Надеюсь, время остановилось...

Зимой слишком рано темнеет. Фонари загораются и создают атмосферу в которую хочется окунуться и утонуть в ней же. Тренировка прошла успешно. Феликс бежит домой радостный, чтобы поделиться со своим любимым о проделанной работе и о том, как же сильно он скучал. Оба вечно заняты, поэтому, сразу после тяжёлого трудового дня, они вырубаются, не успевая дождаться друг друга. Хёнджин уходит очень рано, чтобы закончить дела пораньше и приступить к записям и усердным тренировкам, а Феликс, в свою очередь, ничего не слышит во сне, поэтому даже не замечает, как парень уходит из дома, оставляя нежный поцелуй то на щеке, то на макушке. Наслаждаясь снегопадом, который приятно оседает влагой на волосах, парень оборачивается по сторонам. Замечая магазин, он немедленно заходит в тёплое помещение. Находя необходимые продукты, он находит кассу, приветливо улыбается девушке, которая обслуживает его и перенимает его настроение, складывает покупки в собственную сумку, и попрощавшись, уходит. Подходя ближе к дому, он замечает их любимую пекарню, где они часто вкусно завтракали или проводили романтические вечера за какао или горячим шоколадом. В миг, когда Феликс уже расплачивается за выпечку, его сумка, до этого уже заполненная кофе, который так полюбился обоим (Хёнджину нравилось то, что напиток каждый раз для него заваривает его возлюбленный), разными шоколадными батончиками, наполняется ещё большим количеством вкусностей: имбирными печеньями в виде сердец, звёзд и милых мордашек котов, украшенных глазурью, частью от только что испечённой партии круассанов и мягких булочек с шоколадом, эклерами с заварным кремом внутри и любимыми пончиками по японской рецептуре. Парень улыбается, словно ребёнок, мечта которого сбылась только что. Он предвкушает. Думает только о том, как уже совсем скоро будет тонуть в объятиях столь родного человека. Дыхание спирает, кажется, на целую вечность, когда он видит знакомый силуэт, движущийся на него. Можно было разглядеть шарф на шее человека, тёплую куртку, которая почти закрывает колени и шерстяную шапку, которая прячет всю красоту цвета волос. Феликс узнаёт в уже достаточно ясном силуэте своего Хёнджина. Они останавливаются друг напротив друга, не в силах сдвинуться с места. Время остановилось. Их глаза зависли в собственных разводах и не могли оторваться от красивых черт и морщинок от непроизвольной улыбки. Парни стояли посреди улицы, будто боялись подойти, при этом улыбаясь так широко, словно испытывают самое сильное счастье. Так и было. Они ненавидели находиться в дали друг от друга и обожали осознавать, что наконец рядом. Первым шаг вперёд сделал старший - не мог больше выносить это тяжкое ожидание. За ним, всё остальное расстояние преодолел его младшенький и упал к нему в объятия. Про себя, Феликс клянётся, что это были самые тёплые прикосновения за всю зиму. Хёнджин испытывал то самое чувство бурлящей внутри себя крови. Бабочки устроили погром и повредили внутренние органы своими крыльями, передвигаясь слишком быстро по всей площади, но руки Феликса, беспорядочно исследовавшие его спину, всё исцеляли. Кажется они могли стоять на одном месте очень долго, но становилось всё холоднее, поэтому обоим пришлось отстраниться и согревать друг друга взглядами и переплетёнными руками. Держать руки друг друга было для них по-настоящему чувственно. Они наслаждались аккуратными поглаживаниями, теплотой ладошек. Направляясь домой, они всё также молчали и обоим было невероятно комфортно. Они знали о друг друге буквально всё, в особенности предпочтений в проявлении любви. Тактильности было так много, что любой другой человек уже попросил бы перестать касаться его, но не эти двое. Они упивались в малейших, даже едва заметных прикосновениях. Сейчас хотелось поскорее оказаться дома и забыться в любви. Будто прочитав мысли друг друга, они побежали. Дом, в котором находилась