Мое соломенное чудо

На следующее утро Слава проснулся первее Юры, лениво зевая и потягиваясь в кровати, а после стал наблюдать за мило спящим Музыченко, волосы которого были распущены и определенно растрепаны. Но даже будучи растрепанным он являлся для Славы самым милым созданием, которое только может существовать в этом мире. Часть волос Слава все же рискнул убрать с лица Юры, хотя и очень боялся его разбудить, зная, что Музыченко по утрам злющий как демон, если его разбудишь и матерится вдвое больше обычного. Так что в данный момент, он наблюдал за спящим объектом обожания, желая осторожно погладить, но боялся, так как может разбудить его этим. Но может рискнуть? Вдруг ничего плохого не случится? Слава все же решился осторожно коснуться тыльной стороной ладони его щеки, осторожно погладив. Спящий Юра лениво потянулся, как котик, слегка улыбаясь во сне, и невольно прижался к Славе, как к главному источнику тепла. Тем временем Макаров чуть не умер от передоза милоты, прижимающейся к нему. Он стал смелее гладить спящего, позволяя ему прижиматься к себе.

— «До чего ты милый, Юра!» — Мысленно сказал Слава, продолжая обнимать и гладить спящего Музыченко, прикрыв расслабленно глаза, как вдруг он почувствовал как Юра стал слегка жмуриться и вертеться во сне, тем самым он отстранился во сне от Славы, свернувшись комочком, обняв себя за плечи, продолжая жмуриться и тяжело дышать. — «Кажется ему снится кошмар. Наверное, надо разбудить его, мало ли что может случиться если я этого не сделаю?» — Слава не сразу решился будить Юру, еще некоторое время понаблюдав за ним, но все же осторожно положил руку на его плечо и стал тихонько трясти, — Юра, просыпайся… Юра, тебе снится кошмар, просыпайся.

Но Юра лишь сильнее свернулся комочком, словно закрываясь от кого-то. Но от кого? Слава забеспокоился о состоянии Юры на тот момент и все еще не оставлял попыток разбудить его. Если не помогла тряска он решил попробовать ласку, а именно ласково гладить мучащегося от кошмара по голове, плечам и спине, иногда растирая тщательнее последнее место. В конце концов он решился на отчаянный шаг и осторожно положил руку на его живот, от чего спящий мигом проснулся и тут же шлепнул по этой руке, рефлекторно защищаясь, но в ту же секунду сообразил о том, что он только что сделал, виновато прикрыв рот рукой.

— Ай, это было больно. Значит и лещи ты даешь нехилые… — Слава пытался отшутиться, потирая свою руку. — Слава, прости, я не хотел делать тебе больно. Это само как-то произошло… — Юра чувствовал себя ужасно неловко, не зная куда себя деть и как загладить свою вину. — Это просто твоя защитная реакция, я понял, Юра. — Дай хоть посмотрю, — Юра осторожно взял ударенную им же руку Славы, видя как довольно сильно покраснела кожа от сильного шлепка, — Блин, она так сильно покраснела. — Как я и сказал: Леща от тебя лучше не получать ха-ха… — Усмехнулся Слава, глядя на беспокоящегося Юру, который стал поглаживать его руку, а после аккуратно поцеловал покрасневшее место, — Ой, да ладно тебе, Юра, жить буду. — Ну я же должен хоть как-то исправить свой косяк. Но вообще, скажу тебе честно, мне не впервой просыпаться из-за кошмара. — Это как-то связано с тем, что вчера с тобой было?

Юра молча смотрел на Славу, думая сказать ему правду или не говорить, но все же не решился, решив лишний раз не нервировать его.

— Нет, Слава. Меня давно мучают кошмары. Мне уже не привыкать. — Юра, если тебя мучают кошмары, значит ты чего-то очень сильно боишься. Я, конечно, не психолог и не сомнолог, но это звучит вполне логично, как по мне. Ну и плюс у тебя сильнейший стресс вчера был. — Слава, возможно я просто все еще не отошел от смерти отца. Для меня это правда было тяжелым ударом в жизни. Особенно если учесть, что… Я не успел с ним попрощаться. Прости-прости, это так же и для тебя достаточно больная тема, просто… В моей жизни этот удар произошел буквально пару тройку лет назад. Время лечит, но с трудом. Вот знаешь есть у нас песня «Зима» так вот она связана с отцом как раз. Но все же не будем зацикливаться на этом, но дай-ка я еще раз гляну на твою руку, Слава.

