Он не хотел...

      Он не хотел …       …не хотел слышать, как грязнокровки снова и снова поступают в Хогвартс, загрязняя собой всё, чего касаются. Они поганят даже воздух. А ревностно оберегаемые традиции сменяются с появлением новатора с грязной кровью Совете Министерства Магии. - “Все во благо магического общества!”       Ага, как же!       Тео бесили волшебники, готовые плодить детей от этих недомагов. Они позволяют себе вынашивать “бракованных” детей, ставя крест на чистое поколение. Видел бы его дед этот беспорядок, точно бы раньше положенного умер. Тот в свое время занимал высокий пост в совете и не позволял, чтобы в школе волшебства обучалось грязнокровное отродье.       Особенно выбесила эта особь с лохмами и кривыми зубами, посмевшая наступить на его ботинок в коридоре перед основным залом. Она бегло извинилась, но этого не достаточно, чтобы Тео простил. Отец учил не прощать.        Теодор не хотел видеть, как грязнокровные лица расплываются в улыбке после оглашения их факультета. Лучше бы Распределяющая Шляпа сожрала их мозги, хоть какой-то толк от этой затхлой, пахнущей плесенью, вещицы. Мальчик не видел смысла в этом процедуре для себя - он и так знал, на какой факультет попадёт. Туда же, где и учились все его чистокровные предки. На Слизерин.       Девчонка с гривой, которая растоптала ему ногу, попала на факультет, славящийся принимать в себя всех убогих и нищих, - Гриффиндор. Гермиона Грейнджер, так озвучила её Макгонагалл, счастливо побежала за свой стол и присела рядышком с Уизли, лицо и волосы которого были такие же красные, как и его галстук.       Пока директор Дамблдор оглашал основные правила для первокурсников, Тео думал, что счастливыми эти сопляки будут недолго. Новоявленный слизеринец считал своей обязанностью познакомить новичков с настоящими законами школы и лахудра будет первой.              

***

             Тео не хотел даже вспоминать о том, как эта мерзавка выбила ему молочный зуб, напоследок сказав, что ему очень даже повезло, ведь она намеревалась выбить как минимум несколько. Сучка. Девчонка дралась как магл, фу.       Поверженный Драко с разбитым носом лежал рядом.       

      

***

Тео не собирался тот удар оставлять безнаказанным. Его уязвленное эго диктовало проучить девчонку: Грейнджер не останется без его внимания. И к счастью, не одного его. И теперь не только Тео знает, какая же грязнокровка выскочка. Она постепенно формировала неприязнь сокурсников к себе: она тянула руку на каждый вопрос профессоров, с заумным видом чеканила ответы и довольно краснела, когда получала баллы.       Тео же было лень даже подавать голос на уроке, он не считал это показателем его интеллекта и как-то влияющим на его оценки. Наоборот, ему было в радость сидеть на задней парте и подтрунивать над ответами грязнокровки вместе с Драко. Грейнджер бесилась и хмурила лоб в их сторону. Профессора выбирали не реагировать на слизеринцев. Уж слишком были громкими фамилии Нотт и Малфой для всего магического общества.

***

      Позже слизеринец стал замечать, что у малявки появились друзья и среди них оказался всем известный Гарри Поттер и неизвестный бедняк Уизли. Выбор друзей весьма неудачный. Очкозавр и слизняк всё время нуждались в том, чтобы Грейнджер как наседка оберегала их от собственных тупых затей. В последствии которых “мальчик, который выжил” давно бы стал “мальчиком, которых сдох”. Браво Грейнджер! Но этого было явно недостаточно для её подъёма в его глазах.

