Зарисовки

      Пробегая по коридору, заполненному большим количеством рухнувших со стен камней и пыльных вещей, оставленных прошлыми хозяевами, она тяжело дышала и боялась обернуться. Не слыша, но чувствуя кожей и всеми фибрами души Его приближение. Но вот резкий поворот, она свернула туда, едва не упав, но успев схватиться за косяк, побежала вперед, руку обожгло резкой болью. «Скорее, скорее…», шелестели изорванные юбки, оставившие свои частички в доме, на острых кустарниках леса и занозах этого некогда уютного дома.       «Скорее, скорее», стучало в ушах, а дыхание уже срывалось на хрип. «Сколько жизней назад он начал это? Этот уютный дом не должен был рухнуть от Его натиска, не должен был сгореть в бушующем пламени», жгучие слезы душили, но не покидали глаз.       Решимость и злость подгоняли лучше стаи охотничьих собак. Наконец, коридор закончился и открылся удивительный вид на заполненную белыми цветами поляну с небольшим деревом в центре, и это осенью, почти зимой. Девушка, распахнув объятья, обхватила ствол дерева, яростно что-то зашептала, иногда говоря почти беззвучно одними губами. Крона зашелестела, будто отвечая.       Он тут. Она обернулась, с удивлением и недоверием взглянула на Него и слезы, наконец, нашли путь на свободу, даря облегчение и свежесть разгоряченным щекам. Он приблизился, и кровь хлынула на кору и корни дерева. Однако искра уже отправилась в Путь.       Новый удар, и громкий хруст дерева разнесся по поляне, которая постепенно, увядала и, наконец, осыпалась прахом.