Брак по расчету

Калеб Виттебейн. Скончался во время несчастного случая, при поездке в Лондон. Точной информации по поводу происшествия нет, но известно, что всему виной есть отказавшие тормоза. В машине на тот момент находилось пятеро человек. Четверо погибли, среди них был и сам Калеб, остался в живых только один из пассажиров — маленький мальчик. Как оказалось, он являлся сыном Виттебейнов, каким же образом ему удалось выжить до сих пор неизвестно. Служба спасения утверждала, что ребенка нашли под собственной мёртвой матерью. Безжизненное тело в крови и осколках лежало, защищая дитя от травм. Единственного выжившего немедленно доставили в больницу и оказали необходимую медицинскую помощь.

2004 г.

В просторной комнате царил полумрак. Приглушённая светом тёмно-бордовая помада на губах отливала красным гранатом, разившегося с блеклым, красноватым освещением из-за задвинутых штор. Умело прокрашивая нижнюю губу, женщина ещё раз взглянула, с пробирающей до мурашек ухмылкой, на когда-то давно неаккуратно вырванный лист пожелтевшей, шершаватой бумаги из газеты. Раз из раза напоминая себе о том дне. Она перевела взгляд обратно на свое отражение в большом винтажном зеркале, продолжая наносить уже тени на веко, кисточкой доделывая свой аккуратный макияж. До идеала выглаженное оливковое платье сидело на ней идеально, как раз фигуре. Мутный блеск в глазах отражался в зеркале завораживающей точностью, с каким-то малозаметным, но ощутимым озорством, что, казалось, было несвойственный для других, но не для неё. В целом, слишком много уж в этих глазах инициативы, недоверчивости и азарта. Время идёт, а некоторые вещи не меняются. Одалия, сколько себя помнила, всегда была горда собой, а как иначе? Многие мужчины в сфере бизнеса и не только завидовали её стойкости и умению так четко продумывать свои действия; хитрая, неуловимая, как лиса. Никогда не следует за другими, всегда продумывает стратегию наперёд. После стольких лет в своём деле её, большое, не развести на мелкие погрешности. Она ни разу не наивна и смотрит всегда далеко, с гордо поднятой головой. Видит только цель. Цель и свою выгоду. У Одалии была такая привилегия. Помимо этого, она всегда доделывала до конца всё, за что бралась. Будь-то повседневный макияж, или деловой разговор, может быть, что-то серьезнее. Без исключений. Но она и тщательно выбирала, за что браться. И это многое говорило об её характере. Всё благодаря богатому опыту за спиной, столько покоренных вершин, сломленных судеб людей, пройденных дорог. Она не озирается назад, почти ни о чем не жалеет. — Что же, дорогой Филипп... — Одалия смотрит на себя в зеркало, принявшись за тушь, лёгкими движениями прокрашивая ресницы. — Ты всё такой же, как прежде, – она моргает пару раз, дабы сосредочиться на общей картине в зеркале. – Но вот только... – она усмехается, ловя себя на приливе... Злости? Пробегаясь глазами по предметам в комнате, в надежде отвлечься от мыслей, воспоминаний, которые были сейчас очень некстати, не желая вновь перекрывать прошлое, она останавливается взглядом на небольшой фотографии, прицепленную рядом с куском излюбленной газеты, взяв в руки. – Я не такая, какой ты меня подставил, — поникшим голосом прошептала она, бегая глазами по лицам когда-то давно важных ей людей. Тогда... Но не сейчас, больше нет. С секунду подержав её, зеленовласая морщит брови. Всё же, порыв агрессии подводит её... Разорвав фото на несколько раз, Одалия бросила остатки жалкой бумажки в рядом стоящую пепельницу, следом отряхивая руки. Ухмылка без разрешения хозяйки расползалась на лице, когда кусочки быстро воспламенились, оставляя за собой лишь пепел и лёгкий запах гари. «Всё не так как раньше, все изменилось и на этот раз, всё будет по моим правилам.» Одалия в голос усмехается своим мыслям: «Похоже, это снова игра для двоих.» Посмотрев последний раз на себя в зеркало, и убедившись, что с внешним видом всё в порядке, она берет свою элегантную дамскую сумочку, предварительно положив туда пару нужных вещей, и следом, развернувшись, направляется к выходу. «Готова. На этот раз я точно готова ко всему, уж не сомневайся, Филипп». Стиснув зубы, она переменилась в лице вновь на привычно строгое, уверенно шагая по тёмному коридору.