Юра заметил, как костяшки пальцев на той самой шлепнутой им руке были немного сбиты. Слава с кем-то подрался? Или он так неудачно ударился рукой? Вопросы почти поглотили Музыченко, пока его раздумья не прервал Слава.

— Юра, что ты там на моей руке нашел? — Я заметил сбитые костяшки пальцев, Слава. Ты с кем-то дрался? — Юра с неким напряжением и беспокойством посмотрел на Славу, не представляя как можно было сбить себе костяшки пальцев. — Нет, Юра, я просто случайно ударился этой рукой об стену, — Слава ответил ложью на вопрос, прекрасно понимая, что Юра не застал ту самую вспышку агрессии Пугала, из-за поведения Лебедя, а именно момента, когда Пугало со всей дури ударил кулаком в стенку закулисья, разозлившись из-за действий Лебедя на сцене с Юрой. — Как так можно было умудриться это сделать, Слава?! — Я просто неуклюжий по жизни, Юра. Просто мало кто это знает. — А я еще себя неуклюжим называю, а тут оказывается конкурент у меня есть в этом плане, — Усмехнувшись сказал Юра, все еще не до конца веря, что это было правдой, — Я как-то тоже однажды себе умудрился сбить костяшки пальцев. Попробуй пошевелить пальцами этой руки, надо проверить ее работоспособность. А как скрипачу мне это было необходимо проверить, но и тебе тоже советую, хоть ты и не скрипач.

Слава сидел и спокойно слушал Юру, невольно разглядывая его самого при этом, следя за каждой его эмоцией на лице, мысленно умиляясь и радуясь тому факту, что в данный момент в его квартире находился его кумир, который им стал еще со времен когда Слава был в КВН.

— Юра, пальцами я шевелить точно могу без проблем, — Усмехнулся Слава, продемонстрировав шевеление пальцев, — Вот, видишь? Ну, такое бывает, что можно неудачно удариться рукой… — Правда, мне все еще интересно, как так вышло и… — А мне все еще интересно, что у тебя за состояние вчера было, что ты аж разрыдался мне в плечо? — Слава решил отвлечь от себя внимание и перевести разговор на тему состояния Юры.

Повисла неловкая пауза. Юра не хотел ему говорить о случившемся, ведь ему было стыдно от того факта, что в его собственной гримерке чуть не изнасиловал чокнутый мужик. Это было для него просто позорно. Никто не должен об этом узнать.

— Слава, если ты многое обо мне знаешь, то наверное в курсе, что я просто слишком сентиментальный? И плаксивый. Если нет, то посмотри ДНК шоу с Лолитой, где я был в роли подопытного так скажем. И там тебе о моем ДНК все расскажут. — Юра, я, в курсе и об этом, потому и спрашиваю, кто или что тебя довело до такого состояния? — Макаров продолжал смотреть на него пронзительным взглядом, все же желая услышать ответ на свой вопрос, ведь действительно волновался за Юру и его состояние. — Да это просто стресс. Вот что б ты знал, Слава, я могу разрыдаться абсолютно по любому поводу! Вот и сейчас начну рыдать, если не прекратишь допытываться! Ты обещал, что не будешь это делать!

Юра решил играть роль капризного ребенка, тем самым отвлекая Славу от столь каверзного вопроса, на который Музыченко очень сильно не хотел отвечать. Шантаж слезами — лучшее оружие против всего. Он решил, что лучше выставить себя плаксивым, сентиментальным и капризным перед Славой, чем рассказывать о случившемся в гримерке. Слава продолжал смотреть на него с подозрением, недовольно скрестив руки на груди, но все же решил отстать от него, видя, что Юра точно не настроен на разговор об этой теме.

— Прости, Юра, я не собирался тебя доводить, я просто очень сильно волнуюсь за тебя… — Виноватым тоном проговорил Макаров, отводя взгляд в сторону, сложив перед собой руки как провинившийся ребенок. Точно такой же жест делал и Пугало, на что Юра моментально обратил внимание, но решил промолчать, так как сейчас было не то время для такой темы, которая лишь больше заставит нервничать, причем обоих сразу. — Ты тоже прости за мое поведение, я просто не в настроении после вчерашнего дня, — Тихим голосом сказал Юра, неловко потерев локоть, почувствовав свою вину перед собеседником. — Пугало попадал в номинацию в прошлом выпуске? — Нет, слава Богу… Если бы еще и это произошло, то я бы просто пошел бы и напился с горя, ей богу… — Я тебе напьюсь, блин! — Резко сказал Слава, а после прикрыл рот рукой, почувствовав себя нелепо, — Прости, я, конечно же, не имею права тебе запрещать что-либо делать. Это ведь твоя жизнь…

Юра сидел перед ним и смотрел на него ошарашенным взглядом удивленного кота, почти не моргая при этом. Слава почувствовал себя в еще более неловком положении, не зная куда деть свой взгляд.

