как губительный яд

он сидел на крыше, продрогший до нитки, что не удивительно, ведь на улице была осень, а на часах давно пробила полночь. парень сидел и смотрел на прекрасный город, в котором жил. свет вывесок, фонари вдоль улиц, редкие машины, что мчались наверное домой в такое позднее время. вдалеке все это было так прекрасно, он любовался и пытался найти причину жить, пытался зацепиться хоть за что-то, но. ничего, ничего стоящего не было, ничего, что заставило бы его передумать. он все потерял, конечно это была его вина, но даже поняв это, легче не стало, конечно не стало, это просто смешно. с каждой минутой становилось все холоднее, продрогшая тушка уже не слушалась, сигарета выпала из ледяных пальцев и только свет жара, что мчался вниз был виден, он подобно юноше летел, надеясь что там он встретится с ответами, но он еще не знал, что там всего лишь смерть. «смерть», повторил это слово, смакуя, надеясь скоро встретиться с ней, с старухой с косой, что проведет, вот только куда, в царство мертвых? быть может в ад? ему казалось, что единственное место где он заслуживает находится — ад, как обреченно. свет от экрана телефона неприятно давит на глаза, которые вот уже несколько часов находились в темноте, от чего парень зажмуривается пытаясь привыкнуть к яркости, которая казалось и так была минимальной. часы показывают 00:34, а внизу сообщение, от него. он не собирался читать, зная что сейчас сорвётся, все расскажет и попросит спасти, но сейчас он был настроен серьезно, это конец, действительно конец. он отложил телефон в карман, даже не читая сообщение, поднял глаза, смотря в последний раз на потрясающий вид. шаг, второй, последний шаг, что разделяет его меж жизнью и смертью. как же это жалко, причина твоей жизни и смерти, только что написала тебе, ответь чертов эгоист. — нет, стой, — обернулся на голос, а там снова был он, будто преследовал, смотрел такими глазами, что душу хотелось вырвать и отдать ему, впихнуть в руки, понимая что ему она точно не нужна, вот только, его душа давно уже была продана за копейки, тому парню, что сейчас напротив стоял, со слезами на глазах. — ты всего лишь плод моего воображения, ты бы не пришел, ты не мог знать, не мог. уйди, я не хочу тебя видеть, я ненавижу тебя, уйди. — срываясь на плачь, хенджин кричал, громко, бессовестно, не заботясь о том, что в такое время люди уже давно видят сладкие сны в своих кроватках. — нет, я здесь, настоящий, я пришел к тебе, пожалуйста, не делай этого, иди ко мне. — чан открыл руки в приглашающем жесте, хотел обнять. в его объятиях было так тепло, хотелось оставаться там всегда, приятно до слез, слез разочарования, что для него это ничего не значит. но самое обидное всегда было то, что парень сделал бы все, что только не попросил чани, сказал бы прыгнуть он бы прыгнул, а сейчас, он стоит в слезах, обреченно расставив руки, надеясь что этот потерянный малыш, подойдет к нему, примет его сочувствие и тепло. сочувствие. жалость. но не любовь о которой он мечтал. некоторые вещи нам неподвластны. — я люблю тебя, — всхлипнув, джин посмотрел ему прямо в глаза, он сделал шаг вперед, на встречу человеку который разбил его, довел до такого состояния, надеясь на что? что он его полюбит и они будут вместе долго и счастливо? только они уже не дети, чтоб верить в сказки. теплые объятия, ощущались родными, его запах навевал воспоминания, когда они так же обнимаясь, сидели в парке на лавочке, почти что ночью, когда он признался крису, хенджин тогда рыдал ему в плечо, а он поглаживал его по спине, все было таким родным, это было правильно. сейчас тоже было правильно, нужно. они оба тихо шмыгали носом пуская слезы друг другу в плечо, крис пытался согреть юношу, чувствуя как тот продрог, накинул на его плечи пальто и взял лицо в ладошки, заглянул прямо в глаза, в которых читалась вся боль мира, в таких прекрасных, карих глазах, ее было столько, что хотелось умереть только от знания, что ему так плохо. он поцеловал его в лоб, так как это часто делает отец или старший брат. он дал понять, что ты все еще нужен, но отнюдь не в тех отношениях о которых он грезил. смак разочарования остался на языке, но смерти больше не хотелось, не сейчас, позже он снова попробует сбежать, но это будет позже.

