Моя Вселенная

Погода к концу декабря наладилась: вместо дождя со снегом пошел снег, красивый, пушистый, белый снег. Крупные снежинки кружились в причудливом танце, заканчивая его безжалостным падением на землю. Павел посмотрел в ночное небо и по-детски радостно улыбнулся. Прямо сказка перед Новым годом! И все же холодно, думал он всякий раз, прилетая из Белграда в Москву. Он шагал к стоянке такси уверенной походкой, приподнимая плечи вверх и пряча нос в воротнике куртки, а мысли о сказке и танцах снежинок вытесняла работа… договоры с подрядными организациями, поставки нового оборудования и прочее, прочее, прочее… Из пьяницы-мажора за несколько лет он превратился в преуспевающего бизнесмена, руководящего сетью отелей. Дела шли своим чередом и этот уходящий год ничем особенным не отличался от предыдущих. Пашка планировал встретить год грядущий в Белграде, но Ванька организовывал потрясную вечеринку и конечно уговорил лучшего друга не пропускать столь масштабного события уходящего года. Паша прилетел и как говорится хотел совместить приятное с полезным. Успеть доделать в этом году все важные и необходимые дела в «Элеоне» и провести отличный развлекательный досуг. Такси подъехало к отелю и он с легкой сумкой в руке переступил порог здания. Волшебная атмосфера праздника полностью поглотила отель. Еловые ветви, красивые украшения, мерцающие огни и счастливо улыбающаяся София Яновна, идущая ему на встречу, которая несмотря на поздний час все ещё была на работе. — Сонь, ты превзошла саму себя, — он обвёл пальцем вокруг, обозначая всю красоту, что увидел. — Я старалась, — застенчиво улыбнулась она, интуитивно и бессознательно касаясь едва округляющегося живота, затем тут же подсунула ему важные бумаги на подпись. Паши не было в Москве несколько месяцев и эта застенчивость и жест рукой обратили на себя внимание. Он склонил голову к плечу и присматриваясь к изменившейся фигуре управляющей, свёл брови к переносице, поднимая их вверх. — Неужели снова? — удивился он. — Сонь, ты явно продвигаешь своего муженька по карьерной лестнице, — улыбаясь, он, отодвигал документы, следуя вместе с ней к лифту. — Не придумывай, — отмахивалась она, хихикая, — подпиши лучше, это очень важно. — Когда вы успеваете? — не унимался Паша, — Только ж один родился недавно, и вот опять? Миша явно хочет сделать из тебя домохозяйку. — Ты же знаешь, я даже из роддома работаю, — ехидно улыбнулась она, — так сказать, безотрывно от производства. — Подписывай, — снова сунула ему под нос документы, заходя в лифт. — Нет, — кивал в стороны головой Паша, — я очень устал. Давай завтра, Сонь. Все равно ничего не понимаю сейчас. Она согласилась и провожая его к номеру спрашивала: — Как долетел? Иван обзвонился, ждал тебя раньше. — Рейс задержали на пару часов, а так все отлично. Они остановились у люкса, что всегда держали за ним. — Я завтра рано утром загружу тебя работой, уж извини, — развела она руками в стороны. — Все завтра, — кивнул он и указав пальцем на живот блондинки продолжил своё, — нет, ты меня правда удивила… ну, Миша, вот это скорость… — Да хватит уже, — улыбалась София, нежно касаясь его плеча, — тебе бы тоже уже пора. — Нет, нет, — скривился Павел, будто представил пренеприятнейшую картину, — дети, это, наверное, хорошо, но нет, меня они … — он подбирал слово, не меняя выражения лица, — бесят, — выпалил он быстрее, чем смог подобрать более безобидное. — Это чужие бесят, а свои нет, — утверждала София Яновна. — Давай, до завтра, — он открыл дверь своего люкса, переступая порог — с утра работаем, вечером у меня мероприятие в кругу друзей, — сказал он, закрывая люкс. София, глядя уже на закрытую дверь номера, подумала, что все-таки Пашка хороший парень, и зашагала к лифту. А утром стук в дверь разбудил его. Он потянулся в кровати, ощущая