when you love someone

      Минхо вздыхает. И почему он здесь? Забудьте, Минхо прекрасно понимает, почему он здесь, но это ему не помогает. Здесь, в спальне Ким Сынмина, рассматривая через его плечо коллекцию фотокарточек Day6 посреди ночи, когда они могли бы заняться много чем другим.              После месяцев пререканий (флирта), бог знает скольких совместных групповых проектов (Минхо тайно отказывался от всех других предложений) и нескольких занятий с глазу на глаз (свидания, но для ботаников), Минхо был сыт по горло. Большинство людей ухватились бы за возможность встречаться с ним! Он был идеальным типом! Он хорошо ладит с родителями, лучший в классе и пиздецки горячий!              Поэтому, очевидно, что, встретив нетерпеливого щенка Ким Сынмина, он закатил глаза, ожидая, что этот парень пригласит его на свидание в течение часа. Но этот момент так и не наступил. Каким бы нетерпеливым ни казался Сынмин, как бы он не был рад его видеть – ничего! Ни единого продвижения.              До сих пор Минхо руководил их отношениями, придумывая причину за причиной, чтобы проводить больше времени с Сынмином, и в то же время утверждая, что ненавидит находиться с ним в одной комнате.              Была ли это какая-то больная, извращенная, эгоцентричная потребность заставить Сынмина влюбиться в него и доказать, что он такой же, как все? Минхо солгал бы, если бы сказал, что эта мысль не приходила ему в голову раз-другой. Однако он решил списать это на чистое любопытство и неподдельный интерес к этому странному мальчику.              Сынмин отбивал любой подкол от Минхо. Сынмина, казалось, никогда не заботило, раздражен Ли или нет, его глупая щенячья ухмылка преследовала Минхо на каждом шагу.              Не говоря уже о том, что они были академическими соперниками, сражаясь за первое место после каждого теста. Минхо был в восторге от того, что у него есть кто-то, кто может бросить ему вызов, но он никогда не признается, что ни разу, даже ни на йоту не расстраивался, когда Сынмин неизбежно побеждал его. Парень умён от природы, но Минхо знает, сколько труда он вложил, чтобы добиться того, что имел.              И, конечно же, Минхо мог признать, что Сынмин умён. Но когда дело доходило до свиданий и флирта, ему казалось, что младший – самый глупый парень из всех возможных.              Он никогда не принимал ни одно из предложений Минхо пойти к нему в общежитие поздно ночью, когда они засиживались с учёбой в кафе. Он никогда не держался за его руку во время фильмов ужасов (и это не Минхо необходимо было, чтобы его держали за руку). Он никогда не реагировал на вопросы любопытных одноклассников, что интересовались, пара ли они, или когда Минхо в ответ фыркал и всё отрицал.              Минхо даже ни разу не ловил Сынмина на подсматривании за ним! Он знал бы, сам провёл много часов, прожигая дырки в макушке Сынмина и пытаясь мысленно посылать сигналы, пока тот работал над домашкой в оживлённом кафе.              Ты очень сильно хочешь встречаться со мной.       Посмотри вверх, тупица.       Моргни, если считаешь меня милым.              Но это никогда не срабатывало. Сынмин был прилежным и дотошным, его глаза могли быть часами сосредоточенными на работе, вплоть до того, что Минхо нужно было напомнить ему, чтобы он поел (как бы пытался сделать из этого настоящее свидание, но Сынмин просто заказывал лёгкую закуску и съедал её, пока работал, к большому разочарованию Минхо).              Итак, можете ли вы винить Минхо за то, что он с энтузиазмом согласился (с огромным энтузиазмом, если вам интересно), когда Сынмин пригласил его в общежитие посмотреть коллекцию фотокарточек Day6?              Минхо подумал (о боже, да разве он думал), что Сынмину наконец-то дошло, что он наконец-то сделает шаг, и что, может быть, Минхо не сходит с ума и не преследует единственного парня в мире, который не интересуется им!              