Свадьба на рождество

В этот год зима была уж слишком суровая, иногда доходило до минус тридцати. Сугробы лежали такие, что приходилось иногда по утрам расчищать снег перед домом прежде, чем пить кофе или идти в душ. За два дня до рождества откуда-то принесло и сильный ветер, выходить на улицу совсем не хотелось, если только бегом до машины и обратно. К счастью, теперь мы жили так близко к моему офису, что можно было добраться за десять минут. Иногда, в хорошую погоду, я просто ходил пешком, потому что по пути был огромный парк и много милых магазинчиков, в которых я обычно покупал на обратном пути десерты для Тимоти. Сейчас погода, однако, заставила забыть и о прогулках, и даже о походах в супермаркет, я старался все заказывать в интернете. Рождество обещало быть шумным и суетливым, потому что к нам в гости собрались все: и Айла, и моя мама и отец Тимоти - да, надо сказать, что для нас это было много народа. Обычно мы с Тимоти проводили рождество вдвоем. А тут еще выяснилось, что Айла приведет с собой своего нового парня. Целых шесть человек! Настоящее торжество, так я думал. Тимоти был сильно занят на работе, потому что мы решили устроить себе отпуск после и взять неделю отдыха без каких-либо упоминаний о делах. Я страстно предвкушал эту чудесную неделю, когда мы окажемся целиком и полностью в распоряжении друг друга. Да, мы и так бывали только наедине все наше свободное время, но работа, всё-таки, занимала значительную часть этого времени, поэтому я ждал рождественских выходных с нетерпением. Сегодня я закончил рано, уже в три часа дня закрыл офис и сразу отправился в салон моего занятого мужа, у которого сегодня было не менее пяти примерок, как он сам мне сообщил за завтраком. Я любил приезжать к нему в рабочее время, потому что мне нравилось смотреть, как Тимоти общается с клиентками, как дает им советы, как рассказывает о материалах, делает наброски, делает людей счастливыми, как когда-то он сделал и меня и продолжал делать до сих пор, каждый наш совместный день жизни. Перед салоном стояло несколько машин, одна дороже другой. Я припарковал свою, обратив внимание, что розовой машины Айлы не было. Ее не заметить было бы невозможно. Что ж, значит, Тимоти со всем справлялся один. Это было еще интереснее. Я открыл дверь, и в нос мне ударил запах духов, сладостей и еловых веток. Прямо на первом этаже, в большом зале, Тимоти сидел в окружении четырех прекрасных девушек и пил чай из фарфорового сервиза. На столике лежали разные сладости и большой альбом с фотографиями свадебных платьев. Увидев меня, он улыбнулся и кивнул. - Доброго всем дня, - я осмотрел собравшихся. - У вас перерыв? Девушки уставились на меня, и одна, посмотрев на Тимоти, спросила: - Это ваш муж? - Это мой Арми, - сказал Тимоти с такой гордостью, что я еле сдержал смех. - Мистер Хаммер… - девушки начали переглядываться и шептаться. - Он стесняется, - Тимоти встал. - Я отведу его в примерочную, пусть там подождет, а вы пока пейте чай, - он поставил чашку на стол и, подхватив меня под локоть, повел по лестнице наверх. За нашими спинами послышался шепот, девушки не иначе как оценивали выбор их дизайнера платьев. - Я же сказал, что закончу не раньше пяти, - с укором напомнил мне Тимоти, когда мы вошли в примерочную и дверь закрылась. - Мне не терпелось посмотреть, что вы тут делаете, - я улыбнулся и осмотрел его с головы до ног. Он был в черной водолазке и узких черных джинсах. - Мне кажется, что твои соски просвечивают через ткань, - сообщил я ему. - Это нормально в присутствии клиентов? - Думаешь? - он положил ладони себе на грудь и потрогал. - Может, они просто встали, когда я тебя увидел? - и засмеялся. Я оказался рядом с ним в момент и прижал к себе. - Ты специально меня заводишь? Хочешь, чтобы я тебя поимел в примерочной, как в Нью-Йорке? - Поцелуй меня, - сказал он. - Я соскучился. Его губы были сладкими, наверное, от пирожных, я поцеловал его страстно и заставил почти застонать и впустить в рот