×××

Так уж получилось, что, наши одаренные бизнесмены чувства своих детей оставляли в дальнем ящике, не удосуживаясь лишний раз посмотреть на них. Те и так не занимали в их жизни должного внимания, так что, не спросив их мнения, они решили договориться о встрече на вечер этих выходных у Блайтов, знаете, чисто отхлебнуть чайку, ничего личного. «Блайты всегда выполняют свою часть сделки.» Белосу откровенно говоря было начхать на её слова и не только. После их небольшого разговора он окончательно убедился в этом. Старик поскорее хотел разобрать все свои проблемы, как назло навалившиеся в самый неудобный момент. Он только-только начал выстраивать хорошие отношения с выгодными ему людьми, а тут на тебе, такая подлость. Да и только ли? Может быть, у него начинал развиваться старческий маразм, но он твёрдо решил, что будет верен своим решениям. Ведь, какой идиот упустит такую прекрасную возможность, исходя из самой ситуации, которая явно была не радугой в небе, но во всем же есть плюсы, верно? Он долго думал, что же делать с наспех прилипшим к нему племянником, а тут судьба-матушка наконец-то решила сжалиться над Белосом, радость-то какая! Помимо того, давно было в его планах избавиться от племянника, желательно поскорее, но вот каким образом? Рисковать на опыте прошлого он не хотел, точно уж нет, ему и брата было достаточно, да и к тому же, это такая прекрасная возможность, ведь семейная жизнь, как никак требует много внимания. «Калеб тоже выбрал семейную жизнь.» Всякий раз когда он думал об этом, всплывала одна и та же мысль, заставляя Филиппа снова и снова сжимать, сломать какой-то несчастный предмет попавший под руку. Хотелось рвать и метать, прямо сейчас, сидя в бархатном, дорогом красном кресле, закуривая трубку, он с силой сжал ту на столько, что она, не выдержав такого напора, пустила трещину. Слабость. Именно так Филипп мог описать поступок своего брата. Он был против, он не хотел, чтобы тогда Калеб повелся на удочку этой рыжей актрисы, нет, уж точно нет! Он не желал, чтобы тот променял такой прекрасный статус, прекрасное положение в обществе на какую-то там смазливую любовь... Но Калеб говорил о той Эвелин иначе, об этой ведьме, иного прозвища он ей дать не смог. Чёрт за ногу их провёл пойти расслабиться на вечеринку старого знакомого, ведь там-то он её и встретил. Эвелин как будто загипнотизировала его, на том концерте, он взгляд с неё не сводил. Длинные, вьющиеся на концах, блестящие рыжие волосы, его завораживало в ней все: глаза-изумруды, а её дивный голос... Будто сирена, она затягивала Калеба в свои сети и Филипп чувствовал, как теряет брата всё больше и больше... А ведь ещё в детстве, они клялись что будут неразлучны. Чушь. Бред. Враньё. Наглая ложь. Если Калеб действительно смог променять его на первую полюбившуюся девчонку, но он это сделал, выходит, это он предатель? Вообще, у них всегда было разное мировоззрение. Старший был слишком добрым, наивным, по-детски открытым, амбициозным, харизма текла по его венам и жилам вместе с кровью. Тот всегда приходил на помощь несмотря ни на что, даже врагу протянул бы руку помощи... Забавно, только вот, что главным из этих врагов оказался тот, с кем он с детства был плечо к плечу, родной брат... Даже тогда, когда у него на плечах была огромная ответственность, он не сдавал своих позиций, даже тогда, когда жизнь превращалась в сплошные мучения, разочарования, и горе безвыходности, улыбка продолжала блистать на его лице. Но несмотря на это, все те годы Филипп всегда поражался, как тот выходит каждый раз сухим из воды. Но не мог отрицать, что тот мог найти выход из любой ситуации, самоотверженность и борьба за честь – вот что в нем кипело. Большинство конкурентов считало, что это его и сгубило, но Филипп точно знал, что дело далеко не в этом. Семья – слабость. Уязвимое место, от которого Калеб стал зависим. Конечно, выбор был за ним, да, но когда ты при том обществе, в котором многие готовы на всё что угодно, лишь бы занять твоё место, ты становишься уязвимым. И если что вдруг, все знают, куда лучше бить. Все знают твоё слабое место. Лишняя привязанность ни к чему. Но этот случай может стать исключением. Это Белос твердо решил ещё сразу. Хантер не тот, как он считал, не тот лидер, не тот достойный наследник, он как Калеб, полностью похож на отца, борьба за власть не для него. Это точно, парень такого не выдержит. Поэтому лучшим выходом было найти семейную опору сразу, нежели ждать, пока он не напьётся в стенку в бар-клубе и оглянётся с какой-нибудь сукой. Поэтому план был не заковырчив и идеален.

