Феникс

Альби провел в беспамятстве несколько дней. А когда проснулся, то первым, кого он увидел, был Айдан. - Хорошо, что ты очнулся, - Альби огляделся по сторонам. Это был перинатальный центр. В вену была воткнута капельница, в уголке попискивали какие-то приборы, - Альби, ты слышишь меня? - Альби только поморгал глазами, потому что говорить сил не было. А Айдан выглядел озабоченным и явно собирался сказать что-то важное, - Альби, соберись, мой мальчик. У меня для тебя плохая новость. Ты потерял ребенка, мой хороший. Тебе сделали кесарево сечение, чтобы вытащить его из тебя. Он умер внутри тебя, и у нас не было другого выхода. - А волшебные чернила? – Альби обхватил уже плоский живот. - Тебя давно и планомерно травили. Это было сделано достаточно умно, - Айдан прикусил губу в порыве раздражения, - ребенок был мертв больше суток и чернила ему бы уже не помогли. Все было сделано очень аккуратно. Даже мне такое не пришло в голову, а ведь я живу достаточно долго и видел многое. Они собирали яд и комбинировали его в тебе, мой мальчик, очень осторожно, так, чтобы никто ничего не заметил. Он состоял из нескольких компонентов, которые сами по себе безобидны. Причем целенаправленно травили не тебя, а именно ребенка в тебе. Поэтому отравление не получалось быстро распознать. Твой организм боролся с ядом, но яд был не для тебя. - Что я скажу Рану… Но Айдан почему-то молча отвел глаза. В палату зашел Ясмин в траурной одежде. Ясмин и Айдан переглянулись тем самым особым образом, и Альби вдруг понял, что неприятности еще не закончились. - Альби, сынок, я должен сказать тебе страшную новость. - Я в курсе, ребенок мертв, - Альби собрал всю свою силу воли в кулак, - вы надели траур по нему? Это мило, но напрасно, ведь он не был рожден, а следовательно, технически… А где мой браслет? Альби с ужасом посмотрел на пустую руку. Браслет. Его брачный браслет. Он с ним так долго, что, казалось, был на нем всю жизнь. - Ран со мной развелся? Из-за ребенка? Нет, он не мог! - Рана убили, - Ясмин схватил Альби за руку, которая стала сиротой без браслета, и придавил к кровати, а потом продолжил говорить, и каждое слово, как раскаленный гвоздь ввбивалось Альби в голову, - и, более того, его останки уже кремировали, правда, не все. Голову Рана так и не нашли. Салах с Джабалем сейчас гоняют по пустыне бедуинов в попытке узнать, куда те дели голову эмира и тела остальных альф. К охоте на бедуинов сейчас подключились все эмиры, и названный сын Тиграна, и побратим Джабаля. Поверь, Тигран будет отомщен. Альби закричал от горя, потому что внезапно почувствовал дыру там, где раньше билось сердце. Он больше не чувствовал мужа. Хитрый Айдан сразу запустил в палату детей, Марципанчика, Барсика и малыша Львенка. Дети прижались к нему, ища защиты в такой тяжелый момент, и Альби пришлось закусить щеку до крови, чтобы замолчать. Детям сейчас тяжело и страшно, не надо их пугать своим безумием. - Альби, соберись, - Айдан поймал плывущий от горя взгляд и заговорил с давлением, чтобы его услышали. - Теперь ты – единственный родитель для своих детей. Барсику придется повзрослеть и принять эмирскую чалму. Но ты же понимаешь… В голове Альби как будто абак встряхнули, и костяшки начали новый отсчет. Эмират. Община. Сады. Договора на поставку фруктов. Санаторий Мурата. Лечебница Хатима. Люди. Много людей, которые должны быть уверены в завтрашнем дне. А Барсик слишком мал, чтобы свалить все на его плечи. - Мой маленький эмир, - Альби растрепал волосы Барсику, - теперь тебе надо выбрать имя. Жаль, что ты его получишь от меня. Мы с отцом говорили об этом моменте, который, считали, наступит несколько позже. Мы хотели, чтобы родовое имя Асад досталось твоему младшему брату, а тебя отец собирался назвать Алишер – Тигр Али. Это имя тебе очень подходит. - Алишер – хорошее имя, - закивал головой Айдан, - и знай, маленький эмир, пока у тебя не родится свой наследник, твой брат Львенок будет носить красные штаны и считаться наследником. Дети пообнимались с оми еще немного, но новое имя для брата и признание Львенка наследником полностью захватило их внимание, и они убежали к своим сверстникам, чтобы сообщить им о таком эпохальном событии. Барсик станет эмиром и его будут звать Алишером! - Пока он ребенок, ни один эмир не сможет вызвать его на дуэль ни по какому поводу, - Айдан твердо смотрел на растерянного Альби, - для этого у него есть Малик и старшие альфы. Они разберутся между собой, кто будет тенью господина до его совершеннолетия. Да и потом, пока ему не исполнится хотя бы двадцать пять лет, напасть на него будет сродни низости, и любой, кто решится на такое, потеряет честь навсегда. А дальше все в руках Аллаха. Алишер не первый эмир, получивший чалму в детстве, но это не делает его ношу более легкой. Альби, у тебя есть три дня, чтобы прийти в себя и начать готовиться к празднику обретения имени для сына. На следующий день он получит чалму эмира. Айдан кивнул Заки, тот влил в рот Альби сладкую настойку, пахнущую цветами, и Альби забылся в счастливом сне, где Ран был рядом с ним и говорил, что никогда не оставит его одного.