Чистые души

Неделя пролетела почти незаметно. Стив, по приказу начальства, целыми днями работал в офисе, возвращаясь домой ближе к ночи. А к этому времени Мэй всегда возвращалась домой, строя планы на вечер. Питер и Оливия были полностью загружены учёбой, по особым причинам. Во-первых, у обоих уже накопилось достаточно долгов по конспектам и домашним работам. Преподаватели стали всё чаще задавать вопросы по этому поводу. Ведь, как это, круглые отличники забросили учёбу и стали вести себя рассеянно на уроках, совсем не слушая учителей. Это подпортило репутацию хороших оценок. Если Мэй узнает — убьёт обоих. Во-вторых, за одну неделю, Паркеры умышленно нарвались на две отработки, которые проводят после окончания уроков, как раз время, когда Стив приезжает домой на обед. Он никогда не интересовался во сколько у детей заканчиваются уроки, может беспокоит что-то, или нужно купить какую-нибудь вещь для школы? Грустно осознавать насколько изменилась жизнь, вполне себе счастливых подростков. Самооценка обоих детей упала за считанные дни, проведённые в четырёх стенах за компанию со Стивом. Питер иногда удивляется, каким же хорошим актёром нужно быть, чтобы так хорошо играть роли «доброго папочки» — который в тайне от тёти дубасит ее детей. И «заботливого парня», что без каких-либо корыстных целей играет простого семейного человека. Сегодня пятница, значит у тёти Мэй ночная смена. И как раз в этот день, Стив должен вернуться с работы пораньше… — Куда это запропастился Питер? — будничным тоном спросила Мэй. Женщина с самого утра стояла у плиты и готовила печенье, рецепт которого был взят из интернета. А, как все знают — Мэй не повар, поэтому в мусорное ведро было выкинуть уже несколько пакетов испорченного печенья. — Эм… — данный вопрос застал, сидящую за кухонным столом девушку, в ступор. Ещё утром она пообещала прикрыть брата, на случай, если кто-то, что-то о нём спросит. Ей не хотелось лгать близкому человеку, но она не могла рассказать Мэй о тайне Питера. — Он в гостях у Нэда, - соврала девушка. По жизни она была так себе лжецом, впрочем, как и её брат. Хотя нет, лгать она умела лучше, чем Питер. Он у них пай мальчик. Оливия до сих пор удивляется, как Питер вообще сохранил тайну человека паука от Мэй? Казалось бы, только этой женщине стоит нахмуриться и посмотреть на человека, как уже через секунду она будет знать о всех его грехах. Уже несколько дней её беспокоит мысль, что тётя догадается или увидит синяки на руках и ногах, которые оставляет Стив. И если тётя сложит пазл, то будет плохо всем. Стив выглядит дружелюбным только на людях и при Мэй, а когда они остаются наедине, у того будто крышу сносит. Мужчина не следит, с какой силой хватает запястье подростков, поэтому после его шершавых пальцев остаются синяки. У Питера эти болячки исчезают уже на следующее утро, благодаря регенерации, а вот у Оливии они хранятся в течение нескольких дней. Помимо синяков, Стив может дать пощёчину, что выглядит очень унизительно. Но дальше пощёчин никогда не заходило, он не бил лицо кулаками, видимо боялся, что тётя заметит. Не считая того случая с Питером. — Так! — вдруг сказала Мэй и начала стаскивать с себя фартук, откидывая его в сторону, а потом отодвинув стул, присела рядом со своей племянницей. — Тебя что-то тревожит, я же вижу. Что случилось? Вот же черт… В этот момент мир, кажется, остановился, а земля ушла из-под ног. Помимо беспокойства, девушка ещё ни разу не задумывалась, что будет отвечать на подобный вопрос, если тётя все-таки задаст его. Понимая, что привкус крови во рту ей только кажется, она все равно чуть не поперхнулась. Пульс ощущался каждой клеточкой; сердце колотилось так быстро, что все тело с головы до пят охватила крупная дрожь. Шестерёнки головного мозга бешено закрутились, пытаясь выдумать хоть какую-нибудь правдоподобную ложь. — Мы… просто с Питером поссорились, — единственное, что пришло в голову. — Что вы не поделили? Оливия сосредоточена на своем расслабленном виде, тётя ничего не должна заподозрить. Она ни в коем случае не должна узнать, что это ложь. — Питер тебя как-то обидел? — обеспокоенно спросила она. — Нет! Нет, что ты? — протараторила девушка, опасаясь заглядывать в родные глаза. — Это обычная ссора, думаю, завтра уже помиримся. Мэй с сомнением взглянула на Оливию, а потом крепко прижала к себе. — Девочка моя, ты уже такая взрослая, а врать до сих пор не научилась. — Эй! — девушка сделала возмущенное лицо и выпуталась из объятий. — Мы правда поссорились! И я не соврала! — Смотри у меня, — шутливо пригрозила пальцем Мэй и вернулась к готовке, то и дело посматривая на девушку. *** Время близилось к ночи, через час Мэй уйдёт на работу и я останусь одна. Наедине со своим одиночеством, в пустом доме. Ещё до появления Стива, в такие моменты нас с Питером забирал к себе Тони Старк. Точнее, в башню Мстителей. Правда, никаких мстителей там нет, но не в этом суть. В общем, Старк забирает нас в башню, что происходит довольно часто, и в башне нас развлекают Пятница и огромная территория. В наше с Питером распоряжение входят два этажа, огромных этажа. И пока Тони Старк находится в своей мастерской, мы носимся по всем этажам и сносим с полок всё