Охота на ведьм

Утро. Каменные двухэтажные дома тянулись вдоль узких улочек и напоминали стражей старого города. На часах было всего 7 утра, а в городе уже кипела жизнь. Жители Эдинбурга спешили на работу и не обращали никого внимания на пробегающего мимо них юношу. Правда, парню тоже было всё равно на них. Он был полностью поглощен своими мыслями и только иногда отвлекался на гудки проезжающих мимо машин. Утренняя пробежка была частью его постоянного дневного распорядка, хотя, стоит признаться, что из-за своей лени, тот иногда её пропускал. Его чёрная футболка уже успела пропитаться потом, что вызывало чувство дискомфорта. - Думаю, на сегодня хватит, - тихо произнёс парень и, перейдя на шаг, посмотрим на электронные часы у себя на запястье. – Чёрт! Нужно поторопиться домой, если не хочу опоздать Проведя ладонью по рыжим волосам, он взглянул на возвышающийся вдалеке замок. Эдинбурский замок был одной из главных достопримечательностью города, да и в принципе всей Шотландии. Если дойти до Старого города то, можно увидеть его во всей красе. Опустив взгляд ярко зелёных глаз, юноша обратил свой взор на прохожих. Сегодня был понедельник, так что сейчас на улицах было полно взрослых, которые спешили на свою работу. Мужчина, со стаканчиком кофе в руке, шёл, залипая в телефон, и не смотрел по сторонам, из-за чего чуть не пролил горячий напиток на проходившую мимо него девушку. Девушка, которая была одета в классический черный костюм, явно куда-то очень спешила, что даже не обратил внимания на разлившийся перед её каблуками кофе. Парень прошёл 3 квартала и наконец-то добрался до своего дома. Маленький двух этажный дом в готическом стиле с посыпавшимся от старости фасадом, стоял между двумя другими жилыми зданиями, и только передние 4 окна выходили на улицу. Кенна вступил на порог дома и, достав из кармана шорт связку ключей, открыл дверь. Зайдя внутрь, он почувствовал в воздухе сладкий аромат свежей выпечки. Парень закрыл за собой дверь и, сняв в прихожей обувь, отправился на кухню. - Доброе утро, - произнёс он, стоя на пороге кухни и смотря на спину женщины, которая стояла возле плиты и что-то готовила. – У тебя разве сегодня не выходной? Он прошёл внутрь комнаты и направился к раковине. Достав из верхней тумбочки кружку, он налил в неё воду и сделал пару глотков, тем самым утолив свою жажду. - Доброе утро, Кенна, - произнесла женщина, посмотрев в его сторону. – Мне недавно позвонили с работы и попросили прийти. Сказали, что приезжает какая-то проверка. Кенна оторвал свои губы от кружки и недовольно фыркнул: - Мам, они вообще не ценят твоё время, - сообщил он ей и полоснул кружку под холодной струёй воды. – То у них стажёр не справляется с работой, то кто-то с отчётом напортачил, то какие-то проверки. Даже на выходные тебе покоя не дают! Женщина тихо рассмеялась. Она убрала со сковородки порцию оладьей и налила ещё теста на раскаленную поверхность сковородки. -  Ну-ну, не бурчи, - сказала она и погладила Кенну по волосам. – Ты же знаешь, что нам нужна эта работа. Там хорошо платят, да и работаю я там уже больше 10 лет. Я просто не могу оттуда уволиться, как бы мне не нравилось их отношение к работникам.  Не думаю, что мне удаться найти другое агентство по недвижимости, которое будет лучше этого. Кенна раздражённо цокнул языком. Иногда беспечность и наивность его материи, просто поражала его. Мария Янг. Так звали мать Кенны. Рыжие длинные волосы, большие зеленые глаза и веснушки на лице, шеи и открытых плечах. Кенна был точной копией своей матери. Ну, по крайне мере внешне. - Будешь завтракать? – спросила она и перевернула в сковородке оладья на другую сторону. – Или сегодня опять без завтрака? Кенна поморщился и помотал головой. - Я поем. Только потом, - сказал он и облокотился о деревянную тумбочку. – Мы с Бенджамином сегодня идём гулять, так что наверняка зайдём куда-нибудь поесть. - А, вот оно оказывается что,– проговорила Мария и, устало зевнула, прикрыв ладонью рот. – Иногда у меня складывается ощущение, что вы и дня не можете провести друг без друга. - Ты преувеличиваешь, мам. Мария рассмеялась и, дотронувшись до щеки Кенны, нежно погладила по ней большим пальцем. Кенна почувствовал, как тепло и уют исчезли вместе с её ладонью и мысленно пожалел об этой потери. По правде сказать, Кенна был не очень тактильным человеком и не любил когда его личные границы нарушали, но в отношении близких людей он делал исключение. - Ну, - произнёс он, отводя взгляд в сторону, - мы же завтра уезжаем. Хотелось бы погулять в родном городе перед этим. Мария резко подняла на него взгляд и застыла со сковородкой в руках, смотря Кенне прямо в глаза, но как будто сквозь него. Она часто так делала, когда над чем-то сильно задумывалась. Кенна увидел, как на рукав её темно-синий туники попал огонь и ткань начала гореть. - Мам! – закричал он и в панике схватил мать за руку. Кенна забрал у матери сковородку и второпях с грохотом