Здравствуй, Дин

      Впервые Дин был спокоен. Не просто делал вид, а действительно чувствовал, как в нём разливалось спокойствие. Мысли о будущем его больше не пугали, а о прошлом и тем более. Он был счастлив спокойно сидеть у хижины Бобби и пить офигенное пиво, пока старичок что-то рассказывал о Рае и его жителях.       Как оказалось, весь Рай был… Идеальным. Без шуток, без уловок. Его населяли те, кто устал от вечных сражений. Люди круглосуточно отдыхали, общались и занимались тем, чем всегда хотели заняться, имея нормальную жизнь. Винчестеру сразу в голову пришла идея — сесть за его любимую детку и околесить весь Рай. Увидеть старых товарищей, обняться, как в первый и последний раз. Возможно, познакомиться с кем-то новеньким, не из мира охоты. Тут же даже думать не надо — хороший человек или плохой — они же в Раю, в самом деле. Максимум, что может произойти, так это то, что человек может не любить машины и пироги. А это Дин сможет пережить.       Да, неплохо было бы сесть за руль детки. Почувствовать его под своей рукой, услышать любимый скрип двери, включить музыку. Вот только…       — Твоя импала, кстати, тоже здесь стоит, — будто прочитав его мысли, проговорил Бобби и махнул рукой в сторону дороги. — Джек её совсем недавно сюда переместил. Пойдешь по этой дороге и найдёшь.       Дин почувствовал облегчение и благодарно улыбнулся, откинувшись на спинку стула. Он отпил ещё немного пива, щурясь от солнца. Неужели — это конец? Конец его вечным переживаниям, погонями за монстрами и рисками для жизни. Теперь он может просто…жить? Смешно звучит, учитывая, что он недавно умер.       Хотя это, странным образом, совершенно не волновало Дина. Будто тревоге было запрещено поселяться в сердце. Любые сомнения улетучивались сами собой, и даже опасения не засиживались долго в голове. Весь негатив уходил самостоятельно. Неужели Рай и в этом спасал?       — Значит, — щурясь, спросил Дин, вспоминая невысокого парнишку, любившего по ночам хрустеть хлопьями. Улыбка стала шире, глаза прикрылись. На солнце было тепло… — Джек сделал из того, что было, реальный Рай?       Бобби ответил, довольно хмыкнув. Дин оглядел место, куда Джек «посадил» хижину старого охотника. Вокруг раскинулась хорошенькая поляна для того, чтобы устроить ферму. За домом было отменное озеро, на берегу которого Дин пообещал себе, что обязательно порыбачит. Если бы не дорога, ведущая к остальным жителям Рая, Винчестер бы решил, что сосны и ели — стены. Возможно, они ими и были, просто сейчас появилась дверь.       Дин почувствовал тоску, осознавая, что эту красоту ему придется наблюдать без Сэма. Хорошо, конечно, что тот всё ещё живёт, но… Дин не привык жить без него. А наслаждаться жизнью и отдыхать — тем более.       — Сэм справится, — успокоил его Сингер, возводя глаза к небу. Его взгляд следил за плывущими облаками. — Он сильный малый.       — Хотелось бы мне его успокоить, — грустно улыбнулся Дин, вспоминая слёзы и отчаяние в глазах младшего брата. В собственных глазах скопилась влага. — Сказать, что здесь круто и что я буду его ждать.       — Он знает, — улыбнулся Бобби. Дин с сомнением на него взглянул, удивляясь, почему тот говорит так, будто всё знает. Старый охотник всегда был мудр, но настолько… — Он просто верит.       Слеза скатилась по щетинистой щеке. Неловко улыбнувшись, Винчестер смахнул мокрую дорожку, позабавленный собственной слабостью. Он так легко поддался эмоциям и расплакался, что вновь осознал, где он находится — в Раю, где можно не скрываться, не прятать эмоции. Здесь никто не воспользуется его слабостями, никто не причинит вреда.       — Джек хорошо постарался, — удовлетворённо кивнул мужчина, меняя горькую тему на более приятную. Пиво, несмотря на долгое пребывание на солнце и в руках, оставалось холодным. Спасибо, Бог.       Бобби ласково улыбнулся, удивляя Дина ещё больше. В Раю все стали такими, какими боялись быть в реальном мире? Как же Джек смог такое провернуть? Маленький мальчик, которому всего три года от роду…       — Кас ему помогал, — похвастался Сингер и глотнул ещё немного пива.       В горле Винчестера пересохло от чужих слов, бутылка чуть не выскользнула из его рук. Кас жив. Звучит логично, что Джек его воскресил, но… Неужели, Рай действительно так прекрасен? Шумно вздохнув и отставив бутылку в сторону, Дин прикрыл лицо руками. Бобби понимающе похлопал его по плечу.       Облегчение. Вот, что обрушилось на Дина Винчестера. Кас всё-таки увидел, что они победили, что его жертва не стала напрасной. Он помогал Джеку в Раю и ждал братьев. Ждал его. Воспоминания о признании пронзили сердце, заставляя его колотиться сильнее. И куча вопросов зароились в его голове. Почему Кас не пришёл? Потому что не было сосуда? Потому что боится встретиться после всего? Почему он даже не дал понять, что жив? Заставил Дина думать, что тот уже не вернется…       Дин пообещал сам себе, что обязательно отыщет Каса и крепко его обнимет. И дело не в его признании, а в радости, что лучший друг жив.       — Думаю, мне стоит прокатиться, — вскочил охотник, ловя не понимающий взгляд Бобби. Мужчина кивнул ему в сторону озера и ухмыльнулся. — Не хочу подливать тебе ещё влаги.       