И вот так он оказался здесь. Стоя за спиной Сынмина, пока он пролистывал свою коллекцию фотокарточек, и рассказывал историю каждой из них с сияющими глазами.              Как бы ни был разочарован Минхо таким исходом (честно говоря, чего он вообще ожидал?), он скрепя сердцем признал, что Сынмин очень милый, и он с радостью вытерпел бы ещё много часов его болтовни. Только потому, что у Сынмина был приятный, успокаивающий тембр голоса, а не по какой-либо другой причине.              «Вонпиль-ши так хорошо здесь выглядит».       «Эту карту было так трудно достать…»       «Это моя самая дорогая карта – их всего тридцать в мире! Я купил её по хорошей сделке, этот парень думал, что это альбомная фотокарточка. Можешь представить! Мне так повезло».       «У этой есть небольшое повреждение, но оно не так заметно в протекторе, и продавец сделал мне скидку, когда я указал на это, так что всё в порядке».              – И, эм, это всё, – пробормотал Сынмин, переворачивая последнюю страницу биндера. Он посмотрел на Минхо, перебирая пальцами переплёт. – Если хочешь, я могу показать тебе и другие вкладыши?              Минхо посмотрел на него, прежде чем плюхнуться на кровать Сынмина. – Конечно, но я устал стоять, давай здесь.              Глаз Сынмина на секунду дёрнулся при мысли о грязной уличной одежде Минхо на его нетронутой кровати, но он схватил с полки еще одну папку и подошёл, осторожно присаживаясь на край напротив того места, где лежал парень.              Достаточно скоро все мысли о грязных простынях были забыты, когда он начал листать вторую папку, охотно рассказывая, что протекторы были разных размеров для всех возможных вкладышей и что он потратил так много времени на поиск правильных типов, чтобы обеспечить их долговечность. Он поднял их, чтобы Минхо увидел, но тот не мог усидеть на месте.              Минхо простонал: – Ты слишком далеко. Я ничего не вижу.              Сынмин моргнул, его рот застыл в форме буквы «о», когда он остановился на полуслове.              Он медленно подполз на кровати к Минхо (Он обязательно постирает простыни позже! Всё в порядке. Всё в порядке), пока не сел перпендикулярно кровати, прислонившись спиной к стене.              – Лучше? – он взглянул на Минхо, который смотрел в потолок, переоценивая свой жизненный выбор.              Минхо приспособился, чтобы сесть, свернувшись калачиком рядом с Сынмином. Младший застыл на мгновение, позволяя ему устроиться поудобнее.              Они были так близко. Минхо двигался, пока его колено не коснулось колена Сынмина, но ни один из них не сделал попытки отодвинуться. Он должен был заметить, как его баскетбольные шорты позволяли голой коленке тереться о мягкие спортивки Минхо.              Но Сынмин просто продолжал показывать биндер! Это закладка! Очевидно, я бы никогда не стал использовать её по прямому назначению – не хочу испортить.              – Ммм, Сынминни, – сказал Минхо, почти не слушая. У него была цель, сейчас или никогда. Когда ещё он мог затащить Ким Сынмина в его собственную кровать? Минхо остановился на секунду. На самом деле, он надеялся, что это приведет к тому, что Ким Сынмин будет проводить больше времени в постели, но это было бы забеганием вперед.              Он обвил руками талию Сынмина, уткнувшись носом в его плечо. – Расскажи ещё, Минни.              Так что, к несчастью для Минхо, Сынмин именно это и сделал. Непоколебимый, игнорирующий теплое тело, прильнувшее к его боку, и надутому лицу его обладателя. Он бубнил, и бубнил, и бубнил, казалось, целую вечность.              После нескольких попыток переплести свои конечности с конечностями Сынмина, чтобы узнать больше историй о вкладышах фотокарточек Day6, Минхо сердито, но осторожно выхватил папку из рук Сынмина, осторожно выпрямил страницы, прежде чем закрыть её и положить на тумбочку возле кровати. – Ким Сынмин, посмотри на меня, – он слегка шлёпнул двумя маленькими ручками по щекам Сынмина, сжимая их, пока его губы не стали похожи на куриную жопку. – Ты дурак?              