Возвращение в страну дождей после смерти

Демид коснулся губами запястья — маленькой ямки со стороны мизинца. Тонкие невидимые, но осязаемые волоски щекотали его щеку. Он никогда не увидел бы их, если бы не почувствовал. Демид замер, думая об этом с чрезвычайным надрывом. Мертвая биологическая машинка в груди притворялась живой так исправно, что замерла, когда чувства стали невыносимо острыми. Оказалось, что, когда сердце замирало, оно билось ещё сильнее и быстрее. Он оторвался, чтобы поцеловать выше. Не смыкая губы, слегка обхватывал кожу, но не позволял себе коснуться ее зубами. Влажные поцелуи не оставляли следов — Демид боялся разбудить чувства другого порядка. Он замер у сгиба локтя, не дойдя одного поцелуя до раскаленной впадины. Он чуял латеральную вену, биение и давление крови внутри, почти слышал шум, текущий к лёгким. Коротко поцеловал между венами. Челюсти свело, и клыки выехали. Ещё два быстрым поцелуя в предплечье, мягко и нежное место, касающееся обычно тела — а сейчас его губ. Он пытался перебить рык в своей голове. Ладони Вики мягко коснулись его щек, обвели овал лица — Демид поднял взгляд на Вику и не смог его опустить. Она мягко сжала его челюсти и потянула голову на себя. Ее руки грели, а внутри челюсти жгло. Демид потянулся за ней напрямик к лицу и губам. Вика поцеловала его, сжав верхнюю губу между своих прекрасным губ. Ее влажных язык коснулся обветренных ранок, искусаннных от волнений, и мягко толкнулся сбоку от нависшего выступа. Демид почти почувствовал ее язык у своих зубов. — Не нужно, — поспешил. Сам увидел, насколько поспешил. — Не нужно. Пожалуйста. Он положил ладони поверх ее рук. — Нет, не убирай, — отвёл взглядом вместе с головой, уткнувшись в ее ладонь носом.