×××

— Эй, а ты видела новый пост!? — девушка подбежала к подруге, буквально светясь от радости и, улыбаясь во все тридцать два, приобняла за талию, чем заставила ту встрепенуться. — Нет, а что там? — спокойно поинтересовалась вторая, улыбнувшись. — Ну даёшь! Через две недели наша любимая группа приезжает, я же тебе это три дня назад говорила, не помнишь? — брюнетка свела брови к переносице, наигранно обидевшись, но потом снова ухмыльнулась, заметив радостный шок зеленовласой. — Да быть не может... — Эмира выхватывает телефон из рук, пробегается глазами, безмолвно ахая, прикрыла рот рукой. — Вайни! Я глазам не верю! — А я о чём! — брюнетка не удерживается от того, чтобы закатить глаза. Чем же она только слушала тогда? Но вот сейчас Эмира с чистым благовением смотрела на собеседницу. Зеленовласая с радостью обнимает подругу, чуть ли не прыгая на месте от нахлынувшего восторга, из-за чего та смеётся, чутка покраснев. Она и сама не могла понять, почему такие действия до сих пор смущали её. Сколько раз они обнимались, да что уж там говорить, перед ней её бывшая девушка, как никак, но всё же, этот румянец никуда не денется, она это точно знала, да и, в прочем, была даже рада. Отпрянув от брюнетки, Эмира на мгновение о чём-то задумывается. — А ведь мне даже нечего надеть на концерт... — почти растроилась девушка, глядя на подругу. — Пф-ф, — Вайни отмахнулась. — Нашла из-за чего париться! Вот сейчас возьмём и купим после пар тебе обновку, а? — девушка игриво подмигнула, но осеклась, когда Эмира лишь отвела взгляд, как-то грустно хмыкнув, из-за чего та подняла недоуменный взгляд. — Что-то не так? Первая ещё больше удивилась тому, что зеленовласая никак не отреагировала, лишь отрешённо продолжала идти вперёд. — Эй, ну Эми, да что с тобой такое творится в последнее время, ходишь всё время расстроенная, тебя что-то тревожит? — уже более мягко поинтересовалась девушка, стараясь посмотреть в медовые глаза напротив. Такие красивые, завораживающие, янтарные очи, просто чудо, но в них сейчас не отображалось ничего, лишь грусть и тоска. — Нет, нет все хорошо, просто, мы хотели... С Эдом встретиться... — на последних словах девушка заговорила ещё тише, из-за чего той даже пришлось вслушаться. Взгляд брюнетки быстро изменяется при сих брошенных словах. Лишь осознав смысл, её глаза округлились. — Правда? — как-то резко и недоверчиво переспросила однокурсница, вскинув брови. Зеленовласая лишь задумчиво кивнула. — Да ладно, серьёзно что-ли? — Вайни резко останавливается, перегородив дорогу подруге из-за чего та оступилась, чуть не врезавшись. Эмира растерянно опустила взгляд: — Да, сегодня хотели прогуляться вечером, извини... — девушка поправила сумку на плече, по-прежнему стараясь не сталкиваться с взглядом напротив. — С ума сошла извиняться? Эми, да мы все в последнее время о нём и слова не слышали! Как, где он там вообще? — удивлённо и обеспокоенно произнесла та, с изумлением ища ответа. — Если бы я знала, Вай. Мы списываемся в последнее время всё реже и реже, да и когда разговор заходит в то русло, он уходит от вопросов, и кроме как "всё хорошо" от него ничего получить не выходит, — девушка говорила с волнением, негромко. – Но, я попытаюсь что-то выяснить, — сведя брови к переносице, попутно сжав в кулаке ручку сумки сильнее, твёрдо объявила та. Вайни тяжело вздохнула: — Не те времена, Эми, — девушка непринуждённо засунула руки в карманы оверсайз толстовки, прикрыв глаза. Торопиться им сейчас было некуда, пол часа перерыв. — Помнишь, как мы все вместе, с нашей компашкой, ходили стены разрисовывали? А потом, эти придурки из паралельного класса, палили нас и мы получали от родителей! — девушка отдалась воспоминаниям, улыбнулась, всё-таки, счастливые моменты запоминаются надолго, если не на всю жизнь. И попытка перевести тему оказалась успешнее, чем она предполагала. Послышалось хихикание. — Ты помнишь? — чуть нагнулась та, чувствуя себя намного увереннее.– Как мы лазили по заброшкам...

