Ты больше не один

Какаши проснулся от тихого скрипа входной двери. Не открывая глаз, Хатаке ощупал кровать и не обнаружил девушку рядом. Он приподнялся на локте и осмотрел темную комнату: Хотару в комнате с ним не было. Неосознанно насторожившись, джонин поднялся и тихо вышел из комнаты. Он не нашел девушку в доме, но услышав тихий треск с улицы и посмотрев в окно кухни, Какаши обнаружил возлюбленную. Куноичи быстро срезала цветы, растущие под окнами дома, составляя достаточно объемный букет. Обвязав цветы лентой, Хотару забрала букет и пошла к выходу с поляны. Девушку мучили кошмары, а также она часто уходила в себя, размышляя о чем-то, поэтому ночные прогулки показались Хатаке подозрительными. Какаши был обеспокоен состоянием Хотару, и, если вдруг было что-то, что заставляет ее переживать, он хотел помочь ей. Поэтому, быстро одевшись, джонин выскочил из дома за ней. За спиной Какаши много лет службы в АНБУ - слежка была обыденным занятием для него, поэтому, тихо передвигаясь по широким ветвям деревьев, Какаши следовал за куноичи около часа, попутно мучаясь зазрениями совести. Девушка быстро шла по темному лесу, прижимая к себе букет, а Какаши, преследуя ее, размышлял о том, куда направляется его возлюбленная и имеет ли он право следить за ней. Хотару быстро отдалялась от дома, поэтому ничего не обдумывая, Какаши бросился вслед за ней. Сейчас же, преследуя ее, Хатаке не был так уверен в своих действиях. Он не хотел потерять доверие возлюбленной, но его нетерпение и тревога за неё взяли верх. Дорога заняла около полутора часов, и по истечении этого времени, шиноби дошли до пункта назначения. Какаши увидел деревенское кладбище, а Хотару остановилась около входа на пару секунд, а после, медленно, словно крадясь, пошла вдоль могильных плит. Девушка обошла многочисленные ряды и остановилась около большого монумента на три могилы. Хотару оглянулась по сторонам и, убедившись, что на кладбище она одна, присела на колени около памятника. Девушка достала из кармана в плаще ещё две ленты и, разбив большой букет на три, но поменьше, перевязала их. Аккуратно, словно держа в руках что-то необычайно хрупкое, Хотару возложила цветы к надгробиям. Какаши сел на толстую ветку недалеко от Хотару, но все же вне зоны ее видимости, поэтому хорошо видел каждое ее действие, при этом оставаясь незамеченным. Девушка взмахнула руками несколько раз и, ещё раз убедившись, что никого поблизости нет, запела под печальную мелодию. Какаши мог уйти сейчас, оставив Хотару наедине с собой, ведь он понял, от чего состояние его возлюбленной было таким напряжённым, но Хатаке застыл на месте, а его сердце сдавило от боли, когда он увидел двух иллюзорных мальчиков-генинов, которые вдруг появились позади Хотару. Они медленно подошли к ней и положили свои руки на плечи девушки, будто поддерживая ее. Почувствовав это прикосновение, куноичи подняла голову выше, глядя на гранитную поверхность прямо перед собой. Голос девушки заметно дрогнул, но петь она не перестала. Судя по реакции Хотару, иллюзия не подчинялась ей, а была создана бессознательно. Вскоре, мальчики растворились в воздухе, а на месте монумента появилось большое окно-воспоминание. Оно осветило мрачную серость кладбища, окрасив ее в насыщенные, летние цвета. В окошке маленькая белокурая девочка бежала вверх по холму. Добежав до вершины, девочка отдышалась и подняла взгляд выше. Команда Хотару ждала ее на вершине этого, ярко-зеленого из-за летней травы, холма. Какаши узнал их сразу: джонин листа и два мальчика, которые несколько мгновений назад стояли позади Хотару, обернулись к девочке и улыбнулись ей. Один из генинов, подбежал к девочке и начал, активно жестикулируя, что-то ей