мой язык. - Завтра рождество, - сказал я, тяжело дыша. - Будет полный дом народа! Когда мне успеть сделать с тобой все, что я хочу? - Я закрою салон в шесть, у нас будет весь вечер… - он заманчиво улыбнулся. - Арми, не волнуйся, все они привезут разные блюда с собой, нам не придется готовить, только на стол накрыть, а подарки… - Я приготовил подарки всем, - быстро сказал я. - Всё уже упаковано, лежит в багажнике. - Да? - он удивленно на меня посмотрел. - Арми, ты идеальный муж. - Что ты скажешь, когда узнаешь, что я и тебе приготовил подарок? Но покажу его сегодня, а пользоваться будем уже на выходных, - с жаром сказал я, пытаясь поцеловать его шею и жадно отодвигая водолазку. - Я так хочу узнать, что это… - заныл он и сам отодвинул ворот водолазки. - Давай, целуй меня там, только не сильно, а то завтра придется опять надевать водолазку… Я вылизывал его шею и нежно прихватывал губами, мне так хотелось сделать с ним что-нибудь прямо сейчас, что я сходил с ума от нетерпения. И тут я подумал, что дверь закрыта, почему нет? - Повернись спиной, - сказал я. - Сейчас? - он округлил глаза. - Именно. - Но… там же девушки… и я… - Тимоти, я сказал, повернись спиной. Он развернулся, и я обхватил его талию со спины. Я чувствовал, как он дрожит от накрывающего его возбуждения, я и сам был возбужден не меньше. Моя рука быстро расстегнула его джинсы, и я грубовато стянул с него штаны и трусы одной рукой. - Ох, Арми… - зашептал он. - Ты что делаешь?! - У тебя член стоит, - я провел по стояку рукой. Тимоти застонал мне в ладонь, которой я как раз успел закрыть его рот. - Не волнуйся, детка, я помогу тебе прийти в норму. Я убрал ладонь и вставил ему пальцы в рот, которые он начал старательно сосать, свободной рукой я немного игрался с его твердым членом. Когда пальцы были достаточно мокрыми, я вытащил их из его рта и переместил между ног. - Постарайся не стонать, я быстро тебе отдрочу и пойдешь работать, - я поцеловал его в щеку. Я был в восторге от того, что делал. Дрочить ему рукой во время того, как внизу были люди, во время его работы - это меня заводило. А еще больше заводило то, что он хотел, несмотря ни на что, и позволял мне снять с него штаны, сделать, что я захочу. И он смотрел на то, как я это делал, а потом поворачивал голову и требовал поцелуя, который я давал ему раз за разом. - Арми, осторожнее, - прошептал он, - я могу что-нибудь запачкать. Я усмехнулся и потащил его на диван, усаживая туда и продолжая двигать рукой по его члену. Он скорчился от удовольствия и прикрыл глаза, иногда сам затыкая себе рот рукой. - На этом диване нельзя сидеть голой задницей, - прошептал я ему. - Почему… - он даже глаза не открыл, наслаждался моими движениями. - Слишком мягко и приятно, тебе нужно что-то пожестче! Он двинул бедрами и открыл глаза. - Твой член? - спросил он. - Дома его получишь, - я мазнул пальцем по головке, и он уткнулся мне в плечо, кончая. Пока он приходил в себя от оргазма, лежа на диване с закрытыми глазами, я тщательно вытер его салфетками и одел ему белье и штаны. - Спасибо, - мягко сказал он. - Я так расслабился. - Любишь, когда я появляюсь у тебя на работе, да? - усмехнулся я. - Я больше люблю твой кожаный диван в офисе, - он посмотрел на меня с вызовом. - А ты не поцелуешь меня нежно в губы? Я сел к нему и притянул ближе, накрывая его рот губами. Было нежно, мягко и влажно, он тихонько вздыхал и обнимал меня за шею. - Мне пора, - я отодвинулся. - Поеду домой и займусь приготовлениями. Приезжай скорее, мой хороший мальчик. Мы спустились, как ни в чем не бывало. Девушки были поглощены платьями в журнале, завидев нас, они стали улыбаться. - Возвращаю вам Тимоти, - сказал я и улыбнулся им в ответ. Он порозовел, думаю, что произошедшее наверху лишь усилило его творческие способности, по крайней мере, я на это надеялся. Я вернулся домой и занялся подготовкой к празднику: прибрался в столовой, поправил нашу пышную рождественскую ель, выложил под нее подарки, которые