***

      Нотт не хотел этого. Но он узнал, чем пахнет грязнокровка Грейнджер.       Видит Салазар, слизеринец стёр бы себе память о том, как в него при повороте коридора ураганом влетела сильно опаздывающая на урок Грейнджер. Влетела с такой силой, с которой Тео не справился - и они оба рухнули вниз. Мальчик хотел обозвать её грязью, что прилипла к нему, но его отвлек вишнево-миндальный запах от волос девчонки. Теодор Нотт молча ушел, дабы не продлевать свой позор. Предки бы в гробу перевернулись, узнав, что их внучку понравился запах маглорожденной гриффиндорки. Твою мать…

***

      Теодор не сразу поймал себя на мысли, что ищет её взглядом. Сам того не желая, находил ее лохматую макушку среди толпы студентов. Как стал оборачиваться на мимо проходящую взлахмоченную гриффиндорку. Как подхватывал слухом её звонкий голос, что невольно Теодора заставляло прислушаться, о чём Гермиона говорит.       Так было в школе, так было на международном чемпионате квиддича. Весьма необычно для Тео видеть её здесь, на магических мероприятиях. С одной стороны, он был рад увидеть Грейнджер, а с другой возникла тревога в груди в районе сердца. Так как семье Тео был известен весь сценарий проведения квиддича, напряжение и волнение только нарастало. Явление миру пожирателей должно пройти идеально.       Но Грейнджер может пострадать…       Слизеринец посчитал нужным вбить в тупую рыжую башку Уизли, что его всезнайку нужно уводить. Тот посчитал, что Нотт нашёл время поиздеваться над ними.       О Салазар… Тео считал, что быть одновременно убогим и нищим гриффиндорцем - это невозможно, но Рон Уизли доказал обратное. Как она может с ним общаться?              

***

      Нотт не желал проявлять эмоции перед отцом. Особенно тогда, когда Тео читал газету со свежими новостями. Вчерашний теракт произвел должный эффект на общество. Парня не интересовало, что думает по этому поводу газетёнка, слизеринец жадно искал имена убитых и пострадавших, но ничего не нашёл. Ежедневный пророк решил не озвучивать такую информацию?       Тревога крысой прогрызлась в него ещё глубже. Черт! Младший Нотт искусал себе губы, стоя перед поездом Хогвартс-Экспресс. Среди ожидающих и прощающихся на перроне не было его Грейнджер, что только заставляло нервно постукивать ногой. Он не заходил и не искал себе место, когда проводники открыли двери для пассажиров, ему было важно убедится, что среди потока магов это точно та самая лохматушка, которую Тео ожидал.       Салазар! Грейнджер… Больше так не пугай.

***

      Нотт не хотел показывать свою радость и среди одногруппников, когда ему в пару назначили Грейнджер на зельеварении. Тыковка хотела возмутиться и опровергнуть решение, но, спасибо Салазару, Снейп был непоколебим.       Драко особо удивился, когда Тео, доселе не интересующийся изучением такого предмета как зельеварение, вдруг неожиданно ушёл туда с головой.       Друга не дозовёшься, когда Нотт сидит в библиотеке со стопками книг по зельям. Он не приходил на тренировку по квиддичу, если она совпадала с варевом. Тео мог резко сорваться среди разговора с друзьями, крича напоследок о том, что его очередь мешать зелье и он не хочет расстраивать Снейпа. Всё это было странным для Драко, потому что Теодора никогда не интересовала учеба, особенно, если на кону матч по квиддичу, и не замечал ни разу, чтобы Тео подлизывался к преподавателям. Драко подсказывало чутье, что что-то изменилось в друге.       Теодор, окрыленный чувствами, часто перепроверял зелье, даже не в свою смену наблюдения. Мотивировал он тем, что якобы “случайно” застал напарницу за котлом. Слизеринец не знал графика её очереди. Гермиона дала только его список часов и пунктов, которые он должен выполнить. Разговоров она с ним избегала, но парень был счастлив просто находиться в одном кабинете с ней.        Это было первое в его практики зелье, которое было сварено хорошо, и последним, так как совместная работа с Грейнджер, к сожалению, закончилась. Также как и интерес к этому предмету.              

