Я всегда буду с тобой

За несколько минут до полуночи Северус метался по коридорам школы, пытаясь прогнать закравшуюся в душу тоску. Что-то неправильное он делает. Что-то ускользает от понимания. Тысячи вопросов и миллионы ответов. Спокойствие и отрешенность, которых он добивался добрый десяток лет, трещали по швам, весь привычный мир рушился. Ноги сами вели к Астрономической башне. Что-то было не так. Воздух искрил от нарастающей опасности. Смысл происходящего дошел до него с опозданием в доли секунды. Мозг еще не успел осмыслить, а тело уже ринулось вперед, ухватив в последний момент тонкое запястье. Сознание прояснялось постепенно, мгла перед глазами рассеивалась медленно. Звуки извне казались приглушенными, будто протекали сквозь вакуум. Все чувства были притуплены. И вот когда она уже готова была очнуться, прозвучало отрывистое Энервейт. Глаза широко распахнулись, и ее как будто вытолкнуло на поверхность. Действительность окатила с головой. Первое, что она увидела, были глаза. Черные, глубокие, полные страха. Затем выражение их сменилось, беспокойство уступило место гневу. Нет, не так. ГНЕВУ. Ее резко сгребли в охапку и сильно встряхнули. -Глупая гриффиндорская выскочка, какого Мерлина ты творишь?! Где был твой мозг, когда в твоей пустой голове родилась эта идиотская мысль?! Кому и что ты пыталась доказать? Я ни за что не поверю, что существует хотя бы одно объяснение твоему поступку. И я совершенно не удивлен, что шляпа отправила тебя на Гриффиндор. Только туда попадают такие безрассудные люди, которые сначала делают, а потом только думают! Он продолжал орать и плеваться ядом, но Гермиона уже не слушала его. Отвернувшись, потухшим взглядом осматривала помещение, в котором находилась. Здесь царил приятный полумрак, свет давал только ярко пылающий камин. На полу лежал мягкий пушистый ковер, на стенах висели картины. Сама она полулежала на огромном мягком диване, на столике возле которого располагалась ваза с огромным букетом белых роз. Их тонкий сладкий запах слегка кружил голову и будоражил чувства. Голова раскалывалась, и слегка поташнивало. Вскоре девушка, отметив, что мужчина замолчал, устало посмотрела на него и бесцветным голосом спросила: -Вам-то, какая разница? -Во-первых, вы моя ученица, и я как ваш преподаватель несу за вас ответственность. – Ответил он уже довольно спокойно. – А во-вторых… -И все? Как скучно… - оборвав на полуслове, протянула она и поудобнее уселась на диване. -Мисс Грейнджер! Вы забываетесь! Кто дал вам право так со мной разговаривать? – задохнулся он от ее дерзости. При взгляде на него, нервы ее окончательно сдали, и она разрыдалась Сказать, что Северус был зол, значит не сказать ничего. Он был в таком бешенстве, что не мог трезво оценивать ситуацию. От его легендарной сдержанности не осталось и следа, маски были сорваны, и это его бесило не меньше попытки суицида девушки. Мало того, она еще и издевается над ним. И только он собрался разразиться еще одной тирадой, как девушка расплакалась. Снейп чуть слышно охнул и присел рядом. Руки сами обняли девушку и притянули к груди, губы сами шепнули: -Гермиона, скажи мне, что случилось? - Снейп слегка отстранил ее от себя и поднял голову за подбородок, глядя прямо в глаза. Она заглянула в эти бездонные омуты и впервые не увидела в них привычного холода. Он смотрел прямо, не мигая и не отводя взгляда. Какой же это был странный и волнующий кровь взгляд! В нем было что-то такое, что заставляло сердце учащенно биться, а кровь бешено нестись по венам. От волнения губы ее приоткрылись, а все тело ослабло. Она почувствовала, как его сильные руки крепче сжали плечи, а из груди профессора вырвался хриплый вздох. Трелони, ты была права…Мерлин, о чем я думаю… Северус чуть склонил голову, и она почувствовала прикосновение его длинных волос на своей шее. Гермиона потянулась к нему и коснулась его губ, поддавшись наваждению. Боже, до чего они горячие и чувственные… Снейп ответил на поцелуй немного робко, но очень нежно. Девушка закрыла глаза и полностью отдалась захлестнувшему ее чувству. Северус же не отдавал себе отчет в том, что он делает; в голове промелькнула запоздалая мысль, что это неправильно, что так не должно быть. Но он бы убил себя, если бы не ответил