Oel ngati kameie, Neteyam

      Я практически не помню возвращения в племя. Всё ранее происходящее покрылось туманной дымкой забвения, которое лишало меня четких воспоминаний. Оказаться в Ава’атлу после бойни в море, свершения мести и удивительного спасения от смерти показалось мне… Странным?       Голова шла кругом, а в ушах до сих пор разносится эхо выстрелов и криков, погибающих небесных людей и рекомов, но на душе была пустота, я не чувствовала жалости, радости или грусти. Совершено ничего, словно я оставила какую-то важную часть себя там, на тонущем корабле. И лишь одна, маячащая на самой кромке разума мысль, отчетливо билась в голове: «это ещё не конец».       Залитый рассветными лучами остров казался таким спокойным и таким недосягаемым. Словно и не было никакой битвы, повлёкшей за собой десятки смертей, казалось жизнь здесь протекала в своём обычном размеренном темпе, но стоит заглянуть маткайинам в лица, и ты сразу понимаешь, что всё изменилось и ещё не скоро станет как прежде. Отголоски войны, затронувшей тех, кто никогда не встречался с подобной жестокостью, и страх потерять любимых, теперь поселились на самом дне голубых глаз.       Я не хотела ступать своими залитыми кровью ногами на эту прекрасную, невинную землю. Не хотела этими руками, что так безжалостно отнимали жизни, касаться хрупкого мирного чертога, но поддерживающие прикосновения пальцев любимого мною юноши, необъяснимо давали смелость и силу продолжать двигаться вперёд. Вновь под кожу просочилось чувство, что я здесь чужая. Чужая в собственном доме, куда я без приглашения ворвалась и начала стараться жить по чужим законам, подражая рифовым на`ви, которой мне никогда не стать, как бы сильно я не пыталась.       — Дыши, Атера, — подал хриплый голос юноша позади меня. — Мы в безопасности. Всё закончилось.       Я горько усмехнулась, кривя израненные губы так, что покрывшаяся корочкой рана, вновь стала кровоточить, и интуитивно слизнула алую каплю, ощутив металический привкус на кончике языка.       Ничего не закончилось. Это только начало. Мы оба это понимали, но не решались произнести вслух. Я молча опустила голову, не в силах вынести безмятежный вид острова. Вина заполонила все мои мысли. Так не должно было быть. Не должно…       Рука Нетейама, державшая меня поперек живота, напряглась и Нетейам сильнее прижал моё тело к себе. В ответ я аккуратно сложила свои ладони на покрытую кровью и сажей руку, осторожно поглаживая. Тепло его кожи кончиками моих пальцев успокаивало.       Нам нужно было чувствовать друг друга, чтобы понимать — это реальность, а не просто дурной сон.       С момента как юноша вытащил меня из воды, он не прекращал касаться меня и я так же отчаянно отвечала ему. Нам было необходимо напоминать себе, что мы оба живы и не исчезнем, словно морская пена, растворившаяся на поверхности воды. Дать понять, что всё в порядке, а битва позади. Следуя зову сердец мы оказывали такую необходимую, пусть и безмолвную поддержку израненным душам и телам.       В молчании мы смывали морской водой кровь и грязь с кожи, и от солёности той открытые раны начинало щипать. Успокаивая мы едва ощутимо дотрагиваясь друг до друга, пока легкая улыбка робко затрагивала лица.       — Я так счастлив, моя Атера… Счастлив, что ты со мной, и я могу ощущать твоё размеренное биение сердца под своей ладонью, — еле слышно шепчет Нетейам, а мурашки проходят вдоль моего позвоночника от столь проникновенного и глубокого голоса юноши.       — Всё позади, Нетейам, позади, — и пусть это была сладкая лож для израненных влюблённых душ, но я чувствовала, что должна была это сказать.       Смывая кровь с крепкой груди юноши, взгляд цепляется за ранение оставленное слева под рёбрами, и я виновато поднимаю взгляд, встречая его добрый взгляд.       — Твоя рана… — собственный голос звучит тихо, а вина оседает неприятной тяжестью на душе.       Нетейам пострадал из-за меня.       — Не страшно, — парень перехватывает мою трясущуюся руку, которая, стараясь не причинить боли, очерчивала края всё ещё кровоточащего ранения, — позволь сначала я позабочусь о тебе, моя прекрасная Атера.       — Прекрасная? — грустная улыбка озаряет собственное лицо, когда наши глаза встречаются, — взгляни на меня, Нетейам, разве это похоже на правду?       — Для меня ты всегда прекрасна, — коснувшись моей щеки, юноша мягко проводит по ней, а затем спускается к предплечью, где была оставлена одна из самых глубоких царапин, — больно?       Проникновенный голос Нетейама, полный заботы и любви, заставляет меня прикрыть глаза и глубоко вздохнуть:       — Уже нет, — вру я. Пусть рана всё ещё отдавалась тупой ноющей болью, но рядом с ним каждая ссадина и порезы приносящие болезненные ощущения отступали на второй план, становясь не столь важными.       — Моя Атера, я должен признаться, — Нетейам тяжело сглатывает, отводя взгляд, — когда на том корабле ты пошла на небесных людей с одним кинжалом, я обомлел, — помедлив, юноша снова встречается со мной взглядом, продолжая, — ты была так яростна и красива. Полна отчаяния и желания отомстить. А я — глупец. Вместо того, чтобы помочь, лишь позорно сбежал, оставив тебя там одну против всех.       — Нетейам…       — Нет, только не говори, что это не так, я совершил ошибку, позволив тебе остаться в полном одиночестве. Но впредь, мы всегда будем сражаться спина к спине. Я навсегда с тобой, что бы нас не ожидало в будущем, — и я поверила, крепко прижав Нетейама к израненной груди, потому что по-другому и быть не могло.       Под рассветными лучами, находясь в таких необходимых объятьях друг друга, нам было абсолютно неважно происходящее вокруг. Только он. Только я. И мы вместе до конца.       С наступлением темноты стали видны тысячи звёзд разбросанные по всему небу и нет ни кусочка, где не было бы их. Под толщей воды, из самой глубины океана доносится тёплый свет, а на поверхности свободно кружит множество нежно-розовых цветов, укачиваемые еле ощутимыми волнами, которые сегодня усмирили свой пыл.       С замиранием сердца я опускаю голову, не в силах выдержать то, что происходит перед глазами.       Эта ночь могла быть одной из многих, но сегодня всё племя собралось в Бухте Предков, оплакивая погибших воинов и желая проститься с десятками безжалостно и так несправедливо отнятых жизней.       Никто не пел павшим в последний путь и казалось даже не дышал. В звенящей тишине раздавались лишь всхлипы горя и безудержной потери. Казалось даже океан в уважении к ним затих. Утрата тяжким грузом взвалилась на наши плечи. И весь мир замер на этот миг.       Так странно, ещё вчера эти на`ви были живы, а их сердца бились, полные сил и надежды встретить множество прекрасных рассветов и закатов, а сейчас, когда их родные отдают бездыханные тела океану, каждого из них окутывают заботливые объятья Великой Матери. Слёзы полные боли уносятся в океан, становясь с ним единым целым, так же как и все павшие, теперь покоившиеся со своими предками.       Это были бессмысленные смерти. Мысли о том, что все они погибли из-за нас утягивала в яму сожаления и ненависти к себе. Мы не оправдали их любви к нам, их доверия и веры, а только подвергли опасности. Не уберегли от демонов, пришедших только за нами.       Сердце пропускает удар, когда я замечаю как множество веточек нежно-желтого цвета утягивают тела погибших на`ви, теперь навсегда скрывая от наших глаз. Пелена застилает мой взор и я понимаю, что и сама готова вот-вот заплакать.       Эта нелепая битва у скал близнецов… Я до сих пор практически не помню её. Воспоминания обрывочны, но теперь ноющей болью отзываются во мне. Вместе с которой крепилась и решимость. Более я не пролью слёз по павшим. Я пролью кровь повинных в их смерти.       Церемониальное прощание закончилось и на’ви начали расходиться, а лёгкое волнение охватило меня, когда мы с Нетейамом, крепко держась за руки, подошли к Цахик. Взгляд внимательных голубых глаз встретился с янтарными, а затем Ронал лишь коротко кивнула нашей немой просьбе и отправилась к Древу Духов, подальше от толпы. С трепетом мы последовали за ней, спиной ощущая пронзительные взгляды Джейка и Нейтири.       