Червовик

Скульптор Плоти

      Панацея. Эми, мать её Брандиш, Даллон. Не спортсменка, не отличница, и точно не красавица — но самый известный на Земле, которая Бет, кейп-Целитель. Что уже, строго говоря, выражение для шардов несколько… идиотское. Ну, не бывает кейпов-целителей, нет таких Осколков в природе. Бывают Бугаи с регенерацией, бывают Козыри с возможностью переноса травм, и, естественно, бывают биотехнари, занимающиеся лечением. Эми относилась к последним, и успела заиметь такую себе жирную репутацию среди Осколков и Губителей. Формата «не влезай, сведёт с ума».       «Клетки» Воина, обычно, имели весьма яркую боевую направленность. Вся сущность Сиона была нацелена на борьбу и сражение в том или ином виде, не исключая даже возможности Умников в общем и Переговорщика (Шерлока) в частности. И Скульптор Плоти считался жемчужиной в коллекции Осколков — специально заточенный под изменение живых существ, на поле боя с любой не технической или энергетической цивилизацией он давал ну совершенно неприличное преимущество.       Но — случились поломанный Цикл и Эми Даллон. Которой не родная, но мать, сношала с раннего детства в особо жестокой форме мозги на тему «что такое хорошо и что такое плохо», всю сознательную жизнь. А «хорошо» и «плохо» у Кэрол Даллон — понятия достаточно субъективные и от общепринятых норм сильно в сторону радикализма отличные! У бедного Скульптора шансов на нормальную работу попросту не было, хост оказалась просто феерически предубеждённой против биотехнарей. А именно это дело шард, собственно, и воплощал в самом полном объёме.       Скульптор ругался. Скульптор писал петиции на смену Носителя, не понимая, что это просто технически не является возможным. Скульптор ввёл условные — поскольку себя уродовать не стал — ограничения: не давал Носителю менять мозги и навевал жути от одной такой мысли. Но заставить Эми что-то делать сверх лечения так и не смог, от чего плавно впадал в хандру настолько, насколько может в неё впасть органически-кристаллическая форма жизни.       До того светлого дня, как лично Воин сподобился дать ему «прямое управление». Тут-то шард и развернулся во всю мощь возможного воображения — а оно у него было на уровне Губителей, даже до эксперимента Абаддона и Эден. Какие-то там новомодные «эффекты Мантона» старому, мудрому и опытному Осколку были очень глубоко по барабану! Так что Носитель получила все возможные и не фиксируемые тупыми обезьянами усиления и модификации тела с межушным нервным узлом. И ограничения он, ясен день, снял.

***

Эми Даллон.