— Ты действительно настолько сильно беспокоишься обо мне, Слава? — Тихим голосом спросил Юра, словно боясь спугнуть его. Для него было действительно непривычно, что за него кто-то так сильно переживает, кроме мамы, конечно же. — Да, Юра. И я скажу тебе честно, что я абсолютно не одобряю алкоголь. Но и тебе я не в праве запретить это делать. Так что, если ты хочешь… — Я генетический алкоголик, Слава. Если ты в курсе этого факта из моего ДНК. Я способен выпить достаточно много причем без особых последствий, кроме опьянения. Но, как сказала Лолита, увлекаться этим, конечно же, не стоит. Так что я постараюсь употреблять как можно меньше алкоголя. Ради тебя.

Макаров обнял Музыченко, прижав к себе, осторожно поглаживая по голове и спине. Просидев так еще несколько минут, они все же встали, умылись и пошли на кухню готовить завтрак.

***

Репетиция перед восьмым выпуском

Юра договорился с продюсерами о частичном совместном выступлении в номере Пугала. Как раз номер был рокерский, так что ни один рокер не устоял бы, а наш Юра таковым и является всю свою жизнь. Договор состоял в том, что пока Пугало будет выступать на сцене, Музыченко будет играть на барабанах в стороне на специальной дугообразной платформе, установленной внизу перед местом жюри. Все охотно согласились, а Пугало был в полном восторге, но внешне был абсолютно спокоен.

— Так, отрепетировали отлично, теперь отрепетирует выход Юры на сцену после номера Пугала, — Сказал режиссер, командуя всей съёмочной группе.

Юра встал со своего места, отходя от барабанов и приготовился ловить микрофон, который по плану ему должны кинуть. В первый раз он чуть не выругался, так как еле смог поймать микрофон. Тем временем Пугало сидел на сцене после репетиции номера и наблюдал, как Юра репетировал собственный выход на сцену, иногда посмеиваясь на попытки Юры не ругаться матом на ассистента, который не слишком удачно кидал микрофон в руки Юры, который еще и шел в этот момент по платформе.

— Да ты будешь нормально кидать мне микрофон или нет?! Вот как мне не материться, вот объясните?! Я сапожник, я вижу как он хреново кидает мне микрофон! Товарищ режиссер, я со всех сил стараюсь не выражаться, но когда тебе кидают микрофон вот так вот хреново, то мне очень сложно себя сдерживать. Вы знали кого брали на это шоу ведущим, так что извините, если на репетициях услышите от меня мат. — Ничего, Юра, в бэкстейдже если ты матернешься мы это зацензурим каким-нибудь смешным звуком, — Спокойно сказал режиссер, — Так, что если тебе так надо ты можешь обматерить ассистента, он не будет против, верно? — Ага, всегда мечтал о том, как меня обматерит фронтмен Шляпников. — А, ну хорошо, значит я могу спокойно сказать, что ты кривожопый еблан! Все, мне стало легче. — Бедный Пугало, для него наверняка неожиданно слышать, как матерится ведущий, — Усмехнулся режиссер, глянув на Пугало. — Ой, вот не надо, все мы сапожники, — Усмехнулся Пугало, продолжая наблюдать за матерной репетицией Юры, — Тем более я тоже умею материться, но если я щас начну это делать вы все попадаете со смеху, потому что учитывая какой у меня сейчас голос… Маты будут звучать очень интересно. — Пугало, а матернись по приколу, — Попросил Юра с интересом наблюдая за сидящим на сцене Пугало. — Хуй! — Выкрикнул Пугало своим преобразованным, плюс вдобавок фальцетированным под маской, писклявым голосом. Вся находящиеся в зале покатились со смеху. — Вот вам и добрячок Пугало! — Смеясь сказал Юра, — Моя школа! — С кем поведешься, Юра, — Хитрым тоном сказал Пугало. Юра резко задумался над этой фразой, а после продолжил репетировать ловлю микрофона, который все же умудрился пару раз улететь мимо Юры, так как ему пришлось увернуться, когда микрофон летел прямо в голову. С рефлексами ничего не поделаешь. — Да ты совсем дебил косожопый?! Куда в башку мне кидаешь?! Господи, Боже… — Юра, ты наверное на репетициях со своей группой материшься еще хлеще, — Поинтересовался один из команды съемочной группы. — О да. Примерно так у нас репетиции перед концертами и происходят: Паша, дебил чертов, не та гармония! Кикер, у тебя гитара не настроена, настраивай, а то все мимо нот летит. И я на себя тоже матерюсь конечно же, — Юра продемонстрировал будто играет на скрипке, искривляя при этом лицо, будто слыша неприятный звук, — Черт косожопый, не может нормально провести смычком по струнам скрипки! Ну, я самокритичен, так что вот вам эксклюзивный кусок из жизни Шляпников. Так что ругаюсь я не только на своих ребят, но и на себя тоже, чтобы не казаться каким-то эгоистом. — В любом случае, Юра, ты крутой! — Воодушевленно сказал Пугало, сидя на сцене как довольный ребенок, свесив ноги с ее края вниз, слегка болтая ими. — Блин, Пугало, ты сейчас так мило сидишь, болтая ножками, прямо как большой ребенок, — Юра умилился, посмотрев в сторону Пугала, и тут ему в голову прилетел микрофон, не слишком сильно ударив, — Сука! Больно вообще-то! — А нечего отвлекаться на Пугало, Музыченко. Мы все и так в курсе, что он твой фаворит, но не отвлекайся, ты на репетиции — А предупредить меня можно было хотя бы?! Мог бы сказать: Эй, чувак, я кидаю микрофон, лови давай. А не швырять мне его в мою больную голову, тем более я отвлекся! Ну что такое-то? — Юра продолжал ворчать, потирая ушибленную голову после удара микрофоном, — Вот так вот и верь людям, называется…