приятное состояние отдохнувшего себя. Не успев ничего ответить, услышал, что дверь открылась и голоса горничных, принимающихся за работу. — Зайдите позже, — крикнул он, поднимаясь с кровати и удостоверившись, что остался один направился в ванную. А потом София, как и обещала, загрузила его работой. Он сидел безвылазно в кабинете, изучая документы и подписывая договора, отвлекаясь лишь на небольшие перерывы выпить кофе. К вечеру, уставшие, но довольные плодотворной работой они вышли из кабинета и Паша у бара заказал себе выпить. — Паш, я совсем забыла, — спохватилась София, оглядываясь в сторону рецепции, а он с удовольствием сделал глоток виски после тяжёлого дня, — на днях конверт пришёл от Дарьи Канаевой. Он приподнял брови и поднес бокал к губам. — И что там? — сделал глоток виски и посмотрел ей в глаза. — Хочешь, я принесу, — засуетилась София, вставая со стула, — я не вскрывала. Мгновение он думал, взвешивая, нужно ли ему ворошить прошлое, вернее не ему, конечно, а той, что прислала конверт. Он остановил Софию, удерживая за руку. Отрицательно качнул головой, закрывая глаза, отпивая ещё один глоток. — Не хочу… Я опаздываю уже, — перевёл тему, — по словам Ваньки, на самую крутую тусовку уходящего года, — он подмигнул Софии. — Завтра Новый год, хочешь приходи к нам? — чувствовала себя неловко София. Она вдруг вспомнила Канаеву и все, что произошло пять лет назад. Ей почему-то подумалось, что если бы не она… если бы она не проявила слабость и не стала с ним встречаться, обманываясь и обманывая его, давая ложные надежды, у Паши с Дашей могло получится. Потому что она-то уж точно понимала, что он к ней чувствовал. И это не только влечение и желание заполучить недоступное, а позже сумасшедшая ревность и уязвлённое самолюбие, ещё это желание переступить через себя и простить, защитить от неприятностей и в то же время растоптать в пепел, а потом забыть и забыться. У Паши в этот момент в мыслях, как в кино на быстрой перемотке, промчались воспоминания о Даше: от момента знакомства до его несостоявшейся свадьбы. А что было бы если бы все сложилось иначе? Он тряхнул головой, отгоняя эти воспоминания и ненужные вопросы. — Посмотрим, — ответил он на вопрос управляющей, — думаю Ванька от меня не отстанет. — Береги себя, — улыбнулась София, — завтра у меня к тебе ещё пара вопросов будет. Паша махнул ей рукой, удаляясь к выходу. Грохочущая музыка, дым кальяна, табака, светомузыка и спецэффекты смешались в одно. Паша искал глазами друга и увидев, направился в его сторону. Крепкие дружеские объятья, смех и веселье встретили Пашу и Ванька не обманул, вечеринка была потрясающая. Ночь пролетела незаметно, а под утро он ушёл с очаровательной шатенкой, что пылко отдавалась ему. Павел откинулся на подушку, часто дыша. — Как же хорошо, — проговорила девушка. — Хочешь повторим? — спросил Паша, устало закрывая глаза, — только завтра. — Завтра Новый год, — улыбнулась девушка. — А ты что, колядуешь? — усмехнулся Паша. Девушка повернула голову, глядя на его профиль. — Нет, — серьезно произнесла она, — я к родителям уезжаю. Паша понял, что шутка не зашла, и повернув лицо к девушке спросил: — Далеко? — его не очень-то интересовал этот вопрос, но, чтобы проявить такт спросил. — Подольск. — Ох! Ты хоть представляешь какие будут пробки? — Я на поезде, — улыбнулась девушка, поднимаясь с кровати, надевая своё узкое платье, — Счастливого Нового года, — обернулась она уже у двери. Паша кивнул. — Звони, если надумаешь, — сказал ей вдогонку, — или приходи, — лукаво подмигнул и обольстительно улыбнулся. Девушка послала ему воздушный поцелуй и вышла из номера. Он принял душ и потирая влажные волосы подошёл к окну. Рассвет занимался над городом. Вот и ещё один год отсчитывает последние часы. Паша откинулся на кровать и крепко уснул.