Delectus

      Я выбираю семью.

Земфира - Злой человек

      Год спустя…       Время стремительно неслось вперёд, вместе с ним неслась Грейнджер. Неслась не только на работу, но и вверх по карьерной лестнице, безжалостно получая должность за должностью.       Её уважали, её боялись, её ненавидели.       С ней советовались.       Связи липли к Гермионе, как слизни, ведь иметь в товарищах «Золотую девочку» хотели все. Суды над Пожирателями шли буквально каждую неделю.        Каждый вечер уже бывшая гриффиндорка перемещалась в дом Тео и Пэнси. Они прорабатывали все возможные варианты событий. Они обсуждали каждую деталь, изучали план Визенгамота, любезно предоставленный Блейзом, неизвестно какими путями его добывшим.       Их компания пополнилась одной крайне интересной особой. «Око за око» Блейза, стала просьба организовать ему встречу с Джинни Уизли. Гермиона долго не понимала, шутит ли друг или серьёзно намеревается охомутать младшую Уизли. После долгого разговора и не одной бутылки огневиски, стало ясно, что это у него давно и безнадежно. Однако при всей харизме и смелости, он так и не решился. Грейнджер посчитала это разумной платой и после обсуждения с подругой, устроила им мини-свидание. Никто не знает, как развивались их отношения, но теперь рыжая бестия была с ними. Джинни ввели в курс дела под одобрительные взгляды Блейза.       Близился день Х, и чем ближе он становился, тем хуже было Грейнджер.       Она боялась.       Нет, не отказа. Было до одури страшно наткнуться на обезумевший взгляд ртутных глаз. Ей нужен был буфер, ей нужно было защитить всех, кто её окружал, потому что она не переживёт, если хоть с одним из них что-то случится. Идея пришла сама собой. Хитро ухмыльнувшись, Грейнджер надела фамильное украшение, подаренное Нарциссой на выпускной, и отправилась на своё дело.       ***       - Завтра всё закончится, – сказала Пэнси, обнимая подругу.       - Я знаю, Пэнс. И я всё ещё не хочу, чтобы вы там были, - опустив голову, выдавила Гермиона.       - Тебя никто не спрашивает, дорогуша, - протянул Забини – мой лучший друг завтра, блять, восстанет из ада, а я буду катать яйца дома, попивая огневиски?!       - Его попытаются убить прям там, как и каждого из нас – проговорила Грейнджер, оглядывая друзей.       - Послушай, мы все об этом знаем. Так давайте пойдём туда и надерём их бюрократические задницы! – отсалютовал Тео, как бы обозначая окончание разговора.       Когда Гермиона вернулась в свою квартиру, обнаружила на столе записку. Прочитав ее, нервно ухмыльнулась, решив сохранить как память о том, если придётся применить план Б.       Стук в дверь заставил девушку вынырнуть из собственных мыслей.       - Гермиона, открой, это Гарри, – послышалось за дверью.       - Гарри? Почему не предупредил, что придешь? Проходи, – удивлённо сказала Грейнджер, приглашая друга в дом.       - Я пришёл поговорить, – начал было Поттер.       - Я слушаю - проговорила Гермиона, присаживаясь на кресло.       - Ты так и не объяснила своё поведение на выпускном. Ты не дала ни одного комментария нам о том, что же случилось с тобой такого страшного, что ты от своих настоящих друзей быстренько переметнулась в этот змеиный клубок! Мало того, ты даже не дала шанса Рону, а ведь он так тебя любит, Гермиона, – говорил Поттер, глядя в глаза подруги, – завтра будет суд над хорьком и если, не дай Мерлин, его оправдают…       - Стоп, стоп, стоп, Гарри, – перебила Поттера Грейнджер, – не если его оправдают, а когда его оправдают. Это первое. Второе - хоть один из вас, кроме Джинни, хоть один ебаный раз спросил у меня что-то о моей жизни? Хоть один из вас, спросил, почему я рвала свои связки в тот момент, когда узнала, что его нашли и отправили гнить в Азкабан?! Ты вообще хоть что-то знаешь обо мне, кроме того, что мой мозг напоминает библиотеку, а сумка - склад зелий?! Где был ты, Гарри, когда я сдыхала от боли, так нуждаясь в друзьях?! – шипела Гермиона, смотря на бывшего друга, – какие шансы я должна давать Рону, если мы с ним люди с разных планет, о чём ты?!       - Ты не понимаешь, да?! – орал мальчик-который-уже-заебал, – они убили Фреда, Тонкс, Люпина, Сириуса, моих родителей, они убили ВСЕХ!!! – сокрушался Поттер – они должны платить за каждую смерть! Все они!!! И их ублюдские выродки!       - Что ты несёшь, Поттер? – прошептала Гермиона.       - Ты предала друзей! Ты!!! Подстилка серпентария!!! – вопил Поттер.       - Зато я не предала семью, – обернувшись произнесла Грейнджер, открывая дверь для уже бывшего лучшего друга.       - Ты пожалеешь об этом, Грейнджер! - крикнул Поттер, кипя от ярости и уносясь прочь из дома бывшей подруги.       Гермиона устало рухнула в кресло, соображая, что делать дальше. Единственным правильным вариантом, было отправить патронус Джинни с просьбой прийти к ней как можно скорее.       Через несколько минут послышался характерный хлопок, и испуганная Джинни стояла посреди комнаты, озираясь.       - Что случилось, Гермиона?! – спросила Джинни, садясь перед подругой.       - Приходил Поттер – начала Гермиона, описывая Джинни всё, что произошло. – Джинни, он сошёл с ума, он считает, что платить за ошибки Пожирателей должны дети и дети их детей. Мне жаль Фреда. Но…       - Гермиона, послушай, Фреда уже не вернуть, он всегда будет в нашей памяти жить яркой вспышкой, но мы боремся как раз за то, чтобы такие как Гарри перестали казнить всех, кто когда-то совершил ошибку, – на выдохе произнесла Джинни, – ты знаешь, что надо делать, милая. Иди до конца, я прикрою.       Грейнджер схватила подругу за руку, одаривая самым благодарным взглядом из всех возможных.       ***       

