый хер. Он короткий, а значит Рана будут вжимать носом прямо в лобок. Хайтани молился. Лишь бы рвотный рефлекс от запаха не начался. Боже, помилуй.       Прикрыв глаза, парень берется за эту штуку, от чего мужчина возбужденно выдыхает. Боже… Как же это противно… Вкус, запах, смех и стоны мужика. Все это просто отвратительно.       Но как же Ран был рад, что продавец скорострел. Прошло от силы минут семь, а лицо Рана уже было в белой жидкости, которая стекала по лицу.       Вновь ухмыляясь, мужчина встает с унитаза, застегивая свои джинсы. — Пойдем. Возьмешь в магазине салфетки и поесть чего-нибудь. Себе и братику. Приходи, если еще что-то понадобится.       Ран так и поступает.       Хайтани спускается вниз уже с чистым лицом, а в руках находятся две бутылки воды, две коробочки с лапшой быстрого приготовления, а так же пачка печенья. Этого хватит на вечер. Но вот только завтра Ран возьмет еще немного еды, по другой оплате, а после мальчики свалят. Нельзя здесь оставаться. Только одна ночь.