С каждым сделанным шагом, я ощущала как волнение отступает и на его месте теперь растёт уверенность в том, что мы приняли верное решение.       — Раньше предо мной стояли дети, что даже не знали как ходить по нашей священной земле, — заговорила Ронал. — Сейчас я вижу мужчину и женщину, которые нашли себя в этом мире. Нашли друг друга. Великая Эйва направляла ваш дух, чтобы однажды вы оказались здесь.       Цахик запела. Совсем тихо, мы еле разбирали слова, но так проникновенно, что её голос будто забрался к нам в голову. Она взяла нас за руки и медленно потянула под воду.       Дерево Духов было так же прекрасно, как когда мы увидели его впервые. Фиолетовое свечение раскидистых ветвей вспыхивало всё ярче и ярче, отражаясь в наших глазах и прогоняя любые крохи сомнения из сердец.       Аккуратно она подтолкнула нас в центр, где мы вскоре скрылись за большими ветвями древа и не видели ничего кроме них, словно оказались в собственном мире, где существовали лишь вдвоём. Только Нетейам. Только Атера.       Одной рукой юноша прижал меня ближе к себе за талию и я ухватилась за крепкие плечи. Другую он протянул к моему лицу, осторожно убирая пряди волос, что свободно кружили вокруг. Затем Нетейам мягко огладил подушечками пальцев мои скулы, невзначай задевая большим пальцем губы.       Внезапно все его прикосновения стали ощущаться иначе. Сейчас это не были невинные детские касания. Пылкая. Жаркая. Полная любви ласка мужчины. И была она лишь для его женщины.       Обжигающая ладонь с моей талии поднялась выше по спине, пока не нашла мою длинную косу, я же взяла в свои руки его. Медленно мы соединили их вместе. От резко нахлынувших будоражащих чувств, я ослабила хватку, и была готова отдаться морской бездне. Его чувства. Наших чувства. Только мой Нетейам. Только его Атера.       Больше не было каждого по отдельности, теперь мы единое целое. Все эмоции, каждое прекрасное событие, пережитое Нетейамом, я ощущала словно своё собственное, и уверена, он испытывал тоже самое.       Однако, самое главное, что заставило меня пораженно прикрыть веки, так это томящие молодое сердце чувство, которые он испытывает столько времени только ко мне…       Я смогла почувствовать как тяжело и насколько же больно далась Нетейаму наша разлука, когда он покинул клан Оматикайя, и как взволнован, изумлён и счастлив он был, когда увидел меня здесь в Меткайина.       Нежная улыбка касается моих губ, когда я открываю глаза, встречаясь с его, что всё время внимательно всматривались, ловя каждую эмоцию на моём лице. Одной рукой, я касаюсь его щеки, нежно очерчивая линию челюсти. Как он дорог моему сердцу…       Неожиданно, будто уловив мою мысль, юноша перехватывает мою ладонь и тут же приникает к столь желанным губам. Жадно впиваясь в меня всей своей прекрасной душой и выбивая весь воздух из легких. Наконец мы стали одним целым. Навсегда.       Нетейам отстраняется и я открываю глаза, не имея возможности перестать любоваться им. Лицо юноши светилось счастьем, а я просто не могла не ответить на его прекрасную улыбку. Я видела её не один, а тысячи раз и всегда она вызывала во мне смущение. Я стыдилась своих чувств, старалась скрыть их ото всех и себя самой, потому что долгое время боялась, что недостойна его внимания.       Не достойна самого Нетейама.       Но не теперь, когда сама ощутила все его чувства, которые приятной истомой, растекаются по всему телу через нашу связь.       Не раскрепляя крепкую хватку наших рук, мы вернулись в поселение с первыми лучами. В хижине нас встретил приятный аромат травяного отвара, слегка пощекотав нос.       Первой я заметила наставницу, которая сидела чуть в стороне, поглощенная горечью потери и чувством вины, которое вновь и вновь накатывало на неё, словно волны в разбушевавшемся море, разбавленные воспоминаниями о днях Великой Скорби. Прислушавшись, я кажется уловила её пение, пока Нейтири перебирала что-то в руках.       