mental disorders

Пациент: Ким Тэхен Диагноз: Параноидная шизофрения и бред Параноидная шизофрения — это наиболее распространенная форма шизофрении, которая характеризуется бредом, галлюцинациями, бредовыми идеями и ограничением социальных контактов. Это искажение восприятия, когда человек воспринимает то, чего нет в реальном мире. Чаще всего встречаются слуховые галлюцинации: голоса, которые слышит только сам человек. Они критикую больного, спорят между собой, носят угрожающий характер, заставляя человека делать то, что он не хочет. Если присоединяются зрительные галлюцинации – больной еще больше отрывается от действительности. Среди других расстройств психики при параноидной шизофрении отмечают: • сенестопатии – тягостные телесные ощущения, не имеющие под собой физического обоснования; • деперсонализацию – расстройство восприятия себя, с отчуждением своей личности; • социальную отгороженность и уход в свой внутренний мир; • эмоциональную неадекватность, тревожность, нарушение сна и другие общие психические расстройства.

***

Сегодняшняя ночь была спокойной. В назначенный час розовая небесная пелена сменилась глубокой синей, позволяя звездам и луне освещать воцарившуюся темноту вместе с тысячами уличных фонарей. Несколько из таких огоньков освещали каменные дорожки перед протяжным зданием больницы. Это единственное, что можно было увидеть из зарешетчатого окна на первом этаже левого крыла. Тэхен лежал в палате один, поэтому он мог не спать, ходить по комнате в любое время, главное, чтобы его не заметили санитары. Вот и сегодня он дождался, пока закончится вечерний обход, и спустя около часа он неслышно поднялся с постели, чтобы вернуться к окну. В этот день ему особенно сильно хотелось понаблюдать за тем, что происходит там. Не сказать, что сегодняшняя ночь чем-то отличалась от другой или происходило что-то интересное. Но воздух был другой, размер и цвет луны тоже немного казались другими, тени падали иначе и звезды светили ярче. Или это было только в его голове? Но Ким чувствовал себя совсем другим человеком, будто он смотрит на себя со стороны. Вот он поднимает голову, чтобы взглянуть на луну, а вот опускает руку на окно, после чего на нем остается едва заметный след от ладони. Немного холодно, а руки у него теплые. Он ли это? Тэхен смотрит в свое едва заметное расплывчатое отражение и не узнает себя. Врачи говорили, что, когда он так себя чувствует, ему нужно успокоиться и рассказать об этом кому-нибудь из персонала. Но зачем тревожить их из-за этого? Это чувство было почти всегда с ним за последние три года. Мир не такой, он не такой. А вещи, которые близко, кажутся такими далекими настолько, что, если он прикоснется к ним, рука пройдет насквозь. А тело… иногда такое легкое, как перышко… Как выглядит перышко? У кого есть перья? Тэхен задумался, он ведь знал это, прекрасно знал, но эта мелочь сейчас буквально вылетела у него из головы, прямо, как он, из своего тела. Так ему казалось. Сосредоточив взгляд, Тэхен пытался рассмотреть дорожку. Она ему нравилась. Дорожка была из двухцветной ромбообразной плитки, без бордюрчика, о который можно было бы споткнуться. Зато по сторонам дорожки росли самые разные цветы и растения, образуя клумбы, в центре которых росли высокие люпины, гладиолусы или нежно розовые кусты астильбы. Тэхен не знал этих названий, но ему нравился запах и цвет. Становилось спокойно от того, что он просто смотрел на них. Он мог так часами наблюдать за тем, что происходит за окном, вместо того, чтобы, например, общаться с соседями по палатам, читать, играть или смотреть старенький телевизор, который включали в общей комнате. Ему там не нравилось, слишком шумно и много людей. Он не хотел с ними общаться, сближаться, узнавать что-то о них или вообще как-либо взаимодействовать. Правда так было не всегда, раньше он был одержим тем, чтобы подружиться как можно с большим количеством людей, он был по-настоящему зациклен на этом, это и стало тем якорем, который затормозил достижение его цели. Едва ли можно сказать, что он нашел себе хотя бы одного друга, никто просто не хотел с ним общаться, видя его странности. Необычные мысли и действия, да и поведение в целом отличалось. Все началось после того, как он сказал, что у него двигается мозг, поэтому болит голова. Сначала все восприняли это, как шутку, но позже часто вспоминали, что именно этот момент стал первым признаком. После головных болей проявлялись перепады настроения, вспышки гнева