Тебя послала мне преисподняя

– Ты уверен? Это не ошибка? – Намджун за голову схватился обеими руками. Он не верит в это. Отказывается верить и принимать. Этого быть не может. – Босс, это не ошибка. Я всё проверил. – Кан понимает Намджуна. Он сел рядом с Кимом на диван и положил руку на его плечо, стараясь поддержать. Судьба смеётся над Намджуном. Среди миллионного населения Сеула, отцом омеги оказался именно Мин Кихён. Ким не знает, радоваться ему, или выть от отчаяния. Этот человек - враг его. Этот человек, причина серьезной травмы его младшего брата. Этот человек сбил маленького ребёнка, что выбежал на дорогу. Кихён не успел нажать на тормоз. Не успел. И это сломало Лиёну жизнь. Мина оправдали. Его вины нет в том, что за ребенком не углядели родители. Но Намджун был в ярости от вынесенного решения. Он поклялся отомстить Кихёну, чего бы ему это не стоило. Родители их были уже мертвы на момент этого несчастного случая. А точнее – убиты. Намджуну так и не удалось найти исполнителей и заказчика, ведь на его плечи свалился младший брат. Но Ким всё равно не прекращал поиски убийц, то и дело дёргал за ниточки. Как оказалось, хрупкие ниточки, что обрывались, не приводя к желаемому результату. Со временем Ким потерял всякую надежду, отдавая себя полностью клану, медицине и брату. Ведь он единственный, кто остался у альфы. Не родители виноваты в несчастном случае с Лиёном. Лишь Намджун. Не уберёг, не уследил за младшим. Но винить чужого, всё же, куда проще, поэтому альфа направил всю свою ярость на Кихёна. Он открыто угрожал ему, строил все различные козни. Кихён не оставался в долгу. Он всячески искал брешь в делах Ким Намджуна, старался ответить тому. До сих пор старается. Даже ту папку заветную почти достал, но омега тот так и не доехал до него. Кто бы мог подумать, что этот человек является отцом его омеги. – Босс... Что прикажете делать? Только скажите, и этот омега у ваших ног окажется. – Его место не у моих ног, Тэкхи. Его место – рядом со мной. Рука об руку.

***

С тех самых пор Сынги стал более настойчив по отношению к Юнги. Он местами был даже груб, но омега не понимал почему. Он, ведь, не собирался всё бросать и срываться к Намджуну. Это абсурд. Да и опять же, вдруг тот альфа вообще не чувствует подобное. А Юнги ему такой: – Привет! Мы же истинные! Го поженимся?! Абсурд. Поэтому такое поведение Сынги омега считал совершенно беспочвенным. Альфа стал чаще пытаться. Будто отныне это стало его целью номер один в жизни. Но итог всегда один: лишь бельё падает со стройных ног, Сынги сдаётся. Омега же возбуждённый на бок переворачивается и старается успокоиться. Только в мыслях его далеко не Сынги. Там с недавних пор поселился один конкретный альфа, который и во снах теперь приходит, с ума сводит, отчего омега в поту просыпается и его лихорадит от ярких видений. Он лишь раз этого человека видел, но уже понял, что пропал. Понял, что жизнь уже не будет такой, как прежде. Тяжело жить зная, что здесь, в твоём городе, может даже... в нескольких кварталах от тебя, проживает один конкретный Ким Намджун, что является твоим истинным. Сынги теперь чаще пропадает в здании национального собрания, как участник партии Кихёна и будущий кандидат в депутаты законодательной власти. Кихён покинет свой пост уже через полгода. Юнги предлагают устроиться в тот же центр нейрохирургии и продолжать учёбу заочно. Главврач Ли собственноручно обещает помочь ему в этом. – Выбор за тобой, Юнги. Я никогда не сомневался в твоих способностях. – Сынги отвечает на новость супруга. Очередной ужин в гостях у старших Канов проходит в тёплой обстановке. Мин Кихён так же здесь. Ведётся обсуждение будущего омеги. – Отец, а ты... Как ты думаешь? – Юнги переводит взгляд на родителя. – Я солидарен с Сынги, сын. Это твоя жизнь. Мы примем любое твоё решение. Высший бал за артистизм достаётся Мин Кихёну. – Хорошо. Я принимаю предложение господина Ли.