их квартира, был уже совсем близко. Они в мгновение отыскали ключи, быстро справились и пробрались в тёплое помещение, где не было никого, кроме их двоих. Не снимая верхнюю одежду и всё ещё держась за руки, они потянулись, каждый к противоположным губам, и соприкоснувшись ими, потеряли связь с настоящим. С трепетом целуя то верхнюю, то нижнюю губу любимого, Хёнджина снова поражали эмоции. В его голове всплывали образы, которые он точно зарисует в свободную минуту. Это оранжево-коричневые цвета, которые он обязательно превратит в прекрасные цветы и положит на подушку, рядом с Феликсом, чтобы тот нашёл их утром и вспомнил, как сильно его парень любит его и что он нарисует ещё миллиарды таких цветов, чтобы в шесть утра любовь всей его жизни подошёл и сказал ему о том, что рисунок потрясающий и он хочет показать его всем. В такие моменты, сердце парня, которого все называют принцем, замедляется, чтобы потом остановиться и только после ощущения любимого прикосновения, забиться сильнее, чем когда-либо. И сейчас, пока чужие губы терзают его, он чувствует, как постепенно теряет силы. Но проходит несколько мгновений и он воскресает, чтобы ощутить, как сбившееся дыхание напротив сигнализирует о нехватке воздуха. Они останавливаются, соприкасаясь лбами, пытаясь восстановить дыхание. — Я так сильно скучал, Хёнджин~а. —жалобно бормочет Феликс, не в силах сказать большего. Он вдыхает через нос и только сейчас ощущает сильнейший запах парфюма, который так сильно любит. Он опьяняет, делает сознание ещё более мутным, но это приятное чувство. Хёнджин улыбается. Он слышит, как стучит сердце напротив, будто оно попало в засаду и желает выбраться как можно скорее. Сердце Феликса в плену такого же неугомонного сердца Хёнджина, полностью в его руках. — И я скучал, очень скучал, Ёнбок~и. —абсолютно искренне, прикрывая глаза, желая продлить этот момент на более длительное время. Но тело под толстым слоем одежды начинает потеть и приходится отстраниться друг от друга, чтобы позже снова отдать себя на самый желанный произвол судьбы. Время пролетело так быстро, сквозь сладкие поцелуи и прикосновения. Хёнджин внимательно смотрел за тем, как Феликс расставляет сладости на столе, а что-то убирает по ящикам, чтобы вкусить позже. Не удержавшись, он подошёл к нему, обвивая талию сзади и кладя голову на плечо, шепча слова о том, как красиво тот выглядит, когда надевает одежду хёна. Феликс любил толстовки Хёнджина, которых в его гардеробе достаточно, чтобы иногда забирать по одной себе в личное пользование. В них комфортно, они пахнут его любимым ароматом до того, как постираешь, но даже после, они всё ещё остаются такими же значимыми. Покрывая шею почти невесомыми поцелуями, щекоча, Хёнджин время от времени вдыхает сладкий парфюм Ёнбока. Он пахнет клубничными леденцами с кислинкой, где- то ванилью от шампуня. Хёнджин растворяется и отдаёт всего себя прикосновениям и результативным вдохам, которые несут приятные отзывы, посылая импульсы по всему телу. Весь оставшийся вечер они проведут без телефонов, поэтому даже не узнают, когда заснут. Они не ответят ни на один звонок, ни на одно сообщение. Они будут сосредоточены только друг на друге: Расскажут о победах и поражениях в течение недели, прерываясь на соприкосновения губами; поведают о том, что ели и слушали в наушниках, о чём думали в тот момент. Вечер, наполненный нежностью, которая позволяет забыть обо всём, будет ощущаться, как самое комфортное мгновение. Оно пахнет свежей выпечкой, который младший купил по дороге домой, приглушёнными нотками парфюмов, которые смешались из-за длительных поцелуев. Оно пахнет любовью, которая ощущается теплом в воздухе. Оно пахнет надеждой на то, что время остановилось и они могут быть вместе: лежать на мягком диване в гостиной и перебирать волосы друг друга, зарываясь в них пальцами, массируя. Оно пахнет надеждой на следующий день только вдвоём.