рассказывать. Светло-фиолетовые глаза Хотару светились от радости, когда она слушала его, а улыбка не сходила с ее лица. Другой парнишка, стоял чуть поодаль, скрестив руки на груди и ревниво глядя на них. Он подошёл и, схватив их сокомандников за руки, потянул за собой, а их сенсей лишь усмехнулся и пошел за ними, рассказывая по пути, по-видимому, суть новой миссии. Это воспоминание быстро перешло в другое и, вскоре, картинки сменялись быстрее и быстрее. Какаши наблюдал за тем, как команда, собравшись у костра для отдыха, ела жареную рыбу. И пока Хотару с более тихим мальчиком спокойно ели свой ужин, непоседливый генин корчил гримасы отвращения, откусывая каждый кусок, чем вызывал смех сокомандников. Судя по всему, он не очень уж любил рыбу, но все же давился ей, под грозным взглядом сенсея. Следующий эпизод, показал, как Хотару, уставшая после миссии, падает без сил, но угрюмый сокомандник подхватывает ее и, помогает залезть ему на спину. Он несёт девочку до самой деревни, пока другой мальчик ходит кругами вокруг них, что-то активно доказывая. Ещё одна картинка, въевшаяся в память Какаши, была о том, как мальчики спорили. Один кричал, а другой лишь злобно глядя на него, спокойно парировал его выкрики. Копирующий не знал, о чем они спорят, но в этом моменте, они были так похожи на него самого и Обито, что сердце шиноби пропустило удар. Хотару же, будучи смелее чем их Рин, не стала церемониться с парнями. Она просто набросилась на них, сбив с ног и обнимая обоих. Взгляды мальчиков прояснились, а от злости не осталось и следа. Они обняли куноичи в ответ, а после рассмеялись. Какаши полностью погрузился в процесс. Эти иллюзии в сумме с пением Хотару, казались одним целым. Все воспоминания перекликались со словами, которые пела девушка, и с мелодией, которая подстраивалась под происходящее в окошке. Но вот после такой цепочки счастливых воспоминаний, окошко иллюзий заметно потускнело. Какаши увидел уже чуть подросшую Хотару, которая мчится по лесу в одиночку. Девочка перескакивает с ветки на ветку, а после, резко спускается на землю. Хатаке быстро понял к чему всё идёт. Голос Хотару становится надрывным, а музыка тяжелеет и ложится на слух не так мягко, как до этого. Иллюзорная Хотару пробежав несколько метров и, падая на колени, склоняется над сенсеем, лежащим на земле. Его жилет пропитан кровью, а глаза закрыты. Девочка активировала технику и просканировала тело джонина медицинской чакрой и тот, чувствуя это, приоткрыл глаза. Впервые из окошка донёсся звук. Какаши пришлось напрячь слух, чтобы расслышать то, что с такой тяжестью говорит умирающий шиноби. На всякий случай открыв шаринган, Какаши читает по губам, чтобы не упустить ни одного слова. Лишь слегка разомкнув губы, сенсей хрипит от боли, но, из последних сил шепчет: "Помоги им. Это приказ." Глаза куноичи наполняются слезами, а руки начинают дрожать. Зелёная чакра медленно исчезает с ее рук. Хотару берет руку сенсея в свою и, немного сжав ее, будто давая обещание, кивает. Поднявшись на ноги, она говорит последние слова: "Спасибо за всё, Изао-сенсей, простите меня." Мужчина старается улыбнуться ей, но выходит с трудом, сенсей закрывает глаза, уже готовый принять свою участь. Девочка отскакивает от мужчины и направляется дальше, озираясь по сторонам, разыскивая напарников - она бежит исполнять последний приказ дорогого ей человека. От иллюзии слышится приглушённый вой, и Хотару резко меняет направление и бежит на звук. В этот момент, Какаши замечает, что сама Хотару ранена. Глубокий порез на плече, а ткань кофточки на боку, залита кровью - она, забыв о боли, несётся по лесу и лишь глаза выдают ее состояние. В них - животный страх и горечь потери. Преодолев некоторое