Изумруд.

16 ГЛАВА — Убить?! Вы сошли с ума?! Он же не просто вампир, он супруг Лорда! — заорал Пуртес. Прям лежу и умиляюсь. Долго еще меня делить будут? Хотя… пусть треплются, может, Нартен быстрее найдет. Он же ищет, не может не искать, я уверен. — А ты с ним собирался в игры играть, что ли? — разозлился Адий. — Поединок это честно, — парировал Пуртес. — Пфф, именно из-за твоего глупого понятия о чести Атиш и тянул с супружеством, приходя ночами в мою постель, — пренебрежительно произнес Герт. — Закрой свой поганый рот, — зашипел в ярости Пуртес, выпуская свою силу. Земля задрожала. — Не тебе закрывать его мне, мальчишка, — в ответ раскрыл свою пасть Герт. Ух, ты, а все вокруг дрожит… Может, и свою выпустить, разрушить тут все к чертовой бабушке? И как интересно так получается, что внешне совсем молодой парень Герт говорит, что Пуртес для него «мальчишка»? Это сколько этим старым пердунам лет-то? Мда… видимо, возраст на умственное развитие не влияет… — Уймитесь! — гаркнул Велор так сильно, что я хоть и связанный, но испуганно подпрыгнул. Неожиданно дверь разлетается в щепки. Сердце радостно забилось. Спутать этот запах я уже не смогу ни с чем и никогда. Щелчок пальцев, и стоящие четверо вампиров валятся мертвыми куклами на пол. Как будто у марионеток обрезали нити. Лорд не лгал, когда сказал, что любого вампира может так убить. Тогда почему медлит с более опасными? — Приветствую вас, господа, — столько ледяного презрения, что можно замерзнуть. — Вижу, Вы решили пригласить в гости моего супруга. Следом за Нартеном спустились злые Ранелис и Дразиас. — Пуртес, Ваше счастье, что говорили настолько громко. Вы встретитесь с моим любимым супругом в поединке. Уходите. А как дернулись вампиры, когда Лорд в открытую сказал, что я любимый. Поняли, сволочи, что каюк им. — Ранелис, забери отсюда Славу. — Я хочу остаться! — подал я голос, пока Дразиас перерезал веревки связывающие меня. — Мне надо им накостылять по тыкве, чтобы до них доперло, с кем стоит иметь дело, а с кем лучше не связываться. — У тебя сегодня поединок с Пуртесом, вот там ему все и припомнишь, — сказал и при этом нежно улыбнулся Нартен. Я замолчал, весь гнев сдулся. Не могу я противиться ему, когда он такой… нежный… Я нехотя, но все же поднялся по ступенькам и вышел под пристальными взглядами оставшихся вампиров. — Дразиас, что с ними будет? — зачем спросил? Понимаю же, что видел их в последний раз… — У тебя ничего не болит? — Нет. Громкий топот. — Аааа! Дик, зараза! Хватит меня облизывать! Да рад, я рад! Хи-хи, щекотно же! — пытался я отвернуть голову от языка, лежа на полу, куда меня уронил обрадовавшийся моему появлению Дик. — Хорошего ты себе зверька завел, — похвалил Дразиас, но подходить ближе опасался. — Это он парня задержал. Раймонд тебя искал, а напоролся на это чудо. В общем, Лорд с ним нашел общий язык, на нас с Ранелисом вроде не скалится, но и не подпускает ближе. — Так это ты, мой хороший, всем сообщил, что меня похитили? — ласково заговорил с довольным Диком. Тот млел от поглаживания за ушками. Мы пошатнулись. По земле волной прошла дрожь. — Дразиас? — испуганно посмотрел я на вампира, боясь, что с Нартеном может что-то случится. Глупо, конечно, но я за него слишком сильно переживаю. — Давай выйдем на улицу, — потянул за собой Дразиас. — Мы твоего Дика в дом первым запустили. Думаю кроме тех, что в подвале, никого уже в живых здесь не осталось. Вниз его брать не стали, а то не успели бы и слова сказать, всех бы убил. Пуртесу, видимо повезло проскочить мимо него на обратном пути. — Он настолько опасен? — можно было не спрашивать, стоило только выйти из коридора и попасть в фойе. — Ой, что-то мне поплохело. — Я тебя понесу. Что-то ты слишком бледный, — взволнованно подхватил на руки Дразиас. Я поспешно закрыл глаза, чтобы