стеклянное. Уничтожение башни происходит до тех пор, пока не вернётся «мисс зануда». То-есть, Пеппер. Нет, на самом деле она хорошая, но иногда бывает такой скучной… Наше знакомство с четой Старков произошло ещё три года назад, когда великий Тони Старк приехал забрать просто Питера Паркера в Германию. А дальше всё шло, как по маслу. Питер стал любимым протеже для Тони Старка, ну а я… Просто я! Иногда миллиардер даже заглядывал на чай с финиковым пирогом, который от души ненавидел, но, счастливо улыбаясь, продолжал давиться им, чтобы не обидеть Мэй. После появления Стива, наши поездки к Старку прекратились. И Тони это кажется ни капельки не смущало. Или он просто занят. В последнее время он постоянно находится в разъездах и в башне почти не бывает. Из коридора послышались шаги, а уже через секунду в кухню вошёл растрёпанный Питер. — Ты где шлялся? — я мигом подскочила к брату и яростно начала его трясти. — А если бы Стив был бы дома, ты бы меня одну тут бросил? Парень растерялся. Он неуверенно почесал затылок и виновато посмотрел на меня. В этот момент он больше напомнил провинившегося котёнка, чем подростка-супер-героя. — Извини, — искренне прошептал парень. — Ладно, потом будешь извиняться. Сейчас важно другое. Мэй думает, что мы поссорились, — в коридоре снова послышались шаги, затем на кухню вошла Мэй. — Давай, импровизируй, гений. Я отошла от брата и решила поправить свои волосы, которые торчали во все стороны, а ещё падали на глаза. — Теперь ты не выглядишь как растрёпанная мышь, — прокомментировал мои действия Питер. Ах, вот ты как?! Ну ладно, я принимаю твой вызов, братик! — Спасибо. А ты всё так же похож на козла, только бородки не хватает, — дерзко отозвалась я. — Ты вызываешь у меня отвращение. — А ты у меня головную боль и изжогу. — Очень смешно. — А это и не шутка. — Идиотка. — Дурак. Ещё до того момента, как тетя открыла рот, чтобы наругать нас за такие слова, мы с Питером, показав друг другу языки, быстро выбежали из кухни. *** Сегодня Стив приходит позже обычного. Подростки уже поужинали, теперь сидят за кухонным столом, доделывая уроки. Время от времени мы с братом перекидываемся парочкой слов, а после снова возвращаемся к урокам. Вечер, пока что, проходит отлично. Питер, отвлекаясь от конспекта, отмечает, что Стив возвращается домой не в обычное свое время, а гораздо позже. За окном уже достаточно темно и пошел снег; весь день погода стояла стабильно прохладной. Только по тому, как хлопает входная дверь, мы понимаем — Стив в плохом настроении. Нас это почти не удивляет. В последнее время он раздражен, чем-то озабочен и впадает в различные эмоциональные состояния: то агрессия и раздражение, то апатия и задумчивость. Подростки стараются не вмешиваться в личную жизнь Стив, чтобы, не дай Бог, не попасть под горячую руку. Впрочем, он без их помощи отлично находит причину наорать или ударить. — Эй вы, — на кухню вошёл Стив, глаза его были слегка мутные, а от одежды исходил запах алкоголя. Но он был не совсем пьян, почти ровно стоял на ногам и даже не шатался. — Тони Старк звонил. Краем глаза я увидела, как заблестела надежда в глазах Питера. — Он хотел забрать вас, но я не дал своего разрешения, — говорит Стив, разрушая все надежды. — П-почему? — дрожащим голосом спросил Питер, его ноздри затрепетали, было ощущение, что он на грани того, чтобы разрыдаться. — Потому что, я так сказал! — кричит Стив и отвешивает сильную пощёчину. У Питера дёргается голова в сторону и он летит вниз вместе со стулом. — И ты ещё смеешь спрашивать, щенок? Не сводя с Питера глаз, Стив начинает расстегивать ремень. Питер в ужасе смотрит на то, как медленно пальцы мужчины вытаскивают длинный кожаный ремень из шлевок джинсов. Один конец ремня, Стив наматывает на кисть и делает резкий замах. Питер дёрнулся и молниеносно закрыл лицо руками. В этот момент часы, кажется остановились. Всё произошло, как в замедленной съёмке. Я вскочила со своего места и бросилась закрывать брата от ненормального отчима. Удар. Вскрик. Ремень со всей силы прилетел по моей руке, которую я выставила вперёд, чтобы орудие не попало по рёбрам. В животе ворочается противный, словно состоявший из склизких змей, клубок ужаса. Самого настоящего, когда в голове нет никаких мыслей, только основной, первобытный инстинкт защитить брата от боли. Стив, кажется не собирался останавливаться. Свист. Удар. Вскрик. Свист. Удар. Вскрик. О том, что козлина замахивается, говорит только характерный свист, с которым ремень рассекает воздух. Я успеваю отвернуться, подставляя бок и часть спины, чтобы не страдала моя рабочая рука. Места, куда приземлилась кожаная полоска обдает жаром. Свист. Удар. Свист. Удар. Из моих моих глазах брызнули слезы, которые тут же впитала футболка Питера. Получается, что моё тело лежало полностью на нём. Питер резко дёрнулся, выныривая из-под меня. Сзади послышался вскрик, который, судя по ругательствам, точно принадлежал не моему брату. — Чёртов мальчишка, — шипел Стив. — Уходим, — прошептал Питер и, быстро поднявшись, взял меня на руки и куда-то понёс. Уже на грани потери сознания, я разлепила мокрые от слез глаза и увидела согнувшегося пополам Стива. — Всё будет хорошо! Потерпи, пожалуйста…