Если это судьба.

      Ли Дон Ук ещё валялся в кровати, потягиваясь и позёвывая, когда в дверь позвонили. Достаточно бойко он проковылял в прихожую, заглянул в глазок. Хотя, собственно, можно было и не смотреть: кто же ещё придёт к нему спозаранку? - Привет! Как ты? Я принёс паровые булочки, кофе и молочную лапшу. Позавтракай. Ещё взъерошенный после сна, в синей полосатой пижаме, Ук неуверенно топтался у порога. - Это всё мне? - спросил он, забирая у Илуна из рук пакет. - Там два кофе и булочек я взял на двоих, но, если ты осилишь всё один, я не буду против, - улыбнулся тот. - Нет! Я хочу, чтобы ты позавтракал со мной! - Скажи мне главное: как твоя нога? - Ну, танцевать я сегодня определённо не смогу, но ходить буду. - Это уже хорошо. Они прошли на кухню. Илун быстро достал еду из пакета. - Я взял всё в кафе напротив, чтобы не остыло. - Спасибо... Мне приятно, что ты заботишься обо мне. Дон Ук заглянул в медовые глаза Илун и увидел там неподдельную тревогу, а ещё он отметил, что глаза красные и припухшие. - Ты плохо спал? Илун сел напротив, положил голову на ладони, посмотрел на мужчину. - Я почти не спал... - Почему? Из-за меня? - Не только...       Он мотнул головой и только тут Ук понял, что в облике Илуна сегодня изменилось. - А где твой хвостик? Для наглядности он покрутил рукой у своей головы. - Ну, ты же вчера хотел посмотреть на мои распущенные волосы. Вот. Смотри. - Так тоже хорошо. Тебе всё идёт.       Ли Дон Ук так пристально смотрел на Илуна, что тот смущённо спрятался за стаканчиком с кофе и пробормотал: - Мы не опоздаем? Ук глянул на часы. - Нет, но рассиживать некогда. Я - в душ. - Тебе помочь? Ли Дон Ук оглянулся через плечо, хитро сощурил глаза. - А, если я скажу: "Да", ты пойдёшь и помоешь меня? - Ну... Да. - Тогда, боюсь, что мы никуда не успеем.       Он заметил, как Илун опустил глаза. Эти постоянные намёки, взгляды, вздохи возбуждали почище самой искусной прелюдии. Ляяя! Ну, вот опять! Он незаметно коснулся рукой паха и решительно зашагал в ванную.       Но помощь Илуна всё же потребовалась. Пусть не в душе, но после него. Он помог надеть на колено бандаж. Сам Дон Ук чертыхаясь и путаясь в этом приспособлении, готов был уже сдаться, но профессор настоял, чтобы он зафиксировал сустав. Спорить с Илуном оказалось ещё сложнее, чем напялить на себя эту штуковину. - Ну, вот теперь я спокоен. Пошли? У дверей Дон Ук задержался, открыл стенной шкаф и достал оттуда тросточку. Илун замер. - Вау! - Что?! - Ты так сексуален... С этой тростью! - Да, ну тебя! Ты что, женщина? Илун смутился только на миг. - А что, мужчина не может оценить чью-то сексуальность? С эстетической точки зрения. - Пошли уже, господин эстет! Опоздаем.       Они подъехали к академии и Илун засуетился, помогая Дон Уку выйти из машины. Тот поймал его за руку, легко сжал. - Вот только не надо вокруг меня круги нарезать. Мне, конечно, приятно, но это очень заметно со стороны. Тем более, что мы с тобой здесь не последние люди, и за нами наблюдает не один десяток глаз.       Конечно, он был прав. Илун бросил быстрый взгляд по сторонам и увидел у входа на парковку стайку девушек, которые шептались и хихикали, глядя на мужчин. - А ты, знаешь, как тебя прозвали студентки первого курса? - неожиданно спросил Ли Дон Ук. - Нет, и лучше не говори, если это что-то неприличное. - Приличное и даже красивое - Ледяной Принц. Мне нравится, - улыбнулся Ук. - Величественный и холодный! - Ладно тебе...       У них вошло уже в привычку, смущать друг друга, наблюдая за тем, как то у одного, то у другого вспыхивают огнём щеки или уши. Перед входом в здание мужчины замедлили шаг. - Ты меня заберешь после занятий? - Обязательно.       