The mind is powerless before the cry of the heart

Молодой человек поправил кружева на рукавах и нервно дёрнул скрученную прядь волос парика, закрывающую уши. — Ну и клоун, — буркнул Том Реддл, крутясь перед зеркалом. Удивительно, как богатая одежда могла преобразить обычного пирата в важного джентльмена и воспитанника семьи Дрейк. Единственный плюс во всем этом костюме — длинная куртка, которая доходила до колен и имела большие карманы, куда можно было спрятать хоть половину своего состояния, хоть большой ассортимент оружия. Молодой человек чувствовал себя комфортнее, когда под рукой был кинжал или пистолет, которыми он мог бы воспользоваться. Том в какой-то момент вспомнил о том, что предшествовало его появлению на корабле Дрейков. Он бежал из Австралии на торговом корабле, который попал в шторм. Сначала ему казалось, что это он «наколдовал» непогоду, которая выдернула его из его времени и закинула в прошлое. Уже позже, когда Том поправился, то попробовал наколдовать очередной шторм, чтобы вернуться назад, но даже ветер не поднялся. Поэтому он отставил попытки «колдовать», но вот вернуться домой Том бы очень хотел. У него осталось там незавершенное дело! — Клоун, — вздохнул Том и отошёл от зеркала, не желая больше наблюдать себя в непривычной одежде. Он аккуратно присел на табурет, откинув полы куртки, чтобы не помять. Том взял в руки пергамент с картой, которую они в детстве рисовали с Френсис. Одним из вечеров подруга рассказала о том, как в дом проникли бандиты, когда ей было чуть больше пяти лет. Это произошло в рождественские праздники. Родители с гостями уехали в охотничий дом, а в поместье остались одни дети. С тех пор Френсис окапывалась в своей спальне в окружении оружия, которое привозил ей отец. И Том не сомневался, что и сегодня на праздник она прихватит что-то из своего арсенала. — О мой верный Делмар! — шурша юбками, вплыла в его спальню подруга детства Френсис. — И тебя нарядили! Том усмехнулся привычному обращению, из-за которого почувствовал соленый бриз на губах и скрип под ногами палубы фрегата «Полет Смерти». Появления девушки хватило, чтобы пропали удушливый запах духов и тяжесть парчового костюма. Он смог вздохнуть свободнее и спокойнее, а тревоги отошли на задний план. Возможно это не он — колдун, а Френсис — волшебница? — Они спрятали твои каштановые кудри, мой верный Делмар! — расстроенно протянула Френсис, и даже приложила платочек к уголку глаза. — Отец обещал, что мы не будем участвовать в этом празднестве! А сам… — Ты же хотела потанцевать на балу, — не забыл напомнить Том, разглядывая девушку. И было на что смотреть. Френсис Дрейк, которую он последние полгода видел только в мужском костюме, шляпе и со шпагой в руках, стояла в шикарном бальном платье, которое прекрасно подчеркивало стройность ее фигуры и загар, полученный во время странствий. Вот и сейчас девушка крутилась, как самая обычная аристократка, перед зеркалом и поправляла то складки на подоле, то кудряшки в прическе. «И как она могла так бесстрашно бросаться в бой? Совершенно не страшась смерти?» — пронеслась мысль у Тома. О чем он и спросил: — Почему ты не боишься погибнуть? — Погибнуть? — она обернулась и удивлённо посмотрела на него. — Я всегда слышала фразу отца: «В такой день и умереть не жалко», когда он рассказывал о своих приключениях. В моей крови течет пиратский дух и соленое море, поэтому я совершенно не мыслю себя сухопутной крысой. — Но неужели тебе совершенно не страшно? — Ох, Том, — она подошла и взяла его в лицо свои ладони, — смерть, конечно, большое несчастье, но все же не самое большое, если выбирать между ней и бессмертием. Френсис возвышалась над ним и смотрела своими пронзительными глазами прямо в его душу. Он просто чувствовал, как она слой за слоем искала то, что его беспокоит. Вот уж точно потомственная воительница и внучка самого опасного английского пирата. Если она в пять лет не побоялась сражаться с опасными ворами и бандитами, то и смерть для нее просто очередное приключение. Том задавался вопросом, почему он, тот, кто боится смерти, пошел за ней на корабль? Подвергал раз за разом себя опасности? А еще Том мечтал жить вечно! — Но разве плохо жить вечно? Френсис мягко улыбнулась и провела своей ладошкой по его щеке. От ее прикосновения душа, находящаяся в смятении, успокоилась. Сейчас девушка была больше похожа на заклинателя змей своим внимательным взглядом, движениями и чарующим голосом. Френси Дрейк определенно была волшебницей! — Остаться в одиночестве очень страшно, а вот оставить о себе легенды и сказания — лучшее что можно сделать. Мой дед покорял моря, волочился за Королевой. Слава о нем не погаснет ещё многие и многие века. При словах о Королеве Том усмехнулся, вспомнив что в поместье Дрейков говорили о Френсисе и Елизавете, которая являлась бабушкой Френсис. Это было для Тома странно, но привычно для всех Дрейков. И то, как произносила эта семья имя Королевы — было так нежно и по-семейному, что сразу можно было понять то, что речь идет о важном и любимом члене семьи. И о нем, Томе Реддле, парне без имени и родне за спиной, говорили так же сердечно. Ни с кем другим Том не чувствовал себя таким счастливым. — Человек умирает тогда, когда умирает последнее воспоминание о нем? — понял мысль подруги Том. — Так точно, мой верный Делмар! А теперь нам предстоит Рождественский бал! Том встала и предложил руку Френсис. — Леди? В этот вечер, да и в остальные Том больше не задумывался о смерти. Он спешил оставить о себе как можно больше воспоминаний и легенд, чтобы имя Тома Реддла звучало на просторах морей и океанов, будоражило кровь испанским и прочим кораблям!