Любить нельзя убить

Он жил в небольшом двухэтажном домике в тихом районе Детройта, где годами ничего не происходило. Казалось, сама жизнь покинула это место, пустое и малолюдное. Грег безумно любил свою девятилетнюю дочь. Восемь лет назад его жена бесследно исчезла, когда дочери Оливии не исполнилось и годика. Обзавестись новой новой мамой для Оливии мужчина не стремился. Его, в свои сорок пять лет всё устраивало. Работал он прорабом и постоянно строил и новые дома, и реконструировал старые здания. Дочь ходила в школу, обычная, ничем не примечательная семья. Всё бы ничего, если бы в последние несколько лет Оливия не стала замечать за отцом одну особенность. В выходные он стал приводить к себе, в свою комнату разных людей. И, они не являлись его друзьями, случайные знакомые…а потом, они не уходили, просто исчезали, в его комнате. Из которой он подолгу не выходил. Это случалось и раньше, но в силу своего совсем юного возраста Оливия совсем не обращала на это внимание. Заходить Оливии в эту комнату, на первом этаже было запрещено. Да, она и побаивалась её. Когда отец приводил туда человека, то включал громкую музыку, преимущественно рок…который девочка терпеть не могла. Но ребенок есть ребенок, он ко всему привыкает, тем более, что Грег свою дочь холил и лелеял. Ей не на что было жаловаться… И вот, на десятилетие, этот день попал как раз на воскресение, отец пришёл не один, а с молодым человеком, лет двадцати. Симпатичный, кудрявый, с выразительными глазами. Оливия задула свечи на торте, они отметили праздник втроём. Парень всё время молчал…а потом начало творится нечто не понятное, для девочки. Сначала она подумала, это отец так шутит. Грег поглядел на Оливию, взяв её за руку: — Дочка, теперь у тебя будет друг и слуга, он исполнит все твои желания, он будет жить с нами, это в наказание… — За что, папа? — Он преследовал тебя, и хотел похитить…а потом убить, я его поймал первым. — А где он будет у нас жить? — В клетке, в подвале, я тебе покажу. Когда я буду на работе, он будет сидеть там, чтобы не сбежал, и тебе не навредил, а когда мы все будем дома, он твой слуга, раб… — Его зовут Эдвин. — Эдвин, поздоровайся с Оливией! Грег стукнул парня в плечо Тот, будто очнувшись, кивнул девочке. Оливия была ошеломлена происходящим. Шло время, девочка росла и уже не могла представить себе иную жизнь. К Эдвину она очень привыкла, и даже иногда Грег разрешал ей брать своего раба на прогулку, только во дворе дома. Эдвин исполнял все желания и прихоти Оливии, и что странное, он не пытался сбежать, когда представлялся случай… Вместо друзей у Оливии был Эдвин. Взрослея, она делилась с ним своими тайнами, мыслями. Он, молча слушал…никогда не спорил и не говорил — «нет». Прошло шесть лет. Из девочки Оливия превратилась в красивую девушку… Ей все больше и больше нравился её друг, как она звала Эдвина в отсутствии отца рядом. Все эти годы Эдвин не покидал пределов участка. Оливии исполнилось восемнадцать. Отец отпустил её с Эдвином в кинотеатр. После сеанса именинница предложила совершить побег, свободу, сказав, что отцу она наврёт, и он простит. Но Эдвин наотрез отказался. Оливия несказанно удивилась. После долгих расспросов, он признался, почему как раб привязан к ней. Его Грег шантажирует, и обещал, что вырежет всю родню, на его глазах, он много лет назад убил брата. У Эдвина остались сестра, отец и мать. И почти каждый день Грег приносит ему фото, он за ними следит, и при случае побега, или похода в полицию, он успеет их убить. — Я не верю! — Это правда, твой отец убийца! Оливия понимала, что Эдвин не врёт, но отрицательно качая головой, не сдержала слёз: — Нет, это не так, Эдвин, скажи что…это ложь!.. Но мужчина взял ладони девушки в свои руки и стал целовать: — Не плачь, видно, судьба моя такая, но ты другая, не такая как он, ты хорошая! Оливия впервые в жизни поцеловала мужчину, она не могла сдержать себя. Он ей нравился очень, и всё больше и больше. Поцеловав его, Оливия отпрянула, будто испугавшись