Ли Дон Ук, прихрамывая, зашагал к своей аудитории. Он шёл и, улыбался своим мыслям, не замечая ничего и никого вокруг. У самых дверей его остановила Чжао Чунтао, его молодая коллега с их кафедры, с которой они иногда вместе проводили практические занятия. - Лао Ли, что с вами случилось?! - Неудачно поиграл в баскетбол. - Надо быть осторожнее. В вашем возрасте уже нельзя так безрассудно относиться к своему здоровью. Берегите себя, вы нам нужны.       Она улыбнулась и пошла по коридору, а Дон Ук с досадой подумал: "Надо же! А что не так с моим возрастом? Ну, ни хрена себе?! Я что? Старик?" Он глянул вслед женщине, которая была его младше всего на пять лет и почему-то огорчился. Ему-то казалось, что он ещё мальчишка. Немного сумасшедший, но безумно симпатичный, в которого запросто можно влюбиться. Оказывается, нет. Безусловно, ещё симпатичный, но уже не мальчишка... Ук вздохнул и отправился читать лекцию.       После практического занятия, в аудиторию заглянул Илун. - Ты готов? - Да, сейчас! Мне надо передать списки коллеге Ло и я спущусь. Подожди меня в машине. Илун кивнул и вышел. Но искать Ло Ханя не пришлось. Они столкнулись в дверях. Дон Ук передал мужчине бумаги, в двух словах они наметили план завтрашнего занятия. Сяо Ло был молодым симпатичным и до невозможности улыбчивым человеком. Ему нельзя было не улыбнуться в ответ. Но Ли Дон Ука ждал Чжу Илун, поэтому он похлопал парня по плечу, попрощался и только тут заметил у лифта знакомую фигуру. - Лао Лун! Почему ты не ушёл? - Кто это? - не отвечая на его вопрос, поинтересовался тот. - Это? Наш аспирант, Сяо Ло. Славный парень. Толковый и исполнительный. А что? Ук удивлённо взглянул на Илуна, который стоял с каменным лицом и смотрел в пространство. Губы плотно сжаты, а сам напряжён, как струна. И тут до него дошло: Илун его ревнует! Вот это поворот! Он тронул мужчину за рукав. - Он, действительно замечательный. И у него через месяц свадьба. Женится на нашей студентке. Пойдём? Ли Дон Ук увидел, как дрогнули губы мужчины в слабой улыбке. - Пойдём.       По дороге они заехали в небольшое кафе, купили рисовые клецки с кучей разных соусов, бутылку сливового вина. А потом сидели на кухне друг напротив друга. Ели, пили, болтали. Ли Дон Уку было так хорошо, что, казалось, он готов сидеть так вечность. Пить вино и смотреть в глаза Илуну... - Кстати, мои парни звонили. Они тоже волновались за тебя. Спрашивали, как твоя нога? А ещё они сказали, что ты им понравился. - Да? Я всё хотел спросить у тебя: а они - кто? - Они? Актёры. Достаточно известные в Китае. Мы друзья. Я учился с ними. - Ты?! - А что? Я не похож на актёра? - засмеялся Илун. - Подожди! Так ты - актёр?! - Бывший. Как и ты. - А я был уверен, что ты вот прямо - академик! - Нет, - Илун грустно улыбнулся, - хотя академию окончил. Ту, в которой сейчас работаю. - Правда?! - Да, - мужчина вздохнул, - я неплохо начинал, но потом... - он сделал паузу, словно решая, говорить дальше или нет, - я встретил одного человека. Мы вместе работали в одном проекте... Короче, между нами возникли чувства. Взаимные. А потом нас застукал один наш коллега, когда мы целовались, ну, и пошел слух. Нас предупредили, что... если мы не расстанемся, то будут большие проблемы. - Что за бред? А если это была любовь? Она что, была несвободна? - Нет. Он... был свободен. - Он?! И только тут Дон Ук увидел в глазах Илуна давнюю боль и страх. - Да, - продолжил Илун, опустив голову, - это был мужчина. Теперь ты знаешь всё. Скандал погасили. Он почти сразу женился, чтобы