Ло’ак, Кири, Тук и Паук завтракали у очага, а Джейк, сидя неподалёку, монотонно заполнял патронажи для оружия, самозабвенно рассказывая историю Небесных Людей:       — На`ви говорят, что энергия даётся на время и однажды, мы будем должны её вернуть. Все эти воины, я уверен, попали в поля Иалу.       — Поля Иалу? — тихо поинтересовалась Туктирей, прервав отца, — что это?       — Ох, Тук, у Небесных Людей, есть одна легенда. Вернее миф. О ушедших светлых душах, которые попадают в священные золотые поля, в знак благодарности за верно прожитую жизнь. Там они не знают горечи и печали, получая вечную жизнь.       — То есть, все эти на`ви теперь счастливы и будут жить вечно? — кажется, Тук очень заинтересовала эта история, потому как в её глазах снова появился тот детский огонёк.       — Верно, то, что мы видели очень схоже с этим мифом и они теперь находятся в священных полях, где будут жить вечно в объятьях Великой Матери, находясь со своими предками в родном доме, — лицо Джейка озаряет грустная улыбка, дарованная его младшей дочери, и он мягко гладит малышку по голове. Я теряюсь, став невольным свидетелем этой сцены.       Когда семья Салли наконец заметила наше безмолвное присутствие, мне вспомнилось моё появление на пороге этого морского дома. Я также слегка робея старалась не опускать взгляд и мой Нетейам также сжимал мою руку, стараясь поддержать.       — Эйва обручила нас, — начал Нетейам. — И мы решили покинуть племя Меткайина.       Всё замерло, само время будто остановилось. Лишь треск углей и пение наставницы. Нетейам, словно не замечая повисшего в воздухе напряжения, провёл меня вглубь хижины, усаживая у очага, и разлил нам в чаши отвар. Не смотря на лёгкие отголоски радости от недавнего обручения, пить и есть мне совсем не хотелось. Я показательно прислонила чашу к губам, чтобы не выдать своё волнение.       Было неловко, я не знала куда деться, и даже пойма себя на мысли, что хотела бы убежать, лишь бы не ощущать всю эту волну столь смущающих эмоций на себе.       Молчание семьи давило сильнее, чем толща воды. Ничей взгляд мне не удалось поймать. Все старательно отводили глаза. Слишком много потрясений им выдалось за последние два дня. Они не были готовы к ещё одному.       — Нам это решение тоже далось с трудом. Вы вправе злиться и…       Нейтири поднялась, прерывая оправдания Нетейама и мягко шагая подошла к нам. Сначала она взяла мою руку и вложила в неё бусы на конце которых поблескивала жемчужина, так похожая на те, что висели на моём ожерелье. Затем она повторила это с Нетейамом и улыбаясь поочерёдно поцеловала нас в лоб.       Сперва я опешила от подобных действий женщины, но заметив то, с какой теплотой и пониманием она смотрит на нас, невольно выдохнула.       — Ваши песенные нити. Брегите их также, как оберегаете друг друга, — она говорила спокойно, но всё же я распознала несколько печальных нот, омрачивших её голос. — Сегодня начался ваш собственный путь.       Легко кивнув с мягкой улыбкой, я упала в объятья Нейтири и она радостно приняла меня, аккуратно поглаживая по волосам. Находясь в таких знакомых руках женщины, я смогла почувствовать то, что мне было нужно сейчас больше всего. Поддержку.       — Теперь у Нетейама и Атеры тоже появятся дети?       Неожиданный вопрос Тук и не менее неожиданный тихий смех Джейка заставили моё лицо гореть от смущения, а Нетейама сдавленно закашлять в кулак. Малышка Тук сумела снять витающее в хижине напряжении и наконец все расслабленно выдохнули.       — Надеюсь, не так уж и скоро, — присоединился к нам за очагом Джейк, всё ещё посмеиваясь, и потрепал малышку по голове, а затем бросил строгий взгляд на старшего сына. — Пару лет так точно стоит подождать.       — Конечно… отец, — нервно улыбнулся ему Нетейам и бросил умоляющий взгляд в мою сторону.       — А я бы с радостью понянчил племянников! — воодушевлённо воскликнул Ло’ак и посмеиваясь толкнул в плечо Паука. — Как представлю этих малюток!       Человеческий мальчик криво улыбнулся и провел ладонь по плечу, где его коснулся Ло’ак, будто смахивая пыль. Ему, как и мне в первые дни, было неуютно здесь. Но почему мне кажется, что было что-то ещё? Слишком дёрганный и беспокойный он был.       — Дети — это очень серьёзно! Такому идиоты как ты, лучше вообще об этом не думать, — высказалсь Кири и не успевшая сформироваться мысль, ускользнула от меня.       — Мы не будем спешить, — вмешалась я, желая прекратить этот неловкий для нас всех разговор. Хотелось ещё добавить, что дети не должны расти в военное время, но вовремя себя остановив, я вздохнула и осторожно продолжила. — Нам предстоит многое сделать, чтобы остановить небесных людей.       — Я думала вы возвращаетесь в лес? — спросила Кири.       — Для начала, да, мы отправимся туда. Надо поговорить с Олоэйктаном Тарсемом, Мо’ат, Нормом, Максом и остальными. Затем в другие племена, — ответил Нетейам. — Нужно начать объединять на’ви, как шестнадцать лет назад. Только в этот раз мы призовём всех.       — Серьезный план. Думаете справитесь? — скептично оглядел нас Джейк       — Я ведь сын великого Торук Макто, твой сын. И я буду не один, — Нетейам переплёл наши пальцы и с пылающей уверенность посмотрел на отца. — Мы справимся!       Несколько дней мы провели готовясь покинуть ставшее таким родным для меня племя. Собирали припасы в дорогу и в последний раз объездили границу рифа.       Эта поездка надолго останется в моей памяти, как одно из самых лучших воспоминаний о клане Меткаина. С Нетейамом мы безмятежно рассекали просторы, казалось бескрайнего океана, просто наслаждаясь тем, что можем быть рядом друг с другом.       Как же прекрасен был заход и насколько захватывающим оказался рассвет. Держась за руки мы любовались тем, как медленно занимался рассвет, будто нехотя просыпаясь от столь приятного сна.       Один раз мы выбрались с Каалой на охоту.       На нашу последнюю охоту.       Пусть наша встреча и была разбавленна горечью предстоящей разлуки с недавно обретённой сестрой, но девушка была искренне рада за нас с Нетейамом. И она точно не была бы знакомой мне Каалой, если бы вновь не принесла нам украденной у своего отца кавы. Возможно если бы не кава, я бы не согласилась на второй подарок. Однако, теперь как у истинного морского воина, моё лицо украшала витиеватая татуировка под левым глазом, напоминающая силуэт цурака.       — Ты настоящий Меткайин, сестра. Если когда-нибудь тебе нужна будет помощь, ты можешь найти её у нас, — воительница опускает свои руки мне на плечи, чуть сжимая, — Всегда. Помни об этом, Атера.       Она была опечалена, хоть и пыталась не подавать виду. Воительница сдержанно кивнула и пожелала благополучно пересечь океан.       — Мы ещё обязательно увидимся, сестра, — я ободряюще сжимаю плечо девушки, заглядывая ей в глаза.       Такими были слова Каалы, сказанные мне на прощание.       Короткий диалог, но я была полна уверенности в том, что мы непременно вместе выступим против Небесных Людей, яростно сражаясь за всё, что так любим и дорожим, ведь так с ней похожи в пылком отчаянии защищать свой дом. Я не просто знала, а была уверена, мы ещё встретимся. Настоящая война с демонами за наш дом только начинается.       — Моя Атера, ты готова?       — Да, Мой Нетейам.       — Волнуешься? — заметив как слегка дрогнул мой голос, заботливо поинтересовался юноша.       — Если только немного.       — Я тебя вижу, моя Атера, — мягко переплетая наши пальцы, Нетейам сделал шаг ближе и коснулся своим носом моего, — всё будет хорошо, мы справимся.       Проникновенных шёпот в самые губы, затронул все потаенные части моей души.       Прикрыв веки, я также тихо прошептала в ответ:       — Я тебя вижу, Мой Нетейам.       С рассветными лучами мы покинули остров, отдавшись во власть бескрайнего океана. Верхом на икране моего мужчины мы отправляемся навстречу нашей судьбе…       Впереди, я уверена, нас ждёт множество трудностей и невзгод, грядёт великая битва, которая унесёт немало жизней, при столкновении с Небесными Людьми. Неизвестно какой конец эта война может нам всем принести, но сейчас, прижимаясь к широкой спине любимого, я была уверена, что вместе, плечо к плечу, мы обязательно справимся. И неизменно будет одно. Я никогда не прекращу говорить тебе:

Oel ngati kameie, Neteyam…