Плачь без слёз.

14 ГЛАВА — Гри… Гри… — звал меня знакомый голос. — Пека? — Да, мой мальчик. — Как ты оказался тут? — Я не рядом с тобой. — Тогда как же ты со мной говоришь? — Сбылась моя мечта, Гри. Спасибо тебе, что поверил в меня и дал мне силы верить и дальше. — Я рад за тебя, Пека. Ты мне снишься? — Что-то вроде. Прощенные могут приходить к тем, кто нуждается в поддержке, пусть и находясь далеко. — А где ты сейчас, Пека? — Перелетаю границу. — Скоро увидишь город твоей мечты. Счастливо тебе, Пека. Я никогда тебя не забуду, если выживу. — Мы скоро встретимся, мой мальчик. Тебе пора прийти в себя. Открывай глаза… Гри… Больно… значит жив. Потолок, свежий воздух, мягко. Он меня все-таки нашел! На глазах слезы. Все болит, не могу пошевелиться. Закрываю глаза, стараясь собраться с силами. Слышу, входят двое. Запах… так пахнет мой любимый… мой Повелитель. — Повелитель, он не будет прежним, — узнаю голос Терса. — Терикарт не может помочь, шрамы останутся. — Эта сволочь использовала черный метал для ножа, которым уродовал, — хотелось открыть глаза и сказать моему любимому, что ничего страшного, главное, я жив и он рядом, но не получалось, сил не хватало. — Повелитель, я купил вам нового наложника. Очень искусного в любви. — Терс. — Повелитель, посмотрите на него, — я, не видя, знал, что он показывает на меня, — он не станет прежним. Разве Вам нужен такой уродливый раб? Тишина. Только громкий стук моего сердца, выпрыгивающего из грудной клетки от ожидания ответа моего любимого. Прошу скажи, что я нужен тебе и таким… прошу… — Покажи мне нового наложника, — говорит Повелитель, убивая мою душу. — А что с этим? — Сколько он будет восстанавливаться? — Месяца четыре, как говорит Терикарт. — Будет здоров, подыщешь ему нового хозяина. Терс, только смотри, чтобы не садиста. Все же мне с ним было хорошо. — Как прикажете, Повелитель. Еще минут десять я лежал словно мертвый, но после я просто взвыл, цепляясь пальцами за простынь разрывая ее, как только что разодрал мою душу Повелитель. На мои вопли прибежал какой-то демон и пытался меня успокоить, что-то говоря. Боль в душе не позволяла услышать, что он хотел от меня. Силой заставив что-то выпить, присел рядом со мной, приложив свою руку к моему лбу. А дальше началось ужасное. В моих кошмарах, которые сменялись одни за другим, издевался, постоянно убивая и снова оживляя, мой хозяин — Повелитель. С ласковой улыбкой, с которой он встречал меня по утрам, резал меня, насиловал и хлестал плетью. Это повторялось и повторялось, не позволяя хоть на секунду вынырнуть из моей горячки. Однажды все прекратилось так же неожиданно, как и началось. Я, просто очнувшись, открыл глаза и сел. Ничего не болело, и на душе было так спокойно, словно чувств не осталось. — Очнулся, — раздался облегченный вздох осунувшегося незнакомого демона. — Вы кто? — склонил я голову на бок, как кукла. — Я Терикарт, лекарь. — Сколько я здесь? — Три месяца. — Много. Как я смог выжить, если ничего не ел? — Я кормил тебя, когда ты был спокоен. — Понятно. Зачем спасал? — Ради эксперимента. — Доволен? — Очень. — Рад за тебя. Что со мной будет? — все я спрашивал настолько спокойно, что впору удивляться. Но и удивляться я почему-то не мог. — А чего ты сам хочешь? — усмехнулся демон. — Мне все равно, — честно ответил я. — Хочешь увидеться с Повелителем? — А он со мной? — равнодушно спросил я. — Да. — Тогда идем, решим побыстрее все вопросы, — я, отбросив одеяло, поднялся с кровати, совершенно не стесняясь свое наготы. Молча прошел мимо демона к шкафу и достал первую попавшуюся одежду. Это оказались светлые штаны и туника с прорезями на спине. — Зачем тут дырки? — показал я тунику демону. — Для крыльев, — кажется, его забавляло мое состояние и вопросы. Я оделся. Дырки, так дырки, какая разница, в каком виде я буду подан новому хозяину. В постели я все равно буду голым. Странно, но мысль о продаже не вызывала панику, я был спокоен. — Проводишь, Терикарт? — Ни за что не пропущу твою беседу с Повелителем. Провожу, конечно. — Идем, — вышел я из комнаты. Не трогало меня и необычное поведение встречающихся мне демонов, склоняющихся в поклоне. — Где сейчас Повелитель? — спросил я у сопровождающего меня Терикарта. — В тронном зале. Следуй за