***

аккуратно обходя каждую лужицу, кристофер поморщился от прохлады ветра и ледяных капель, что попадали ему прямо в лицо, зонтик защищал как мог, но все же плохо справлялся со своей задачей. сигарета тлела в руках, а едкий дым врезался прямо в глаза. мужчина ненавидел себя за пагубную привычку, но ничего не мог с собой поделать в стрессовых ситуациях. хенджин пропал, снова, и снова из-за него. он просто ушел ничего не сказав. чан винит себя из-за этого, винит, что не понял, не догадался, потерял. хотя после вчерашнего разговора, можно было понять, что младший учинит что-то подобное, не в первый же раз, не в первый…

флэшбек

звук стрелки часов, что неугомонно тикала на циферблате, сводил с ума, казалось секундная стрелка вот вот выпрыгнет и воткнется куда то в голову, а лучше бы в сердце. каждый шорох, каждый звук заставлял поежится и сходить с ума, в ожидании, чего? кого? холод окутал тело, было неприятно до дрожи в коленках, сейчас бы закурить, но было безумно холодно, не хотелось вылазить из-под одеяла. редко проезжающие машины слегка освещали комнату, единственный источник света, помимо телефона в руках, чья батарейка была почти на исходе. можно было лечь спать, дабы скоротать время, но сон не шел, чтение не отвлекало, голова была пуста. не было страшно, и это пугало. как же все было запутано. входная дверь громко хлопнула, что оповещало о том, что тот кто зашел, кажется не в лучшем настроении, хотя когда он был в хорошем. чан вроде пытался не шуметь, но знал же, джин ложиться поздно. тихие шаги и приглушенный свет успокаивали. парень не понимал, почему мужчина возиться с ним, почему приглядывает, почему зная о его чувствах, упорно продолжает делать вид, что все нормально. как-то раз он сказал, что-то типа: «ты не любишь меня, джинни, просто к тебе не относились раньше хорошо.» кажется чан искренне верил в эти слова, может он думал, что его невозможно любить или он не заслуживает любви. или может просто не хотел терять хенджина. было столько вопросов и ни одного ответа. шаги направлялись к нему в комнату и через секунду кровать прогнулась под чужим весом. «нам надо поговорить» банальная фраза, после которой жуткая тревожность сжирает тебя изнутри, сердце падает в пятки, дыхание ускоряется, накатывает паника, хочется оглохнуть, лишь бы не слышать продолжения, собственные мысли давят, о хорошем не думается, после таких фраз не ждут хороших вестей. — мне становится плохо, когда ты смотришь так на меня, — пытаясь усмирить дыхание, джин поднял взгляд, убеждаясь в глазах напротив, в том, что последует дальше, — разве ты не видишь? я не хочу оставаться один. — жалкая манипуляция, чан это понял, всегда понимал, всегда оставался, сегодня тоже.

конец флэшбека

— утром его уже не было, он ушел, теперь он действительно меня оставил, — незнакомец в баре, представился минхо, он пытался строить чану глазки, но после заметил в каком он состоянии и настоял на том, что тот может излить ему душу. — и ты знаешь, я был уверен, что он не сможет уйти, я не хотел его терять, я хотел быть ему другом, он хотел большего, но он ушел. он смог. — так ты рад за него? то есть, может так его чувства пройдут и он сможет жить нормальной жизнью, ты же его только мучал, держа возле себя не давая ничего взамен. — минхо положил руку поверх чановой, нежно поглаживал пальцами, не оставляя попыток подкатить. — если хочешь, можем поехать ко мне, поговорим в более уединенной обстановке так сказать. мужчина неловко улыбнулся, и согласно кивнул почувствовав укол стыда и жалости. но незнакомец был прав, хенджину пора его забыть, без него будет лучше, он заслуживает большего, ему пора его отпустить. кристофер тоже отпустит и больше не вспомнит, не узнает, что пока он проводит жаркие ночи с незнакомцем из бара, который почему то стал всем, джин ненавидит себя за каждую мысль связанную с ним, делает себе больно физически, лишь бы морально было легче, но он справится, кристофер верил. даже если хенджин нет.