Я всегда буду с тобой

Тихо. Только ветер слегка поскрипывает в деревьях, да где-то жалобно ухает сова. Я иду по узкой, усыпанной галькой дорожке в глубь сада к аккуратному белоснежному домику. Легкий порыв ветра колышет полы моего одеяния. Вздрагивая, я перевожу взгляд на вечернее небо. Над кронами деревьев полыхает закат, разбрасывая причудливые тени над лесом. Все вокруг кажется каким-то нереальным и волшебным. Сад, окрашенный в золотые и багряные краски, кажется нарисованным. На мгновение я останавливаюсь и краем глаза замечаю едва заметное движение на террасе. В тени огромного развесистого дуба в кресле, поджав под себя ноги, сидит молодая женщина, на коленях ее беззаботно спит младенец. Услышав мои шаги, она поднимает голову и приветливо мне улыбается: -Здравствуй. Я возвращаю ей улыбку и киваю в ответ. -Где ты так долго пропадал? - спрашивает она шепотом, жестом приглашая меня сесть. Я молчу, и она догадывается, каков будет ответ. – Он? Отвернувшись, я смотрю на догорающий закат. -Зачем тебе все это? – она берет меня за руку и пытается заглянуть в мои глаза. Но я знаю, что то что она там увидит ей не понравится. По ее щеке катится слеза и я аккуратно, почти нежно стираю ее. -Не надо, прошу тебя. Это мой выбор. – твердо говорю я. Она молча кивает и переводит взгляд на сына. -Ты сделаешь то, о чем я тебя просила? – тихо спрашивает она, не глядя на меня. -Да… -Спасибо… -За такое не благодарят… -И все равно…Спасибо…за то, что ты есть…за твою любовь… Она смотрит на меня, и слезы текут из ее глаз. Я касаюсь ее рук и подношу их к губам, нежно целую и смотрю ей прямо в глаза. Ярко зеленые, пронзительные и глубокие как океан. Я могу в них потеряться, утонуть, но все же…я не имею на это право. Я вообще ни на что не имею права. Я грустно улыбаюсь ей и опускаюсь перед ней на колени. Все еще держа ее руки в своих, я опускаю голову и едва слышно произношу: -Клянусь… - и заворожено наблюдаю, как едва заметное свечение Непреложного обета обвивает мое запястье. Она наклоняется ко мне и прикасается губами к моему лбу. Я поднимаюсь и несколько мгновений смотрю на нее. -Прощай. – шепчу я и разворачиваясь, направляюсь к выходу. И уже сделав несколько шагов, я скорее чувствую, чем слышу ее ответное «Прощай»… Северус Снейп вздрогнул и открыл глаза. Он опять заснул в кресле. Огонь в камине уже успел догореть, оставив после себя лишь одни угольки. Взмах палочки и холодный камень вновь заалел под веселый танец яркого пламени. Встать, подойти к шкафчику, достать заветный графин… К черту! Ассио…Чиркнуть зажигалкой и задохнуться от слишком крепкого дыма. Вдохнуть. Еще раз. Глубоко. Чтобы было больно в груди. Как будто это поможет заглушить другую боль. Глотнуть. Заставить себя. Залить это пламя внутри. Подняться. Пройтись по холодной комнате. Взглянуть в зеркало, проникнуть в себя. Нырнуть в черные омуты. На самое дно. Вытянуть на поверхность то, что спрятано от самого себя. Вопрос. Глупый и донельзя смешной… Больно? Три ха – ха. Не обманывай себя, Северус Снейп, там нечему болеть. У тебя нет сердца, ты продал его, обменяв на безвкусную метку. Душа? Она прогнила. Устала бороться с Тьмой. Он выжрал тебя, оставив лишь оболочку. Холодную, презрительную… Правду? А это и есть правда. Такая, какая она есть: голая и острая как бритва. Вопрос лишь в том, устраивает ли она тебя? Да, я вижу…И что ты теперь будешь делать? Как всегда. Спрятаться во мраке. Пустить яд. Обернуться льдом. Повесить замок. Тяжелый, амбарный. Сделать видимость, что сердца нет. Что оно иссушено как Мертвое Море. Это такой способ защититься? Или отпугнуть? Это страх. Страх потерять то, что еще осталось. Те крупицы души, до которых Он не успел добраться. Неприятно? Да. Обидно? Вряд ли. Ты сам этого хотел. Это так просто. До гениальности. До идиотизма. Но это не выход. Ты и сам это прекрасно знаешь, Северус Снейп. Но ты не можешь этого принять. Для ТЕБЯ это слишком просто. Заткнуться? Хорошо. Как скажете, профессор. Но что это даст? Люди не зеркала, их нельзя… Дзынь! Капли алой крови растеклись по осколкам, сливаясь в какой-то причудливый узор. Пару минут Северус Снейп смотрел на разбитое зеркало невидящим взором, затем, чуть слышно выругавшись, прошептал заживляющее заклинание. Вернулся в кресло, снова закурив. Это просто тупая стекляшка. Что оно может знать? В конце концов, это просто идиотизм! Снейп вскочил и начал быстрыми шагами мерить комнату, стряхивая пепел прямо на ковер. Хватит мучить себя! Это все былое! Но в чем-то оно наверное право…Иначе не было бы так…больно? Нет! Это не страх и не боль. Это