мной, раз не знаешь, — и пошел первым. В огромном помпезном зале восседал на изящном троне сам Повелитель, разбирая жалобы своих подданных. — Повелитель, к вам Ваш наложник, — поклонился Терикарт, отходя в сторону, чтобы смог пройти я. Я неспешно шел к трону. Со всех сторон как шум волн, раздавались шепотки «прощеный». — Я выздоровел, Повелитель, — сказал я, слегка поклонившись. — Кто будет моим новым хозяином? Повелитель, кажется, немного опешил, а за спиной раздалось хихиканья Терикарта. — Ты теперь прощенный, и демоны не могут указывать, как жить тебе дальше, — Проговорил Повелитель, вернув себе дар речи. До меня медленно доходило, что я только сейчас услышал. Я прощенный?! Значит, я свободен?! — Зеркало, — хрипло попросил я. Указав мне на стену тронного зала, где было внушительное зеркало, Повелитель последовал за мной. Я рванул к зеркальной стене, и тут же оказался в другой стороне зала. Ого, какая у меня скорость! Увидел свое отражение в зеркале и замер… То существо, что отражалось в нем, уже не было человеком Григорием Соболевым. Там отражалось совсем другое существо. Я стал высоким, седой гривой волос почти до колена и серебристыми глазами, в которые без дрожи я сам не мог взглянуть. По всему лицу, скрывая белесые шрамы, извивался переливами бесцветный рисунок. — Только крыльев не хватает, — и за спиной, вызвав возглас восхищения, раскрылись два белоснежных крыла. — Вот теперь все в комплекте. — Прощенный, по законам нашего мира мы можем выполнить одно твое желание, — сказал появившийся рядом со мной советник Повелителя. — Скажите, я могу увидеть рабыню, что была продана со мной? — Да, прощенный. Это просто, Ваше желание еще осталось. Через десять минут я увидел перед собой Нельку с уже знакомой мне демоницей. — Нель, — позвал я ее. Они в недоумении посмотрела на меня, пытаясь понять, кто я, и что мне нужно. — Нелька, это я. Гри. — Гри? — неверяще выдохнула она. — Что с тобой стало? — Это слишком долгая история, и к тому же совсем неинтересная, — прервал я ее любопытство. — Я теперь прощенный, и у меня есть желание, которое демоны должны исполнить. Я могу освободить тебя из рабства. Демоница прислушивавшиеся к нашему разговору, после последних моих слов закусила губу. Странно… — Гри… я так рада, что ты живой, — повисла Нелька у меня на шее. — А Верки уже нет. Мне Телика рассказала. — Нель, так как? Мне пора уже, я слышу, как меня зовут такие же прощенные, как и я. Решай. Нелька переглянулась с поникшей демоницей, и улыбнулась. — Гри, ты знаешь, а я влюбилась, — весело сказала она, взяв за руку удивленную демоницу. Насколько я знаю Нельку, она ей этого точно не говорила, в себе до последнего держала. Значит, у нее все действительно серьезно, это меня радует. — А ты ее любишь? — пристально посмотрел я в глаза демоницы, и сам удивился, что могу читать ее мысли и чувства, как открытую книгу. Вот, значит, почему так бояться и уважают прощенных демоны. — Люблю, — подняла Телика голову и уверенно ответила. И правда любит, душа ее не врет. Посмотрел на Нелькину душу. О, а человеческая более хрупкая, чем демонская. И в Нельке живет любовь. — Я искренне рад за вас, что Вы нашли друг друга. Мне подсказывают, — в голове засмеялись голоса других прощенных, — что Вы истинная пара, а так же я могу сделать вам подарок. Нель, ты хочешь стать демоницей. Глаза Телики с надеждой загорелись. — Да, — не колеблясь, ответила моя бывшая одноклассница. — Тогда, будь ей. Коснувшись ее лба, я перелил немного энергии в нее, и когда Нелька стала оседать на пол, придержав, поцеловал ее в лоб, оставив на нем знак в виде золотого солнца. — Возьми ее, Телика, и береги. Улыбающаяся демоница исчезла вместе с бессознательной Нелькой, теперь уже юной демоницей. Боги, пусть хотя бы она будет счастлива. — Владыка, — склонился передо мной в поклоне Повелитель. И снова странность, я даже не удивился. Как будто так и должно быть. — Владыка, — подошел ко мне Повелитель, — Ваше желание будет законом для демонов, что ты пожелаешь? — Скажи мне, Повелитель, ты когда-нибудь любил? Не ври, я узнаю правду. — Нет, Владыка. — Жаль. Позови того наложника, что занял мое место возле тебя. В зал вошел паренек лет шестнадцати, совсем юный с затравленным взглядом. — Скажи мне. Ты