×××

— Ч-что? — дрожащий голос раздался в эхом в помещении, отображая сказанное, несмотря на то, что был еле слышен, в который раз отказываясь верить в происходящее. — Я тебе что сказала!? Не спорь со мной! Похабная девчонка! – всё тот же резкий голос, всё та же интонация, всё те же намерения. — Н-но... — рваный вдох прервал речь. — Мам, пожалуйста, я... — шептала девушка, уже зная, что это бесполезно. — Ты ещё спорить со мной будешь?! — ещё более твёрдо и грубо отозвались с той стороны. В голосе чувствовался укор. Укор и собственная безвыходность. Зеленовласая в очередной раз дернулась от громкого крика матери, поёжившись, сделала громкость ещё тише. Руки неконтролируемо дрожали, еле как удерживая телефон в ладони. Радовало только то, что сейчас у всех начались пары и туалет был пуст. Уши закладывало. Зажав рот рукой, Эмира попыталась сдержать очередной рваный вдох. Она поверить не могла, что всё это происходит. Волнение било по нервам, дыхание почти неконтролируемо, хоть из-за всех сил она пыталась его выровнять, но эмоциональный удар оказался сильнее. Всё-таки, Одалия была профессионалом выводить на нужные эмоции, и неровные вздохи не ушли от слуха второй. — Позорище, ты пореви мне ещё! Потом спасибо ещё скажешь, неблагодарная, — с этими словами, с явным раздражением на том конце трубку бросили. Девушка прикрыла рот рукой, прикусывая до боли указательный палец, стараясь сдержать сейчас никому ненужные слезы. «Как так? За что?». Мысли об нечестности не давали ей покоя. Она даже не знала, почему с ней так поступает родная мать, но, ха, чего это она? Это же Одалия, она никогда не спросит чужого мнения, даже родные дети беспокоят её меньше всего на свете. Казалось, малость-то какая, будет очень замечательно, если она потеряет оставшийся самоконтроль, стараясь отвлечься собственными мыслями. Легче не становилось. Предательская слеза покатилась по румяной щеке, ноги подкосились, отдаваясь дрожью в конечностях, перед глазами всё мутнело. Не выдержав, с достаточно громким всхлипом она скатывается по стене кабинки, закрыв руками покрасневшее лицо. «А главное кто? Кто он такой? И почему именно он, почему именно эта фамилия!» Девушка поняла, что что-то здесь не так ещё с начала разговора. Обычно мать не говорит с такой притворной нежностью, да что уж там, обычно от неё ни одного слова в свою сторону без укора не услышишь, а тут... Эмира начала теперь глаза рукавом, шмыгая носом. Как это она так умудрилась? Но как бы тебе не было тяжело и больно, она придерживалась такому правилу, которое они с Эдриком усвоили сразу: сам себе слёзы не вытрешь, никто не вытрет, сам не успокоишься, никто не успокоит... По крайней мере, пока они не рядом с друг другом. Больше не рядом. Это в какой-то степени было больно, очень больно, ещё тогда осознавая то, что они не смогут больше быть вместе. Никто больше не вытрет слезы, не позовет гулять, сбежав из дома, вернувшись только поздно вечером, никто не пошутит, не обнимет, не успокоит. Детство закончилось. Они боялись этого, но прекрасно оба осознавали, что такой момент когда-то обязательно наступит. Девушка отвлеклась на звук приходящего уведомления, взяв телефон чтобы посмотреть. Ровно в шесть, чтобы была дома. Тут же пожалела об этом поспешном решении. Конечно, как же иначе? Она что, до сих пор школьница, чтобы с ней так обращаться... «Минуточку...» Девушка ещё раз взглянула на сообщение, пробираясь глазами по строкам, уже какой раз, осознавая свою беспомощность. – Чёрт... – одними губами прошептала та, зарываясь рукой в волосы. В явном беспокойстве, в все ещё дрожащими от недавнего состояния пальцами открыла чат с перепиской с Эдриком.

