Дети Белого леса

      Исполнительности Нефрита можно было только похлопать. Эндимион сидел в комнате приёмов на троне, хмуро глядя на десятку парней. Все они ему не нравились. Серенити стояла в шаге от короля, пытаясь понять, напоминает ли один из них того мальчика. Персефона и Минория были в стороне, откровенно веселясь с реакции Эндимиона: даже незнакомому с ними человеку было бы понятно, что тот ревнует.       Вчера Минория неохотно признала, что была немного предвзята по отношению к людям, а сегодня — мило беседовала с Персефоной. Серенити искренне этому радовалась, но у неё немного болела голова. Принцесса спустилась на ступеньку ниже, помня, что её просили не подходить слишком близко. Пусть Эндимион и был королём, но мало ли, что взбредёт человеку, даже если тот благодарен за спасение.       По хорошему, Серенити нужно было принять истинный облик, чтобы её признали, но она боялась. До официально приёма лучше, чтобы никто не знал, что она — фейри. Минория предложила сначала выслушать каждого из парней, что они делали возле леса и при каких обстоятельствах происходили встречи. Серенити неуверенно кивнула, отходя в сторону.       Первых двух парней отмели сразу: пусть они и не помнили внешности тех девочек, с которыми встретились, но истории совсем не совпадали. Одного спасли из реки, не дав захлебнуться, а второй попал в лес гонимый волками. В обоих случаях спасали их такие же дети, но силы отличались. Серенити прикусила губу, пробормотав, что она не уверена, что запомнил бы тот мальчик.       — Я сын мельника, — представился третий, когда двоих перед ним отпустили. Никто не понимал, зачем всё это. — Мы убирали поля, когда я увлёкся сбором ягод, а не пшеницы. Дошёл до границы, тогда она ещё была не такая неприступная, как сейчас. Плохо помню, как вышел, лишь девчачий голос и яркий свет.       Серенити вздрогнула, ведь это было довольно близко. Эндимион махнул рукой, попросив того сесть и подождать. Ещё трое парней были отпущены: их встречи происходили уже не в лесу фейри, а скорее на территории людей. Нефрит спросил, стоит ли ему приводить остальных. Эндимион попросил подождать, не сильно веря, что это поможет.       Если бы он мог, давно бы просто выгнал всех, но обещал помочь. Скрепя зубами, выполнял.       — А как Эндимион встретил ту девочку из наших? — шёпотом спросила Минория, наклонившись к Персефоне. Этот вопрос давненько волновал защитницу, но спросить всё не могла.       — Да он сам не помнит, — хмыкнула принцесса, скрестив руки на груди. В детстве он только и твердил, что о той малышке, называя её ангелом. — Всё что помню я, как за нами гнались убийцы и Энди оставил меня под деревом, ждать отца. Дионис, наш старший брат, потом похвалил за соображалку, но сказал, что лучше бы Энд сидел со мной. Его нашли через пару часов после меня, на границе леса, всего в крови, но живым и без ран. Потом рассказывал про яркий свет и что боль исчезла. Всё.       — О, похоже та девочка была фейри исцеления, — пробормотала Минория, задумавшись. — Исцелять у нас могут разные фейри, но там надо смотреть, как именно. Вряд ли это кто-то из фейри огня, они скорее прижигают раны. Фейри света — только королевская семья у нас, а Серенити лишь раз была на границе в том возрасте, она ещё не умела использовать свои силы и кристалл использовала по незнанию.       — Насколько бы проще было, если бы они искали друг друга, — вздохнула Персефона, немного устав от всего этого. Но у Эндимиона не было никакого чужого кристалла, только проблемы с родовой магией… и головой. За эту мысль ей прилетел ментальный импульс. Принцесса покосилась на брата, подумывая запустить в него чем-нибудь.       В конечном итоге из всех пришедших остались всего двое. Их истории были похожи, но Серенити никак не могла понять, подходит ли кто-то. Минория предложила более подробно обсудить эту историю с каждым наедине, заметив, как нахмурился Эндимион. Персефона закатила глаза.       —Она уже твоя невеста, хватит ревновать, — проворчала она, надеясь хоть как-то повлиять на ситуацию. А то парни, которые не знали зачем их вызвали, начинали бледнеть. Эндимион наградил сестру красноречивым взглядом.       И всё же, Серенити с Минорией ушли в малую гостиную, куда сначала завели одного из парней. Он заикался, разговаривая с девушками. Закончилось всё на том, что тот вспомнил внешность девочки, которая сильно отличалась от Серенити. Принцесса заметно расстроилась, попросив дать ей передохнуть перед следующим разговором.       Персефона принесла им чай, сказав, что Эндимион хоть и не признаётся, а переживает. Серенити слабо улыбнулась, попросив передать, что всё хорошо.       Через десять минут запустили второго парня. Он дёргался ещё больше, отвечая на вопросы очень тихо. Серенити кое-как смогла его успокоить, попросив ещё раз рассказать про встречу с фейри и в этот раз как можно подробнее. Минория отошла в сторону, сев на подоконнике. На улице была хорошая погода, и девушка предпочла бы спокойную прогулку, будь такая возможность. Почему-то вспомнилась та полуулыбка, которой её наградил Кунцит. Минория фыркнула. Будет она засматриваться на человека, как же!       — Было бы хорошо, если бы вы могли вспомнить внешность той девочки, — донёсся голос подруги. Минория повернула голову, смотря на неё. Серенити правда надеялась, что поиски закончатся.       — Это довольно смутные воспоминания, — признался молодой человек, нахмурившись. Он уже дважды пересказал, как убегал в лес от преследовавших его людей: отец проиграл в карты, а за долгом пришли к семье. Вот и пришлось убегать. — Мне тогда было страшно, я не ведал, куда бежать и что делать. Перебежал реку, даже не думал, что кого-то встречу. Среди деревьев стояла девочка со светлыми волосами. Мы немного поговорили, но на нас напали. Дальше не помню.       Серенити сжала юбку, немного нервничая. Её воспоминания встречи были как раз похожи на это: она уговорила Луну украдкой посмотреть на людей, встретила мальчика. И всё.       Минория вернулась к подруге, положив руки ей на плечи. Она строго глянула на парня, чем ещё больше напугала его. Серенити вздохнула.       — Скажи, может, ты помнишь что-то ещё? — принцесса боялась напрямую спросить, был ли какой-нибудь артефакт или подобное. Но в душе появились сомнения, что это тот самый. Какая-то часть противилась этому.       — Простите, госпожа, но нет, — покачал головой он. — Мне было всего семь, сами понимаете, как смутны такие воспоминания.       — Понятно, можешь идти, — Серенити едва сдержалась, чтобы не заплакать. Не он. Точно не он. Мальчик из её воспоминаний был старше. После того, как Минория закрыла за ним дверь, то села рядом с подругой. Принцесса поникла, не зная, что дальше. Она сильно сомневалась, что Нефрит сможет найти ещё кого-то. Даже если на границе с лесом опросить деревни, то не факт, что там кто-то будет.       В гостиную вошла Персефона, спрашивая, как всё прошло. Серенити покачала головой, пробормотав, что не тот.       — Эй, влюблённый идиот, иди успокаивай невесту, — если бы она не успела поставить блок, то получила бы от брата. Эндимион не заставил себя долго ждать, распахнув дверь. Серенити лежала на диване, обняв подушку. Минория встала.       — Я доверю её вам, но только рискните навредить, я выпотрошу вас и развешу на дереве, — шепнула девушка, поравнявшись с королём. Эндимион кивнул. Тряхнув волосами, Минория забрала Персефону и они покинули комнату.       Король сел на край дивана, погладив Серенити по плечу. Принцесса всхлипнула, сказав, что это бесполезно. Она даже не чувствует кристалла, и боялась, что могла ошибиться и среди этих людей был тот самый, она просто упустила его. Эндимион пообещал продолжить поиски, предложив пока сделать перерыв. Принцесса снова всхлипнула, сказав, что она очень сильно виновата перед матушкой и королевством, но не понимает, как это исправлять.       — Если так судить, то я виноват не только перед матушкой, но и перед Перси, Сатти и парнями, — невесело усмехнулся Эндимион, заставив Серенити сесть. Перетянул к себе на колени, обнимая. Она снова всхлипнула. — Иногда я думаю, может, было бы лучше, если бы с отцом поехал я, а не Дионис. Его любили и с магией у него всё хорошо было. Я вообще не умел её использовать, пока Зеус не взялся за обучение. Но, знаешь, когда я думаю, как сильно меня любят матушка и сёстры, как мы крепко держимся друг за друга с парнями… хочу просто сделать этот мир лучше для них. У меня есть они, ни в чём не обвиняют, а лишь помогают. Уверен, твоя матушка такая же, хоть я и не знаком с ней. У тебя есть девочки, есть наставница. Так что, не смей унывать, ладно?       — Какие громкие речи, — фыркнув от смеха, произнесла Серенити. она заметно успокоилась, уткнувшись носом в плечо Эндимиона. — Спасибо. Король ничего не ответил, погладив девушку по волосам. Ему нравилось сидеть в тишине, но вместе с ней, это было… уютнее? Эндимион сам себе пообещал, что сделает всё, чтобы сохранить жизнь этому лучику света, случайно прибывшему в его королевство.       Над сердцем словно что-то кольнуло, но сразу взбунтовалась родовая магия. Стало больно. Эндимион лишь тяжело выдохнул, крепко обняв Серенити и попросив не уходить. Мысленно попросил парней привести Зеуса в малую гостиную.       Последнее, что он запомнил, это нежную улыбку Серенити и её шёпот, что всё будет хорошо.       Когда Зеус прибежал в гостиную, Эндимион лежал на диване на животе. Серенити пересела на пол, поглаживая короля по голове и тихо напевая. Маг попросил принцессу отойти, чтобы он мог помочь. Серенити не спорила. Она села на кресло, подобрав под себя ноги, и с лёгкой улыбкой смотрела на Эндимиона. Зеус задал ей лишь один вопрос, на что щёки принцессы покрылись лёгким румянцем.       Маг постарался сделать всё как можно аккуратнее, но заметил, что скоро это перестанет помогать вовсе. Приступы становились чаще. Обсуждая это с Хелен, сошлись на том, что если не найти решение проблемы — Эндимион умрёт. Это не было природным, что-то блокировало силу монарха. Говорить об этом остальным Зеус пока не хотел, сам король запретил. Даже Персефона, которая могла остаться единственной прямой наследницей, не знала об этом. О Деметре не было и речи. Как помочь вдовствующей королеве Зеус также не знал, не видя на ней магического влияния. На яд это не было похоже, а по проверкам — здоровье было в порядке. Эта загадка сводила с ума. У Персефоны наблюдались признаки проблем с магией, но, к счастью, здоровье не затрагивалось.       Закончив, маг попросил принцессу присмотреть за состоянием Эндимиона, пока он не очнётся. Серенити кивнула, вернувшись на то же место у дивана. Закрывая дверь, Зеус усмехнулся.       Эти двое невероятно подходили друг другу.       Уже ради собственного спокойствия, маг хотел найти решение, чтобы уйти на покой с чистой совестью.