рад, что являешься наложником Повелителя? Мальчик, вздрогнув, с улыбкой отвечал, что мол, только и мечтал об этом, а душа его плакала кровавыми слезами от боли и безысходности. — Я получил ответ. Ты можешь идти, — коснулся я его лба рукой, и, склонившись, тихо шепнул, — теперь ты сможешь становиться невидимым, но только если надо спрятаться. Во благо, а не во зло. Мальчишка действительно радостно улыбнулся. Его увели. — Повелитель, знаешь, кто сделал меня прощенным? — Кто? — любопытство в глазах, чтобы не допустить появления прощенных или управлять их рождением? Ммм… какая чернота в душе, ее почти невидно. Все правильно, и то и другое. — Ты, — улыбаюсь ему я. — Я любил тебя, а ты меня предал. Спасибо тебе. Благодарности он явно не ожидал, так и застыл в остолбенении. «Владыка, мы ждем тебя. Мы столько ждали твоего рождения. Торопись к нам, твоим подданным. Владыка, ты нужен нам, энергия мира стала хаотична с твоим появлением, тебе нельзя долго оставаться в мире демонов, ты можешь их погубить» — шептали голоса в голове. — У меня мало времени. Пусть мое желание станет для вас законом, — вокруг меня засверкали молнии, а я продолжал, — я накладываю на все ошейники заклятие двойственности. Все, что будет чувствовать раб, прочувствует и хозяин. Через свой рабский ошейник как наложник Повелителя и Владыка прощенных, смог передать на ошейники всех рабов, закрепив магической клятвой. После этого мой ошейник рассыпался сверкающей пылью. С улыбкой я смотрел, как теперь и на шеях демонов появляются ошейники. И чем больше рабов у демона, тем массивнее ошейник. О, у некоторых с шипами. Ну, ничего, это их быстро научит обращению с рабами. — Прощай, Повелитель, — подошел я к демону. — Я сделаю тебе подарок за свою свободу. Присмотрись к новому наложнику, он в душе восхищается тобой. И если сумеешь научиться любить и дарить любовь, то сможешь стать истиной парой, а когда это произойдет, позовешь меня, и я сделаю вам еще один подарок. — Благодарю тебя, Владыка. Но прости меня, как ты можешь не ненавидеть меня за все, что я тебе сделал?! — Глупый, ты же подарил мне свободу. Пусть через боль, но оно того стоило. Будь счастлив, Повелитель. И я исчез, появившись перед стеной, которую надо просто перелететь, чтобы встретиться с прощенными и моим другом Пекой. — Я свободен, и я лечу… *** — Гри, ты слишком много работаешь. Все же надо и отдыхать. — Пека, один ты зовешь меня по имени. — Я ведь знал тебя еще рабом. — Пека, сколько лет назад это было. — Немного для бессмертного, какой — то миг. — Миг, длинною в пять лет? — улыбнулся я. — Мальчик мой, ты плохо спишь. — Уже давно. — Когда в последний раз ты делил с кем-то постель? — Пека. Если так волнуешься, чего же раньше не сказал? — усмехнулся я. — Ты слишком был увлечен работой. А сейчас ты меняешься, тебя гложет одиночество. — Все-то ты знаешь, старший раб, — тепло проговорил я. — На сегодня у нас все? — Пара послов от ангелов. — Пека, давай ты их пригласишь завтра, а? — Нет. Прими их сегодня. К тому же обещаю, что ты останешься доволен. А после мне еще и спасибо скажешь, — расплылся в улыбке прощенный. — Только потому, что ТЫ меня попросил. Зови. Я рассматривал послов. Ангелы как ангелы, ничего особенного. Невысокие парни с белыми перьевыми крыльями, до моих, в размахе, явно не дотягивали. На вид парни лет 16—17, темноволосые с глазами совершенно чистого цвета. Мой взгляд упал на одного из них. Он поминутно краснея, опускал свои длинные ресницы, прикрывая взгляд чистейших голубых глаз. Сердце застучало быстрее… — Пека. — Да? — Кто он, тот, что за спиной зеленоглазого? — друг лукаво улыбнулся. — Голубоглазый? — Ага. — Он сын Владыки ангелов. — Да? Невеста есть? — Нет, но он в брачном возрасте. — Пошли предложение о союзе Владыке, — внимательно разглядывая паренька, и, стараясь успокоить бешено бьющееся сердце, сказал я. — Я уже послал, он приехал как жених, — усмехнулся Пека, видя мое удивленное лицо. — Пека, ну ты и жулик! И знаешь, что … — грозно начал я, закончив с благодарностью. — Спасибо. — Не за что, мой мальчик. Я заглянул в душу. Вы будете счастливы, Гри. — Спасибо, Пека, — одинокая слезинка скатилась по моей щеке, унося с собой боль и холод, возвещая мир о пробуждении в сердце Владыки любви.