Oel ngati kameie, Neteyam

      Жизнь на’ви без связи серая и пустая. Связь — это то, в чём нуждается каждый из нас. Мы создаем узы, в которых находим свою силу, вместе проходим все горести и невзгоды, и не знаем предательства. Мы просто не созданы для того, чтобы быть всегда в одиночестве. Даже если пытаемся закрыться и сбежать ото всех, с нами всегда будет Великая Мать — она никогда не оставит своих детей. И как же тепло было на сердце, видя глубокую привязанность между водным народом и тулкунами. Их радость от долгожданной встречи была другая, уже не знакомая мне. Я забыла, как можно просто улыбнуться и без беспокойства не осматривать на наличие ран. Забыла, что не каждое прощание может стать последним.       Они разговаривали, делились новостями и резвились в воде, полные счастья. Это был праздник жизни для всего племени. Я видела, как юные на’ви знакомились со своими новыми братьями и сёстрами. Видела горящие глаза Циреи, когда она говорила своей сестре про нас, лесных гостей, которые стали её новыми друзьями. Как же чиста и добра её душа, как мягки руки, что никогда не проливали кровь. Здесь было много девушек, что просто жили, а не выживали. Жили в чудесном краю, куда не приходила горечь войны.       На закате был разведен большой костёр. Песни и пляски длились всю ночь, а закусками и напитками полнился рот. Нетейам предложил мне расположиться чуть поодаль от празднества, у воды. Родители его сидели рядом с вождём Тоновари и его женой, распивали напиток из кавы и делились друг с другом воспоминаниями. Кири и Тук развлекались с другими девушками, а мальца Ло’ака нагло утащила танцевать Цирея. Этот вечер напомнил мне фестиваль после большой охоты, так и хотелось надеть костюм горного банши и пугать детишек.       — Как думаешь, отец разрешит сегодня попробовать кавы? Хочу узнать, что сейчас со мной будет после… — я с рыком щёлкнула его по уху.       — Прошлые разы нас всему научили, Нетейам!       Мы уже пили её после большой охоты и через пару мгновений Нетейам крепко спал. На моё возмущение он лишь рассмеялся и притянул к себе для объятий, с шумом вдохнул морской аромат моих волос и ещё сильнее прижал меня. Я слышала как сильно бьётся его сердце. Как сильно оно бьётся для меня.       — Помнишь? Помнишь какими мы были? До их возвращения? Как часто убегали в лес, забирались на самые высокие деревья и трогали небо рукой. Как танцевали на радость младшим и рассказывали им разные истории? А как мы доставали Норма и Макса, вечно что-то спрашивали у них и не давали им делать свои странные ритуалы… эксперименты? Помнишь, Нетейам?       — Будто это было в другой жизни, моя Атера.       — И что с нами будет здесь, среди рифов? Отправимся ли к Великой Матери в бухте предков? Будет ли это место домом для наших детей?       Нетейам задумчиво смотрел вдаль, на последние лучи светила, будто хотел найти в них ответы на столь волнующие душу вопросы. Мы оба понимали, что ответ один. Будущее туманно, и даже вдали от войны было неизвестно, каким будет завтрашний день.       — Пока, это дом для нас и мы должны быть благодарны этим на’ви, что они нас приютили.       — Да, должны, — как и Нетейам, я повернула голову к морю. — Не хочу продолжать быть обузой. Я хочу создать связь с илу.       На следующее утро, Нетейам уже держал меня за плечи, пока я пыталась поудобнее устроиться на илу, которому моё ёрзанье на себе явно не нравилось. На место моего прошлого страха пришло лёгкое волнение, будто я снова стала ребёнком, что только начинал своё обучение.       — Не забывай дышать, — юноша коснулся моего живота. — Одну руку сюда, второй можешь обнять его. Это похоже на па’ли, только в воде.       Создав связь с илу я поняла, что нет — это было что-то совсем иное. То, как билось сердце, каким глубоким было его дыхание и какая сила была в этом звере, — всё было другое. Незнакомое. Илу же хоть и чувствовал мою инородность, принял меня спокойно, его уже объездили лесные на’ви. Он знал, что делать, и подсказывал мне, успокаивал.       Нетейам, дождавшись моего кивка, сделал шаг в сторону. Его твёрдый взгляд вселял уверенность. Он прекрасно знал, что я справлюсь. Медленно мы начали плыть, я подстраивалась под ритм илу и его движения. Сделав несколько кругов вокруг юноши, илу нашёл моё сокровенное желание, что я прятала глубоко в сердце. Желание скорости. Опасности. И свободы.       Издав короткий рык, он бросился под воду, невероятно быстро набирая скорость. Всем телом я прижалась к нему и тянула рукой назад, пытаясь остановить, на что зверь начать извиваться, резко всплыл и подкинул меня высоко в воздух. Наша связь разорвалась. Ощутив лишь на мгновение чувство полёта, я с шумом провалилась обратно под водную гладь. Нетейам тут же ринулся ко мне, обнял руками за торс и помог вспылить.       — Ты в порядке? — убирая косички и осматривая моё лицо, спросил юноша. Мои глаза горели от восторга.       — Я летела, Нетейам, летела! — воскликнула я.       — И грациозно упала, — хохотнул он.       — Но летела же! Давай ещё!       — Спокойнее, моя воительница, сначала давай осмотрим тебя, а потом продолжим.       Нетейам был счастлив, что я вновь так часто улыбаюсь. Он не говорил об этом прямо, но я всё видела по его лицу. Видя мой восторг, он был безмятежно спокоен и с восхищением и любовью смотрел на меня.       Вдоволь насмеявшись с моих плесканий в воде и почти успешных попыток совладать с илу, Нетейам отвёл меня к берегу. Мы сели на разгорячённые камни, я положила свою голову на сильное плечо самого дорого мне на’ви и прикрыла глаза, наслаждаясь вечерним бризом. В звенящей тишине, тревожная мысль проскочила в мою голову:       — Я слышала маму, — после моих неожиданных слов Нетейам повернулся ко мне. — Когда была с Эйвой.       — Думаешь с ней что-то случилось?       — Не думаю. Знаю. Она прощалась со мной.       — Атера…       — Мы не были близки, не были семьёй.       — Я твоя семья, Атера, — его лицо было близко, слишком близко для юных на’ви. — Так было прежде и будет.       Я не сдержала легкой улыбки и прижала ушки, от его слов каждой частичке моего тела внутри становилось тепло. Всё вокруг стало таким бессмысленным, нас ничего не волновало, были только мы.       — Нетейам…       Я прильнула к его губам, легонько коснувшись пальцами его щеки. Он рядом. Он мой. Я хотела полностью принадлежать ему, хотела стать с ним одним целым. Разорвав поцелуй, я взглянула в столь дорогие сердцу глаза и полностью потерялась в нём.