И через некоторое время омега официально становится нейрохирургом клиники доктора Ли. А именно, специалистом в центре нейрохирургии Сеула.

***

Следующая их встреча случается совершенно спонтанно. Это происходит в здании клиники. Намджун зашёл по делу к господину Ли и встретил в коридоре Юнги. Намджун не забывал его. Иногда он даже следил за ним вместе с Тэкхи. – Он красив, босс. Вам повезло с омегой. – Он не пренадлежит мне. Пока. Они тогда в автомобиле сидели у здания института, в котором учится омега. Намджун понятия не имеет, что делать в этой ситуации. Кихён не допустит их союза, как пить дать. Убрать его – и Юнги Кима возненавидит. Похитить? Это просто. Но это будет не правильно по отношению к тому же омеге. И сейчас Намджун снова видит его перед собой. Снова этот взгляд кофейных глаз... Снова пожар в груди, что последнее время не перестает быть вообще, но сейчас пылает в разы сильнее. И снова эта мешанина запахов... Кажется, ещё немного, и кто-нибудь точно вызовет пожарных, потому что где-то точно происходит возгорание. Не где-то, а здесь. Между ними. – Господин Мин. – Господин Ким. Эти глаза... Они в самую душу смотрят, да так, что на висках пот выступает, а на лбу испарина появляется. Омега сглатывает шумно. Ноги ватными внезапно становятся, по телу дрожь. И это сложно скрыть. – Вам идёт белый халат. – Намджун держит себя в руках. Но та власть, что он ощущает над омегой, пьянит. – Спасибо. Вы тоже прекрасно выглядите, но серый шёл вам больше. – омега старается выглядеть спокойным, и ему это почти удаётся, однако в подтверждении своих слов он разглядывает Кима с ног до головы и нет... Юнги понимает, что не прав. Черный Намджуну идёт куда больше... Пиздец, как идёт. На альфе чёрные брюки и рубашка в цвет. Рукава её закатаны, а верхние пуговицы расстёгнуты. Чёртова погода... – Вы... заняты сейчас? – Намджун решает испытать судьбу. Хочется подольше побыть рядом с ним, узнать его поближе. – У меня небольшой перерыв... – Тогда... Может, кофе? – Можно... Они отправляются в столовую и альфа угощает омегу чашечкой кофе. И всё же Ким задумывается о похищении. Ох как задумывается, потому что находиться рядом с ним, сравнимо с пребыванием в раю. Была б воля Намджуна, он бы прямо сейчас закинул эту изящную тушку себе на плечо и унёс прочь, спрятал бы от всего мира. Омега этот замужем, но не меченный. Он состоит в браке, но запах его чист. – Вы позвали меня помолчать, господин Ким? – Юнги волнуется, потому что смотреть, как альфа... откровенно говоря, внюхивается, очень напрягает. – Простите, Юнги. Я просто задумался. Ну и как вам здесь? Нравится? Справляетесь? – Ким сгрёб себя, наконец, в кучу и сконцентрировал внимание на самом Юнги, а не на изучении воздуха вокруг. – Да, спасибо. Я влюблен в свою работу. На самом деле это прекрасно, найти, наконец, своё место. Твоё место рядом со мной... – Простите? – омега поперхнулся кофе. – Я что... – Да... Вы сказали это в слух. – Юнги старается держаться, но улыбка сама на лице вырисовывается. – Юнги... Прошу, простите за вопрос... Но, всё же, я не могу не спросить. – Да? – он весь во внимание. И это даже почти вводит в ступор. – Ваш брак... Он фиктивный? – Простите, господин... Но это не ваше дело... Чёрт... Нет, не стоило спрашивать. Определённо. Юнги возмущён, он даже из-за стола встаёт. Но Намджун подрывается следом, хватает его за руку и останавливает. – Прошу, простите меня. Это правда не моё дело. – Извините, но мне уже пора. На самом же деле нет. Но ощущать свою руку в его руке... блядь. Это кайфово. Но не правильно. Юнги выхватывает руку из намджуновой и идёт прочь из столовой, оставляя альфу терзать себя изнутри. Намджун ни о чём теперь думать не может. Он думает лишь о Юнги, когда клинику покидает... Лишь о нём думает, когда садится в авто, заводит мотор и срывается с места. Этот Кан Сынги определённо идиот, раз не заявил пренадлежность омеги. И для Намджуна это шанс. Шанс заполучить омегу и сделать своим во всех смыслах. В конце концов... Кто такой Намджун? Верно. Он Король. А короли всегда получают то, чего желают.