расстояние, Хотару попадает на полянку, где видит тело напарника. Тот, более весёлый парнишка, лежит в густой траве, не шевелясь. Куноичи, заметив знакомый силуэт, бросается к нему и, оказавшись рядом, наблюдает пугающее зрелище: кофточка генина разорвана и пропитана кровью в районе живота, а с его губы стекает струйка алой крови - глаза открыты и обращены к небу. Девочка падает на колени перед ним, сразу активируя медицинскую технику. Хотару подносит руки к чудовищной ране, а Какаши наблюдая за этим, поражается, насколько точно девушка помнит этот эпизод, ведь ошмётки ткани на вспоротом животе мальчика, ужасные края раны и то, насколько глубокой она была - все, до мельчайшей детали Хотару спроектировала в иллюзию. Этот эпизод прочно засел в голове девушки и, наверняка, не раз снился ей в кошмарных снах. - Нет. Нет. Нет, - шепчет иллюзорная версия Хотару, - только не это... Парень переводит взгляд на девочку и пытается улыбнуться, когда первая пара слезинок Хотару падает на его кофточку. Мальчик будто принял боль и единственное, что сейчас беспокоило его, так это слезы сокомандницы. Его взгляд становится печальным, и он безотрывно смотрит на девочку. Он набирается сил, чтобы сказать хоть что-то. Это видно по слегка дергающимся губам, но вдруг, парнишка отворачивается от нее. Его глаза расширяются, а губы открываются шире, но Хотару слишком напугана и занята залечиванием раны, чтобы обратить на это внимание. Еле шевеля губами, мальчик давится кровью, однако, с его уст все же слетает два слова: "Осторожней, Хотару." Девочка оборачивается в ту же сторону и видит вражеского шиноби, бегущего прямо на нее. Его катана блестит в лунном свете, а на лице злобная ухмылка. Он быстро приближается, а Хотару, будто вкопанная в землю, не может сдвинуться с места, чтобы противостоять или хотя бы увернуться от атаки. Одно мгновение забрало бы ее жизнь. Но угрюмый парнишка из ее команды решил иначе. Внезапно появившись из гущи леса, мальчик становится между врагом и напарницей, ограждая ее от опасности. Катана нападающего пробивает его грудь, пронзив насквозь, а капли его крови окрашивают униформу Хотару. Получив смертельное ранение, мальчик хватается за лезвие одной рукой, а другой вонзает свой кунай в шею врага, который во время атаки подошёл слишком близко. Шиноби падает на землю, хватаясь за горло, из которого ручьем хлещет кровь. Сам парнишка падает на колени и, шипя от боли, достает вражеское оружие из своей груди. Теряя силы, мальчик падает, но Хотару вовремя подхватывает его и укладывает рядом с сокомандником. Обе руки Хотару покрылись лечебной чакрой. Правая лежит на груди у одного, левая на животе у другого мальчика. Хотару тяжело дышит, а капли ее слез падают на тела мальчиков. - Только не вы, пожалуйста, только не снова... - шепчет девочка, пытаясь лечить двух парней сразу. Хотару говорила, что до встречи с пятой, ее медицинские способности были годны лишь для лёгких повреждений. Ребенок не мог залечить такие серьезные раны, но, шепча мольбы о помощи всем, кому только возможно, Хотару пытается сделать хоть что-то, что позволит мальчикам выжить. Слезы застилают светло-фиолетовые глаза, но даже сквозь эту пелену Хотару видит неизбежный исход. Ранения не затягиваются, а медицинская техника тускнеет и мерцает. Чакра Хотару на исходе. - Черт! Нет! Только не снова... Помогите кто-нибудь! Та́ро! - Хотару срывается на крик, осознавая всю серьезность ситуации. Она не может помочь им. Хотару не владеет сильными медицинскими техниками, тем более, что здесь необходима срочная операция. Какаши с замиранием сердца следил за иллюзорной историей команды Хотару. Он также потерял свою команду и винил себя в этом, поэтому оценивая