приготовил для всех, проверил, все ли хорошо в комнате для отца Тимоти, потому что только он должен был остаться с ночевкой, а потом я сел и закурил, наслаждаясь тем, что больше было не о чем беспокоиться. Я вспоминал наши последние пять лет, которые мы провели с Тимоти. Как быстро летело время! Словно совсем недавно я прибыл в Нью-Йорк и ждал таинственного Шаламе в фойе отеля. И он влетел в двери гостиницы, перевернув мою жизнь с ног на голову. Тимми, мой милый Тимми… Он стал моим, при этом совершенно не уступал мне ни в чем, даря столько, что становилось непонятно, кто кем тут командовал. Я мог отдавать ему приказы, но я был зависим от их исполнения. Секс был прекрасным: и тогда, когда он просто сосал мне член, заверяя, что это обязательно после тяжелого дня, и тогда, когда он будил меня своими нетерпеливыми бедрами по утрам, и тогда, когда я брал его жестко, насилуя по желанию. Тогда, когда он впервые вошел в меня, придерживая мои ноги под коленями, и я отдавался, чувствуя, что это особый акт любви, самая тонкая близость, которая могла случиться в моей жизни, и то, как он нервно двигался и быстро в меня кончил, осыпая поцелуями. Всегда, когда мы занимались сексом - с игрушками, веревками, подчинением, шлепками и плеткой - Тимоти был моим, а я принадлежал ему, мы были счастливы, секс заставлял наш маленький рай цвести бурным цветом. Но не только секс делал нас счастливыми. Мы наслаждались теми вещами, которые раньше не казались мне чем-то особенным. Мы выбирали вместе наш дом, и Тимоти держал меня за руку, захлебываясь от восторга, когда, наконец, определился. Смотрели вместе, как шел первый снег, стоя у окна в нашей новой гостиной, и я целовал его в щеку. Через год после того, как мы переехали, я прибивал какую-то полку и вывихнул ногу, слетев с табуретки. Две недели не мог встать из постели, и Тимоти крутился около меня, как медсестра, остановив всю работу в салоне, я пытался его уверить, что отлежусь и один, но он уперся и ни в какую не ушел, готовил мне, таскал до ванной и туалета, еще и ублажал рукой и своим сладким телом, осторожно, чтобы не навредить ноге. Как мне не было стыдно признаться себе в этом, но мне так понравились эти дни, что я был готов свалиться с табуретки еще раз. Тимоти тоже один раз болел, всего лишь простуда, но случилась она тогда, когда мы поехали в горы и собирались много гулять. Он очень страдал, что не может вылезти из кровати и все портит. Но я забрался к нему и лежал рядом, уверяя, что в номере намного уютнее, и нам, действительно, было прекрасно, хоть гор мы почти и не видели. Еще я смог преодолеть себя и пойти впервые с Тимоти в бар, смешно, конечно, но я все боялся, что увижу его заинтересованность в ком-то другом и не смогу этого пережить. Поэтому, когда мы уже сидели за столиком и выпивали, я испуганно ловил его взгляд. Тимоти отставил стакан и почти лег на стол, облокачиваясь. - Ты сейчас ждешь, что я начну рассматривать мужчин? - спросил он. - Надеюсь, что нет, - проворчал я. Вовсе я не ждал, просто боялся. - Они все какие-то страшные, - он засмеялся. - Я уже рассмотрел, пока ты ходил заказывать выпивку. Я посмотрел на него сердито, если это была шутка, то она меня не рассмешила. - Я люблю подчиняться только своему Верхнему, секс меня не интересует, - он взял мою руку. - Чей-то член это ничто, мне важен мужчина, который меня приручил и овладел мной. Это ты, ревнивый Арми. - Может, тут тоже есть те, кто бы тебя с удовольствием приручил и овладел, - я посмотрел на него, нахмурившись. - Ни у кого не получалось, ты же знаешь. Это только ты можешь, ты даже одолел Анхеля, - он захихикал. - А тебе лишь бы только смеяться. - Я сейчас напьюсь, а потом поедем домой, мне тут неинтересно, я бы хотел в свободное время заниматься с тобой разными практиками в специальной комнате, - он облизал губы. - У нас нет никакой специальной комнаты, - я усмехнулся. - Ну, ладно, представим, что она есть, - он потрогал ступней мою ногу под столом. Я