кинул её на плиту, толкая опомнившуюся мать к раковине. - Кожу не задело? – спросил он, когда Мария потушила огонь под струёй воды. Мария немного закатала рукав своей испорченной туники и показала сыну невредимую бледную кожу. - Всё в порядке, котенок. Меня не обожгло, - сказала она и с лёгкой грустью посмотрела на свою одежду. – Жалко, конечно, что теперь эту тунику придётся выбросить, но уже ничего не поделаешь. Твоей матери просто нужно стать более внимательной, а то так ненароком могу и дом спалить. На её лице появилась неловкая улыбка, из-за чего Кенна цокнул языком и бросил на Марию строгий взгляд. - Чему ты так удивилась? – спросил он, - я же говорил тебе, что уже на днях уезжаю в Академию. Мария тревожно отвела взгляд и, обойдя Кенну, подошла к плите. Тот не отводил от неё взгляда  и следил за каждым её движением. В последнее время мысли о странном поведении матери стали посещать его голову всё чаще. Мария и так по натуре своей была очень неуклюжей и рассеянной, но сейчас дела обстояли ещё хуже. Это раздражало Кенну и одновременно печалило, ибо он знал причину по которой его мать постоянно витает в облаках, но Мария отказывалась делиться с ним своими переживаниями. Всё-таки обидно, когда твоя единственная мать не доверяет тебе. - Я помню, что ты мне это говорил. Просто…, - Мария взяла сковородку в руки и принялась сдирать лопаткой пригоревшие оладья, - я не думала, что это произойдёт так скоро. В комнате повисла гнетущая тишина. Кенна не хотел говорить, потому что ощущал, как кровь в его жилах начинала вскипать от злости, а в таких случаях ему лучше не открывать рта. Мария наверняка догадывалась, что сын злится на неё, и поэтому тоже молчала. Кенна уже знал, чем закончиться такой немой разговор из-за чего решился подать голос первым: - Мам, я... - Ты сегодня поздно вернёшься? – перебила его Мария на полуслове. «Перевела тему. Вполне ожидаемо». Уведомление о зачислении Кенны в Академию Экзорцистов пришло ещё в июле и с того дня его мама избегала разговоров на эту тему. Кенна не мог понять причину такого беспокойства матери, но если она так сильно не хотела говорить с сыном об этом, то он готов был ей подыграть. Так было легче. Сделать вид, что ничего не произошло и просто промолчать. - Не думаю, - ответил он и, подойдя к матери, поцеловал её в висок, - я пойду к себе. Удачи на работе. Он отстранился от Марии и направился к выходу из кухни. Проходя мимо гостиной, он бросил взгляд на фотографию, которая висела там на стене над телевизором. На ней была изображена его бабушка. Кенна Янг. Мария назвала его в честь своей матери. Зелёные глаза выгляди добрыми, а на лице, покрытом морщинами, блистала теплая улыбка. Рыжие волосы были коротко подстрижены и кое-где виднелись седые прядки. Кенна никогда не видел свою бабушку вживую, так как она умерла еще до его рождения. Так что Кенна не питал к ней каких-то особенно теплых чувств, хоть и был назван её именем. Кенна. Весьма странное имя для мальчика, если  учитывать то, что оно чисто женское. Мальчиков в Шотландии и во всей Британии так никто не называет. В школьные годы над Кенной часто смеялись из-за этого и подкалывали его, из-за чего тот постоянно ввязывался в драки. Наверное, когда его мама давала ему такое имя, она хотела оставить хоть какой-то живое воспоминание о своей матери. Ибо других почти не было. На самом деле это была почти единственная фотографии бабушки Кенны, если не считать тех пару снимков, где она запечатлена с маленькой Марией. «Она просто не любила фотогравироваться». Сказала когда-то давно его мать, но Кенна сомневался, что это действительно было так. По правде сказать, когда дело касалось правды и его матери, Кенна всегда сомневался. Это были абсолютно несовместимые вещи. Только вот такая участь постигла не только его бабушку. Отца своего Кенна никогда не видел и не имел и малейшего понятия, где сейчас тот находился. Даже фотографией с ним в их доме не было, и поэтому Кенна иногда смотрел на себя в зеркало, пытаясь понять: похож ли он хоть чем-то на своего биологического отца?  Наверное, взглядом. У Марии он всегда был дружелюбным и открытым, что всегда притягивало людей, что нельзя было сказать о Кенне. Его взгляд скорее отталкивал. Только это все думы Кенны по поводу его отца были бессмысленные. Он всё равно никогда не встретится с ним. Мария говорила, что он бросил их, когда Кенна еще даже не родился. Не хотел обременять себя женой и ребенком. И это всё, что он знал о своём отце. А точнее всё, что его мать решила рассказать ему. Кенна еще в детстве интересовался своим отцом, но когда он спрашивал об этом свою маму, её лицо становилось очень грустным и мрачным, и она быстро меняла тему.  С возрастом Кенна перестал спрашивать о нем. Потому что знал, что мама ему все равно больше ничего о нем не расскажет и больше не видел в этом никого смысла. Поэтому он и продолжил подыгрывать своей материи в этой лжи. Потому что так было легче.