Все только начинается

Отрицание. Паша проснулся и глянул на часы, которые показывали 17:00. "Тааак, пора вставать. Скоро Олечка моя любимая с работы придет, надо ужин приготовить". С этими мыслями, Паша встал и пошел с воодушевлением готовить ее любимую пасту. Прошел час, два, три, а Оля так и не появилась дома. Паша сидел за столом, где лежали две тарелки с пастой и смотрел на дверь в упор. Гнев. Когда Паша понял, что Оля не просто задерживается на работе, а не придет домой вообще, потому что она ночует в больнице, он с силой воткнул вилку в горку макарон под соусом и встал из-за стола. Надо выплеснуть агрессию, но крушить уют, созданный с таким трепетом Олей, не хотелось. Паша откопал старую подушку, которую Оля давно собиралась выбросить и начал яростно ее колотить. Минут через 20 он взвыл от боли, потому что случайно стукнул гипсом с поломанной рукой и эта боль как-то его образумила. Торги. Паша убрал подушку обратно и решил навести дома порядок. - С этого дня, у нас дома будет чистота. Оль, ты же просила меня не раскидывать носки, значит не буду. - разговаривал сам с собой Паша, складывая разбросанные вещи - И за тобой приберу, мне не сложно. - переложил всю ее косметику на туалетный столик - Надо разгрузить тебя от домашних дел, так что с сегодняшнего дня буду и стирать, и гладить. Господи, даже Варежку помою, хоть с ее характером можешь совладать только ты. И лоток ее уберу, обещаю. Только очнись поскорее - разговаривал Паша с Олиной фотографией - Да, Оль, на работе, клятвенно обещаю никому не хамить! Ни одной жалобы на меня больше не будет, чтобы ты не нервничала лишний раз. Тебе теперь нельзя. Совсем нельзя. Депрессия. Окинув зорким взглядом всю идеально чистую квартиру, Паша сел на диван. Было далеко за полночь, а у Паши энергии, хоть отбавляй. Он откупорил бутылку коньяка и осушил две рюмки. В голову лезли разные мысли. Он определенно винил себя в этой аварии, хотя за рулем была Ольга. Он мог ее остановить, запретить пересекать двойную сплошную, поругаться с ней, накричать. Мог, но не сделал. Да, Оля бы обиделась, но они бы потом обязательно помирились. А так, он ее поддержал и потерял самое ценное, что у него есть. Жизнь жены держится на волоске, а жизнь ребенка и вовсе оборвалась, не имея ни единого шанса на появление. Он просидел так несколько часов в самокопании и самобичевании, но усталость и алкоголь без еды взяли верх и он уснул на диване. Принятие. Паша отвратительно спал, постоянно ворочался на узком диване и в конечном итоге упал с него. Посмотрел на часы: 10 утра. Голова немного болела, но терпимо. Выпил таблетку, заел вчерашней холодной пастой, вкуса которой совершенно не ощущал, и пошел умываться холодной водой. - Все, Паша, пострадал вчера и хватит. Олечка сейчас сложнее, чем тебе. Ты должен собраться ради нее и поехать в больницу навестить ее. Ты должен держаться, если ты расклеишься, она тебе этого не простит. Тем более, завтра с утра на смену. Покажи всем, что вашу семью ничем не сломать! Да, так будет правильно. - убеждал сам себя Паша, стоя у зеркала в полный рост. Собрав всю свою волю в кулак, он надел свежую одежду, взял ее обручальное колечко и поехал в больницу, где лежала жена.