не видеть… Стены, пол, все было красным от крови. Месиво, что валялось здесь, некогда было вампирами, а сейчас было бесформенными кусками. Стоило почувствовать свежий воздух, я мгновенно соскочил с рук и отбежал в сторону, где меня вывернуло. Спасибо, что Дразиас не сказал ни слова о моей слабости. Рядом раздалось поскуливание. Я и забыл, что зверь чувствует мои эмоции. — Прости, Дик. Сейчас все будет в порядке, — он виновато смотрел на меня своими черными глазами и лизал руку. — Ты меня спасал, да? — Дик лизнул мою щеку. — Ты у меня молодец. Настоящий герой. Постарался передать волну благодарности Дику и, судя по тому, как он довольно завилял хвостом, грозя покалечить стоящего недалеко от нас Дразиаса, у меня получилось его успокоить. — Нартен! — бросился я на шею своему супругу, стоило ему только показаться. Целый и невредимый, остальное не важно. — Драгоценный мой, это как называется, а? Тебя же нельзя на секунду оставить, чтобы что-то не случилось?! — говорил Нартен спокойно, но это не помешало мне почувствовать себя виноватым. — Но я же не специально! — возмутился я, а Дик в поддержку рыкнул. Нартен изумленно уставился на моего питомца. Я хихикнул. Дик смущено потупил морду. — Да-а… Слав, ты же мог сразу вырваться от похитителей? Мог? — снова начал Нартен. — Да. — Но решил удовлетворить свое любопытство? — бил он в самую точку. — Да. — А если бы мы опоздали? — добил меня Нартен. — Я все понял… еще там… Простите, больше такого не повторится, — мне было ужасно стыдно, потому что он был прав, а я поступил по-детски. — Не повторится, — жестко высказался Ранелис. Я только сейчас заметил какой-то мешок в его руке, и от него явственно тянуло кровью. — Сегодня многие получат урок на будущее. Расслабились и забыли, кто ими правит, — от силы, что запульсировала вокруг Лорда, захотелось пасть ниц и не поднимать головы. Это длилось всего мгновение, но я уверен, что запомню подобные неприятные ощущения на всю свою жизнь. И сделал себе в памяти зарубку, не злить чересчур своего супруга. Но так, иногда, по чуть-чуть можно… ха-ха… Сжавшая плечо рука Дразиаса не позволила бухнуться на колени, приведя меня в чувства. — Твой поединок с Пуртесом покажет другим вампирам, стоит ли тебя уважать, — веско произнес Дразиас. — Ты наш сын и супруг Нартена, поэтому мы не сомневаемся в твоем выигрыше, — добавил Ранелис, впервые не назвав меня «сладким». Лучше бы он это добавил, а то становится страшно. Дик лизнул мою руку, в ответ я потрепал его по голове, благодаря за поддержку. — Вообще-то я с удовольствием посмотрю, как ты немного помучаешь Пуртеса, сладкий, — расплылся в ехидной улыбке Ранелис. Я засмеялся в голос. Напряжение стало уходить. — Не поступай так безрассудно, я волновался, — обнял меня Нартен, прижавшись губами к моему лбу. Так бы и стоял… вечность… — Нам пора, — сказал Дразиас. — Мы и так опоздали на час. — Полетели, сладкий? — подмигнул мне Ранелис. — А Дик? — сказал и обомлел — рядом стоял, посверкивая хитрющими глазками, мой питомец, расправляя шикарные перьевые крылья. — Турсы были верными боевыми спутниками, сопровождающими своих хозяев-вампиров везде. Неужели ты подумал, что они могли бы бежать по земле, когда вампир летел бы по небу? — улыбнулся Нартен, раскрывая свои кожистые крылья. Какой он шикарный… эх, слюни надо подтереть пока никто не увидел… — Я правильно понимаю, что все скульптуры в парке оживил ты? — спросил Нартен, пока мы летели. — Угу, — бросаю я, не зная, что сказать. И вообще, меня будут ругать или похвалят за освобождение тварей? — Слава, мне бы вот хотелось спросить всего одну малюсенькую вещь, — не нравится мне его тон, что-то сейчас будет. — Как ты думаешь, Слава, а куда эти пробужденные тобой зверьки делись? Ой, мамочки! А я про это и не подумал даже. Там же каких только