Дуэт "Слабоумие и отвага"

Без преувеличений можно сказать, что раскрытие громкого дела Ночных Горлодеров изменило жизнь как и всего Зверополиса, так и Первого отряда Центрального отдела полиции. В частности, та самая Джуди Хоппс, новенькая, навязанная ему мэром города, оказалась не просто "полицейским для галочки", как шеф Буйволсон изначально ее окрестил. Более того, она стала причиной массовых беспорядков в городе и закрытия одного из самых шумных дел за последние пол года одновременно. Изначально это было что-то вроде Первая девушка в самом главном отделе полиции многомилионного города? В моем личном отряде? Лучшая выпускница академии? Вот эта мелкая низкорослая заноза? Конечно, конечно, сэр мэр, разумеется, да хрен вам. И уже через двое суток он имел удовольствие лицезреть всех четырнадцать пропавших без вести с самодовольной мелкой занозой впридачу в одном из отстойников города. Еще через сутки он выслушивал сбивчивые показания Хоппс с идиотской ручкой-диктофоном в одной руке и задержанной заместительницей мэра в другой. На фоне живописно горел поезд, Хоппс вообще-то уволилась и больше не имела к этому делу никого отношения, а по ее "напарнику" плачет статья о мошенничестве в особо крупных размерах - но после заголовков о героизме этой парочки это, конечно же, мало кого заботило. Прекрасный конец детского мультика, не иначе, Буйволсон бы даже прослезился, если бы не был так рад тому, что этот дурдом наконец закончился. Но, конечно, жизнь отличается от мультика тем, что в ней не бывает все так хорошо, поэтому уже в скором времени, слишком скором чтобы насладиться вновь наступившем порядком и спокойствием (в городе? Пфф, в собственном отделе) он стоял на сцене бок о бок с новым мэром, поздравлял выпускников академии и новоявленных сотрудников полиции, торжественно улыбаясь в объектив. Насколько вообще возможно улыбаться на одной фотографии с донельзя довольной Джуди Хоппс, которую мэр не только восстановил в должности, но еще и окончательно утвердил в отделе Буйволсона. Но это ладно, он был бы слишком оптимистом, если бы надеялся на что-то другое после такой яркой и трехдневной стажировки. Но по левую сторону от нее сиял новеньким полицейским значком чертов Николас Уайлд, неизвестно каким проклятьем всерьез поддавшийся уговорам Хоппс и непонятно каким чудом таки окончивший полицейскую академию. Буйволсон милейшим образом пожал ему руку, припомнил как минимум три статьи, по которым его можно посадить и от всей души пожелал удачи. Где-нибудь подальше от его стабильного, спокойного и главное, дисциплинированного отдела. Теперь эта фотография заботливой рукой Хоппс висит в комнате отдыха, и еще один экземпляр стоит у него в кабинете - подарок нового мэра вместе с просьбой забрать этих двоих к себе. Герои города ж, как никак. Буйволсон скептично кивнул и подписал нужные бумаги. Неразрывный дуэт из единственной девушки отдела и бывшего уголовника, сместивший двух мэров за три дня и удивительным образом подружившийся с третьим - и это в его отдел на его-то шею. Что ж. Капитан Буйволсон за свои долгие и тяжкие годы в полиции сталкивался и не с таким. И превратить свой слаженный отдел в балаган этим двоих с их чокнутыми методами давай-сунем-свой-нос-в-это-дело-и-обязательно-поставим-весь-город-на-уши работы он не позволит. Но, как впоследсвии оказалось, его излюбленные, проверенные или хоть какие-то методы работы с новичками дают осечку применительно к этой парочке. Уже через неделю паршивец Уайлд и неугомонная Хоппс вновь мелькали в сводках новостей с весьма красноречивым заголовком о поимке маньяка, который абсолютно случайно - ну надо же! - припарковался в неправильном месте. Буйволсон на это дело посмотрел, нотации мэра выслушал, дротики в рамках терапии по борьбе со стрессом пометал и решил, что раз их неугомонный дуэт так притягивает неприятности, то он, как капитан полиции, должен этим воспользоваться. И Хоппс с Уайлдом наконец-то получили свое первое официальное дело. Буйволсон выбирал его лично и особенно тщательно - минимум улик, нет свидетелей, типичный долгостой об ограблении. Идеально, больше его эта парочка не потревожит. Но он явно недооценил кпд их совместной работы. Грабителя поймали, а последствия в виде взрыва соседней недостройки и несколько судебных исков на тему превышения полномочий расхлебывать, как руководителю, пришлось ему. О прессе, снующей под окнами департамента и явно желающей вновь обеспечить себе громкие заголовки за счет его личной головной боли он старался не думать. Наглую ухмылку рыжего паршивца пытался не замечать. Иначе возникал слишком большой соблазн составить его увольнительную с причиной "неподобающе вел себя на выволочке от начальства". А потом объясняться перед мэром, как же так, герой полицейского департамента, пример для подражания и живое доказательство возможности начать новую жизнь с чистого листа, мистер Николас Уайлд, уволен в первый же месяц работы. - Еще раз спрашиваю, Уайлд. Какого хрена ты ударил владельца стройки? Тебе напомнить или твой отсутствуюший мозг все-таки сам вспомнит, что все соучастники следствия неприкосновенны для полиции? Или ты... - Даже если этот соучастник обворовывал дольщиков и проворачивал свою схему с новыми документами? - Уайлд! Закрой пасть или я тебя уволю. - Но, шеф, чисто теоретически, главное что мы закрыли дело, а преступник не так уж и пострадал... тоесть, я конечно не одобряю методы Ника, но если бы он не надавил на подозреваемого... - Закройся, Хоппс, я не с тобой гово... - Знаете, шеф, мы работали проверенным методом. Классика полицейских допросов, может знаете, называется добрый коп и злой коп, а? Буйволсон словил подмигивание от нисколько не тронутого его гневными криками Уайлда и даже на секундочку подвис от такой резкой смены вектора разговора. Посмотрел на ангельски пристыженную Хоппс, прикрывающую глаза рукой. Перевел взгляд на все так же нагло улыбающегося Уайлда, вальяжно развалившегося на стуле, будто он обсуждает с начальством погоду, а не получает выговор в его фирменно-капитанском стиле, ломавшем даже самых спесивых сотрудников. Вздохнул. Отослал прочь с дисциплинарным наказанием неделю копаться в архиве. Зацепился взглядом за ту самую фотографию с мэром и выпускником Уайлдом под ручку с вчерашней выпускницей Хоппс. Вздохнул еще раз. Воистину, этот дуэт рыжего слабоумия и мелкой отваги послан ему в наказание за прошлые грехи. Надо было соглашаться на единственную Хоппс, пока к ней не приложился бессовестный Уайлд. Но кто ж знал, что мелкая заноза окажется меньшим злом в его стабильной жизни.