Братец:

Как дела у моей любимой сестры?) 12:47 Улыбка сама по себе расползалась на лице, при просматривании сообщений от брата. Приветик), всё как обычно, ты сам то как? 12:48 Тоже, ничего нового. Хоть будущее и смутно, это, по крайней мере, не касается всяких неожиданных сюрпризов, хоть я их и люблю 12:48 О чём это ты, неужели, о нет! Нашёл себе девушку и пытаешься от меня утаить, не выйдет, братец! 12:48 Эмира помнит, как любила и любит похихикать над братом, потому никогда не упустит возможности лишний раз об этом пошутить. Если бы так и было, Эми. В последнее время и чаю попить не успеваю, а что уж там говорить про отношения 12:49 Ой! И кто это говорит, сам Эдрик Блайт! Не верю, эй, самозванец, верни моего брата, я же знаю, что у настоящего Эдрика всегда есть время на гулянки! 12:49 Эмира помнит, как некая скованность появлялась в грудной клетке при написании, до сих пор. Ха-ха, да, никогда не забуду самых прекрасных и беспечных дней моей жизни 12:49 Слушай, у нас сегодня не будет двух последних пар, может прогуляемся вечером? 12:52 О, ты как всегда в яблочко, сестрёнка, нам вечернюю репетицию отменили. Честно, не знаю, почему, но тот факт, что этот вечер у меня свободен, только радует. Так во сколько? 12:53 Ох-о-хо, ну вы посмотрите, какой занятой весь из себя, надо-же! К шести вечера думаю, если ничего не изменится 12:53 Хорошо, значит в шесть. Смотри, не подбери кого-нибудь по дороге, а то мать, как в прошлый раз, уже не будет сдерживаться) 12:54 Иди ты! И вообще, это ты был любитель таскать в дом не пойми кого 12:54 Да, да, я тоже люблю тебя, но признай, лучше жить с пятью собаками, чем с нашей мамой... Так, ну, до встречи, систр! 12:54 Безсомненно, она не ошиблась. С тяжёлым взглядом, Эмира спешно набирала предложение. Извини, Эдри, сегодня не получится 16:41 Эдрик не был в сети и с одной стороны, она была расстроена, что встреча с братом не состоится, но, а с другой, была рада сейчас не получать лишних вопросов. Ещё раз мысленно поблагодарив высшие силы за то, что в туалете никого нет, зеленовласая вышла из кабинки, захватив собой свои вещи, подошла к зеркалу. Тушь потекла. Достав из сумки пачку влажных салфеток, девушка стёрла всё лишнее. «Всё равно последняя пара... Кстати, насчёт пары, сколько там времени? – Эмира потянула руку к карману с телефоном. – Всего тринадцать минут прошло...» С тяжёлым вздохом, девушка убрала его обратно в карман, направившись в сторону выхода. «Будет много вопросов.» Поднимаясь по лестнице на второй этаж, к нужному кабинету, она морально готовилась к косым или обеспокоенным взглядам, смотря от кого. Преподаватель наверняка поинтересуется причиной столь беспунктуальному поступку с её стороны, ведь девушка никогда до этого не опаздывала, но ей сейчас было не до того, что он скажет. Было бы логичнее просто не идти на пару, учитывая то, что она последняя. Но лишние проблемы из-за прогулов, ей сейчас точно не к чему. «И у меня есть вопросы, мам.»