I’m a Demon (Original mix) – Felfel feat. Kareem F.

      Очередное дождливое утро знаменовало начало новой жизни. Визенгамот встречал в своих стенах компанию из молодых ведьм и волшебников в чёрных мантиях, так уверенно вышагивающих к залу проведения заседания. Шум и крики толпы остановились в тот момент, когда поднялась клетка с заключённым.       Гробовая тишина.       Паркинсон держала Грейнджер за руку так крепко, как могла, пытаясь заставить подругу не терять рассудок и дышать, когда заметила, что гриффиндорка прожигает глазами платиновые волосы того, кого хотела убить на месте так же сильно, как и любила.       Судья начал зачитывать протокол обвинения и перечислять статьи под возгласы толпы.       - Мисс Гермиона Джин Грейнджер передала суду свои воспоминания о подсудимом, свидетельствующие в защиту Драко Люциуса Малфоя, – монотонно твердил верховный судья, – суд совместно с коллегией присяжных подробно ознакомился с предоставленными мисс Грейнджер материалами и вынес следующий приговор: оправдать Драко Люциуса Малфоя по всем статьям обвинения, назначив домашний арест сроком на 6 месяцев, ввиду неоспоримой помощи Ордену Феникса в войне с Волан-де-Мортом.       Удар молотка сопровождался истеричными воплями толпы. Гермиона взглядом нашла пару нужных глаз и коротко кивнув направилась вниз к клетке, которую уже с презрением открывали авроры. За ней следовали те, без кого не удалось бы сегодня выпустить Дракона на волю.       Стук шпилек эхом отдавался по залу.       Натянутая как струна спина, твёрдый взгляд, и вот она стоит, задрав голову, упираясь взглядом в того, кого готова была порвать на части.       - Моли Мэрлина, чтобы твои кишки остались внутри тебя, Малфой, – прошипела Грейндер еле слышно, – я обещала вытащить тебя во чтобы мне это не стало, но не обещала, что не переломлю тебе хребет.       - Я тоже скучал по тебе, милая, – оскалившись сказал Драко, проводя тонкими пальцами по платиновым волосам Грейндер, – смертельно красива…       - ТВАААРЬ!!!! ШЛЮХА! – послышалось где-то рядом.       Грейнджер обернулась, всё так же держа спину прямо, заостряя взгляд на источнике звука.       - Ты предала друзей ради кучки Пожирателей, змеиная подстилка! Ты будешь платить за это своей кровью, грёбаная сука! – кричал Поттер.       Дьявольская улыбка очертила лицо «Золотой» девочки в тот момент, когда лицо Поттера заходилось от ярости и безумия.       - УБЕЙТЕ УБЛЮДКОВ!!! КАЗНИТЕ ИХ ВСЕХ К ЧЕРТОВОЙ МАТЕРИ! – вопил шрамоголовый.       - Я просто выбрала семью… – на выдохе сказала Грейнджер, переводя взгляд на Поттера, – Авада Кедавра! – зелёный луч вырвался из палочки Гермионы, попадая в самое сердце безумца, которого она считала своим другом.       А дальше всё как в замедленной съёмке…       Вскинутый Джинни цветок нарцисса, и все, кроме Грейнджер, трансгрессировали из зала суда.       Наручники, сдерживающие магию, и пустой взгляд Гермионы.       Авроры, размахивающие палочкой, выясняющие, истинную причину поступка мисс Грейнджер. Вопиющая дерзость - применить Непростительное в здании суда.       