Ледники растают

Я сидела, перебирая в руках золотистый песок из песочницы. Достойное занятие для ребенка, которому нечем заняться. Песок был очень сухой, поэтому красиво сыпался сквозь мои маленькие пальцы. Однако были и минусы, из такого песка нормально не полепить. Если бы было не так жарко, песок был бы влажный, и можно было бы лепить в формочках, которые я зачем-то сегодня тащила на своем детском горбу от самого дома до этой песочницы.  Песок очень похож на сахар. Мама обычно добавляет его в чай по праздникам, или посыпает им печенье. Я набрала немного песка в округлую лопатку и поднесла ближе к своему лицу. Может попробовать? Я же ребенок, мне можно. Нет, лучше не надо. Помню, как в прошлой жизни меня пугал мальчик из детского сада, что если есть песок, то из рта будут лезть червяки. Не то чтобы я их боюсь, но мне кажется, что они не вкусные.  В какой-то момент, как будто из воздуха рядом появляется красноволосый мальчик и что-то начинает кричать.  –При…..! – я резко поворачиваю к нему голову и вижу, как с этого самого мальчика сыпется песок – Вет….. Посмотрев на лопатку, я замечаю, что она уже пустая. Перевожу взгляд обратно на мальчика. Блин, это же я в него кинула песок! – Ой, прости, прости пожалуйста, я случайно, ты меня очень напугал. Ой, тебе в глаза попало? Нужно быстрее промыть, – я хватаю мальчика за руку и пытаюсь понять в каком направлении находится наша местная речка.  – Да нет же, постой – мальчик останавливается и тянет меня обратно, чешет затылок и неловко улыбается– Все хорошо не волнуйся, я тоже просто испугался.  Я поворачиваюсь обратно и рассматриваю его. Красные волосы, яркие лазурные, а главное чистые, глаза. Ну слава богу, а то было бы стыдно. – Правда? Точно ничего не болит? Давай я с волос песок уберу, – тяну мальчика за руку, что бы наклонился, и начинаю шарится в его волосах. Какие мягкие! Эх, мне бы такие, вечно у мальчиков, и волосы приятне, и ресницы длиннее. – Давай лучше познакомимся! Меня зовут Тойя Тодороки! – мальчик улыбается еще шире и тянет ко мне руку.  – Давай, а меня зовут Иоши Тока,– тяну в ответ свою ладонь. – Давай поближе познакомимся! – Хорошо, только я формочки соберу. *** Милый мальчик, только очень громкий.  Я немного щурюсь, когда Тойя уже третий раз заводит разговор о тренировках с отцом. Он, оказывается, хочет стать героем. Ни в этой, ни в прошлой жизни я не понимала такого ажиотажа вокруг накаченных мужечков в разноцветных трико.  В прошлой жизни я была беспричудной. Почему-то, когда об этом слышали, то сочувствующие смотрели. Но я никогда не понимала, что в этом такого. Без причуды я же не становлюсь каким-нибудь инвалидом или не отстаю в развитии. Я просто жила спокойную жизнь, любила музыку, играла на куче музыкальных инструментов, пела в клубах и не чувствовала никакой скованности. Однако смотря на этого мальчика, складывается впечатление, что было бы все не так плохо, если такой, как он станет героем.  Я поворачиваю к нему голову и всматриваюсь в лазурные глаза. Красивые. Мальчик смотрит в ответ и растягивает губы в улыбке. Ну что же, кажется, в этой жизни у меня появился первый друг.  – Уже скоро время ужина, тебя проводить?–Тойя вскакивает со скамейки и смотрит на меня.  – Давай,– киваю я.  ***  До самого дома Тойя не стал меня провожать. Я сама попросила, если честно. В этой жизни мне конкретно не повезло с родителями. Типичная ситуация во все времена: отец пьет, мать ничего с этим не делает. Всегда задавалась вопросом, почему мать просто смотрит, в конце концов можно уйти, развестись? Меня, понятное дело, никто слушать не собирается, я всего-то четырехлетний тупой ребенок, что я могу знать. Заходя в квартиру, мне в голову ударила удушающая атмосфера. Мама сидела за столом и что-то писала в тетради. Отца небыло. Мама кинула на меня быстрый взгляд и опять принялась что-то черкать. Ладно, не буду мешать. Судя по всему они опять поругались. Ну и ладно, я никогда не пыталась ничего с этим делать. Они взрослые люди, должны сами разобраться. В это время я стараюсь потише подняться по лестнице на второй этаж, в свою комнату. Никогда не понимала откуда у нас целый дом. На сколько я понимаю, ни отец, ни мать не являлись шибко богатыми, никто из них не имел работы, поэтому ничего лишнего мы себе позволить не могли.   Зайдя в комнату, я с разбегу упала на кровать. Нужно быть потише, а то, вдруг, отец пробудится ото сна, тогда и мать меня не спасет. Я немного улыбнулась уголком губ. Как же хочется музыки. В нашем доме нет, ни радио, ни пластинок, ни кассет, даже гитары нет, в конце концов. Рассматривая трещины на потолке, я вспомнила Тойю. Счастливый ребенок. В каком-то смысле я даже завидую ему. После разговора с ним осталось теплое чувство в груди. Я хочу завтра опять его встретить. Наверно, в этом желании скрывается катастрофическое отсутствие общения моей жизни.  Первые несколько лет жизни в этом теле я пыталась свыкнуться со всем происходящим, ни с кем кроме родителей не контактировала. Когда меня начали выпускать во двор гулять, я встречала детей, но они все были какие-то странные, они были детьми. С ними можно на крайний случай песка поесть, на этом все. Тойя же был не таким. Может он старше меня, не знаю. Но его глаза смотрят с каким-то не свойственным его возрасту пониманием.  Нужно будет попросить маму сделать ужин, а потом уже и завтра наступит.