Сынмин опешил, его бедная папка с вкладышами Day6 была вне досягаемости, а его лицо сжимали ладони Минхо. – Хён, в чем твоя проблема? – сказал он, едва выдавливая из себя слова из-за зажатых щёк.              – Ты вообще собираешься пригласить меня на свидание или нет? Знаешь, многие люди убили бы, чтобы встречаться со мной, а ты тратишь своё до слипшейся жопы сладкое время! – он сделал акцент на своих последних словах парой прикосновений к щекам Сынмина.              Сынмин рассмеялся, вырвавшись из хватки Минхо. Искренний, охватывающий всё тело смех заставил желудок Минхо сжаться по многим причинам.              – Это я глупый? Я думал, мы уже встречаемся!              Минхо удивлённо моргнул. – Нет. Неееет. Нет? Нет! Нет?! Нет! – он ударил Сынмина по ноге, вызвав вскрик. – Ты никогда не приглашал меня на свидание!              Сынмин закатил глаза, потирая рукой покрасневшую кожу там, где Минхо ударил его. – Разве мы всё это время не ходили на учебные свидания? – он склонил голову набок, как растерянный щенок. – Это не свидание?              – Нет! – Минхо заскулил: – Ты никогда прямо не говорил, что это свидание!              Сынмин снова засмеялся, взъерошив волосы Минхо, который продолжал жаловаться:              – И! И, и, и, и Ты никогда не понимал моих намёков с предложением прийти ко мне домой, и всякий раз, когда я приглашал тебя поесть вместе, ты всё время учился! Поверь мне, я бы знал, если бы мы пошли на свидание.              – Не знаю, я просто предположил, – пробормотал Сынмин, – и я действительно не хотел поднимать эту тему на случай, если я ошибаюсь, и окажется, что на самом деле я тебе не нравлюсь…              Минхо шлёпнул Сынмина по руке. – Видишь, ты действительно дурак! Зачем мне проводить с тобой так много времени, если ты мне не нравишься, дурачок? Я даже выслушал всю твою лекцию по поводу коллекции Day6!              Сынмин ахнул. – Тебе не понравилось смотреть мою коллекцию? Тебе не нравится Day6? Хён, это нарушение условий сделки.              Минхо усмехнулся, хватая Сынмина за руку и сплетая их пальцы. Он держал их перед лицом Сынмина, высунув язык. – Да, удачи тебе в избавлении от меня. И к твоему сведению…              Сынмин наклонился, чтобы поцеловать Минхо в щёку. – Продолжай, что ты собирался сказать?              – Ты дурак, заткнись.              Сынмин сжал его ладонь, улыбаясь и переводя взгляд с их рук на покрасневшее лицо Минхо.              – Итак… мы теперь встречаемся? – спросил он, почти дрожа от волнения.              Минхо уставился на него. – Спроси меня как следует, а там посмотрим.              Сынмин взял себя в руки, его лицо стало очень серьезным. – Ли Минхо. Окажете ли вы мне честь и станете моим парнем?              Он получает ещё один лёгкий удар по руке свободной рукой Минхо. – Я ведь попросил спросить меня нормально! Не так!              Сынмин дьявольски улыбнулся, прежде чем обнять Минхо на кровати. – Как скажешь, хён. Но ты же знаешь, я не из тех парней, которые целуются с кем-то, с кем не встречаются.              Минхо сглотнул, глядя на Сынмина. – Ты можешь просто заткнуться? – он отвернулся, уши горели.              Сынмин наклонился ещё ниже, чтобы прошептать ему на ухо: – Почему бы тебе не заставить меня?              Минхо поднял кулак, но его поймали за запястье. Он опустил руку, нахмурившись. – Ладно! Мы встречаемся, но я все ещё хочу, чтобы ты официально пригласил меня на свидание, – фыркнул он.              – Конечно, хён, – Сынмин улыбнулся, притянув Минхо для поцелуя.              Минхо вдруг почувствовал, что рад быть здесь. Здесь, посреди ночи в спальне Ким Сынмина, на кровати Ким Сынмина, с Ким Сынмином (даже если ради этого ему пришлось в мучительных подробностях слушать о каждой фотокарточке Ким Вонпиля, чтобы добиться этого).