Спасение.

Мина сидит в кафе и высматривает в окне людей, мысленно отмечая, что сегодня улыбок она увидела больше, чем обычно, а по гороскопу ей предстоит получить большую порцию позитива. Она час собиралась, повыкидывая из шкафа свою одежду, старалась подобрать все, чтобы выглядело красиво, тысячу раз оценивающе разглядывала каждый сантиметр ткани. И все лишь для одной особы, которая оказалась очень разговорчивой и интересной, и которая, кстати, опаздывает уже на пол часа. Понимающее доброе сердце уже придумало оправдание "ну Чеен же художница, творческая личность, такие, наверное, всегда опаздывают?". А разумная часть во всю говорила на сколько глупым и необдуманным было решение согласиться с незнакомым человеком на встречу так спонтанно для такой осторожной и очень не спонтанной Мины. Но по гороскопу у нее счастливый день. А гороскопы перекрывают все крики части разумной, потому что всегда правы. Меи широко улыбается, когда дверь открывается с шумом и с, чуть не упавшей споткнувшись об свои ботинки, Чеен. Она неловко извиняется за опоздание, протягивает три тюльпана, перевязанные розовой ленточкой. А у Мины мышцы лица сейчас откажут, уж слишком много и долго улыбается. Но она ничего не может поделать с собой, когда "ты очень красивая" от Чеен и еще миллион комплиментов обрушиваются ей на голову, моментально окрашивая щеки в розовый. Легкая и веселая беседа навеевает какую-то домашнюю атмосферу, и Мина считает своим долгом тут же об этом сказать своей собеседнице. — Знаешь, я как будто с бабушкой сижу и разговариваю. Чеен залилась смехом, попутно беря ладонь девушки, сидящей на против, и по-дружески, как кажется Мине, гладит. И она тоже не может скрыть смех, уже теплившийся в груди, но старается быть сдержанной. А зачем? По гороскопу сегодня у нее все хорошо, и значит сдерживать чувства не надо. Их тема разговора постепенно перетекает на более серьезную. Ту, ради которой они встретились. Но вот Мине становится неловко, когда Чеен спрашивает об оплате услуг модели, ведь ощущение "дома у бабушки" берет верх над частью разумной, которая, в общем-то, была возмущена ответом "ну ты чего, я готова бесплатно все делать, только корми меня" и тихим смехом, с дополнительной милой улыбкой. Как-то плохо влияет на нее Чеен. Слишком легкомысленной становится, слишком.. влюбленной. Именно так описывает себя Мина, когда замечает за собой, как аккуратно берет руки девушки в свои и расслабленно слушает приятный голос. Их встреча подходит к концу, что очень расстраивает обеих. Домашняя атмосфера испоряется, теплые руки Мины больше не греют, а громкий смех не наполняет кафе. Только номера телефонов дают повод попрыгать от прилива глупой радости Мине и сразу же написать "когда первый шедевр создадим?", как только дверь в квартиру закрылась.

***

Чеен медленно-медленно собирается с силами, чтобы нажать на звонок. Сейчас 7:30. Немного не подходящее время для хождения в гости, но ее немного это не волнует. "Глубокий вдох, глубокий вздох и сдох" — так успокаивает себя она, и это помогает. Удивительно. Спустя десять попыток разбудить хозяйку квартиры, у Чеен это получается, и через щель в двери просовывается сонное лицо Мины. Прямо сейчас младшая готова запищать от умиления, а Меи прямо сейчас готова убить это нетактичное и непунктуальное существо, которое, не смотря на все свои ужасные качества человека, принесла пирожные с заварным кремом, которые очень любит Мина. Ворчанье и звук включающегося чайника были приглашением войти, на что Чеен радостно похлопала ладошками и кинулась с объятиями на бедного пингвина (так она назвала японку). — Я собиралась проспать до одиннадцати, а сейчас сижу и с тобой вожусь, — уплетая за обе щеки пирожные и делая глоток крепкого кофе, мямлила Мина. Ей в новинку такой ранний подъем, и она знает, что повторять его не хочет. Тело и мозг тянет снова в теплое местечко под одеяло, желательно с Чеен. Но Мина заставляет исчезнуть сладкие мысли, которые навязчиво ей предлагает влюбленное сердце. Она бы рада в них окунуться, но это все не сейчас и не здесь.

***

Видеть Чеен молчаливой, задумчивой и чертовски серьезной было для Мины противоестественно. Вся энергичность и игривость куда-то уходили, даже не предупредивши. Может быть, они уходили на листок бумаги, где с помощью них из длинных линий появлялись сначала очертания Мины, а потом и карандашный клон. А может быть, они никуда и не уходили, просто Чеен их быстренько запирала в клетку, чтобы наоборот не мешали рисовать. Вопросы стайками летали вокруг Меи, и она надеялась, что хоть один из них сядет на художницу, чирикнет и девушка ответит на него. Но все это лишь фантазии и чувства, которые преследуют Мину и ее скучную непредсказуемую жизнь, которая стала таковой с появлением в ней непредсказуемой Чеен, которая и по горам сводит, и мозг проест, и полюбит очень-очень сильно.