***

Мин Кихён восседает в своём кабинете, в здании национального собрания. – Господин Кихён... Думаю, вы должны знать. Ким Намджун встречался с вашим сыном. – Как? Они знакомы? – Кихён чуть было с собственного кресла не подскочил, услышав эту новость. – Да, господин. Они познакомились на встрече в честь юбилея клиники. Второй раз они виделись там же уже в другой день и разговаривали наедине. – Спасибо, секретарь Чон. Можешь идти. Не зря Кихён установил слежку за Намджуном. Однако он не ожидал, что Ким посмеет подкрасться к самому дорогому. Каким бы хреновым отцом не был Мин, Юнги единственный его сын, и он не допустит, чтобы с ним что-то случилось. – Юнги? Добрый день. Ты на работе? Мне необходимо поговорить с тобой. Прекрасно. Тогда, до вечера? Кихён постарается огородить сына от этого человека. Любой ценой.

***

Отец назначил сыну встречу в самом лучшем ресторане города. Юнги откровенно тошнит от всего этого. Подобный фарс вызывает лишь отвращение. Они сидят у окна, друг напротив друга. Официант приносит вино для альфы и гранатовый сок для омеги. После подают ужин. – Юнги. Разговор будет долгим и серьёзным. Прошу тебя выслушать меня внимательно. И он рассказывает всё о Ким Намджуне, с самого момента аварии. Не упускает так же то, кем, на самом деле, является этот человек. Юнги собственным ушам не верит... Неужели Ким и вправду подбирается к нему, чтобы насолить отцу, не более. – Будь осторожен, Юнги. Избегай этого человека. Я приставлю к тебе охрану. Сынги пока не говори ничего о моих проблемах. Я всё решу. В горло кусок не лезет. Тот пожар в груди, в раз потухает, оставляя лишь дым, который окутывает сознание. Омега уходит глубоко в себя, игнорируя старшего. Ужин почти не тронут. Кихён не понимает, что происходит, но Юнги побелел, его взгляд стеклянным стал... Кихён оставляет купюры на столе и под руку выводит сына из ресторана. Альфа берёт Юнги за локоть и сажает в авто. Он просит водителя довезти парня до особняка Сынги и приглядывать отныне за ним и днём и ночью. Так паршиво Юнги себя никогда не чувствовал. Даже тогда, когда его "продали" Сынги. Он всего лишь разменная монета. Всегда ею был и будет. А Намджун молодчина... Ворвался в жизнь Юнги лишь чтобы насолить отцу... Перевернул его внутренний мир, лишь чтобы подобраться ближе к цели. Пять баллов из пяти за идею. Пусть они и виделись всего пару раз, альфа уже завладел его сердцем. Отец прав. Его надо избегать, иначе омега своё сердце окончательно потеряет.