улыбнулся, вспомнив об этом. Что ж, мечта Тимоти осуществится уже сегодня вечером, я создал нам комнату с нуля, в подвале дома, куда пришлось закрыть дверь и не пускать Тимоти целый год, пока я туда всё покупал и оборудовал, постарался на славу, так сказать, и вложил целое состояние, но ожидание его восторга всего этого стоило. Я и сам многому научился за эти пять лет, думаю, Тимоти был вполне доволен. Уж не думал, что стану таким профессионалом, но это отлично держало в тонусе, и подарок для Тимоти радовал меня не меньше, чем он мог бы порадовать его. Тимоти вернулся примерно в семь, встряхнулся от снега и подошел ко мне с заинтересованными глазами. - Ну, чем ты тут занимался? - он бросил взгляд на подарки под елью, наверное, ожидал, что и его лежит среди них. - Подготовил твоему отцу комнату, прибрался, подарки разложил, - я начал снимать с него шарф и куртку. - И мой там? - не вытерпел он. - Нет, твой не поместился, он больше, - я улыбнулся, так и знал, что он только про него и думает. - Ладно… - он осмотрелся. - Я в душ тогда пойду… - Подожди, - я схватил его за руку. - Может, посмотрим твой подарок сначала, завтра я уж точно не смогу тебе его подарить, когда все будут здесь. Тимоти просиял и повис у меня на шее. - Да, хочу сейчас! - Пойдем, - я повел его вслед за собой по лестнице в подвал. Тимоти остановился на ступеньках и спросил: - Зачем? Ты же мне не даешь туда ходить, потому что там стройка и опасно. - Стройка закончена, это и есть твой подарок, - я поцеловал его в щеку. Тут уже Тимоти охотно пошел, наверное, даже не имея представления о том, что же может его ждать в подвале. Когда я открыл толстый замок, от которого ключ был лишь у меня, наружу просочился мягкий фиолетовый свет - это была не только специальная подсветка, но и предметы мебели, интерьер - всё было в фиолетовых тонах. - Что это..? - он просунулся внутрь. - О, боже… Арми! - взвизгнул он и начал бегать по бывшему подвалу, который теперь был роскошной комнатой для бдсм-сессий со всеми составляющими. Я стоял у дверей и наблюдал, как он восторгается каждым предметом, трогает свисающие хвосты плеток и радуется так, словно ребенка привели в магазин с конфетами. Наконец, он вернулся ко мне и обнял, утыкаясь лицом в грудь. - Это самое лучше, что для меня кто-то делал. Лучший подарок! - прошептал он и поднял на меня глаза. - Надеюсь, мне можно будет пользоваться этим подарком вместе с тобой? - я рассмеялся. - О, конечно, как же я без тебя, - он заулыбался. - Давай сегодня что-то здесь сделаем?! - Я свяжу тебя на кровати, чтобы опробовать это место, - я взял его за подбородок. - Раздевайся догола и жди. Тимоти поспешил на кровать, а я выбрал веревку. Мне хотелось связать его так, чтобы он был совершенно обездвижен, а потом подарить максимум удовольствия, просто потому, что я был счастлив. Да и вообще, дарить удовольствие ему мне хотелось всегда, хотя иногда он хотел чистой боли. Но не сегодня, завтра важный день, приедут гости, не стоит усердствовать. Я подошел к Тимоти с веревкой и осмотрел его с ног до головы. Он лежал, как невинный агнец, по струнке смирно, и смотрел на меня. Я медленно начал с рук, сплетая их вместе, затем - ноги, так же переплел их, одна ступня сверху другой. Тимоти жадно дышал и ждал, пока я работал с его телом. - Когда ты только успел все это выучить? - он посмотрел мне в глаза. - Или с кем другим тренировался? - Ты, наверное, каждый раз от возбуждения забываешь, как я тебя связываю, - усмехнулся я, фиксируя его колени с запястьями рук. Тимоти облизал губы. - Хочешь вогнать мне самый огромный дилдо? К чему такая фиксация? - Ничего я тебе вгонять не собираюсь, лежи тихонько, - я шлепнул его по голой ягодице. Он ахнул и ждал, а его член напрягся, что было обычным явлением во время того, как я его связывал. Я закончил примерно за пятнадцать минут и теперь ходил вокруг и посматривал на результат своих действий. - Не очень-то мне удобно, - сказал он. - Это не для удобства, - я забрался