Firewhiskey and bottle

Суббота. Наконец-то можно хорошо отдохнуть и провести время так, как тебе угодно. Впереди целых два выходных дня, как кажется, время для развлечения довольно много. Четверка мародеров с нетерпением ждали этого, и вот, этот день наступил. Вроде бы радости предела нет, но ее потихоньку перебивает, к удивлению, нарастающая скука, чего практически никогда не было. Эти парни именно из тех, кто всегда найдет приключения на сами-знаете-куда, здорово повеселятся и отлично проведут время, но, судя по всему, этот день — исключение. — Мне давно не было так скучно, Бродяга. — Джеймс облокачивается на мягкую спинку дивана, прикрывая глаза. Время близится к четырем, а уже начинает клонить в сон. Секунды, минуты, что уж говорить о часах, длятся чрезвычайно медленно, так что какое-нибудь занятие надо найти непременно. — Лучше бы уроки сделали, чем в последние минуты бегать, как обычно вы это делаете, — Ремус бросил короткий взгляд сначала на Джеймса, а потом на Сириуса. — Особенно трансфигурацию. — Напоследок добавил он, тяжело вздохнув. — Ты прям зануда, Реми. — Сириус усмехается и с улыбкой глядит на Лунатика. Тот выглядит довольно серьезно. — Делать все равно нечего. — Ремус пожимает плечами и устремляет свой взгляд куда-то в потолок. Вероятнее всего, ему сейчас самому не особо хочется садиться и писать какие-то нудные рефераты и эссе. — Хвост, есть идеи? — Джеймс теперь обращается к Питеру, сидящего дальше всего, и, судя по всему, не особо интересующимся диалогом. Тот вздрогнул и взглянул на Сохатого, продолжая молчать. — Есть идеи чем заняться? — Продолжил Джеймс, заметив, что Питер даже не в курсе о чем они разговаривают. — А, нет. — Коротко ответил Питер, поудобнее устраиваясь в кресле и, делая непринужденный вид. — Давайте выпьем? — Сириус поочередно посмотрел на друзей, стараясь сохранять спокойное выражение лица. Когда взгляд его остановился на слишком удивленной Лили, видимо готовой уже читать лекцию о том, что можно в Хогвартсе, а что нет, он не сдержавшись, прыснул, в тот же момент прикрывая рот ладонью и продолжая тихо смеяться. — Очень смешно, Сириус. Ты вообще думаешь о последствиях? — Лили вскинула брови, строго глядя на парня. — Сири? — Ремус аккуратно толкнул того локтем и, дождавшись, когда тот обратит на него внимание, продолжил. — У тебя серьезно есть алкоголь? — Заинтересованно спросил Лунатик, склонив голову на бок. — А ты что, пить собрался? — Мне просто интересно. — Только тихо. — Сириус внимательно осмотрел всех сидящих в гостиной и под их же взглядами направился к спальне. Через буквально несколько секунд, Блэк вернулся, только уже не с пустыми руками, а держа в руках настоящую, не такую уж и маленькую, бутылку огневиски. Лица некоторых сидящих заметно изменились, сделавшись более удивленными, а некоторые, как допустим Поттер, и бровью не повели. — Ох, Ремус, вот зачем ты ему сказал? — Лили устало вздохнула, накрыв лицо ладонями. — Вы только представьте что будет, если кто-то решит явиться к нам в гостиную. Всем может быть, имейте в виду. — Она обратилась уже ко всем. — Лили, все будет хорошо. — Сидящая рядом Мэри, успокаивающе улыбнулась, заботливо положив руку девушке на плечо. Та, словно под гипнозом, сделала глубокий вдох и кивнула. На этом диалог был на некоторое время завершен. Эванс напоследок бросила серьезный взгляд на Сириуса, на что тот неловко улыбнулся и пожал плечами. Пройдя на свое прежнее место рядом с Ремусом, он открыл бутылку и, понюхав содержимое, с неким блаженством закатил глаза. — А, бокалы. — Бродяга оглядел комнату, ища выход из столь досадной ситуации. — С горла? — Предложил Джеймс и усмехнулся. Сириус кинул на того