Брак по расчету

Выйдя из кафе-забегаловки, светловолосый юноша сделал глоток своего долгожданного капучино, после чего улыбнулся. Всё-таки, надо было что-то делать с зависимостью от этого напитка. Он пил его, как минимум, три раза в день, при каждой удобной возможности, если не считать ночи сессий и экзаменов. Хантер быстрым шагом направился в сторону университета, мельком взглянув на золотые часы подаренные дядей на совершеннолетие. До пары ещё пятнадцать минут, успевает, но лучше поторопиться. Сегодня парень позволил себе зайти купить кофе, так как первую пару отменили, а оно и на руку. Учится он в университете на третьем курсе, не то чтобы ему сильно хотелось, но в его ситуации, отучиться и свалить, было лучшим выходом... Город шумный. Куча народу на улицах, толпы людей почти что сбивают с ног, все спешат на работу, учебу, да и просто по своим делам. Уже середина ноября, но все ещё был плюс, а то и слякоть. Идея обуть белые кроссовки была плохой, явно не лучшей. Мокрый асфальт отдает запахом, смешанным с выхлопными газами, странное сочетание, но такое привычное. Среди этих многоэтажек чувствуешь себя таким крошечным, потерянным, ненужным... хотя, почему? Вроде, всё хорошо, обычная жизнь студента, казалось бы, у тебя есть хорошие друзья, ты можешь ходить в учебное заведение, получать образование, просто наслаждаться жизнью. Но, к сожалению, это не всегда было так, у всех свои проблемы в жизни и Хантер не был исключением. Но что из происходящего волновало больше всего? Дядя. Дядя, который продолжал скрывать все что только можно, особенно если это касается семьи. Каждый раз, ещё ребенком, он с спрашивал про родителей, на что тот отвечал очень обобщенно и с видимым недовольством. Его раздражало, что малый задаёт такие вопросы, ещё и достаточно часто. Со временем, Хантер терял надежду узнать что-то дельное. Всё, что он слышал каждый раз, это одну и ту же, уже приевшуюся фразу: «Мне очень жаль, Хантер, но твои родители погибли во время автокатастрофы. Ты был с ними, тогда ещё совсем мальцом, но очень повезло, что ты остался жив.» Конечно, всё могло быть и хуже, намного... Врачи говорили что он чудом выжил, да ещё и отделавшись только шрамами и сломанной ногой, никаких других травм они не обнаружили. Мозг, органы, большинство костей – все было в порядке, мальчик определенно родился в рубашке. Но сам Хантер так не считал, его пугало то, что он ничего из этого не помнил. Ни родителей, ни точной ситуации когда, куда и зачем они ехали, ни самой аварии, только отголоски в памяти, мутные и непонятные... Время идёт и Хантер смиряется с этим, даже начал забывать, как говорится, жил настоящим, но иногда непонятные сны и мысли настигали его с новой волной... В целом отношения, с единственным родственником у него всегда были холодными. С совершеннолетием, затяжное молчание с его стороны стало неотъемлемой частью их жизни, но как ни странно, Хантеру казалось, что так даже лучше. Созвонились один-два раза в неделю, только чтобы обговорить что-то конкретное и только по делу, да и все. Никаких «как у тебя дела, настроение, что ты кушал сегодня и ел ли вообще» у них не было, это звучало даже как-то не глупо, странно. Когда представляешь, что дядя может сказать что-то подобное, он всегда был строг, и Хантер к этому привык. А с другой стороны, он же не должен вести себя как обеспокоенная мамочка, верно? Да и вообще, дядя лишь его опекун, да и Хантер уже вырос, так что большего быть и не должно. Спасибо, что тогда не оставил гнить в дет. доме, взяв на себя ответственность за племянника. Если бы не он, Хантер вообще не знал, где был бы сейчас. Но насколько парниша помнил, дядя никогда не беспокоился о нём, как будто он был какой-то случайностью, ошибкой. Иногда создавалось ощущение, что он подобрал его только чтобы избежать осуждения в обществе. У них даже, не так давно, случился один неприятный инцидент. Хоть он и старался забыть, тот все же до сих пор не покидал голову. Это произошло в начале этого учебного года...

