desomorphine

хёнджин сидит на внутривенных, а феликс жизнь свою за него отдать готов. хёнджин слушает биение чужого сердца, пока собственное заживо гниёт. пальцы переплетаются и они оба закрывают глаза, прерывисто дыша. хёнджин от боли, феликс от счастья. на заднем плане играет любимая пластинка ликса. кажется, за то время пока они лежали, она стёрлась до костей. феликс голову медленно поворачивает и глазам не верит. на лице хвана замечает новый нарыв и струйку крови, скользящую по чётко очерченной линии подбородка. к горлу ком подступает, а трясущиеся руки тянутся за салфетками, рану прикрывая и сверху своими слезами смачивая. тихое шипение слышится рядом, а костлявая рука перехватывает запястье и пытается убрать от себя. феликс лишь сильнее рану затыкает и слышит собственный плачь вперемешку с криком парня. - я люблю тебя до бесконечности, лучик. хёнджин феликса подхватывает на руки и слышит громкий смех. он обнимает так, что в его объятиях сгораешь. целует так, что сердце болезненно сжимается. ликс хватается за чужие плечи и на носочки встаёт, чтобы до цели достать. оставляет лишь мягкий, детский поцелуй на губах, чувствуя вишнёвый тинт, а после горячее дыхание на шее. феликс голову назад откидывает, ощущая покалывание в груди и тёплые губы на своих губах, щеках и ключицах. он хрипло стонет, уже по-взрослому прижимаясь к любимому телу и на ногах дрожащих удержаться пытается, пока хван талию поглаживает и целует где-то за ушком, волны мурашек посылая по всему телу. сейчас он с места сдвинуться не может. ликсу не разрешает плед с ног убирать, который гнилью пропитался насквозь. он лишь шепчет что-то хорошее на ушко. всё как раньше, но нет. так, как раньше никогда не будет. он знает, но ликсу об этом не говорит. парень у плиты каждый день стоит, по аптекам бегает и любимого от простуды лечит. где-то под кроватью, истекая кровью, валяются старые шприцы и сожжённые ложки. он сам просил феликса их приносить. знал, что тот ни о чём не догадывается. знал, что всё для него сделает. но не знал, что от внутривенных будет гнить как от чумы. - ты очень красивый, мне нравятся твои веснушки. - а мне твои волосы. феликс смущённо улыбается, на крышу школы поднимаясь и в чужие объятия заваливаясь. он рядом с хваном присаживается и по волосам осторожно рукой проводит, вызывая у старшего довольную улыбку. они все уроки на крыше прогуливают, он хёнджина сзади обнимает пока тот курит около небольшого заборчика. хёнджин во времени теряется, когда ликса до дома провожает и в награду получает самую искреннюю улыбку и чмок в щёку. до кровати еле как доходит и в мыслях весь свой день прокручивает, ощущая застрявшее на языке "люблю тебя". время есть, думает он и в школьной форме выходит прогуляться, заглядывая в продуктовый и покупая любимое мороженое ликса. - хёнджин, посмотри на меня, пожалуйста! феликс кричит, парня за плечи трясёт и за голову свою хватается. он не разбирая дороги на кухню плетётся и ящик выдирает, вываливая всё содержимое на пол. по привычке хватает новый шприц и ампулу с обезболивающим. феликс закатывает чужие рукава и свой ремень затягивает на тонком предплечье, пару раз рукой двигает и обнаруживает выступившую вену. он пытается унять дрожь и препарат вводит, слыша тихий и хриплый скулёж сверху. иглу отбрасывает в сторону и новой салфеткой кровь вытирает, чувствуя невыносимый запах из-под пледа. взгляд туда бросает и жмуриться, подавляя желание заглянуть. хёнджин не разрешил. - я тебе отпишусь, лучик. не волнуйся за меня. хван на какую-то студенческую вечеринку уходит, а феликс отпускает, потому что любит. хёнджину там дезоморфин вкалывают, пока он думает, что это что-то лёгкое. минхо с джисоном парня с крыши стаскивают, но феликсу об этом не рассказывают. он волноваться будет. они хвана до дома провожают и с чужого телефона сообщение ликсу отправляют. феликс дома готовит и сериалы просматривает, а сердце приятно сжимается когда сообщение приходит. [джини]: ликси, я дома, очень устал. завтра позвоню тебе, люблю. хёнджин пытается сделать глубокий вдох, но из глаз брызгают слёзы, на свежие нарывы попадая и заставляя прохрипеть от боли. феликс рядом сопит, временами вздрагивая и морщась. парень наблюдает за маленьким худеньким тельцем, слёз уже не сдерживая и благодаря отсутствию голоса, бесшумно рыдая. он не хочет умирать. он никогда не хотел. хван пытается руками пошевелить, но кости ломит и он оставляет все попытки. ног не чувствует уже и даже боится опустить взгляд на тёмный плед. знает, что ничего живого там не увидит. лишь бы черви раньше времени не поползли. феликс их боится. - джини, всё хорошо? тебя трясёт. ты замёрз? глухой удар. феликс широко распахивает глаза и рукой хватается за голову, которая со стеной встретилась пару секунд назад. трогает блондинистые волосы и чувствует тёплую жидкость на пальцах. он с дивана вскакивает и в ванную бежит, но хёнджин его догоняет. в глазах напротив абсолютная пустота. с вечеринки прошло около месяца. поведение хёнджина поменялось колоссально, что не проскользнуло мимо их друзей. когда минхо хотел с хваном на обследование сходить, тот лишь отшутился, что не любит докторов и ему вообще пора бежать на работу. ликс не знает, но минхо не расскажет. хёнджина неделю назад выгнали с работы. хван феликса за волосы хватает и на пол швыряет, слушая крики и замечая клок волос у себя в руках. он бьёт. сильно, почти до потери сознания, засыпая парня оскорблениями и заставляя отдать деньги, но вовремя останавливается. феликс такого вынести не может и на коленях ползёт до своей комнаты, протягивая хвану свой рюкзак. он забирает деньги из чужого кошелька и уходит из квартиры. ликс до вечера плакать будет и недовольно шипеть, когда джисон на рану не дует, а только лекции ему читает. а хёнджин ближе к утру придёт и в постель к нему завалиться, аккуратно дотрагиваясь до разбитой губы и трепетно целуя. так, словно в первый раз. он хочет, но ликсу не скажет. он умирает. - я тебя так люблю, джини. прости меня, прости. слова вылетают из обкусанных и разбитых губ, ударяются о стены комнаты ликса и остаются где-то в воздухе, не в силах найти своего получателя. хёнджин лишь последний раз губы разлепляет и что-то шепчет, но феликс слов разобрать не может. в голове шум, собственные крики утопают в нём, а слёзы безудержным потоком стекают по щекам и обжигают бледную кожу. он голову кладёт на холодную грудь и последние стуки сгнившего сердца слышит. хёнджин свободен, а феликс всё так же жизнь за него отдать готов. феликс слышит биение собственного сердца, а чужое навсегда в памяти оставляет. оно мучить будет годами. в пустой комнате оглушать, голосом хёнджина просить прощения и любимую пластинку ликса ставить.