на кровать, устраиваясь у его задницы. - Что ты там задумал? - он вздрогнул, когда я погладил его дырочку пальцами. - Холодные… - Сейчас согреется. Я развел его ягодицы, насколько смог, и лизнул вход. Тимоти сразу застонал. Я знал, что он это обожает. - Ты до конца сделаешь? - спросил он. - Пока не кончишь, буду тебя лизать, - я вставил в него палец и погладил изнутри. - Давай… ох. Арми… Я убрал палец и начал щекотать его языком, иногда останавливаясь и вставляя язык внутрь, насколько мог. - Бля… да, еще… - он так ныл, что я мечтал ему засадить член, но, нет, пусть получает удовольствие медленно. Стало еще проще трахать его языком, когда он совсем расслабился. Я начал дрочить ему рукой, продолжая склоняться и ласкать его дырочку ртом. - Арми, я чувствую, что уже готов, может, вставишь свой член? - взмолился он. - Может, и вставлю, но я не взял смазку. - Я оближу его, иди ко мне, - запросил он. Все-таки, я не смог сдержаться, слишком заманчива была перспектива. Я расстегнул штаны и подполз к его лицу, поднимая его и помогая рукой взять мой член в рот. - Так и знал, что он стоит, - коварно заявил он перед тем, как я вогнал ему член. - Пососи его, детка, чтобы он лучше вошел в твою попку, - я наслаждался его влажным ртом и насаживал, совсем немного. А потом вернулся к раскрытой дырочке. Тимоти быстро задышал, как только я начал вставлять, а когда вошла головка, он выдохнул с наслаждением. Я не спешил, хотел насладиться тем, как приятно он сжимает мой член, входил глубже и останавливался, наблюдая за его лицом. Тимоти, напротив, торопился, если это вообще было возможно в его положении. Он лежал и хотел - всё, на что он был способен. Еще просил. - Вставь его полностью, Ааармии! Я не дал ему привыкнуть, начал грубо трахать, так быстро, что он задыхался и весь вспотел. Но мне было не остановиться, я вошел в состояние, когда мог только приближаться к оргазму, не думая ни о чем. - Мне больно, больно! - закричал он. - Больно вот так, - я резко вставил до конца. - Или когда вот так? - начал быстро толкаться до упора. - Ах, да, как же это больно! Чудовище! Я вытащил член и посмотрел на него. - Я избавил тебя от страданий? - Арми, нет! - он захныкал. - Я же не кончил! - Ты назвал меня чудовищем, - я ткнулся головкой в его приоткрытую дырочку, но, конечно, не вошел, а только подразнил его. - Ох, бля… - он облизал губы. - Сексуальное чудовище, оттрахай меня! - Чтобы больше ни звука! - я приложил палец к губам. - Иначе не кончишь до своего дня рождения. Он испуганно распахнул глаза и тут же закусил губу, затихая. Какое же блаженство было трахать его, когда он терпел и молчал, умирая от удовольствия. Только иногда из него вырывалось что-то непонятное, похожее на всхлип, и он так жалобно на меня смотрел, что мне хотелось его погладить по волосам, но я был занят, дотрахивал его, ожидая, когда из него потечет. Он вскрикнул, когда белые капли упали на его грудь, видимо, сдержаться не мог, от этого зрелища кончил и я, вжимаясь в его тело. На некоторое время мир перестал существовать, и мы погрузились в райскую тьму. Я очнулся от того, что он охнул от боли, наверное, сильно затекли руки. Я поспешил его развязать и начал растирать затекшие конечности. Когда я закончил с ногами, он потянулся и сказал: - Ничего, что я закричал в конце? - Я тебя понимаю, трудно сдержаться, когда кончаешь, - я поцеловал его в подбородок. - Поспим здесь, я не могу встать… - он зевнул. - Какой ты теплый! - я нечаянно нашел его губы и стал целовать. Под одеялом было волшебно: тепло и удобно, мягко, а Тимоти был само совершенство. Утром я проснулся, как и обычно, раньше него. Укрыл Тимоти одеялом и поцеловал в лоб. Мне срочно требовался кофе, чтобы выдержать сегодняшний наплыв гостей. Я поднялся наверх, входя в кухню и открывая шторы. Метель улеглась, ветра, кажется, тоже не было, ярко светило солнце, блестящий снег выглядел по-праздничному, свежо и чисто. Я зажег гирлянду на елке в гостиной и начал варить