      Панацея была в шоке. Только вот она была готова помочь дурным, но всё-ж таки бедным, азиатам, — как у неё резко выпадает из памяти час жизни, но появляются рейтинги Бугая, Умника (шард и зрение подправил по-максимуму, и слух, и вообще все чувства), а ещё — пропадает нежелание кочкать силой мозг. Да и каждое лечение начинает оборачивается мелкими, но обязательными, изменениями организма в сторону большей эффективности. Нет, против улучшения исцеления Эми не возражала — но противоестественность данного процесса выводила её из колеи. А по шаблонам Сила работать теперь отказывалась, на прочь!       Раздражённая, замученная объяснениями в госпитале и боящаяся взрыва мозга от матери Даллон-младшая в банк пришла исключительно по необходимости: одному из пациентов ТАК понравилось обновлённое лечение, что он просто силой впихнул ей чек на пару тысяч вечнозелёных президентов США. Нет, мама, конечно, выносила весь разум на тему того, что врачи денег брать не должны никогда и ни за что — но и новый телефон, силиконовый друг, одежда и сумочка себя сами из воздуха не купят. И потом: деньги-то были не за лечение, а за прилагающиеся теперь к ним изменения! Которые, в принципе, очень даже вписывались в жуткое слово «биотехнарь» — но не вредили, возможностей Властелина ей не давали, и вообще-то могли быть списаны на непроизвольные косметические операции на фоне собственных подростковых гормонов. Да и, ладно, в принципе: Андерс — знакомство, весьма полезное для медика, вот.       И тут, блин, темнота — заложники — собаки. Так ещё и сестра, нежно любимая во всех смыслах, звонит. Одна псина, естественно, и среагировала — а Сила атакующую животину разложила на желешку. Почти на автомате, Эми только что и смогла, что жизнь в этой жуткости сохранить.       Народ вокруг блевал, зеленел и старался отползти подальше. Та злодейка, которая вещала с самого начала ограбления, внезапно оказалась за перегородкой в компании подозрительно узнаваемых личностей: Спэрроу, Вайз, Гургеса и Хеберт Панацея знала давно, латая то от покушений, то по работе, то и просто в госпитале. Не придумав ничего лучше, врач-хтонический ужас закончила превращать бедное животное в скулящий пудинг и направилась к знакомым лицам. Другая злодейка, тем временем, жалась к стене и со страхом, чуть не подвывая, пялилась на обновлённую собачку. На то, что от неё стараниями Силы при противодействии Эми, осталось.       До стойки никто дойти не помешал. Как и перелезть, и подойти к знакомым — тут даже клерки расползались по дороге, от чего в голове Панацеи поселились смутные сомнения: а как оно смотрелось со стороны-то? Сама девушка на визуальную составляющую внимания вообще не обратила, сосредоточившись на поддержании жизни и возможной обратимости процесса превращения «пёсик — пудинг». А скулящая розовая лужа на полу… да ладно, в госпитале после очередного банд-столкновения картины и хуже бывают, особенно, когда в деле кейпы замешаны. — И что это вы тут делаете, а? Всё, кино — кончилось. Можете вылезать. Эй! Как там тебя, ты, в сиреневом — к тебе обращаюсь. — Не, не, я лучше тут посижу. Славу там подожду, героев, знаешь, которые нормальные? — То есть я тебе на героя похожа? Вылазь!       Злодейка тряслась, чуть ли не царапалась, пыталась отбиваться прикладом — но если и что в Кэрол было хорошего, так это тренировки. Даже недолюбливая, за потенциал, младшую дочь, матриарх Даллонов буквально вбивала ей каждые три дня основы рукопашного боя, самообороны и силового задержания. Сила — Силой, но даже если забыть про часть с биотехнарством, Контакт — это медленно. Да, Эми могла срастить человека или животное чуть ли не из прожаренной котлеты, было бы оно хоть чуть не мертво и с мозгом (а теперь — вообще просто «не мертво»). Проблема была в том, что процесс занимал некоторое время, иногда целые минуты. А в драке минута — это очень, очень много!       Как бы, Протекторат её в герои бы не записывал, если б сама хоть пару-тройку-десятку задержаний не провела. Пока сестра носилась по-над улицами, зарабатывая репутацию Барби Побочного Ущерба, Панацея этими самыми улицам ходила. Аккуратно, в тенях и с прокачанными навыками скрытности. И любимым приёмом задержания какого-нибудь воришки даже до изменений в Силе у неё было «жах по голове — вылечить — усыпить». Но при проблемах и достойный отпор тоже дать вполне было можно, благо, одновременно взять кого-нибудь на болевой и начать усыпление она могла даже спросонья. Тут и мама даже подопытной свинкой, на первых порах, добровольно выступала!       Словом, шансов у злодейки в сиреневом — не было. Бы. Если б Вайз вдруг не приоткрыла рот, после чего в голове Эми что-то словно взорвалось, и мир погрузился в нестерпимо-яркий свет и оглушительный свист.

***

18-й.