Сингер рассмеялся, понимая, к чему ведёт его мальчик. Он поделился с ним ещё несколькими бутылками пива, чтобы тот смог насладиться ими, пока будет идти до своей детки. Дин благодарно принял их и лёгкой походкой отправился на поиски машины, которая должна была стоять на перекрестке. Солнце слепило глаза, но пиво отлично помогало охладиться. Улыбка непроизвольно показалась на лице Винчестера. Он шёл неторопливым шагом, чувствуя себя неправильно и правильно одновременно. С самого детства он только бегал. Мчался от опасностей или бежал на встречу с врагом, пытался скрыться с места маленького преступления, когда в детстве крал еду для Сэма. Весь путь мужчины состоял из быстрых решений, действий, но никогда — из медленного и монотонного хождения. Он чувствовал себя потеряно, но приятно.       — Пора бы и мне отдохнуть, — довольно нежась на солнце, прошептал Дин, допивая одну из бутылок. Он огляделся в поисках мусорки. Урна появилась сразу же, как только охотник подумал о ней. Это вызвало улыбку на уставшем лице. — Так бы всегда.       Дин открыл вторую бутылку, теперь думая о природе и красоте Рая. Интересно, Джек придумал здесь зиму? Наверняка есть те, кто хотел бы прокатиться с горы. Почему-то Винчестер был уверен, что нынешний Бог отлично справится с хотелками всех своих жителей.       Конечно справится, у него же в помощниках Кас. Живой, и, наверное, в своём неизменном плаще. Или в истинном обличие, которое Дину не удавалось узреть при жизни. Но это неважно, главное — что он жив и вновь сможет сказать: «Здравствуй, Дин». Сердце Винчестера пропустило удар, возвращая воспоминания об их прощании. Что он скажет Ангелу? Будет ли тот требовать от него ответа так скоро?       Винчестер сам не знал, что чувствовал к лучшему другу. Беспокойство вновь захотело нагрянуть в душу, взбудоражить голову и занять мысли чем-то плохим. Однако, Рай в очередной раз отверг все переживания охотника. Дин шёл со спокойствием на душе, делая большие глотки пива. Не так уж и страшно, что он пока не разобрался в своих чувствах. Главное, что теперь они смогут воссоединиться. А там уже и душевный разговор не за горами.       Дин выкинул пустую бутылку в урну, которая вновь материализовалась на дороге. Вместе с ней он выкинул и все свои переживания.       Подходя к перекрестку, Дин сразу же заметил кучу табличек, на которых были написаны самые важные имена, о которых Винчестер знал. Его родители, бар Джо и Эллен, куча других табличек, от которых закружилась голова. С каждым новым именем приходило ещё большее успокоение. Все, кого Дин когда-то защищал, все те, о ком мужчина скорбел и кому желал счастья — живут в Раю и наслаждаются жизнью. Теперь охотник мог расслабиться, осознавая, что заслужил находиться здесь. Если все, кого он пытался защитить, сейчас счастливы, значит, и он может позволить себе немного отдохнуть.       Взгляд Дина скользнул по дороге, когда тело пробило ознобом, который он уже давно не чувствовал. Всё тело напряглось от воспоминаний, как реагировал Винчестер на появления небесных воинов. Дрожью и мурашками по коже от неожиданности и силы, что распространялась на метры от них.       Импала, чистая и ухоженная, стояла на перекрестке, а около неё стоял Кастиэль. Он выглядел, как тогда, в момент их прощания, только глаза не были печальными. Волосы были немного растрёпаны от ветра, что поднялся и подталкивал охотника к Ангелу. Мужчина сделал несколько неуверенных шагов к Кастиэлю и, набравшись смелости, ускорился.       Это же Кас. Как можно медлить, когда перед ним стоял его лучший друг, что пожертвовал собой ради него? Дин нервно улыбнулся, заметив блеск в глазах напротив. Ангел не двигался, позволяя охотнику примириться с собственными мыслями, которых было слишком много на одну голову. Что делать теперь, когда Кас признался ему в чувствах? Ответить взаимностью? Но Винчестер даже не знал, что чувствовал. Он настолько привык, что Ангел был рядом… А потом был настолько убит горем, что сам не смог понять собственных чувств.       Но Дин знал, что Кастиэль будет не против дать мужчине ещё немного времени подумать. Он обязательно подождёт охотника, чтобы тот понял свои чувства к нему. И Винчестер был благодарен Кастиэлю, что всё ещё недвижимо стоял. Усмешка украсила лицо Дина.       Все переживания куда-то пропали. Сейчас его волновало только одно: куда же ему отправиться вместе с Кастиэлем на его детке?       — Здравствуй, Дин, — подал голос помощник Бога, вежливо улыбаясь. Его голубые глаза слегка светились, как будто показывая, что это не смертное существо, а могущественное и опасное. Хотя с последним, Дин очень сомневается.       — Пришёл меня встретить? — радостно заулыбался Винчестер, приближаясь к лучшему другу.       — Так Господь повелел, — таинственно кивнул Ангел, возвращая их в тот момент, когда они впервые встретились. Когда Дин вонзил кинжал в сердце сосуда; когда впервые увидел крылья; когда узнал, кто спас его из Ада.       Только теперь всё было иначе. Все счастливы, Бог — отличный малый, а Кастиэль больше не воин небес, а помощник. И конечно же Дин не удерживается и крепко обнимает Ангела.       — Чудо в перьях, — выдыхает он с очередным облегчением. Все сомнения растворяются, когда чужие руки обвивают его в ответ. Чужая теплота, сердцебиение и нежное дыхание…       Дин растворяется в спокойствии, которого был достоин.