***

Но у самого Кима и в планах нет вредить Юнги. Не ему, ни в коем случае. Его цель вообще, кажется, канула в лету с появлением этого омеги. Чёрт, да Намджун даже готов объявить перемирие, лишь бы быть с Юнги. Но, видит Бог... Не бывать этому... Намджун снова заявился в клинику... С недавних пор это здание манит его... А точнее, один конкретный парень в белом халате. – Прошу, не сочтите за грубость... Но... Не появляйтесь больше здесь, с целью завладеть моим вниманием. Чёрт... Да у вас уже получилось это сделать... А дальше что? Воткнёте мне нож в спину, чтобы приструнить моего отца? – Юнги... Наша вражда никак не связана с вами... То есть... У меня и в мыслях не было вредить вам... В очередную их встречу омега не стал его избегать. Он вышел через запасной выход, убедившись, что Ким следует за ним и остановился на крыльце в ожидании. Пора поставить точку этим неправильным отношениям. – Вот именно... У вас вражда... А я его сын. И я буду на его стороне, в любом случае. – Ради вас я готов отказаться от войны и пойти на перемирие. Он стоит напротив. Во взгляде его искренность. Хочется верить ему, но не хочется обжечься. – Ваши слова прекрасны. Но я не попадусь в вашу ловушку. И не забывайте. Я всё ещё замужем. – Я же знаю, что ваш брак всего лишь фикция. Знаю, что Сынги заплатил вашему отцу. Вы идёте бонусом к "креслу"... Так ведь? Наверное не стоило рубить с плеча. Его слова задели омегу, вызвали гнев в чужих глазах, да такой, что воздух вокруг пропитался запахом лесного пожара. – Юнги... Я не ваш муж... Меня не пугают ваши сильные феромоны. Они лишь заводят. – Уходите... Уходите и не появляйтесь больше в моей жизни! Омега гневно хлопнул дверью, забрав за собой этот шлейф сногсшибательного аромата. – Я уйду. Но мы ещё увидимся, Юнги.

***

Тёплое летнее утро стало началом новых целей. Намджун принимает душ и как всегда, одевшись, отправляется к брату. – Перемена твоего настроения пугает меня, брат. – блондин снова тепло улыбается альфе. Он сидит в инвалидном кресле у окна. Ким подходит к нему и садится прямо перед ним на корточки. – Когда ты мне расскажешь, кто он? Сегодня Намджун понимает, что это качество в Лиёне ему всё-таки нравится. Однако Ким не знает, как сказать брату о том, что его судьбой является сын человека, что сделал Лиёна калекой. – Всё очень сложно, брат. – альфа ладони на чужие хрупкие колени кладёт, что не чувствуют сейчас даже тепла его рук. – Намджун... Мне, как ты понимаешь, спешить совершенно некуда. Рассказывай давай. Намджун не может скрыть правду от брата. Всё равно, тайное всегда становится явным. – Его зовут Мин Юнги, Лиён. Он сын Мин Кихёна. И он – мой истинный. Лиён молчит в ответ. Он не кричит, не психует. На его лице, кажется, вообще никаких эмоций. – Что ж... Судьба, она такая, брат. Кто мы такие, чтобы ей противостоять. Если он и есть твой человек, то так тому и быть. – после недолгой паузы говорит омега, с теплотой заглянув в глаза брата. – Значит... Ты не против него? – Ким видит эту теплоту, и камень с его плеч падает о землю, разбиваясь на тысячи осколков, что обращаются в невидимую пыль. – Он – не его отец, Намджун. Да и на Кихёна я никогда не злился. Это лишь моя вина. Не его, не твоя. Лишь моя. – Лиён переводит взгляд на синее небо за окном. – И он замужем, Лиён. – Что?! – омега ошарашенными глазками в альфьи омуты впился. – Я же говорю... Всё сложно. – Ким голову опустил, сложив руки в замок на коленях. – А теперь, пожалуйста, всё по порядку. И кто такой Намджун, чтобы отказать брату в откровенностях.