***

      

      Младший Нотт не был любителем алкогольных напитков. Ему казалось, что это удел маглов. Но когда на святочном балу Гермиона Грейнджер вместе с Виктором Крамом вышли танцевать, слизеринцу стало плохо. Рука сама потянулась к бокалу огневиски, а потом ко второму, третьему… дальше пошло что-то покрепче. Он не помнит, но ему кто-то из Дурмстранга предложил курнуть какую-то дрянь. После неё Тео был навеселе и даже танцевал с Паркинсон. Голова блаженно опустела и не было никаких образов “теперь не такой лохматой” Гермионы, пока он не услышал крики у парадной лестницы.       Убогий Уизли довёл Королеву этого бала до слез. Этой картины хватило, чтобы Слизеринец захотел его проклясть жевать свой уродский чепчик до конца своих дней. Но ноги еле слушались и приходилось идти по стеночке, дабы не упасть. Только железобетонная воля привела слизеринца к двери гостиной Гриффиндора. Рыжий слизняк отдыхал где-то там внутри. Тео хотел дуэли, но толстая Дама на картине преградила ему путь и требовала какой-то пароль.       Разговор с картиной дошел до абсурда. Тео был настолько пьян, что угрожал Полной Даме вылить на нее разбавитель красок, если она его не пустит. Он пытался наколдовать огонь, но его язык не мог внятно выговорить заклинание. И так с угроз все перетекло в торгование. Именно за этим занятием Драко застал Нотта предлагающим, мать его, картине свой кошелек с золотыми. Малфою пришлось оттаскивать друга от двери, пока тот кричал и махал кошельком, что заплатит эти деньги художнику, который нарисует член и бороду этой даме.       На следующий день на все заданные вопросы от Малфоя Теодор отмахивался тем, что ничего не помнит и зловеще ухмылялся, когда Рон Уизли при всех раздулся как воздушный шар и медленно поднялся до потолка главного зала. Беднягу пытались снять Грейнджер с Поттером.       Это было последнее воспоминание в его жизни, где он так смеялся.       

      

***

             Студентом пятого курса Теодор Нотт не хотел думать о будущем: оно казалось не радужным. Многое изменилось после турнира Кубка Огня, как и он сам. Его взгляды на мир поменялись с появление чувств к маглорожденной Грейджер. Нотт это признал.       Розовые очки разбились стеклами внутрь, являя его окровавленному взору всё дерьмо, которого раньше упорно не замечал.       Темный Лорд вернулся. Но Тео не рад. Раньше из-за влияния рассказов отца глупый мальчишка ждал этого часа с упоением. А сейчас он повзрослел, смотря, как змея Нагайна целиком поедала бедного полукровку.       Возможно, Тео чуть больше повезло, чем Драко, ведь Темный Лорд поселился в меноре Малфоя. Находиться с ним в одной комнате было невозможно, а жить с ним под одной крышей…       Тео пришлось принять метку из-за отца, Драко одновременно с ним принял по той же причине. Старший Нотт никогда так в жизни не гордился за сына. Обнял его, как будто Тео выиграл счастливый билет по жизни.       И дабы доказать право ношения метки, Повелитель дал им обоим задания, от которого Младшего Нотта выворачивало наизнанку.       Драко достался билет с убийством директора, а младшему Нотту предстояло лишить Гарри Поттера главной опоры и поддержки. И имя её Гермиона Грейнджер.       Указ был простым и ясным: либо грязнокровка, либо он.                     …        Тео много думал.       Пил.       Курил.       И блядствовал.       Смотрел в зеркало и проклинал себя, отца и эту чертову жизнь. Замечал как у него появились седые пряди в его то семнадцать неполных лет.       Какой же он слабак, никчемный трус. У него нет силы воли Поттера, нет смелости как у Гермионы, у него нет ничего, чтобы как-то повлиять на всё это дерьмо. Безвыходная ситуация.       Тео уже не нужно никакое величие чистокровной нации, не нужен тот мир, который так радужно описывал Повелитель. Нет. Ему нужно только одно - её долгая и счастливая жизнь.       Легким путем было стрельнуть себе в голову аваду. Оставить этот мир без него. Это звучало заманчивее, чем оказаться в желудке змеи. Но останавливало его только то, что за голову Гермионы назначат другого палача. А в Хогвартсе зеленых пожирателей предостаточно.       Нет… Он не хотел этого.       Грейнджер… сука…- прорычал Теодор, посмотрел на тёмную метку на руке и на нож. - Пока я жив, я не позволю тебе умереть.       Отец выбрал свою сторону, Тео бы попросил у него прощения, но при следующей встречи они будут по разные стороны баррикад.       Снег шел и таял.