подозрительный взгляд, но согласно кивнул, тут же сделав небольшой глоток. В миг горло обожгло, но через несколько секунд чувства стали намного приятнее. Тепло неимоверно быстро начало распространяться по телу, и Бродяга с наслаждением откинулся на спинку дивана. — Так-с. — Джеймс присел рядом с Сириусом, взяв бутылку прямо у того из рук и немного отпив. — Как ты вообще догадался притащить сюда алкоголь? — Он усмехнулся и сделал еще глоток, но уже больше, тут же поморщившись от сильного жжения. — Я, как и всегда, продумал все. — Сириус с наигранным высокомерием улыбнулся, глядя на Сохатого сверху вниз и, через несколько секунд, тут же начав смеяться. Смех подхватили и другие, подходя ближе к парням. На диване все бы не поместились, так что единогласно было решено переместиться на пол. Хоть и компания была совсем маленькая, не более десяти человек, находиться здесь стало в миг намного приятнее, веселее и уютнее. И не только Джеймсу с Сириусом, которые успели первыми употребить огневиски, а всем, даже той самой Лили Эванс, которая улыбалась, глядя то на Поттера, то на Блэка. Она, если честно, порой считала их придурками, но все равно чувствовала себя невероятно комфортно, находясь в компании мародеров. Практически все, словно по щелчку пальцев, оживились. В гостиной стоял гул и от этого Ремус чувствовал себя не в своей тарелке. А ведь по сути, именно после его слов Сириус принес целую бутылку самого настоящего огневиски. Сам он никогда толком и не пил, если только совсем чуть-чуть, да и то, какого-то безобидного сливочного пива. Но именно сейчас хотелось большего. — Хей, Сириус, — Ремус потряс того за плечо, заставив посмотреть на себя. — Можно мне? Пожалуйста. — Было неловко. Очень. Губы Бродяги мгновенно расплылись в широкой улыбке и тот протянул алкоголь парню, выдав короткое «Конечно». Сам Сириус выглядел уже слегка опьяневшим: щеки приобрели алый оттенок, который, как подметил Ремус, даже шел парню, губы слегка подрагивали, а глаза еле заметно покраснели. Лунатик даже не заметил, как засмотрелся на внешность Сириуса, так и не взяв бутылку. — Ой. — Ремус смутился и перевел взгляд на огневиски, наконец взяв в свои руки. Он неуверенно оглядел бутылку, а затем посмотрел вновь на Сириуса. Тот внимательно наблюдал за Лунатиком, приподняв уголки губ. — Ты переживаешь? — Нет конечно. — Ремус нахмурился, хотя в глубине души понимал, что ему действительно страшно пить. Просто сделать этот глоток. И он даже сам особо не понимал почему испытывает подобные ощущения. Всё-таки собравшись, Ремус сделал глоток, который ненароком был намного больше, чем хотелось бы. Он сразу же поморщился, ощущая на языке и в горле невероятно сильную горечь, которая словно растекалась, создавая ещё больше неприятных ощущений. Ремус отвернулся, сделав глубокий вдох. Стало лучше, даже в какой-то степени хорошо и он протянул алкоголь обратно Сириусу, пытаясь собрать бушующие мысли в кучу. — Как тебе? — Бродяга склонил голову на бок и, не отрывая взгляда, смотрел на Лунатика. — Пойдет. Нормально. — Ремус кивнул. — Вот же алкоголик. — Сириус цокнул, тут же широко улыбнувшись. Ремус хмыкнул и отвел взгляд, пытаясь сконцентрироваться на чувствах. Он все ещё прекрасно ощущал тот горький привкус, что было не особо приятно, но, к счастью, это перебивали блаженные ощущения некого тепла, распространяемого по всему телу все больше и больше. Это было невероятно, и Ремус не выдержал, вновь попросив огневиски у Сириуса. Тот недоверчиво посмотрел на Лунатика, но все же протянул бутылку. Тут, наверное, выпили хотя-бы немного практически все, ведь жидкости оставалось уже довольно мало, словно на два-три глотка. Не задумываясь, как