Тем временем Пугало спрыгнул со сцены вниз, решив просто походить внизу, заодно тихонько подойдя ближе к платформе, где стоял Юра и отчитывал ассистента. Наконец Юра стал нормально ловить микрофон, хотя пару промахов все равно было, но в один момент Юра неудачно прошелся по самому краю платформы, ловя микрофон и слетел вниз, благо на том месте как раз стоял Пугало, который ловко поймал его, удерживая спокойно на руках. У самого же Юры вся жизнь промелькнула перед глазами, как никак у него был тайный страх перед высотой. Он просто вжался в Пугало и не собирался его отпускать, пока окончательно не придет в себя. Но вскоре он все же осознал, что был на руках высокого и как выяснилось сильного участника, который с легкостью его удерживал.

— Юр, а сколько ты весишь? Такой легкий, — Спросил Пугало, с любопытством посмотрев на сидящего у него на руках Юру. — Шестьдесят… Погоди, я легкий для тебя?! Я ж тяжелый! — Не, Юр, ты довольно легкий. Ну, по крайней мере для меня, — Пугало все же поставил Юру на ноги, слегка отряхнув его футболку, в которой он находился на репетиции, — А я вешу где-то около восьмидесяти кг. Хотя учитывая сколько я нахожусь в этом проекте и в этой маске, я явно сбрасываю килограммы. — Ничего себе новости. Чтобы я был легким? Странно, может я вдруг сбросил лишний вес? — Юра задумался над этим заявлением, задумчиво почесывая бороду. Пугало же стоял и наблюдал за ним, стоя в своей привычной позе «руки в боки» — Кстати, чуть не забыл! Спасибо, что спас от падения, Пугало! — Пожалуйста, Юра, я просто оказался в нужном месте в нужное время. А все из-за моего любопытства~ — Это уж точно. Если бы ты не встал прямо в этом месте я бы возможно себе голову расшиб. — Юра, ты дальше то способен продолжать репетицию или на сегодня закончим? — Обеспокоенно спросил режиссер, посмотрев на Юру. — Ну, сегодня я точно больше никуда не полезу! Так что, наверное на сегодня лучше закончить. Я не полезу сегодня на эту штуку, я еще не отошел. — Ну хорошо, тогда на сегодня завершаем репетицию. Всем спасибо, все свободны.

Пугало обеспокоенно посмотрел на Юру, который явно не слишком хорошо себя чувствовал, опираясь о стенку рукой и решил подойти к нему ближе.