Но вскоре ответ был найден.       На юную ведьму, на работника Министерства магии! было наложено заклинание Империус.                            *Несколькими днями ранее*       Стук каблуков отдавался эхом о плесневые стены Азкабана. Изумрудная мантия разлеталась в стороны от быстрого шага молодой ведьмы, следующей за аврором. Дверь камеры открылась, и аврор, пропуская девушку вперёд, попутно оглашая регламент посещения, оставил её один на один с пленником.       - Мисс Грейнджер, какая встреча… – протянул мужчина, презренно оглядывая нежданную гостью.       - Мистер Малфой, рада вас видеть, – деловым тоном произнесла Гермиона, оценивающим взглядом осматривая мужчину перед собой. Его можно было узнать лишь по платиновым волосам и аристократичным чертам, ещё пока просматривающимся в худом, изнеможденном теле. Впалые глаза, длинные костлявые пальцы и безумный взгляд. Это всё, что осталось от властного волшебника.       - Не могу ответить взаимностью, – выплюнул Люциус, – что привело вас в столь отдалённое от министерства место?       - Пришла справиться о вашем здоровье, – ухмыльнувшись сказала гриффиндорка, – рада сообщить вам, что «Рука Дьявола» вот-вот зацветёт под моим пристальным надзором.       - Как интересно. Столь редкое растение и вы? Что ж, шутки судьбы иногда оказываются вне моего понимания, – ухмыльнулся Люциус.       - Представьте себе: удачно подобранная почва, благоприятный климат и вуаля! – протянула Гермиона, медленно сжимая руку Люциуса в своей.       - Какая пошлость, мисс Грейнджер, дурной тон из вас не выбить и сотней Непростительных, – фыркнул Люциус.       - А вы попробуйте, Люциус, и я обязательно пришлю вам сок «Руки Дьявола» на Рождество, – ухмыльнулась Гермиона.       - Не вижу смысла продолжать наш разговор, – демонстративно отвернул голову Малфой-старший.       - Мне передать что-то миссис Малфой? – обернувшись у выхода, спросила гриффиндорка своего собеседника.       - Скажите, что созвездие Скорпиона – невероятно, - одарив девушку многозначительным взглядом, произнес Люциус.       Через пару дней Грейнджер получила сову, в которой Люциус обозначил, что кончина его будет долгой, и гнить в Азкабане он не собирается, находя идею мисс Грейнджер весьма занимательной.       ***       - Министр Кингсли, Люциус Малфой, отпущенный на свободу умирать, подчинил заклятием Империус мисс Грейнджер! Заставил бедную девушку убить мистера Поттера, мальчика-который-выжил, прямо в зале суда! Как вы можете это прокомментировать?       - Люциус Малфой был казнён сегодня утром, сразу после оперативного расследования, проведённого Авроратом. Свою вину подсудимый признал, никаких пояснений от него добиться не удалось. Последняя фраза преступника была о том, что он всегда выбирает семью. Мисс Гермиона Грейнджера сразу же была отпущена домой, прошу не донимать репортёров юную ведьму, так как её состояние после произошедшего оставляет желать лучшего.       Весь магический мир скорбит о кончине мистера Поттера.       ***       