не попасть в "чёрный список", а я уехал в Шанхай, ушёл из профессии. Если быть более точным, то меня "ушли". Просто никуда не брали, ни в один, даже самый захудалый проект. Я полгода сидел без работы на шее у родителей, потом повезло: устроился в школу учителем музыки, но что это была за работа?! У меня не было ни опыта, ни достаточных знаний. А тут еще новые коллеги окружили вниманием так, что ни шагу не сделать без их опеки. Пожилые тётушки жалели меня, молодые девчонки безбожно флиртовали. Я был уже на грани нервного срыва, когда один режиссёр, который снимал меня в двух картинах, помог устроиться преподавателем по истории искусства в художественное училище. Это было уже лучше, хотя, далеко не то, о чем я мечтал. Я безумно тосковал по своей профессии. - А сейчас? - Сейчас я смирился. Привык. Теперь мне даже нравится то, что я делаю. - А как ты очутился в Пекине? - На каком-то студенческом фестивале я случайно встретил профессора Чжан Мэйси. Она узнала меня, в перерыве затащила в лапшичную, и я рассказал ей всё, как есть. Тогда-то она и сказал мне: "Приезжай через неделю в Пекин с документами. Я возьму тебя на нашу кафедру, профессорскую должность". Мне потом говорили, что ей пришлось повоевать за своё решение, но она не отступила, хотя я честно рассказал, что я... гей. - Гей? - Тебя это удивляет? Я думал, что ты уже догадался... - Подожди! А как же Шиши? Вы же жили с ней! - Я пытался. Честно пытался стать таким, как все! Но, вот не смог. Профессор Чжан Мэйси сказала мне тогда одно: "Я тебя не осуждаю. Живи, как хочешь, люби, кого хочешь, только не попадайся."       Дон Ук молча смотрел на Илуна, который медленно водил кончиками пальцев по ободку бокала. - Подожди, но Шиши говорила, что ты беспочвенно приревновал её к другу, не стал слушать никаких объяснений, и только поэтому вы расстались. - Ты действительно хочешь знать правду? - Да! Конечно! - Всё почти так и было. Вот только основания для расставания были. Когда они трахнулись в моей машине, я был даже рад. Поэтому и не стал слушать их оправданий. Мне не нужно было искать повод для расставания. - А ты уверен, что она тебе изменила? - Да. Ифэн потом признался. Но это неважно. Я не хочу больше говорить о них. О ней. Прости. Я хотел бы поговорить о нас. - О нас? Илун посмотрел прямо, не отводя взгляда: - Ты мне нравишься... Очень.       Дон Ук замер. Это уже были не прозрачные намёки с хождением вокруг, да около. Это было... объяснение в любви? Он знал, что произойдёт дальше и безумно желал этого. Не было ни страха, ни стыда, только одно желание, которое уже захватило его полностью. Ук взял руку Илуна в свою, поцеловал тыльную сторону ладони. - Ты мне тоже.. Очень. Он встал из-за стола, шагнул к Илуну поднявшемуся ему навстречу. - Чагия! - Не называй меня так... Я знаю значение этого слова. - И чем оно тебе не нравится?       Ук нежно коснулся губами губ мужчины, которые открылись ему навстречу. Это был тот сладкий поцелуй, которым Дон Ук грезил всё это время. Он потянулся к галстуку, развязал его и бросил на стул, потом - к пуговицам на рубашке. Когда с последней было покончено, Ук приткнул Илуна к стене, провёл ладонями по голой груди.       Илун закрыл глаза, прикусил нижнюю губу, сдерживая стон. Он не пытался ни отстраниться, ни остановить Ука, но сам не делал ничего, наверное, давая тому принять решение. А Ук уже всё решил... Он влюбился, как мальчишка, в этого мужчину и безумно хотел его. Дон Ук расстегнул пуговицу на поясе брюк Илуна, провёл ладонью по животу, скользнул ниже...       