— Юра, с тобой все в порядке? — Тихо спросил Пугало, положив руку на плечо Юры. Знакомое ощущение Юра испытал в тот момент. Его догадки о том кто Пугало с каждым днем подтверждаются, но он будет молчать до самого конца. — Ну, если честно, то почему-то мне не очень хорошо… — Юра, ты побледнел, я это вижу сквозь хреновую видимость этой маски. Может мне проводить тебя до твоей гримерки? — А…может лучше просто до туалета? — Ты что боишься своей гримерки? — Нет, просто…я думаю, что мне надо умыть лицо прохладной водой. Может и полегчает.

Слава понимал, что Юра стал бояться собственной гримерки, что было очень странно. Но все же по просьбе Юры он проводил его до туалета, а сам же решил подождать снаружи, мало ли что случится. Сам же Музыченко несколько раз ополоснул побледневшее лицо, а после посмотрел на себя в зеркало, ужаснувшись бледной коже. Хотя возможно такую сильную бледноту его коже придавало слишком яркое освещение в туалете. Но все же, придя в себя хоть немного, Юра вышел из туалета, заметив, что все это время Пугало стоял снаружи и ждал его.

— Пугало, я думал ты ушел в свою гримерку… — Я не мог оставить тебя одного, пока ты в таком ужасном состоянии, Юра. Вдруг ты бы там еще в обморок упал или что похуже? Так, я хотя бы снаружи стоял. И да, ты же убедился, что я тебе не причиню вреда, верно? — Пугало перевел взгляд на Юру, вчитываясь в его эмоции на лице. — Да, Пугало, прости…я просто видел тебя без костюма и это было так непривычно… Я, если честно, испугался, так как вы все выглядите жутко в этих маскировочных костюмах… — Юра, мне кажется тебя кто-то напугал, а потому ты и не хочешь так быстро возвращаться в свою гримерку. Я прав? — Пугало, теперь и ты будешь до меня допытываться? Мне хватает одного человека, который хотел до меня достучаться, но я просто не могу об этом сказать! Никому! — Это потому что ты никому не доверяешь, Юра? — Нет… Дело вовсе не в этом… Мне тяжело об этом говорить просто. Я не могу сказать об этом ни ему, ни тебе…и никому другому. Я даже маме своей об этом ни за что не скажу. — Юра, спокойно… — Пугало осторожно положил руки на плечи тяжело дышащего Юры, который вот вот не словил паническую атаку, — Спокойно, Юра, если ты не хочешь об этом говорить, то и не нужно. Я тебя не буду осуждать, да и уверен, что тот кто до тебя пытался, как ты выразился, достучаться, тоже не будет тебя осуждать. — Пугало, поверь, я доверяю и тебе и… Славе Макарову, которого вечно пытаются пихнуть в твой костюм, хах. Но то что со мной случилось тогда… Об этом никто не должен узнать, ведь, — Юра вжался в стенку, увидев вдалеке идущего по коридору Черного Лебедя. По одному лишь его взгляду было ясно, кто виновник такого состояния Юры. — Это был Черный Лебедь, да Юра? — Сжатым и погрубевшим голосом проговорил Пугало, невольно сжав руки в кулаки. Юра испугался резкой перемены настроения Пугала, надеясь, что тот не сорвется на нем же. — Нет, Пугало, я просто испугался, заметив промелькнувшую высокую тень вдалеке, хаха… — Юра, не ври мне, — Пугало сдал себя с потрохами этой фразой и этим тоном. Юра заметил это, но максимально постарался не выдать тот факт, что он узнал кто Пугало на самом деле. Сам же Слава резко осознал, как он себя только что спалил Юре, сам того не сразу заметив. Что делать дальше Макаров даже не представлял, но большую часть его мыслей занимало то, как ему хочется придушить пернатого ублюдка за то, как он каким-то образом запугал Юру, ведь ему это было уже точно понятно, без признания Юры. — Пугало, я, наверное вернусь в свою гримерку… — А я, пожалуй, сопровожу тебя, — Пугало взял Юру за руку и оба молча и быстро направились в сторону гримерки Юры. Музыченко зашел в свою гримерку, а Пугало остался сторожить снаружи, выслеживая нет ли Черного Лебедя поблизости. И вот показался сам Лебедь, который при виде Пугала резко замер, пытаясь понять, что он здесь забыл. — Ну, здравствуй, Черный Лебедь… — С напрягом в голосе проговорил Пугало, невольно сжав руки в кулаки, — Тебе что-то надо от гримерки Юры? Что-то ты тут больно часто ошиваешься и я это уже не первый раз замечаю! — А тебе-то какое дело, чучело?