Dirty Durty – Charlotte Cardin

      Гермиона Грейнджер гордо вышагивала по трапе, ведущей ко входу в фамильное поместье Малфоев. Её шпильки гулко отбивали ритм, а натянутая спина, украшенная золотой змеёй, извивающейся вдоль позвонков, знаменовала собой уверенность и непоколебимость. За широкими дверями поместья ведьму с ужасом ожидали те, за которых она сегодня была готова отдать душу.       - Грейнджер, мать твою, я оторву твою красивую голову, чтоб тебя!!! – кричала Пэнси, захлёбываясь слезами.       - Спокойно Пэнс, я всё держала под контролем, – нарочито медленно произнесла Грейнджер, переводя взгляд на всех присутствующих – миссис Малфой, мои соболезнования… – чуть склонив голову произнесла Гермиона.       - Малфои никогда не склоняют голову, не заводи дурных привычек, чтобы потом не пришлось избавляться, – сказала Нарцисса, подходя к гриффиндорке, – это лучшее, что ты могла сделать для меня, моя девочка.       - Нарцисса… - предательские слёзы жгли уголки глаз девушки, пока она собирала всю свою волю в кулак.       - Я пропустил какой-то чертовски ахуительный концерт? – раздалось за спиной Грейнджер, обдавая её волнами мурашек.       Пиздец.       - Прошу простить меня, Нарцисса, за то, что вы сейчас услышите, – проговорила Гермиона с теплотой глядя на женщину, медленно разворачиваясь на каблуках, – Драко Люциус Малфой… ТЫ ГРЕБАНЫЙ МУДАК, - шипела девушка, - ТЫ ХОТЬ ЗНАЕШЬ, ЧТО МЫ ВСЕ ПЕРЕЖИЛИ ИЗ-ЗА ТВОЕГО ЕБУЧЕГО ЭГОИЗМА И ЧУВСТВА СОБСТВЕННОСТИ?! А?!       - Что я говорил тебе о разговорах в таком тоне? А, любимая? – медленно цедил Драко, надвигаясь на девушку, – идём, устроим приватное шоу, – схватив девушку за руку, он трансгрессировал в свою комнату, накладывая попутно все известные заглушающие и запирающие заклятья.       - Ты хотя бы на одну сраную минуту подумал, что стало бы со мной, не сумей я тебя вытащить?! – кричала Грейнджер, дав волю слезам.       - Я знал, что ты сможешь, – шептал он ей в волосы, крепко прижимая к себе, – я научил тебя всему, что знал сам, - говорил он, покрывая поцелуями её лицо, влажное от слёз.       - Я чуть не свихнулась, Драко… Я готова сейчас выпустить тебе кишки наружу и раскрошить твой череп об пол, - надрывно хрипела Гермиона.       - И кого же тогда ты будешь любить, м? Милая? – ухмылялся Драко, слегка касаясь её губ.       - Ну не знаю… Что насчёт Уизли? М? – ехидно хмыкнув, бросила девушка.       - О, так у нас семейная группировка, вырезающая героев войны? Заманчиво. Ты завалила мальчика, который-блять-выжил-сдох-снова-выжил-но-наконец-то-сдох, хладнокровно используя моего отца, подведя его под путь к Мерлину, а мне тогда достанется Вислый. Чудесно! Ты знала, что я буквально восторгался там, в суде тем, как ты брызжешь ядом? Ты свела меня с ума, Грейнджер. Сначала на Святочном балу, конечно. Но в суде… Это был контрольный в голову, после которого я пропал, – произнёс Драко, припадая к её губам.       Изголодавшиеся друг по другу тела горели Адским пламенем. Губы сливались в зверином поцелуе, а языки сплетались в неистовом танце. Он покрывал жадными поцелуями всё её тело, не упуская не миллиметра. Она умирала от каждого прикосновения. Его пальцы до синяков сжимали её бёдра в попытках впечатать в себя как можно сильнее. Она оставляла красные полосы на его бледной коже. Ткань одежды, такая ненужная, такая лишняя сейчас, разлеталась на куски. Он ласкал её самые чувствительные места, останавливаясь, замедляясь, доводя её до сумасшествия, упиваясь её стонами. Резкий рывок, и вот, чёрный атлас, застилавший кровать, принимает два разгорячённых тела. Он замирает, останавливается, отстраняется. Она в непонимании ищет его расфокусированным взглядом. Взмах палочки.       - Я обещал показать тебе звёзды, – шепчет он ей на ухо, и над их головами потолок застилается звёздным небом.       Он продолжает покрывать её тело поцелуями. Она сходит с ума, растворяясь в каждом его «моя». Нежность сменяется звериной страстью, когда он переворачивает её на живот, притягивает к себе и входит. Движения медленные, рваные. Как их души. Он вколачивается в неё, как бы обозначая, что она принадлежит только ему. Всегда. Выхода нет.       - Сногсшибательно красива… – шепчет он ей на ухо, ускоряя ритм. Она в океане своих оголенных нервов, уже далеко за гранью реальности.       Все её мысли сводятся лишь к тому, что это правильно, всё это правильно.       Их бьёт в экстазе почти одновременно. Уставшие, они падают на кровать, замирая в объятиях друг друга, а над ними зажигаются звёзды.       Они долго лежали молчала, просто наслаждаясь друг другом. Вопросы были излишни. Каждый принимал и разделял боль другого. Мысленно они оба молили о том, чтобы вот так тихо и спокойно было всегда.       - Гермиона, то, что я связал нас Непреложным обетом не было ошибкой. Это можно воспринимать по-разному. Я спасал свою семью, и нет ничего важнее. Никогда не будет. Я опущу небеса на землю, если так будет нужно. Спасибо… спасибо, что ты выстояла, моя самая сильная леди Малфой, – говорит он, натягивая на палец девушки фамильное кольцо с искусным бриллиантом. Так по–Малфоевски присваивая себе то, что он захотел.       Гермиона перевела на него смущённый взгляд, а он выдохнул, взглянул в её глаза и сказал:       - Давай со мной за звёздами?