Кто тебя выдумал?

      Положив омегу аккуратно на кровать, он также, как и до этого, навис сверху. Парень под ним распереживался от всего этого сексуального давления альфы и начал копошится, пытаясь снять свою одежду. Руки позорно затряслись. Нет, он не боялся, он хотел этого. Просто это было очень волнительно и он слегка переживал. Переживать же нормально?       Андрей схватил его руки, пытающиеся снять толстовку и томно прошептал на ушко:       -Я сам, солнце. Просто расслабься и получай удовольствие. - Затем последовал поцелуй в мочку уха, затем шея, ключицы. Секунда, и его толстовку стянули, бросив куда-то в сторону. Ещё через секунду, куда-то улетели штаны. А спустя ещё пару секунд, омега остался совсем нагим.       Оставшись без защиты парень постарался прикрыться, но его руки убрали, зажав над головой. Андрей любовался этим чудом, который смущённо дрожал под ним. Он потянулся губами к соскам, и вобрав один из них в рот начал посасывать. Провёл языком по чувствительному ореолу. До его слуха донёсся едва уловимый тихий стон. Он поднял взгляд и увидел как Серёжа, прикрыв глаза, закусил губу от удовольствия. Приняв это за добрый знак, Андрей, лизнув грудь парня в последний раз, спустился ниже и взял в руки чуть привставший член парня, начав медленно надрачивать.       -Тебе приятно? - спросил Андрей и получив в ответ удовлетворённое мычание, раздвинул ножки омеги и поцеловал внутреннюю сторону его бедра.       Он подставил один из пальцев к сжавшемуся сфинктеру парня и принялся размазывать обильно вытекающую естественную смазку вокруг колечка мышц. После, он аккуратно вошёл в парня одним пальцем и поднялся чтобы поцеловать его. Серёжа застонал в поцелуй, сжавшись вокруг его пальца сильнее.       -Ещё.. - на выдохе произнёс омега и притянулся за очередными поцелуями. Всё это казалось таким нереальным. Невозможным. Альфа притягивал его к себе, будто боялся упустить, и проталкивал пальцы глубже, заставляя всё нутро омеги дрожать.       Спустя пару минут, Андрей двигался внутри Серёжи уже двумя пальцами раздвигая их на манер ножниц. Он дотронулся до простаты юноши и получил в награду сладостный протяжный стон. Это первый громкий и несдержанный стон, который приводил альфу в восторг. Такой развязанный, такой горячий и желанный парень под ним и весь его.       Андрей, решив, что омега готов, вытащил пальцы, освободил себя от одежды и подставил головку к входу. Он блуждал руками по его телу, огладил его бока, бёдра, талию и грудь. На груди он задержался дольше. Он начал медленно теребить руками сосочки, доставляя массу удовольствия Серёже. Расслабив омегу, он начал медленно входить. На глаза омеги навернулись слёзы, от чувства заполненности больно не было, но как-то непривычно натирало.       -Потерпи, солнце. Тебе понравится, обещаю. - Андрей принялся бережно сцеловывать слёзки с заплаканного лица. - Ты прекрасен, мой принц.       Он пока не двигался и ждал согласия своего партнёра. Спустя пару минут омеге стало полегче и юноша, устав лежать словно бревно, начал сам насаживаться на член своего альфы, что было очень неожиданно для обоих. Андрей схватил его за бедра и начал плавно входить. Все его движения были плавными и медленными. Он старался причинить минимальный дискомфорт Серёже, а вскоре и вовсе заменить его сплошным удовольствием. Постепенно темп стал ускоряться. А через пару минут развился до сильных рывков. Несмотря на всю резкость и ритмичность движений, секс оставался таким же чувственным, а омега чувствовал себя действительно любимым.       -П-поцелуй меня.. - прошептал младший не в силах сдержаться, и как только его губ коснулись чужие, тут же кончил себе на живот. Серёжу накрыло волной оргазма, а спустя пару толчков альфа вышел из юноши и излился на простыни рядом. Потом постирает.       -Ты идеален. Лучший омега в мире. - Он улёгся рядом и прижал к себе Серёжу - Давай умоем тебя?       Поскольку омега очень устал, то ухаживать за ним пришлось Андрею, а тот и не жаловался. Он умыл его, обтёр полотенцем, но одевать не стал. Сменив простыни, они улеглись вместе и ещё долгих два часа альфа не мог заснуть, любуясь своим маленьким принцем. Такой ранимый и бесконечно любимый, здесь, в его объятиях...

Конец