Илун вздрогнул, хватая его за плечи, не выдержал и коротко застонал. От этих стонов Ли Дон Ук просто сошёл с ума. Он рывком стянул брюки с бедер мужчины, навалился, буквально вжимая того в стену. Поймал губы Илуна, раскрывшиеся в очередном стоне. Скользнул языком по кромке зубов, проник внутрь. Ему казалось, что он сейчас сгорит в пламени своего желания. Он медленно провел ладонью по напряженному члену от головки до основания. Илун дёрнулся, толкнулся ему навстречу. Дон Ук, чувствуя смазку, водил ладонью ещё и ещё, быстро и уверенно.       Он целовал плечи, шею мужчины, ловя его короткие стоны, и буквально, тая от наслаждения. Ему казалось, что они слились воедино, потому что он чувствовал то же, что чувствовал Илун. Наконец, тот вскрикнул, дёрнулся всём телом, а потом обмяк и, тяжело дыша, повис на Уке.       Не давая ему опомниться, тот потащил Илуна в спальню, повалил на кровать, освобождая от остатков одежды и, стаскивая всё с себя. Он делал всё торопливо, словно боялся, что если остановится, ощущение, что они с Илуном единое целое исчезнет. Но он боялся зря. Тот жарко отзывался на каждое прикосновение Дон Ука, позволяя ему делать всё, что он только захочет... И Ук делал. Его личный гомосексуальный опыт был невелик, а гей-порно он не смотрел, но он ласкал Илуна так, как ласкал бы себя, не давая ему ни секунды передышки. Наконец, мужчина не выдержал и тяжело дыша, прошептал: - Подожди, а ты?       Он, меняя позицию, осторожно стряхнул Ука с себя, склонился над ним, выцеловывая ключицы, вылизывая горошины сосков, медленно спускаясь вниз... Когда он коснулся члена губами, Уку показалось, что перед глазами вспыхнули разноцветные фейерверки! Это было так необычно и странно! Ведь с Шиши у них было всё. И нельзя сказать, что им было плохо вместе. Напротив! Шиши была согласна на любые эксперименты. Но сейчас все было по-другому! Сейчас он испытывал не просто удовлетворение. Это был восторг, ощущение будто твоё тело стало невесомым и парит в воздухе, словно пушинка, то поднимаясь вверх, то падая вниз. Будто за спиной у него выросли крылья.       Наконец, уставший Илун, опустился рядом. Ук укутал его в свои объятия и прошептал в макушку: - Ты великолепен, чагия. - Ты тоже, - выдохнул Илун. И в этот раз он не возражал против "лапули". ... Они не вылезали из постели до утра. Забыв обо всём и обо всех, мешая короткий, прерывистый сон с сексом. А утром у Ука зазвонил телефон всё тем же противным рингтоном. И все яркие краски в его душе в миг померкли. Он нехотя взял телефон в руки, вздохнул. - Привет, ты уже проснулся? На работу собираешься? - защебетала Шиши. - Нет. Ещё сплю, - хрипло отозвался Ук. - Поднимайся, а то не успеешь меня встретить. - Как?! Ты же прилетаешь в субботу! - Нет. Сегодня! В пять вечера! Мы всё сделали и возвращаемся раньше. Ты рад?       Ну, что сказать?! Особенно, если лежащий рядом мужчина, с которым у тебя только что был обалденный секс, всё слышит?! - Хорошо. Приезжай. Я встречу. Он нажал отбой, отложил телефон. Потянулся к Илуну, но почувствовал, как тот буквально закаменел. Ук положил ладонь на его спину, сказал не отводя взгляда: - Малыш, она пока ещё есть в моей жизни. Я решу эту проблему. Но не сейчас. Хорошо? Илун молча кивнул, быстро поднялся, прикрывшись рубашкой. - Хорошо. Можно в душ? - Конечно. Зачем спрашиваешь? И видя, что Илун отводит глаза, добавил: - Всё будет хорошо. Только, пожалуйста, дай мне время. - Знаешь, после случая с тем парнем, я поклялся больше никогда не влюбляться в мужчин, а после расставания с Шиши, я пообещал себе никогда не иметь дела с женщинами, но вот появился ты... - Зачем давать такие клятвы? А если это - Судьба?