нахлынувших чувств. Теперь она уже не плакала, бессмысленно глядя из окна кинотеатра. Девушка еле слышно произнесла: — А я тебе нравлюсь, Эдвин? — Да…не раздумывая признался мужчина. Уже давно, ты славная и чистая…хоть тебе и восемнадцать, но в душе ты ещё ребенок, судя по твоим откровениям со мной… Оливия развернулась, изменившись в лице: — Я поняла, пошли домой! — Извини — обронил Эдвин, не смея взглянуть на девушку, когда они возвращались домой. — Забудем! — махнула рукой Оливия, зная, что забыть и заставить не чувствовать симпатию к нему нереально. С этого момента девушка не могла скрывать свои чувства, то робко молчала наедине с Эдвином, он тоже молчал, то бросала на мужчину вопросительные взгляды…а после смущаясь, краснела. Долго набираясь мужества, она решила поговорить с отцом. Они ужинали вдвоём. — Папа, а не пора ли нам отпустить Эдвина? Я уже выросла, игрушка мне не нужна. — Я начну встречаться с парнями, мы и Эдвина будем брать с собой? Как ты это себе представляешь? От неожиданности Грег побагровел, и стукнул кулаком по столу: — Нет, не может быть и речи, ни о том, ни о другом! Тебе рано ещё встречаться с парнями, и Эдвин, как жил с нами, так и останется! — Но папа…- возмутилась Оливия, надув губки. Грег успокоился и усмехнулся: — А давай-ка, его спросим, что он об этом думает? Отец привел мужчину к столу: — Ну, что ты стоишь, как не свой? Хочешь на свободу? — Нет…- прошептал Эдвин, бросив печальный взгляд на девушку. — Что я говорил? — Садись рядом… — сказал уже мягким голосом, Грег. — Будешь ужинать с нами. На следующий день отец привёл в свою комнату пьяную женщину, средних лет, и они уединились. Грег включил музыку. Оливия посмотрела фильм, полазила по сайтам, и ей все наскучило. Она спустилась в подвал. Эдвин, сидя в клетке, дремал. — Эдвин… Он встал на ноги и приблизился к девушке. Оливия коснулась его кудрей и посмотрела в глаза: — Я хочу сказать тебе кое-что что. — Я люблю тебя… — Я тоже тебя люблю — ответил Эдвин без тени сомнения, взяв её за руку. — Оливия? Это что такое? Что ты делаешь в подвале? Отец стоял на последней ступеньке лестницы удивленный и шокированный. — В чём дело? Почему вы держитесь за руки? Оливия развернулась, бесстрашно глядя отцу в глаза: — Я люблю его, понятно? — Что? — отец засмеялся — Это такие шутки? — Нет! И он любит меня, скажи, Эдвин?! Оливия обернулась на мужчину. — Выпусти его, мы уйдем вместе с ним. А сам продолжай водить к себе людей, которые исчезают. — Что ты сказала? Ты меня в чём-то подозреваешь? Грег замахнулся кулаком на дочь и стукнул её в глаз. Оливия, вскрикнув, отшатнулась, держась за больное место. — Не смейте её трогать! — Уже, и во всём виноват ты! Видишь это? Грег достал из кармана красного халата нож: — Оливия, ты не оставила мне выбора! Грег открыл клетку и отшвырнул в сторону дочь. Оливия упала, ударившись о стену, и на миг отключилась. Эдвин вызывающе глядел на убийцу, а тот держал его за шкирку мёртвой хваткой: — Теперь ты чувствуешь, какая у меня хватка? — Я тебя не боюсь! — прошипел в ответ Эдвин и плюнул убийце в лицо. Грег воткнул ему в сердце нож, и мужчина упал на пол, истекая кровью. Оливия открыла глаза, и поднимаясь на ноги, увидела умирающего Эдвина: — Папа! Зачем? — Ты тоже хочешь отправиться, туда, к нему? Оливия стояла как выкопанная, беззвучно плача: — Отец, неужели ты убьёшь меня, свою дочь? — Нет, конечно! Но ты наказана! Поднимайся живо наверх! И не попадайся мне на глаза ближайший день, а может неделю! Оливия мысленно прощаясь с любимым, прошла мимо отца, поднимаясь по лестнице, она уже твёрдо знала, как быть. Схватив на кухне нож, девушка кинулась обратно. Отец возился с мёртвым телом Эдвина, сидя к ней спиной. Оливия, не думая, ударила его ножом, потом ещё раз, и ещё. Вскоре, отец уже валялся у её ног, а она стояла, с поднятой вверх рукой. Нож выпал из её руки. — Они умерли а я…почему я жива… — в агонии шептали её губы. Оливия подняла нож, и, приставив к шее, перерезала себе горло.