в первый раз, Ремус быстро сделал два не маленьких глотка, опустошив бутылку, и в мгновение почувствовав те же ощущения, что и несколько минут назад, но все же эти были гораздо приятнее. Он довольно улыбнулся, протянув огневиски обратно Сириусу. В миг Ремус понял, что все глаза устремлены на него. — Что? — Лицо парня стало удивленным. — Лунатик, все в порядке? — Джеймс недоверчиво вскинул бровь, явно не ожидая, что его друг так быстро привыкнет к столь крепкому напитку. — Вполне. — Твердо ответил Ремус, стараясь произнести это как можно серьезнее. — Точно алкоголик. — В диалог вступил Сириус, перебрасывая взгляд то на пустую бутылку, то на Лунатика. На этом никто зацикливаться не стал. Все удивились, посмеялись и забыли, словно ничего толком и не произошло. Только вот веселье закончилось быстро, как и началось, так что надо было срочно придумать какое-либо занятие, только, наверное, уже более адекватное, чем питье огневиски в Хогвартсе. — Мы можем сыграть в бутылочку! — Неожиданно предложил Джеймс, лицо которого в миг засияло. Видимо, эта идея пришла ему совершенно случайно и прямо сейчас. — А как? — Питер в недоумении посмотрел на Сохатого, пока тот, в свою очередь, так же смотрел на Хвоста. — Я думал все знают правила этой игры, но хорошо, повторюсь, сегодня я добрый. Игроки садятся в круг, а посередине кладут бутылочку. Далее выбирается человек, который первым будет крутить ее. Он крутит ее, и в сторону кого она остановится горлышком — с тем человек, крутящий бутылочку, целуется. Вот, вроде так. — Джеймс ухмыльнулся, видимо довольный собой. — Извращения какие-то. — Лили нахмурилась, сложив руки на груди. — Да ну, давайте. Классная идея! — Поддержал друга Сириус. — Когда мало людей — неинтересно, так что давайте все. Спустя несколько минут спора, все же было решено сыграть, решив, что всё-таки это намного лучше, чем киснуть в неимоверной скукоте. Ребята сели в небольшой круг, посередине положив бутылочку. Оставалось теперь одно — выбрать кто же крутит первым. Было решено сделать выбор благодаря маггловской игре «камень-ножницы-бумага». — Черт, я был близок. — Ремус тяжело вздохнул после того, как Доркас побила его ножницы камнем. Облокотившись на колени, он принялся наблюдать за игрой. Медоуз, довольная собой, прокрутила бутылочку. И даже за короткое время, буквально несколько секунд, пока стекляшка вращается, можно столько всего надумать о том, кто сейчас выпадет тебе на поцелуй. Бутылочка остановилась на… Питере Петтигрю. По лицу Доркас даже не было понятно, рада ли та или нет, но вот в комнате в миг воцарился гул. — Обязательно ли целовать в засос вообще? — Уточнила девушка. — Думаю лучше не обязательно. — Пожав плечами, ответил Поттер. Медоуз молча кивнула и, не медля, чмокнула Питера в губы, а тот даже шевельнуться не успел, лишь удивленно смотрел на нее, прикоснувшись пальцами к своим губам, словно не осознавая правда ли это все. Девушка хихикнула, гордо осмотрев всех присутствующих. Никто не смог сдержать улыбки, некоторые даже зааплодировали, явно пораженные такой решительностью. На этом игра, конечно же, не остановилась. Было сыграно пару раундов, как очередь всё-таки дошла до Ремуса. — Крути, Лунатик. — Усмехнувшись, произнес Джеймс. Ремус кивнул, почувствовав, как где-то в глубине души сворачивается тугой комок волнения, отдаваясь не особо неприятным чувством в груди. Он глубоко вдохнул, стараясь успокоиться и не переживать так сильно, ведь все равно это просто-напросто обычная игра. К тому же, со всеми из присутствующих Ремус был в хороших отношениях, что, хоть и малость, но успокаивало. И страха в том, что выпадет не девушка, а парень — тоже, конечно же, не