Трио

      Все разом повернулись в сторону Фёдора и потеряли дар речи. Картина маслом: стоят посреди улицы хмурый Достоевский, пристально смотрящий на всех сразу; Куникида, пристально смотрящий в ответ на Фёдора; Дазай, думающий, что будет со всеми ними дальше, и просчитывающий ходы противника; и Ацуши с Чуей, стоящие просто в шоке и не знающие, куда им деться. Были бы ещё у некоторых людей их любимые плащи, они бы красиво развивались по ветру вместе с волосами. — Ну, чего замолчали? — прервал наряжённую тишину сам Достоевский. — А сам как думаешь? — Куникида ещё больше напрягся, сощурившись, хотя, казалось бы, куда.       На это Фёдор лишь хмыкнул, а затем двинулся к Куникиде. Чуя и Дазай мгновенно среагировали: за считанные секунды оказались между ними… — Двойной Чёрный… Выглядите необычно без своих плащей, — …но Достоевский на это лишь коварно улыбнулся и спрятал одну из рук в карман своих чёрных брюк. — Удивительно, но взаимно, — отзеркалил его улыбку Дазай.       Неизвестно, сколько прошло времени, пока Дазай и Фёдор так стояли и глядели хитро друг на друга, да и напряжение в воздухе в это время можно было резать ножом. Остальные были вынуждены лишь наблюдать за развернувшейся перед ними сценой.       В конце концов Осаму, усмехнувшись, выдал совершенно не то, чего от него ожидали все, кроме Достоевского: — Фёдор, мы вообще-то тут не одни.       Одна фраза, а так перевернула смысл их долгого молчания… — Как жаль, — показушно вздохнул Достоевский, запрокинув голову. — Может исправим это?       Пока остальные стояли не понимали абсолютно ничего, Дазай, всё также хитро улыбаясь, отвёл руку в сторону и ответил с издёвкой: — Смотря как исправим. Убить я тебе никого не дам. — Меньшего я от тебя и не ожидал, — ухмылка с лица Демона так и не сползала всё это время. — Давай отойдём? — Давай, — согласился Осаму и подошёл ближе к Достоевскому, после чего они очень быстро скрылись за углом какого-то здания.       Чуя, Куникида и Ацуши стояли в полнейшем ахере с выражениями лиц «Что это мать вашу только что было?!» ещё где-то секунд двадцать, а потом, спохватившись, побежали за ними, но только вот за тем самым зданием сбежавших и след простыл. — Что это за чертовщина?! — тут же завопил Чуя, не подумав. — Если Дазай переметнётся на сторону Смерти Небожителей, Я ЕГО УБЬЮ! — Успокойся. Сдаётся мне, это его очередной план, который был составлен прямо на ходу, — прокомментировал Куникида, поправив очки. — Да, я тоже так думаю, Куникида-сан, — согласился с ним Ацуши, кивнув. — Будем надеяться, что вы правы, — скрипнул зубами Чуя и сжал кулаки.