тварей не было… И все та-а-а-а-кие красавцы, увидишь, хрен поднимешься от счастья. Но мой Дик, между прочим, самый сильный, большой и… симпатичный… Вот! — Не знаешь, — не спрашивает, а утверждает Нартен. Я молча обижено дуюсь. Все равно бы оживил. Кому приятно в камне застывшим быть?! — Нартен, ты хочешь сказать, что у нас сладкий «чувствующий»? — Именно, — подтвердил он. — Вот это да! — присвистнул Дразиас. — Ничего себе сынок у нас с тобой, Ранелис, получился. — Да-а, — мечтательно, с улыбкой протянул средний брат. Пока они там делились впечатлениями, чьей крови больше во мне и, следовательно, из-за кого я умнее и сильнее, я решил немного пройтись по внутренним ощущениям в поисках зверей, что оживил. Дика же чувствую. Для меня все еще немного странно ощущать его эмоции, из-за которых перепутать Дика с другими уже не смогу никогда. И у каждого животного, что потянулось ко мне, есть особый эмоциональный фон, присущий каждому из них, как отпечаток пальца у человека, он такой единственный и другого такого нет, не было и не будет. А зверьки-то во дворце сейчас… Упс… и что же там творится? — Те, кого я освободил сейчас в замке, — тихо произнес я, и был услышан. Мгновенно наступила тишина. — И что они там делают? — с иронией спросил супруг. Я пожал плечами. Откуда мне знать чем они там занимаются… — А почему они были превращены в камни? И кто это сделал? — решил я отвлечь Нартена. Он, конечно, все понял, потому что хмык, раздавшийся с его стороны, был очень красноречивым. Дик внимательно посмотрел на Нартена и подлетел чуть ближе ко мне. Боится, что он меня обидит, что ли? Защитник мой… Я даже по голове его погладил в благодарность. — Насколько я слышал, это сделал советник моего деда. — Деда? — переспросил Ранелис. — А я всегда думал отца. — Нет. Точно дед, — покачал головой Нартен. — Я тоже помню, что это не отец, — вставил слово Дразиас. — И что? — не вытерпел я. Какая разница кто? Главное, за что?! — Советник Вулис слыл чокнутым коллекционером редких зверей, при этом он хотел по своему желанию привязывать их к себе, — рассказывал Нартен, пока мы неторопливо летели высоко над землей. — Скорее всего, он просто старался привязать к себе кого-нибудь, — скривился Ранелис. — Как наш «сладкий» привязал к себе своего Дика. — Может быть, — ответил Нартен. — Как бы то ни было, он собирал их и, насколько написано в летописях, правдиво или нет, судить не берусь, но он, взбесившись, что ни одно из существ не признало в нем своего хозяина, превратил их в камень. И до недавнего времени я совершенно забыл о том, что они когда-то были живыми существами. — Сколько себя помню, эти скульптуры всегда были в парке зверей, — добавил Дразиас. — Поэтому его так и назвали, — добавил Ранелис. — А почему никто не захотел их оживить? — поинтересовался, когда мы ступили на террасу и убирали крылья. — Вампиры с таким даром, какой был у Вулиса, рождаются очень редко, — терпеливо ответил Нартен. — И насколько редко? — Ты второй за тысячи лет, сладкий. — Что, правда? — потрясенно я уставился на Нартена. — Скажи, где твои подопечные, и мы проверим, насколько это правдиво, — улыбнулся Нартен. Я закрыл глаза, собирая знакомые эмоциональные ниточки в целое, словно зовя прийти ко мне. И они все до единого откликнулись. — Надо спуститься вниз. В парк зверей. Они там. — Кажется, поединка сегодня не будет, — сокрушенно произнес Дразиас. Ему явно хотелось мной покрасоваться пред другими. — Будет, — уверенно ответил я. — Звери все там. Ждут меня и Дика. — Ты их привязал к себе, сладкий? — Нет. Я им не хозяин. Разве что только Дику. — стоило мне упомянуть имя своего питомца, как тот моментально оживился, виляя хвостом, от которого сторонились вампиры. — Ладно, слетаем по-быстрому вниз, — согласился Нартен. — Десять минут уже роли не сыграют.