было. Невзирая на подобные утешения, волнение никуда не уходило. Все же, не заставив никого долго ждать, Ремус слегка подрагивающими, то ли от выпитого алкоголя, то ли от нарастающего страха, руками потянулся к стекляшке, в ту же секунду прокрутив ее. Бутылочка сделала несколько оборотов, которые, как казалось, длились целую вечность. Она остановилась, показывая куда-то вперед, но Ремус не решался поднять взгляд, уже и забыв, кто там сидит. — Ой-ой-ой. — Одновременно произнесли некоторые люди. Из голосов Лунатик точно узнал Джеймса и Лили. Медленно подняв взгляд, Ремус встретился с парой голубо-серых глаз, смотрящих на него так, словно вот-вот прожгут дыру. Он вздрогнул от удивления, шумно сглотнув только что появившийся ком в горле. Никакие утешительные мысли не помогали унять нарастающий пыл и некую тревогу. — Ну так что? — Сириус вскинул бровь и улыбнулся. — Будешь целовать меня? — Он словно издевался над Ремусом, говоря подобное без капли стыда, пока сам Лунатик сгорал от смущения. Ремус ни в коем случае не хотел показаться каким-то «слабаком» (хотя явно никто бы его не посчитал таким) поэтому ничего не ответив, придвинулся ближе к Сириусу. Напоследок глянув ему прямо в глаза, словно пытаясь получить одобрение и собраться с мыслями, трепетно прильнул к губам парня. Почувствовав соприкосновение чужих губ с его, Ремус прикрыл глаза, пытаясь утихомирить пыл где-то внутри себя, ибо он до сих пор поверить не мог, что это происходит именно с ним. Он целуется с самим Сириусом Блэком. Почувствовав, как улыбнулся в поцелуй Сириус, Ремус смутился еще больше, чувствуя, как тот осторожно отодвинул прядь его волос, притягивая еще ближе к себе. Сердцебиение участилось настолько, что еще немного, и Ремус будет прекрасно слышать, как то бухает один раз за другим, словно готово выпрыгнуть из груди. От переполняющих чувств, Ремус даже не ощущал ничего, кроме самого поцелуя: ни головную боль, ни возгласы гриффиндорцев, ни их удивленные оханья. Отдавшись порыву страсти, Ремус обнял Сириуса за плечи, шумно выдыхая тому в губы. С печалью отстранившись от столь сладких губ, Ремус положил голову Сириусу на плечо, в попытках восстановить дыхания. — Святой Мерлин, я в шоке. — Находящийся где-то уже в стороне, произнес Питер, завороженно глядя на друзей. Ремус, словно осознав всю ситуацию, аккуратно отодвинулся от Сириуса, пряча лицо в ладонях, и, не желая показывать сильного смущения, пока Бродяга лишь гордо улыбался, осматривая ошеломлённых гриффиндорцев. — Бродяга, все получилось! — С заметным восторгом громко произнес Джеймс, вскинув руки вверх. — Что? — Словно никакого смущения и не было, нахмурившись спросил Ремус, при этом серьезно смотря то на Сохатого, то на Бродягу. — Ой-ой, ничего. — Да, ничего. — Сириус помахал руками, устремив взгляд куда-то на стену, не прекращая глупо лыбиться, словно влюбленная девчонка. В момент комната озарилась смехом, который подхватил и Ремус, в том числе. На этом игра закончилась, многие разошлись по своим делам, некоторые продолжали общаться, а другие и вовсе легли спать. Но Ремус прекрасно чувствовал некое напряжение между ним и Сириусом до самой ночи, пока остальные точно не провалились в сладкий сон после столь насыщенного дня. — Сири? Спишь? — Шепотом окликнул Сириуса Ремус, в надежде, что тот еще не уснул. До утра он бы точно голову сломал, пока размышлял над произошедшем. — Нет. Что такое? — Он уставился в сторону лежащего Ремуса. — Что было сегодня? Как бы глупо это не звучало, ты что-то испытываешь ко мне, ведь так? — Да, Реми. Испытываю. И точно что-то намного больше дружбы. — Сириус продолжал задумчиво глядеть на парня. — Я думаю, что могу сказать то же самое.