из-за мелочей, а затем резкое отчуждение от людей, вся его социальная стороны просто исчезла, будто ее никогда и не было. Он стал закрытым, почти все время проводил в своей комнате, рисуя странные рисунки: черные колодцы, тело человека, слепленное из разных частей, три головы с одним телом, человека, который смотрит на себя со стороны, а затем убивает, и многое подобное. За этим последовали десятки анализов и посещений врачей, которые закончились тем, что он попал в это место. К тому времени в его голове спуталось слишком много мыслей, было сложно что-либо объяснять врачам. Он настолько запутался, не понимал себя, что не мог даже сказать, нравилось ли ему в этом месте или он ненавидел его. Одновременно полное безразличие, которое сменяется сильными эмоциями, похожими на вихрь. Эти эмоции меняются за секунду и в тоже время за десятки минут. Одновременно они есть и их нет. Но самое тяжелое — это когда ты не понимаешь, что реально, а что нет. Медбрат, который заходил к Тэхену вечером, был ли он настоящим? Его имя — Чон Чонгук, он не так давно стал тут появляться. Но это имя, голос, это лицо, преследовали Тэхена с первого дня, как только он увидел его. Ему постоянно чудилось, что Чон зовет его, о чем-то просит, приказывает. Это были плохие вещи. Однажды он не выдержал натиск этого голоса в своей голове и напал на Чонгука, ткнув его в живот острыми зубчиками вилки. И только позже Ким понял, что это было все в его голове, всего лишь галлюцинации. После этого он перестал доверять Чонгуку, ради своей и его безопасности. Ким был настороже рядом с ним, но это не помогало, да и вообще, могла ли такая ерунда помочь больному… шизофренией? Ким этого не знал, но сомневался в эффективности, хотя это единственное, что он мог сделать. Не думать. Не видеть. Не слушать. Но прямо сейчас перед ним сидел Чонгук, с короткими черными волосами, шрамиком на щеке, одет он был в стандартную больничную одежду. — Давай сбежим? Ты и я. Ким молчал, даже не смотрел в его сторону. Только убеждал себя продолжать смотреть на цветы, что едва были освещены. — Ты же хочешь выбраться отсюда, да? Здесь ты взаперти. Эти решетки на окнах, железные двери с маленьким окошком, жесткие постели, невкусная еда по расписанию. И таблетки. Ты хоть знаешь, чем они тебя пичкают? Хотят сделать из тебя овоща. Ким поднял голову. Он плохо мог рассмотреть звезды, но все же какие-то светили ярко. Одна, две, три, четыре, пять звезд… — Я помогу тебе, только слушай меня, я знаю, ты справишься с этим. Ведь в конце концов, я — это ты. Нет, это не так. Чонгук злой. Я не такой. — А ты не знал? Я всего лишь голос в твоей голове, я озвучиваю твои мысли, все мои слова, действия — это все твое, — Чон подошел к Тэхену и склонился над его ухом, прижимаясь сзади. — Я всего лишь воплощение твоих желаний, твоей больной фантазии. Его голос был слишком близко, дыхание горячо опаляло шею, заставляя вздрагивать. Разве такое может быть реально? Закрыв глаза, Тэхен стиснул зубы и продолжал считать звезды. Рука Чона скользнула по торсу, касаясь теплой кожи под рубашкой. — Я – воплощение твоих грязных фантазий, — Чонгук усмехнулся. — Ты же хочешь этого так? — Убирайся… — Тэхен повысил голос, в повороте замахиваясь на парня сзади. Но когда он развернулся, никого не было. Он снова был один. Тэхен лег спать, но еще долго не мог успокоиться. Кожу жгло, было тяжело дышать. Заснул он уже под утро, и спал, пока его не разбудили, чтобы он принял лекарства перед завтраком. В горле стоял ком. Он пил столько лекарств, но так мучился от галлюцинаций. — Как ты сегодня спал? — спросил его бодрый голос, — подумал о том, о чем я тебе вчера говорил? — Чон поставил перед Тэхеном стаканчик с таблетками, они все были разной формы и размера. — Я — это я. Чонгук внимательно посмотрел на пациента. — Это очень хорошо, но как насчет того, чтобы поучаствовать в настольной игре? Сегодня они тоже играют. Тэхен моргнул. Этот был настоящим. — А… я сегодня не очень хорошо себя чувствую. Может быть, в другой раз. — Каждый раз так говоришь. — Но сегодня правда… — Болит что-то? Плохо спал? — Снова были галлюцинации. — Обязательно скажи об этом врачу, когда придет. Не забудь. И постарайся не нервничать, все будет хорошо. В твоем случае эти галлюцинации уходят. Ким кивнул. Выпив лекарства, он выкинул стаканчик. Остальной день прошел без происшествий. На завтрак дали его любимую кашу и какао, до обеда он спал, набираясь сил. А после даже вышел из палаты, прошел по коридору