кофе, закуривая первую необходимую сигарету. Раздались шлепки по полу, это мой муж, судя по всему, проснулся и шел ко мне. Я повернулся и увидел его в лиловой простыне. - Арми… - он подошел ко мне и нежно лизнул меня в губы. - Садись на диван, я сделаю нам кофе, а потом нужно будет замести следы преступления, пока не начали прибывать гости, - я засмеялся. - Какой ты сексуальный, мужественный и властный, - он забрался на диван и наблюдал за тем, как я наливаю нам кофе. - Мне вот интересно, - я повернулся к нему. - Ты меня любишь только за то, что я тебя хорошо удовлетворяю в постели, или есть еще какие-то достоинства? - Кто ты? - он скорчил испуганное лицо. - Я все пять лет смотрел только на огромный член. А тебя впервые вижу! - Я чувствую себя ужасно, - вздохнул я. - Столько старался, а все равно ты любишь только его. Он засмеялся. - Ты должен признать, он превосходит тебя во многом. Он даже встает раньше тебя! Я покачал головой и поставил ему на подлокотник кружку. - Всё, я обиделся. - Арми! - он потянул меня за руку к себе на диван. - Ну, я же люблю тебя, а он… ну, так. Он мне тоже нравится! - Тимоти улыбнулся. - Ты это специально затеял, я знаю, чтобы слушать о том, какой ты великолепный муж! - Ты так же меня любишь, как и пять лет назад? - капризно спросил я. - Нет, прости но я люблю тебя намного больше! - он повис у меня на шее и чмокнул в губы. - А ты меня? - Больше всего на свете. Тимоти весь осветился счастьем и уселся мне на колени, путаясь в простыне. - Хорошее сегодня рождество, да? Не то что, когда ты женился. Я тогда сильно расстроился! - он надул губы. - Не помню такого, моя жизнь началась с тебя. - Ну, до твоей свадьбы тоже было хорошее, мне тогда очень нравилось, в отеле, - он улыбнулся. - Ты прав, будем считать, что тогда я родился заново, а жить начал, когда ты приехал со мной в Канаду. - Хочу с тобой валяться в кровати, мой огромный романтичный муж, - он коснулся кончиком языка моих губ. - Ну, уж нет, иди приводи себя в порядок, - я чмокнул его в щеку. - А ты чего делать будешь? - он схватил меня за подбородок. - Нужно проверить почту, а потом приниматься за дела. - Анхелю привет, - сказал он, слезая с моих коленей. - Что? - я приподнял брови. - Да ладно! Я знаю, что ты ему пишешь о нас, я уже через год это обнаружил. - Тимоти… я… - Да мне не жалко, - он усмехнулся. - Я просто тогда подумал, что ты себе кого-то завел, поэтому залез к тебе и прочитал почту. - Я? Завел? - фыркнул я. - Можешь ему позвонить и сообщить, что мы счастливы и здоровы, а Тимоти стал еще красивее прежнего, аппетитный и талантливый, - он захихикал. - Размечтался! Такая информация Солано ни к чему! - хмыкнул я. - Всё, я ушел в душ, - он послал мне воздушный поцелуй и скрылся за дверью. Я впервые набрал номер Анхеля, до этого писал ему только раз в год, на рождество. Он взял сразу. - Арманд?? Что случилось? - наверное, мой звонок его напугал. - Звоню поздравить тебя с рождеством и сообщить, что мы счастливы и здоровы, - я усмехнулся. - Тимоти узнал, что я тебе пишу, и передавал привет. Он рассмеялся. - Ему тоже передавай. Счастливого рождества! - У тебя все хорошо? - я потянулся за сигаретой. - Да… - он замялся, но все же сказал. - Кажется, я кое-кого встретил. - Поделишься? - я застыл с сигаретой. - Милый мальчик… признался мне в любви, и кажется, мне он тоже нравится. - Надо брать, - сказал я. - Буду ждать вашего прогресса к следующему рождеству. - Он совсем молодой… - добавил Солано. - Думаешь, это не проблема? - Думаю, раз он в тебя влюбился, проблем не возникнет, - улыбнулся я. - Спасибо, Арманд. Я положил трубку и посмотрел в окно. Жизнь была такой замечательной, стоило лишь только найти своего человека, найти и никогда не отпускать. - “More than you could ever know… Make my wish come true… All I want for Christmas is… you…” - это Тимоти пел в душе Мэрайю Кэри, да так громко, что я отчетливо слышал каждое слово. Ну, что ж, пусть поет, улыбнулся я - тем более, это он обо мне.