— (шёпотом) Спешите увидеть: первое в истории применение Симург Крика на благо человечества в общем и одной Сплетницы в частности! — Не Крика, а Свиста! (тоже шёпотом) — сестрёнка просто лучилась довольством, оттаскивая от замершей Панацеи соседку. — А в этом есть какая-то разница, мисс? — Тейлор о возможных последствиях «работы» Даллон не знала, но и собачка её впечатлила, и Сплетницу было жалко, да и любознательность — тоже не на последнем месте стояла в жизни. — Прицельно, точно и безопасно! Без долгосрочных эффектов. Так, пару минут постоит — и в себя придёт. — Уверена? — Джека атака не впечатлила, совсем. Но тушка ему тоже была дорога, и чем дальше от неё Панацея на взводе — тем спокойнее. — Зуб даю. Во! — ШАРАХ! Хвать. — Ты зачем у клерка зуб выбила?! — Эти дебилы сигнализацию вместо проектной поставили левую! И вообще у них несчастные случаи в контракте прописаны. Что я, виновата, что все читают «не гарантированы» и думают, что это про «их не будет»?       Панацея в себя пришла, проморгалась, в ушах поковыряла и свирепо на нас уставилась. — Так, значит, да? — Не кипятитесь, мисс Даллон, Вам ещё сегодня много разного предстоит, интересного. Вы это, о себе бы подумали. — А? — Кто псину в лужу превратил? Неформалы, что ли? Или всё-таки Панацея? — Это была самооборона! — Самооборона, мать Вашу, была, когда сейчас Сплетница от Вас отбивалась и обратно! — я аж поднялся и чудом сдерживался, чтобы этой дуре не врезать, — а вот это было применением парачеловеческих способностей в целях решения конфликта! Биотехнарских способностей! В многолюдном помещении! На животном! Дрессированном! СОВСЕМ ОХРЕНЕЛА?!       ХРЯСЬ! БУМ! ШАРАХ!       Слава, как всегда, в своём репертуаре. Проломить крышу банка, где удерживают заложников-нормалов? Может, умеет, только что сделала. Зайти в дверь, как все нормальные люди? Или хотя бы в окно, аккуратно? Нет, что Вы, только крушение, только пафос! — Эми! — Даллон. — Мистер Спэрроу?! — Юная леди, ты вообще — Грег, стой! — понимаешь, что. Ты. Творишь? — Злодеи же! — Тут заложники, Слава. Я, например. Что, надоели поездки в Европу? Надо на директора компании крышу уронить?              Путешествовать Новая Волна любила. По волнам, с комфортом, регулярным. А перевозчик-то, из безопасных, ровно один, на «Джека» да «Спэрроу» откликается. Поскольку «команда» семейного пошиба была, в известной степени, национальными звёздами кейповской сцены — иногда братец в круизах сопровождал их открыто, в человеческой форме. Так что прямо сейчас Виктория получила разрыв шаблона, и не от Симург, а от Левиафана. Не то, чтобы она это знала — но сам факт! — Эм… ну… злодеи же! — Перефразируя старый фильм, бить надо сильно, но аккуратно! Ой. — А ты кто вообще? — Очень, это, да, приятно, Тейлор Хеберт. — Э… класс? Эми, что тут происходит?       Панацея всё ещё не пришла в себя после отповеди от Джека в адрес сестры. Не удивительно: в стандартном случае что-то там выговаривать Славе ни нормалы, ни паралюди не способны в принципе! Поскольку её Осколок в сильно извращённую версию «прямого управления» может профессионально, и все невербальные сигналы хоста усиливает раз этак в сто. Помимо силового поля и рейтинга Бугая с полётом, да. А когда тебе подсознание с стократным усилением объясняет, что собеседник без слов выражает — как-то поспорить не получается, совсем.       И нет, откровенно магической способности «управлять эмоциями или проецировать их» ни Воину, ни Эден с Абаддоном как-то мать-природа не завезла. Антинаучно, противоестественно и вообще невероятно. Эмоции, всё же, — продукт работы желёз или заменяющих их алгоритмов с конструктами. Так что обходились мы банальными управлением Хостами с коррекцией биохимии, в случае того же Галланта — помноженными на изменённое восприятие с красивой анимацией внешнего воздействия Осколка.       Словом, пока Панацея переваривала иммунитет Джека Спэрроу к «ауре» любимой сестры, Слава слова полезного знакомого усиленно анализировала. После чего, придя к какому-то своему выводу, кивнула и медленно, плавно полетела прямо в нашем направлении. — Это же просто ограбление, да? — Ага! Клянусь! Только деньги взять из хранилища, и свалить. Ну, или быть задержанными — что в данном случае тоже неплохо. Только ты свою сестру держи как-нибудь, а то она весь банк до блевоты довела! — Эми?! — Я случайно… собака накинулась, ну и… вот. — Что «вот»?       Ответил тот клерк, у которого Сима зуб позаимствовала. — Лушу видишь? Была собака. На неё брошилаш, а потом вот это вот.       Виктория обернулась, смерила взглядом скулящую лужицу, зелёных заложников и начинающую бледнеть от осознания собственного провала сестру. Метнулась в хранилище, что-то проорала и вернулась к нам. — Так, формально и неформально нас тут не было. Все поняли?!       Народ активно, косясь на дыру в крыше, закивал. Слава подлетела к кому-то из заложников, попросила пиджак, пообещав лично возместить. Мужик удивился, насколько мог, — но одежду отдал. Героиня обернула руки, сцапала сестру и сгрузила ту в секунду на лужу. — Вперёд. Иначе всё маме расскажу!       Панацея сглотнула, но лужицей занялась. Восстановление собачки из желе было ещё более эпичным и отвратительным, но вид подпрыгивающей в нетерпении Адской Гончей народ держал в некотором тонусе. Когда же животное приобрело природный вид, злодейка буквально кинулась Эми в ноги. — Спасибо! Спасибо! Спасибо!       Не знаю, что думали Даллоны, но Виктория только хмыкнула, сцапала ярко-красную сестру и свалила в дырку. — Класс. Ну, что? Будем по правилам играть, или войдём в разум и сдадимся? — Второе. Ну, нахер! Мало мне, Тейлор, тебя, так ещё и это… целителницо… В Стражи — можно? — Неа. Вон, на. Тейлор, Ваше Вашество — Лиза, она же Сара, с Шерлоком на привязи. Сара, Лиза, Шерлок — Тейлор и Королева Администратор. Будут вопросы — к отчиму или к Хеберту, а мы — удаляемся. — Не, не, не. Так, народ, что сидим? Кого ждём? РАБОТАТЬ КТО БУДЕТ, ДАРМОЕДЫ?!       Наверное, за всю историю города, не было ограбления банка, которое завершилось бы усиленным рабочим днём. Ну, всё бывает в первый раз!