ей. Поцелуй был легкий, как крылышки бабочки и нежный как едва распустившийся лепесток. Внутри разлилась приятная сладкая слабость, сердце учащенно забилось. Девушка вздохнула, он открыл глаза и немного отстранился, не размыкая объятий. Она улыбнулась, и зельевар понял, что пропал. Ее горячее дыхание обожгло его губы, когда раздался тихий шепот: -Профессор…сэр…я…Северус…я люблю вас… Он изумленно уставился на нее, из груди вырвался громкий вздох. Она покраснела и закрыла лицо руками. Ну, вот и все, Северус Снейп, бой окончен, я проиграла. Северус охнул, и буквально отскочил на другой конец комнаты. Неужели все это из-за меня? Да разве так может быть? Разве имею я право ответить? -Нет! Этого не может быть! Этого не должно быть! Ты не можешь любить меня! – он заметался по комнате раненым зверем. Руки его задрожали, и он нервным движением стянул галстук. В голове промелькнула предательская мысль: Это розыгрыш! По-другому быть не может! Глупец! Как же непростительно я ошибся! Гнев ослепил, подавляя зарождающуюся в сердце боль. -Мисс Грейнджер. - он, наконец, взял себя в руки и, нацепив привычную маску, бросил холодный взгляд. – Я вижу, вы хорошо посмеялись, разыграв передо мной весь этот фарс. Думаю, вам надолго хватит удовлетворения от сей милой шутки. И я надеюсь, что впредь я буду избавлен от подобных розыгрышей. Ответьте мне на один вопрос, кому в голову пришла эта идиотская идея? Хлоп! Снейп вздрогнул от неожиданной пощечины. -Да как вы посмели… -Очень просто! Я ошиблась в вас! Вы самый подлый, гадкий и мерзкий человек во всем мире! Я доверила вам свое сердце! А вы…вы…так предали его! Я ненавижу вас!- Гермиона принялась колотить его в грудь кулачками. -Довольно! – Северус перехватил обе ее руки и крепко сжал. В пылу борьбы мантия профессора соскользнула с плеч и упала под ноги. Руки девушки ощутили тонкую ткань белоснежной рубашки. Он заглянул в ее глаза, столько боли и обиды было в них, что внутри что-то оборвалось. Не нужно быть легилиментом, чтобы увидеть истинные чувства. Мерлин, какой же я идиот! Вот и все, мисс Грейнджер, игра окончена, вы сорвали банк! Схватив ее за плечи, с силой притянул к себе. Вскрик девушки потонул в долгом и страстном поцелуе. Она отвечала ему так неистово, что из груди профессора вырвался приглушенный стон. Только когда закончился воздух, Снейп отстранился от нее, дыхание его было глубоким, а взгляд потемневшим. Наконец, он едва слышно проговорил: -Скажи, зачем ты мучаешь меня? Твой взгляд преследует меня постоянно. Куда бы я ни пошел, чтобы я ни делал, я думаю только о тебе. Ты заставляешь меня совершать поступки, которых у меня и в мыслях не было. Во мне просыпается дикая ярость, когда я вижу, как тебя касаются другие. Ты сводишь меня с ума, и заставляешь мое сердце учащенно биться, когда я вижу твою улыбку! – голос его сорвался, он тяжело дышал. – Меня бросает в дрожь при виде тебя. Я потерял сон и аппетит, я потерял себя. Я стал зависим от тебя, ты как наркотик. Ты мое наваждение, мое проклятие. Я влюбился в тебя, Гермиона Грейнджер! Влюбился так, как никогда в жизни! – он опустил голову, разглядывая носы своих ботинок. – Но это ничего не меняет. Я не хотел говорить всего этого, было бы лучше, чтобы ты ничего не знала. Я ничего не потребую от тебя. Я пойму, если ты попросишь применить Обливейт. -Почему вы так говорите? Почему вы хотите оттолкнуть меня? Неужели вы так до сих пор ничего не поняли? – едва сдерживая слезы, прошептала Гермиона. -Посмотри на меня! - Северус крепко сжал ее плечи. – Кто я? Пожиратель Смерти! Предатель! Я хожу по лезвию ножа! Я стар и противен! -Но, Северус… -Позволь мне закончить. Что я могу тебе дать? Ты молода, впереди у тебя вся жизнь! Пройдет лет 10, и ты сама все поймешь. И встретишь кого-то более достойного. Мне не нужна будет жалость, от тебя я не смогу ее вынести. Я слишком сильно люблю тебя, чтобы связывать подобными обязательствами. Зачем я тебе? -Затем, что я люблю тебя. – Просто ответила девушка, глядя ему прямо в глаза. Сердце бешено застучало, кончики пальцев закололо. Кровь взбурлила в жилах от осознания происходящего. Тело наполнилось эйфорией, эмоции обострились. В голове пронеслась счастливая мысль: К черту все! Она меня любит, и это главное. Обо