вперед-назад, немного поговорил с одним из соседов, имени которого, конечно же, не помнил. На обед был рыбный суп и гарниры. Тэхен немного поел и снова лег спать. Перед ужином принесли новые лекарства, Чонгук сказал, что эти должны помочь, все будет ясно примерно через месяц. — Ты мне нравишься, Тэхен, и обязательно поправишься, — он улыбнулся и ушел из палаты. — Наверняка говорит это всем пациентам, — Чон закатил глаза. Ким посмотрел на свою галлюцинацию и тяжело выдохнул. Лучше лечь спать. Он забрался под одеяло и повернулся лицом к стене, сразу закрывая глаза. Чувствуя тяжесть руки на боку, он постарался ее скинуть. Как можно вообще сражаться со своей галлюцинацией? — Ты правда пытаешься сопротивляться себе же? Своим желаниям? — Чонгук настойчиво забрался под одеяло, переворачивая тело парня на спину. — Ты серьезно моя галлюцинация? Старый извращенец. — Говорю же, я воплощение твоих желаний, а прямо сейчас чего ты хочешь больше всего на свете? — Чтобы ты ушел, — Тэхен стукнул ногой в бок и по спине. — Мне совсем не больно, а еще ты лжец, — Чонгук наклонился к лицу парня, сильно кусая за губу. Этим губам определенно не хватало влажности, нужно это исправить. Поставив колено между ног, Чон прижал его к паху. Здесь тоже нужно было слегка увлажнить. Все происходило слишком близко, болезненно и приятно. И чересчур стыдливо. Не говоря уже о том, что переходило все рамки возможного, реального и нереального. Неужели он правда хотел, чтобы его целовал, обнимал, трогал тут и там, Чон Чонгук? Если он в действительно этого не хотел, то почему это было так приятно? Хотя это был даже не настоящий Чонгук, а всего лишь галлюцинация, которую нужно было прекратить. Тэхен закричал, это единственное, что он мог сделать, когда его руки были прижаты к кровати. Кто-то должен прийти и остановить это. Пожалуйста. Слыша, как отпирается железная дверь, Ким едва сдержал эмоции. — Тэхен? Что случилось? Почему ты лежишь в такой позе? — Чонгук, как ошпаренный, вошел в палату, сразу подбегая к пациенту. Тэхен лежал на кровати, прижимая руки к подушке, рубашка была задрана, а ширинку расстегнута. — Я… он… Тэхен просто не нашел, что ответить. Как он мог вообще рассказать человеку о том, что тот является ему в галлюцинациях и домогается. — Тебе помочь? — Чонгук наклонился над парнем, заглядывая ему в глаза. — Ты никогда не делал этого? Тэхен не сразу понял, о чем он говорит, но видя свою расстегнутую ширинку, покрылся румянцем. Это уже была не галлюцинация. — Я… делал… Это не то, о чем ты думаешь. [ Тэхен ] — Но ты ведь хочешь, чтобы я помог? — Чонгук опустил руку на пах парня. Тэхен опешил, разве это была не реальность? Почему это происходит с ним? Шумно выдохнув, он аккуратно убрал руку Чона. [ Тэхен! ] После того, как Чонгук вновь навис над ним, Тэхен услышал, как его зовут. Пытаясь отстраниться от поцелуев, он сосредотачивался на голосе. Где-то далеко. Голос звучал обеспокоенно, но так знакомо… Голова начала кружиться и в тот же миг перед глазами все померкло. [ Тэхен!!! ] Бесконечная тьма, в которой нет ни времени, ни ощущений, ни мыслей. Она окутывает тебя, словно вода, и тянет на дно, с которого уже не выбраться. Ким Тэхен очнулся в небольшой комнате, на мягкой кровати, рядом с ним сидела женщина. Слегка привстав, он осмотрелся. Это место он не узнавал. — Где я? — Милый, ты дома, тебе плохо стало, ты упал, кажется, а затем говорил что-то непонятное и странное. Как ты себя чувствуешь? — Зато он узнал этот голос. Он звал его в больнице. Точно… — Когда меня выписали из больницы? Ничего не помню. — Тэхен-и, о чем ты? Ты не лежал в больнице… — В смысле? Последний год я провел там из-за диагноза. — О боже, Тэхен, мы… мы узнали диагноз только неделю назад. У тебя уже начались галлюцинации? Тэхен всматривался в лицо женщины, слушая ее голос, который эхом отдавался в его голове, и понимал, что весь его мир не был реален, все люди, лекарства, все сотни дней, проведенных в палате — одна большая галлюцинация в его голове. А если и это галлюцинация? Он встал с постели и выбежал на улицу. Этот мир, его запах, цвет, ощущения, ничего не отличалось от того, что было там. Точная копия. — Парень, ты потерялся что ль? — мимо проходящий мужчина остановился, видя, как Тэхен оглядывается по сторонам, словно что-то не мог найти. — Да. Тэхен вернулся в квартиру. Он потерялся в своей голове, в своих мыслях, но он не знал, куда ему нужно было вернуться, здесь ли его настоящая реальность. Он взаперти.