любовь. Былая, забытая. Но именно она делает меня живым. Твой призрак, Лили, иногда посещающий меня во снах, не дает мне забыть, что я еще человек, даря надежду еще раз полюбить. Ты собираешь остатки моей души воедино, закрывая Ему доступ. Ты… Резкая боль пронзила предплечье, и Северус сдавленно выдохнул. Черт! Ну что тебе нужно в столь поздний час?! Взмах и комната опустела, и только легкий порыв воздуха мягко опустил на пол пустой лист пергамента… Северус выругался, едва успев уклониться от столкновения с косяком. Не любил он портключи – никогда не знаешь, что может оказаться у тебя на пути. На сей раз, это был домовой эльф, резко отпрянувший от появившейся из ниоткуда фигуры. Досадливо поморщившись, зельевар едва удостоив дрожащее существо взглядом, стремительно вошел в приоткрытые массивные двери кабинета Люциуса Малфоя. Кивнуть аристократу и опуститься на колено. Прикоснуться губами к сухой морщинистой ладони. Не сметь смотреть в глаза. И не подниматься без приказа. Выдержать вторжение в разум. Позволить прочитать мысли. Успеть поставит блок. Почувствовать улыбку. Задохнуться от боли. Но молчать. Терпеть эти пытки. Упасть на колени. Показать себя ничтожеством. Слышать шипение. НО МОЛЧАТЬ. Тихий свистящий смех. Изощренное приветствие. Одобрение. Формальности. Но не приведи Мерлин посметь их нарушить. -Именно за это я тебя и уважаю, Северус. Люциус, прояви великодушие к гостю. Малфой изящным движением поднялся с кресла, подошел к столу и, наполнив вином высокий хрустальный бокал, подал Снейпу. Тот, поблагодарив, уселся в любезно предложенное кресло. -Я хотел бы с тобой поговорить, Северус. – проговорил Темный Лорд, глядя зельевару прямо в глаза. – До меня дошли сведения, что в наших рядах появился шпион. Мы терпим одно поражение за другим. – Свистящий, обманчиво дружелюбный голос. - Наши люди умирают. Что ты можешь сказать по этому поводу? Снейп молча смотрел на Лорда. Паника? Страх? Нет, он не чувствовал ни того, ни другого. Но на него давило это гнетущее молчание и какая-то непонятная тревога, осевшая в воздухе. Он слышал тяжелое дыхание Волдеморта, и почти чувствовал напряжение Малфоя. Бледное застывшее как маска лицо аристократа ничего не выражало, но побелевшие костяшки пальцев, сжимающие подлокотники кресла, говорили о многом. Лорд улыбался, прищурившись, глядя на Северуса, чуть склонив голову на бок. Слишком долго молчишь…Надо что-то ответи… -Круцио! Снейп падает на колени, содрогаясь от пыток. Скрипя зубами, он глядит прямо в глаза Волдеморту. Он чувствует, как тот проникает в его сознание, ломает его блоки, вытаскивая все спрятанные воспоминания. Северус видит, как все ближе сдвигаются его брови, как все более мрачнеет его взгляд. Он чувствует его недовольство по нарастающему хрусту в ломаемых суставах. Но он настолько к этому привык, что уже не чувствует боли, точнее не обращает на нее внимание. В голове наступает легкое просветление и Северус подкидывает Волдеморту ложные картины. Одна, вторая, третья. Минуты тянутся как резина. Но вот уголки губ Лорда поднимаются в намеке на злую усмешку, и Северус внутри злорадно смеется. Обмануть его сложно, но все-таки это выполнимо. Наконец он исчезает из его мыслей и холодно улыбается Северусу. Взмах палочки и он может, наконец, вздохнуть свободно. Тело ломит так, будто по нему пробежало стадо гиппогрифов. -Я верю тебе, Северус. То, что я увидел, доказывает твою преданность. Но тебе стоило сказать мне об этом раньше. -Я не хотел повергать Вас в сомнение, Мой Лорд. Мне нужны были доказательства. Волдеморт молча кивнул ему и, закатав рукав, прикоснулся палочкой к Знаку. -Что ж, Северус, не смею тебя больше задерживать. Снейп молча поклонился, усмехнувшись, кивнул Малфою и направился к выходу. Уже оказавшись в своей комнате, он падает на пол. Два Круцио подряд, даже для него это слишком. Надо выпить зелье, но нет сил подняться. Но даже сквозь боль он смеется. Тихо, злорадно. Со стороны – это сумасшествие. А как иначе? У него получилось. Получилось то, что практически невозможно, если ты во Внутреннем Круге. Убить одним выстрелом двух зайцев. Вернуть пошатнувшееся расположение и избавиться от врага. Он знал, что сейчас происходит в имении Малфоя. Знал, как в подвале мучают предателя. Как злобно усмехается Волдеморт, взмахивая палочкой. Как холодно смотрят на казнь своего Пожиратели. И как истерично хохочет Беллатрисса. Он знал, что уже прочитает в завтрашнем «Пророке» - что ранним утром аврорами было найдено изувеченное тело, в котором с трудом опознали главу семьи Паркинсонов. Какая же ты все-таки сволочь, Северус Снейп!