Временной парадокс?

Дадзай закашлялся и возмутился: "Куникида-кун, я скоро от твоих подзатыльников мозг выплюну!" "А он у тебя есть?" - черкая в блокноте саркастично отозвался блондин, и Ацуши рядом как-то неопределенно хмыкнул: то ли возмущённо, подразумевая, что Дадзай - это как раз таки мозг агенства, то ли посмеиваясь, потому что его наставнику действительно было бы неплохо бы всыпать за попытку прыжка под прошлый поезд. И вот, подходит им нужный – вдали виднеется красный поезд, несясь по рельсам прямо к станции, на которой стоят трое неудачников, которым сумели всучить самое сложное задание, в лице Дадзая, Ацуши и Куникиды. Поезду оставалось совсем немного, когда как у одного из сотрудников агенства выпал кошелек прямо из пальто – и, что неудивительно, именно на ту зону, которая считается слишком опасной, потому что слишком близко к рельсам. Решив, что поезд ещё слишком далеко, и вряд-ли он успеет снести ему голову за пол секунды, он приблизился к краю и нагнулся, подбирая свою вещь. Хотел Осаму уже было вернутся в свое первоначальное положение, как почувствовал в спину не хилый такой толчок; от такой силы он не смог удержать равновесия. Он четко помнит свои окровавленные от порезов об рельсы руки, на которые успел взглянуть перед тем, как повернуть голову. А ещё он размыто помнит оглушающий гудок поезда и ослепительные фары прямо у его лица. Крики Куникиды и Ацуши-куна эхом раздаются в ушах. Он не успевает даже крикнуть перед тем, как поезд раздрабливает в мясо его ноги. Потом живот. Руки. И всё. *** Собственный вскрик разбудил его. "–Да уж, давно мне суицид по ночам не снился", – думал он, умываясь прохладной водой, возвращая лицу телесный оттенок. Сердце все ещё билось скорее обычного, но уже не норовило прорвать грудную клетку, и главный-стратегический-мозг-Агенства пошел одеваться и завтракать. Сегодня ещё предстоит поуговаривать Куникиду-куна, чтобы не дал сложное задание, собака он эдакая. Сегодня Дадзай решительно не хочет ничего делать. *** – Ленивый кусок кривляния, принимайся за работу! Делай то, что тебе говорят и не валяй дурака, бестолочь! – кричал как мог Доппо, одновременно с этим поднимая оболтуса и пинками продвигая его к выходу, пока он недовольно ойкал, – Если тебе сказано поехать на другой конец Йокогамы чтобы собрать данные преступника, то ты должен радоваться, что не тебе с ним потом общаться! И вообще, как ты..., – но в момент Куникида повернулся к дверному проёму, встал по струнке и поздоровался с Директором. – Здравствуй, Куникида-кун. Дадзай, ты и Ацуши пойдете на это задание, потому что есть вероятность оккупации здания с основной информацией. Вам стоит отправиться уже сейчас. – Да, Фукудзава-сама! – выкрикнули Ацуши и Куникида в один голос. *** Когда на перроне Доппо-кун дал ему подзатыльник, он почувствовал смутное дежавю. Когда он выронил свой бумажник, появилось ощущение смутной тревоги. А когда он почувствовал толчок в спину, то у него началась паника. Что происходит, мать твою? Он уже не смотрел на окровавленные руки, он сразу посмотрел на поезд. Из сна. Вещий сон или случайность? Как случилось так, что две ситуации повторились? Точь в точь? Последней мыслью было: "Надеюсь, это не сон." *** Он проснулся от собственного вскрика. Да что такое? Вторая смерть во сне? Он взглянул на часы. 6:17. Он не смотрел на часы во втором сне, но знает, что время там было точно такое же. Приводя себя в порядок, он вспомнил фильм "День Сурка", и посмеялся с собственной глупости. Потому что очень хотелось верить, что это все совпадения. Что это сон во сне. ** Когда он третий раз падает на рельсы, он смотрит на Ацуши и Куникиду: в их глазах ужас, на лице растерянность, а тела застыли в моменте. Дадзай понимает, что сейчас, в общем-то, выглядит также. Но ещё во взгляде бушует непонимание: "как так?". За день он не раз успел подумать обо снах, что видел ночью. И теперь стало особенно страшно, потому что он всегда боялся осознанных снов; ты не знаешь, где его границы, ты не знаешь, как выйти оттуда. И сейчас он тоже понял, что все это – сон. ... Он проснулся от собственного вскрика. 6:17. Он задрожал всем телом.