***

      А в это время Дазай и Фёдор уже были на приличном расстоянии от них и, гуляя по какой-то из улиц Йокогамы, начали свой разговор, больше похожий на игру «Кто кого незаметней наебёт». — Что ж, полагаю, ты пришёл также, как и я раньше, за информацией, — сразу же начал безо всяких вступлений Дазай. — Это очевидно, — кивнул Достоевский, смотря на него. — Я расскажу, что знаю, лишь при условии: ты тоже скажешь, как и зачем Гоголь стащил твой плащ, — стоит сказать, Осаму всё это время также не переставал хитро улыбаться. — Откуда ты… — чуть удивился Достоевский, но затем быстро спрятал своё удивление и сказал серьёзно: — В прочем, не важно. Я согласен, — Дазай на это довольно хмыкнул.       После этого Осаму рассказал про то, как их с Чуей плащи пропали, и что с этим явно как-то связан Рампо. Про Мори решил не упоминать, сказав лишь то, что порталы Гоголя увидели якобы сотрудники агентства. — Действительно странно выходит, — задумался Фёдор, смотря себе под ноги. — Расскажу я тебе вот что. Гоголь неожиданно заявился ко мне и с громким «Дос-ку-у-ун!» стащил со стула мой плащ. После открыл портал, а я, естественно, прыгнул за ним. Далее он всё время прыгал по порталам, один раз по улице Йокогамы прошёлся, но в какой-то момент я просто не успел за ним прыгнуть. Гоголь ускакал в неизвестном направлении и больше не появлялся. — Как я и предполагал… — потирая подбородок, прокомментировал услышанное Дазай, и кивнул какой-то своей мысли. — Полагаю, ты точно также пришёл к выводу о том, что Гоголь был с кем-то в сговоре? — Да. В принципе, если бы не замеченный самым краем глаза чей-то кроссовок в портале Гоголя, я бы всё спихнул на то, что меня решили просто в очередной раз разыграть, — нахмурился Фёдор. — Есть предложения, чей кроссовок? — как бы между тем поинтересовался Дазай, смотря себе под ноги. — Самый обычный чёрный, никаких, — Фёдор хотя и ответил, но будто бы не договорил. — Но? — Но ты и сам знаешь, что но, — Достоевский вернул свою хитрую улыбку. — И всё ты знаешь… — усмехнулся Дазай, прикрыв на несколько секунд глаза.       После этого они начали просто гулять по Йокогаме, пока близился закат. Странная тишина повисла между ними, но она была приятна обоим. Так они успели дойти до пристани, где золотой свет от закатного солнца красиво играл с цветами на их одежде, а лёгкий ветерок трепал волосы Достоевского. Прервать молчание решил Фёдор, даже не посмотрев на Дазая: — В общем всё, что мне нужно, я узнал, — он опустил взгляд и, прикрыв на мгновение глаза, продолжил уже с хитрой улыбкой: — Потому прощай, — и шагнул в сторону от Осаму. — Федя… — такое обращение мгновенно резануло по ушам Достоевского, и он обернулся, подняв бровь. — Ты же не собираешься просто так уходить, — поставил того перед фактом Дазай, зная, о чём тот думает. — Хе, старый трюк, — Фёдор усмехнулся, узрев на голове Дазая свою ушанку. — И о чём он тебе говорит? — ухмыльнулся Осаму, смотря с вызовом прямо в ярко-фиолетовые глаза Достоевского. Да-м, не зря того демоном зовут. — О том, что ты страх потерял, Осаму, — вызов был принят. — А мне много о чём сказал лишь тот факт, что ты настолько ушёл в свои мысли, что даже не заметил, как я у тебя шапку стащил, — говоря это, Дазай снял с себя ушанку, подошёл к Фёдору и самым наглым образом одел её ему на голову, хитро улыбаясь. — И о чём же? Расскажешь поконкретнее? — их лица были всего в сантиметрах двадцати друг от друга, но обоих этот факт не волновал. Куда больше их интересовали глаза друг друга…

Хитрое продолжение следует… Шутка) Не забываем, что это в первую очередь детектив.

      Прошло приличное количество времени, за которое Чуя, Куникида и Ацуши уже давно дошли до штаба Агентства. Накахара сам не знал, зачем поплёлся за детективами, но обратно уже поворачивать не стал. В здании Агентства Чуя также увидел и других детективов, однако они не стали кидаться на него, потому что им всё объяснил неожиданно нашедший с Чуей общий язык Куникида. Не трудно догадаться, что общей темой напарников Дазая стал сам Дазай. Бесил-то он обоих!       Когда электронные часты показали два часа ночи, Чуя, сидящий вместе с Куникидой и Ацуши в зале для заказчиков и гостей на первом этаже, воскликнул, вскочив с дивана: — Ну и где эту скумбрию носит?! — Да-м, наедине с этим демоном не стоило его оставлять, — Куникида тоже переживал за друга, но скрывал это под слоем недовольства, в то время как Чуя аж злился от волнения за этого идиота. — Может, нам стоит пойти его искать? — предложил не особо умную идею Ацуши, который, в отличие от Куникиды и Чуи, вообще никак не маскировал своего волнения. — В такое-то время? Лучше уж завтра, если он прямо сейчас не объявится, — сказал Куникида. Вот в чём было отсутствие логики в предложении Ацуши. — А я пойду! — тоном, не терпящим возражений, сказал Накахара.       Он уже, было, направился к двери, как дверь сама открывается и из-за неё появляется живой, невредимый и даже чуть улыбающийся Дазай. — Я же говорил, — Куникида позволил себе короткую улыбку. — СКУМБРИЯ! Ты где был, а?! — злился Чуя. — Выпытывал информацию всеми доступными способами, — преспокойно заявил Осаму, улыбаясь, и двинулся в центр зала. — И у меня для вас есть новости! — его тон голоса мгновенно стал беззаботным и ещё более радостным. — Какие? — одновременно задали вопрос Чуя и Куникида. — Первое: был действительно тот человек, который связывал Гоголя и Рампо, — на это все улыбнулись. — И второе: я знаю, кто вор!

Вот теперь точно конец главы)