×××

Был самый конец августа. Прекрасные последние деньки лета уплывали на глазах, как то даже жаль, но Хантер не отчаивался. У него была мотивация, убраться из этого города к чертям! Кхм-кхм, так вот. Как всем известно, надоедливые преподаватели с августа начинают доебывать студентов (и не только студентов) всяким бредом, по типу сборов на новый мерседес директору, старый уже не в моде. Ещё и стулья, которым скоро юбилей, пятьдесят лет непрестанной работы! Самим надо было чинить, но мы не об этом. Неудивительно, но Хантер был единственным, кто не сдавал деньги уже третий год, а откуда ему их брать? Он старался быть отличником, чтобы платили стипендию, на нее и жил, лишних пять тысяч, хоть застрели, не было. Зато был богатенький и более родственник, но когда он подходил к дяде чтобы попросить финансовую помощь, тот слал его далеко и надолго, и говорил, что никаких денег у него нет, он вообще не знает что такое деньги! И кто придумал эту фигню со сборами! Бламп – их директор, злился из-за этого, Хантер уже который год не сдает деньги и решил вызывать его родителей. Но была маленькая проблемка, у него из родственников был только дядя. Решив, сначала он звонит своему братку Белосу, с которым, по договоренности, они копят на "ремонт" университета, и жалуется на то, что какой-то говнюк уже третий год подряд не сдает деньги. Такими темпами им не собрать на "шторы", хочет сказать он, но не успевает он сказать имя наглеца, как слышит гудки с той стороны. Белос приезжает и вскоре вламывается в кабинет. Директор смотрит на него с каменным лицом, уже семьдесят лет работает, мало чем удивишь. – Где он! – восклицает Белос и озирается вокруг, словно надеется найти негодника прямо здесь. – Кто он? – уточняет Бламп, оставаясь всё таким же невозмутимым. – Где тот придурок, который не сдал деньги вам на мерседес, мне на яхту... Т-то есть, на шторы!!! – запоздало исправившись, он всё так же нервно продолжает. – Где этот пиздюк! Он у меня сейчас получит! – Дядя? Белос оборачивается и видит Хантера, которого чуть не прибил дверью, и сильно удивляется. – Хантер? – в его голосе проскальзывает испуг. – Вы родственники?! – Бламп шокирован не меньше и уже более заинтересованно смотрит на развернувшуюся перед ним картину. Стоит гробовая тишина, все трое смотрят друг на друга молчаливо, как рыбы, не зная что и сказать. –Так у нас же одна фамилия, директор... – Да, но когда я спрашивал у мистера Виттебейна, имеет ли он родство с кем-то, он твердо дал отрицательный ответ, я и подумал что вы просто однофамильцы. Двоя смотрят на Белоса, у одного в глазах явное недопонимание, а у второго прожигается не только недопонимание, но и явный гнев, Белос понимает что здесь он явно допустил ошибку. – Но дядя, почему ты никому ничего не сказал? Почему ты скрываешь, что мы родственники!? Впервые Белос встал в ступор. Обычно он бы кинул что-то про статус, но тут так просто не отделаешься, это ведь был его племянник. – Это для того, чтобы ты надеялся только на себя, а не засматривался на мои деньги! И мне уже давно пора! И всё же, тот нашёл что сказать, смотавшись так же быстро, как и пришел, а точнее выломал саму дверь полностью. Бедному Блампу ещё и чинить её пришлось, а ведь он тоже уже старенький. Проще было, конечно, купить новую, да и вообще лучше все здание снести к чертям и построить заново, чёрт знает сколько ему уже лет. Но старикам нужно же как-то развлекаться, что тут такого, под конец жизни повидать её, вот и решили затариться яхтой с мерседесом, а деньги драть со студентов, это чтобы им жизнь мёдом не казалась!

×××

Хорошо, что после того случая Бламп догадался никому ничего не говорить, какой позор бы был. Хантер хотел обычную спокойную жизнь, адекватного родственника и понимания в его сторону, а сейчас есть как есть, тут уж ничего не поделаешь. Белос даже купил ему отдельную квартиру в центре города, в знак примирения, так сказать. Видок у него правда был такой, будто кусок от сердца оторвали... Вообщем-то и ладно, это парня не волновало. Да и в целом, больше ничего такого необычного его не тревожило... Хотя, не тревожило это громко сказано, его терзало кое-что ещё. С первого курса, одно чувство... Такое странное, но приятное, колит, но притягивает к себе, как роза. Ты скользишь по нему, в надежде найти равновесие, но падаешь, и не замечаешь с первого взгляда, что оно слишком острое, манящее, такое необычное. С виду мягкое, а внутри есть секрет, ты поддаешься, обнимаешь его, хоть и уже замечаешь, оно целиком и полностью состоит из маленьких острых шипов, таких прекрасных шипов, но всё равно, остановиться не можешь. Они неосознанно царапают кожу, острые ветви прорываются вглубь, доставая до самого сердца. Больно, но так по-новому. Странные мурашки пробегаются по всему телу, и ты тонешь, без надежды вынырнуть, выбраться из этих чувств и эмоций, которых раньше не ощущал. Но оно намного сильнее. Хочется тонуть, забыв обо всем на свете... И когда это Хантер стал таким чувствительным? Кое-кто, кто сделал его таким, это чувство, которое он испытывал к одной девушке... Уиллоу. Она и была той, кто проткнула его бедное сердечко, расколов на множество частичек. Он как сейчас помнил их первую встречу, забавно тогда вышло...