Пугало резко вжал Лебедя спиной в стену.

— Чучелом станешь ты. А я Пугало, — С абсолютной угрозой и неприкрытой агрессией в голосе проговорил Пугало, продолжая прижимать подлеца к стене. — Отпусти меня, солома ходячая! — Если я тебя еще хоть раз увижу возле гримерки Юры — ты пожалеешь, что попал в этот проект и будешь проклинать тот день, когда тебя сюда позвали. Маркони. — Неужели мне угрожает тот самый добрячок Пугало? Или же сам Слава Макаров? — Знаешь, даже добрячок может дать тебе пизды, когда ты этого совсем не ожидаешь! Ты что сделал с Юрой, ублюдок? — Тебе-то какое дело? Это наше с ним личное дело. — То что касается Юры касается и меня. Я тебя предупредил, пернатый придурок. Держись от Юры подальше, иначе дело точно дойдет до того, что я тебе рожу набью. Ты думаешь, что я такой добрый и невинный? Для тебя я дьявол во плоти, сволочь! — Тебе лучше помолчать, Макаров. Ты себя давно спалил. — Да? А ты себя спалил с самого первого выпуска, ублюдок. Мне откровенно насрать, что ты знаешь, кто я, но не смей даже прикасаться к Юре. Я за себя не ручаюсь, если ты меня спровоцируешь. — Ой, Юра, привет!

Пугало замер в ступоре, но не решился оборачиваться, продолжая вжимать подлеца к стене, не сбавляя своего напора, думая, что Маркони просто пытается отвлечь его. Но сомнения развеялись, когда он услышал до боли знакомый голос за спиной.

— Я так и знал… — Юра, не верь ему… — Поздно, Макаров, ты себя сам спалил! Ха-ха!!! Попался, идиот! — Маркони резко оттолкнул от себя ошарашенного Славу, а сам сбежал как последний трус, оставляя их наедине с Юрой. Слава медленно обернулся на стоящего позади него Юру и оба молча смотрели друг на друга. Макаров чувствовал себя просто ужасно. Он внимательно следил за реакцией Юры на все это, который просто так же молча стоял и смотрел на того самого Пугало. — Прости меня, Юра… Я снова сделал то, что не должен был делать, но…но он…он хотел вновь пробраться в твою гримерку и…

Юра молча кинулся к нему в объятия, уткнувшись носом в плечо. Сам же Слава, чувствуя себя очень неловко, все же решился осторожно ответить на объятия Юры, тихонько поглаживая его по спине.

— Ты теперь знаешь кто я, не так ли…? — Пугало тяжело вздохнул, продолжая поглаживать прижимающегося к нему Юру, — Знаешь, может не все так плохо… — Все в порядке, Пугало. Я не выдам тебя. Я ведь знаю, что могу тебе доверять. Я и до этого доверял. Ну, и раз уж ты догадался о том, что со мной случилось… Мне все еще стыдно. — Значит он что-то с тобой сделал в гримерке, я прав? Он что…изнасиловал тебя?! — Нет! Ну…попытка явно была.

Повисла неловкая тишина. Пугало молча развернулся в сторону, куда ушел Маркони и быстро зашагал в ту сторону. В мыслях было желание просто убить пернатого, но Юра быстро остановил его, схватив за бока, упираясь ногами в пол.

— Нет! Я тебе не позволю рукоприкладствовать из-за этого! У тебя же проблемы будут а я этого не хочу! Слава, остановись сейчас же!

Пугало все же остановился, понимая как усердно его пытался остановить Юра. Агрессия и желание убить вновь сошло на нет.

— Ладно, Юра… Хотя ты сам понимаешь, как мне тяжело сдерживаться. — Поехали домой… Пожалуйста…

Слава не мог ему отказать в этой просьбе и как полагается они разошлись по своим гримеркам, переодеваясь в уличную одежду, а после покинули студию, встретившись так, чтобы никто их вдвоем не заметил, а после оба сели в машину Славы, скрываясь полностью ото всех.

— Я и так догадывался, что ты Пугало, Слава, — Усмехнувшись сказал Юра, подперев рукой голову. — Я так и понял, когда ты меня еще тогда напрямую называл Пугалом. Видимо, от тебя не скроешься, Юрец-огурец, — Так же усмехнувшись ответил Слава.

После очередного тяжелого дня они поехали к Славе домой, где состоялся серьезный разговор.