всем остальном я подумаю позже! Властно притянув девушку, Северус впился в ее губы требовательным поцелуем. Руки сомкнулись на тонкой талии, ласково прошлись по обтянутому юбкой бедру и застыли на аппетитной попке. Ее руки взметнулись вверх, замирая на его широкой груди. Пальцы несмело скользнули по маленьким пуговичкам его рубашки. -Что ты делаешь? – Одними губами спросил он. Вместо ответа она нежно пробежала кончиками пальцев по обнаженной коже -Прекрати… - Взмолился Северус, коротко рыкнув. -Тебе неприятно? – Приподняв бровь, удивилась Гермиона. -Ты знаешь ответ. Но это неправильно…Зачем ты соблазняешь меня? Ты же знаешь, что я не сдержусь. -И не надо. Отпусти себя… – Она ласково улыбнулась и отошла на несколько шагов. Бесстыдно любуясь его стройным телом, она взглянула в его глаза и вздрогнула. Казалось, в них померк свет, и они излучали какой-то дьявольский огонь. Они гипнотизировали, заставляя покориться. Сейчас он действительно был похож на демона, вышедшего из адского пламеня. Но этот демон был чертовски обаятелен и сексуален. Статная поджарая фигура, рассыпавшиеся по плечам длинные блестящие волосы, горящие глаза. Пламя камина красиво играло на его бледной коже, придавая какое-то огненное свечение. И этот самый дьявол сейчас медленно подошел к ней, стягивая на ходу рубашку. Девушка запустила руку в его длинные густые волосы, острыми ноготками нежно провела по обнаженной спине. Низкий стон. Глаза в глаза. Нечем дышать. Манящий страстный поцелуй. Демон. Ее демон. Весь без остатка. Он увлек ее к дивану и усадил на колени. Склонив голову, языком изучал ее аккуратное ушко, вырывая из груди хриплые вздохи. Длинные пальцы принялись не спеша расстегивать пуговицы на форменной блузке, губы нежно прикасались к обнаженному телу. Гермиона запрокинула голову, чем он не минул воспользоваться, впиваясь в тонкую кожу полуукусом–полупоцелуем. Опрокинув ее на спину, и, нависая сверху, глухо прорычал: -Ты моя… -О да….Ты мой…Мой навеки…Я хочу…тебя Его тело плавилось, словно воск в ее горячих нежных руках. Чувства, подавляемые им годами, обрушились лавиной, сметая все его сомнения. Разум молчал, уступив место эмоциям и инстинктам. Губы блуждали по всему ее телу, не оставляя ни одного свободного миллиметра. И вот уже вся одежда валяется где-то на полу, а они замерли друг напротив друга, глубоко дыша. Северус бросился вперед, еле сдерживая себя. И комната закружилась перед глазами, терпкий запах роз придавал еще больше страсти, объятия стали еще крепче, поцелуи еще жарче, стоны еще громче. Они отдавались порыву полностью, ничего не оставляя себе и ничего не требуя взамен. Это была схватка с самим собой, в которой не знаешь, что лучше – победить или проиграть. Не было его, не было ее, были они. Она расцарапала в кровь его спину, а он оставлял следы от поцелуев на ее нежной тонкой коже. Их стоны сливались в один, она выгибалась, он запрокидывал голову от наслаждения. И вот, наконец, он хрипло вскрикнул, выгнувшись от этого сумасшедшего блаженства, а она забилась в сладкой судороге. И оба не заметили прошившие пространство яркие всполохи магии. Они проникли в разгоряченные тела, наполняя теплом и окутывая неземным блаженством. Тяжело дыша, мужчина печально улыбнулся. -Прости меня…Я не должен был… -Северус, ты не должен винить себя. Я сама хотела этого. – Она провела рукой по его волосам и накрутила прядь на палец. – Я люблю тебя, и это главное. Глубоко вздохнув, он опустился на спину, зарываясь лицом в густые каштановые волосы. Гермиона устроилась у него на груди и принялась вырисовывать пальчиком лишь ей понятные узоры. Минуты текли, тишину нарушал лишь треск в камине поленьев. Голова была легкой, мысли перекатываясь мягкими волнами. Мерлин, зачем ты подарил мне эту сказку? Разве я этого заслуживаю? Зачем я влюбился в тебя, Гермиона Грейнджер? Что я смогу тебе дать, ведь со мной так сложно? Как посмел я подарить тебе призрачную надежду? Что же теперь с нами будет? Но, боггарт побери, игра стоит свеч! Словно издалека до него донеслось ее сонное бормотание: -Северус… Он слегка приподнялся и взглянул в ее безмятежное лицо. Коснувшись легким поцелуем ее губ, он с удивлением понял, что улыбается Прощай, Лили. Я встретил ЕЕ и теперь не отступлю.