×××

Переходя прямо по тротуару, на той стороне дороги он замечает кое-кого. И почему каждый раз что-то отзывается остриём в сердце, снова и снова, хотя уже много времени прошло. Подходя ближе, на лице появляется улыбка, но только потому, что Уиллоу всегда улыбалась при виде его. Иногда ему казалось, что это она приучила его к эмоциям. По правде говоря, так и было, ее поддержка и комплименты помогли ему стать более уверенным и общительным. Она всегда выслушивала, не перебивала. Интересовалась самочувствием, когда надо было, и не потому, что она была вежливой и приличной, а потому, что правда волновалась, и беспокоилась, собственно как и о всех своих друзьях. Они обнимаются, приветствуя друг друга так искренне, хотя видятся почти каждый день, рассказывая о недавно произошедших событиях, а иногда просто молчали, каждый думая о своем. У них были идеальные дружеские отношения, но... Не более. Что же, хотя бы статус друга он заслужил в её жизни, но порой сомневался и в этом. Но Уиллоу утверждала, что он прекрасный друг. Друг... Хантер уже много раз клялся не вспоминать прошлое, но оно, как на зло отзывалось в его памяти. Парень уважал Уиллоу, ее личные границы, и чувства к ней хранил, как лепестки роз, которые до сих пор таяли в его сердце. Но, раз уж она так решила, он не намеревался портить хорошие дружеские отношения, а был ли смысл? Только потому, что у него не с того ни с сего появились необоснованные чувства, разрушать такую прекрасную дружбу? Хотя, разве оно должно быть так? Как гласят старые книги с романами и паблики в социальных сетях «сердцу не прикажешь» и он полностью это понял, тогда когда испытал на себе. Раньше юноша считал все это полным бредом, но не сейчас. Сейчас он осознал, что это все по-настоящему, может, даже к лучшему. Но в любом случае, он с Уиллоу не будет больше поднимать эту тему. То признание было такое глупое и абсурдное, что броситься под трамвай в тот же момент, думает он сейчас, было бы прекрасной идеей. Но как же он был удивлён, когда она сказала, что давно все знает, просто ждала момента, когда он соберётся с мыслями и сам все расскажет. Уиллоу благодарила его за честность, за то что он всегда рядом и... Что-то в тот момент даже отдает радостью, где-то глубоко зажигается надежда на взаимность и он думает, это даже возможно... Но огонёк потухает. «Ты тоже много значишь для меня, Хантер, но, ты для меня лучший друг, к сожалению, не более. Спасибо тебе за признание и беспорочность, я правда это очень ценю». В тот момент ей было жаль, и ему тоже, но, так уж сложились их судьбы. Был ли он расстроен? Очень, но он не мог ее винить в этом, если Уиллоу так знает, то это будет лучше для них обоих. К его удивлению, через месяц та боль после отвергнутости, не так сильно беспокоила, ничего обширного, были, конечно, болезненные воспоминания, и при ее виде отдавалось колкостью в сердце. Но жизнь течет своим чередом. Он даже поделился этим с Уиллоу, та была рада, что с ним все в порядке, так как очень волновалась за его состояние последний месяц. Но все обошлось, и это главное. Идя по небольшому парку, почему-то он схватывает знакомое чувство. Дежавю. Это было не в первый раз, и что-то подсказывает, что не в последний. Девушка рассказывает о дальнейших планах, об университете, Хантер внимательно слушает. Иногда они смеются, или молчат, но им обоим это кажется комфортным. Уилл учится на факультете агробиологии, очень любит растения и ухаживает за ними. Это мило, хоть юноша, признатся, иногда ничего не понимает из её слов, но старается поддержать разговор. Дойдя до университета, они как обычно прощаются, кинув друг другу привычное «увидимся». И оба уходят в своем направлении. Девушка заходит в здание, а Хантер уже бегом направляется к своему университету, так как до пары осталось пять минут. Он часто провожал подругу до её университета, хоть ему потом было дольше идти до своего, но юноша не переживает, просто быстрым шагом направляется в противоположную сторону, утопая в своих мыслях. Ничего не изменилось за два года.