Dark Times

      Какой же всё-таки поразителрьный контраст! Как же сильно отличается Сити 17 от безумного, дикого и жестокого мира, что лежит за пределами стен города! Если в Сити 17 превалируют темные, холодные, мрачные оттенки, то цветовую палитру Пустошей составляют жёлтый, оранжевый, и местами даже красный цвета. Но менее неуютно от этого себя не чувствуешь. Напротив, яркий пейзаж задымлённых просторов вгонял в куда большее уныние, чем наполненные мраком, ужасом и неприветливостью лабиринты улиц города.       Спустившись на дно русла канала, я обнаружил пасущегося здесь буллсквида. Его красные щупальца, которые окружали его кровожадную пасть, извивались во все стороны. Кажется, совершенно не замечая меня, этот экземпляр грелся на солнце. Я передёрнул затвор. Оставалось только спустить курок. Подкравшись к твари, я направил дуло туда, где должен был быть её мозг, и выстрелил. И ещё раз. И ещё. Прежде, чем буллсквид успел хоть что-то понять, я нашпиговал его голову девятимиллиметровыми пулями.       Блуждая по лабиринту, который из себя представляли каналы, я с каждым шагом всё сильнее убеждался в том, Инцидент в Чёрной Мезе оставил неизгладимый отпечаток на нашем мире. Вперемешку с инфраструктурой этого дикого, необузданного, давно ставшего чужим для человека, места, здесь были видны растения пограничного мира. За одним из поворотов я обнаружил целую колонию зеновских грибов - довольно странных представителей фунгусов. Обычно у грибов одна ножка, а у этих - целых четыре массивные и толстые ножки. Этими грибами питались поселившиеся здесь "гончеглазы", или, как их называли сотрудники передовой биологической лаборатории, хаунды. Пройдя мимо этих трёхногих тварей, я перебрался через широкую и довольно глубокую лужу, до краёв заполненную ядовитой водой. Идти ещё предстояло долго, и неизвестно, сколько вообще времени уйдет на то, чтобы добраться до места, где скрывается Честер, кем бы он ни был. Когда я достиг очередного "пастбища" хаундаев, я увидел человека. Он, как и Сэмюэль, носил противогаз, но, в отличие от последнего, одет был в некое подобие защитного костюма. Заметив меня, человек, вопреки ожиданиям, пошёл мне навстречу.       – Ты ведь из Сити 17, верно? — человек подошёл ко мне и внимательно осмотрел меня. Только сейчас я сумел разглядеть в его руке пистолет марки Colt Python. – Ещё одна отчаявшаяся душа... Знаешь, бродить здесь пешком - не самая хорошая идея. Дикие земли - не самое гостеприимное место. Человек убрал кольт в карман защитного фартука и присел на кусок бетонной плиты неподалёку. – А вы кто будете? — я с некоторым недоверием посмотрел на своего нового знакомого. Вряд ли он был из рядов ГО, иначе сейчас бы в Цитадели снова поднялась бы тревога. – И что сами делаете здесь, в Пустоши? Человек тихо усмехнулся и посмотрел на небо. Кажется, он не хотел вспоминать своё настоящее имя, ведь оно наверняка напоминало ему о чем-то не очень приятном. Но после тридцати секунд ожидания ответа на вопрос я наконец-то сумел выяснить, что зовут моего нового знакомого Роджер, и что его брат, Честер, сейчас находится на секретной базе в паре фарлонгов отсюда. – Да... Честер – хороший человек, к сожалению, недавно он столкнулся лицом к лицу с неким облаком... Было много зелёного света, как будто сотни светлячков собрались в один огромный рой... Честер закричал от боли, и через несколько секунд его правая кисть исчезла, как по щелчку пальцев. На её месте был лишь обрубок... Кровоточащий обрубок. – Мне очень жаль, что ваш брат пострадал, но не могли бы вы отвести меня к нему? Барни сказал, что он знает, как добраться до Илая Максвелла. — чувствуя необходимость как можно скорее покинуть нагоняющие смертельную тоску Пустоши, я посмотрел вдаль, туда, где дороги сходились в одной точке. – Это очень важно. – Барни? Барни Калхун? Давненько я о нём не слышал, как минимум с прошлого лета! Давай рассказывай, как там у него дела? – Он умер. Чуть меньше часа назад. Роджер сочувственно покачал головой и тяжко вздохнул. Бросив полный презрения взгляд в сторону Воздухообменника, он что-то выкрикнул на испанском языке, что-то очень неприличное и встал на краю бетонной плиты. – Да, Честер знает Илая Максвелла. Он живёт на севере Пустошей, недалеко от Рэйвенхольма. – Что такое Рэйвенхольм? – Рэйвенхольм это шахтерский городок. Когда-то это было довольно уютное место, люди там жили счастливые. Да, это звучит как мюзикл, но люди там любили работать на благо своего городка. Но когда пришёл Альянс, очень скоро его длинная рука дотянулась и до Рэйвенхольма. Альянс установил свой деспотичный режим. Местным жителям ничего не оставалось, кроме как смириться с мощью врага. Но вскоре Альянс потерял контроль над ситуацией и город вымер. Отныне это город-призрак. – Это ужасно... И неужели никто не пытается сопротивляться режиму? – Пытаются. Многие. Но не всем хватает ума делать это скрытно, исподтишка. Потому-то в сторону Нова-Проспект так часто ходят поезда... — Роджер вздрогнул, будто вспомнил что-то очень неприятное и жуткое. – Сталкеры. Пойманные бунтовщики подвергаются страшнейшим пыткам в стенах Проспект. Так они теряют не только рассудок, но ещё и самих себя... Как бы то ни было, нам пора. Честер ждёт нас на базе. Я пошёл вслед за Роджером, который ступал осторожно, словно боясь привлечь внимание патрулирующих местность сканеров, коих здесь были целые рои. – Сканеры - это глаза города. Где бы ты ни был, если сканер засечёт тебя, ты обречён. Цитадель увидит тебя в любой точке - хоть на пристани Рэйвенхольма, хоть в канализации, хоть глубоко под землёй, в тоннеле метро. Держи под рукой пистолет, он лишним не будет. — Роджер протянул мне пистолет фирмы Heckler & Koch. Я проверил магазин – полный – и убрал пистолет в специальный отсек для хранения аптечек, запасных батареек для зарядки костюма, а также патронов. – Если увидишь, как один такой летит к тебе, не стой столбом! Стреляй! Не жалей пуль! Рази в самое железное сердце сканера! Только так ты сможешь избежать обнаружения.