поведение девушки за последние дни Хатаке понял, что теже мысли одолевали и Хотару. Она не смогла помочь им, и это давило на нее, несмотря на то, что тогда она была лишь ребенком, который не был способен на сильные техники лечения. - Хотару, перестань, тебе самой... - мальчик, говоря эти слова, закашлялся, из-за чего из раны в его животе кровь полилась ещё сильнее, - нужно. Хотару ничего не слышит. Увидев мутный, угасающий, зеленый свет, куноичи сжала зубы от страха, переполняющего ее. Девочка зажмурилась, чтобы согнать надоедливые слезы, застилавшие глаза, когда на ее плечи легли руки мальчиков. Они из последних сил держали руки на весу, чуть сжимая ткань ее одежды. - Хватит, спасибо, - мальчик немного криво улыбнулся ей. - Живи за нас троих, - прошептал более угрюмый генин. - Мы любим тебя, Хотару. Обязательно будь счастлива, - парнишки улыбнулись так, будто не было никакой боли. Они улыбнулись ей, чтобы она не винила себя. Какаши видел, как из глаз реальной Хотару ручьем текли слезы, но она продолжала смотреть на своих любимых мальчиков, не отрывая взгляда. Каждый раз, когда наступал этот день, девушка выплакивала всю боль, скопившуюся за год. Она раз за разом, год за годом, приходила и так сильно скорбела о них, будто наказывала себя, показывая как сильно она виновата перед ними. После последних слов мальчиков, музыка сменилась на лёгкую и будто светлую мелодию. Иллюзии вновь унесли Хотару во времена, когда все участники команды были живы. Музыка становилась все энергичнее, а одно счастливое воспоминание сменялось другим. Совсем ещё юные генины бегут за белокурой девочкой, которая мчит от них, сидя верхом на волке. Рядом со взрослым хищником бежит волчонок, и, приглядевшись, Какаши узнает в нем вожака стаи Та́ро. В следующий момент, угрюмый парнишка заплетает длинные волосы девочки в кривую косу, пока та, корчит рожицы другому мальчишке. Десятки моментов пролетают, сменяя друг друга, а Хотару, не прекращая петь, глядит в это иллюзорное окно. Последняя картинка, которую видит Какаши - все тот же холмик, с которого все началось. Джонин и двое ребят тянут руки к реальной Хотару. Они улыбаются и зовут ее с собой, в те времена, когда боль от потери родителей, стала слабеть. Когда она обрела друзей и наставника, которые помогли заполнить пустоту в ее сердце. Хотару, сидя на земле, тянет им руку в ответ, но иллюзия внезапно рассеивается, оставляя ее в одиночестве. Ладонь Хотару, вместо окошка, коснулась каменного монумента и, обведя пальцами каждое имя выбитое на нем, медленно опустилась на колени куноичи. Яркость красок, создаваемая иллюзией растворилась, оставив для Хотару лишь серость каменных надгробий и кладбищенского грунта. Музыка плавно стихла, а девушка замолчала. Ещё несколько долгих минут, Хотару смотрела на могилу, пока на могильный грунт, ручьями стекали ее слезы. Но, отведя взгляд и, смахнув их, куноичи поднялась на ноги. Хотару что-то прошептала, обращаясь к почившим сокомандникам и, чуть помедлив, направилась к выходу с кладбища. Какаши проводил ее взглядом, оставшись на том же месте. Должен ли он выдать себя и показаться ей? Он боялся, что его появление может разозлить Хотару, ведь он следил за ней. Размышления Хатаке прервал темный силуэт, движущийся навстречу девушке. Джонин тихо продвинулся вперёд, чтобы рассмотреть его внимательнее. По дороге, ведущей на кладбище шла невысокая фигура, облаченная в черную одежду. Хотару замерла, так же вглядываясь в силуэт. Худая женщина лет шестидесяти с кружевной накидкой на серых, седых волосах, и одетая в траурное кимоно, твердой поступью, следовала на кладбище. Какаши, оценив незнакомку, не мог понять, почему Хотару будто оцепенела, увидев ее. Куноичи стояла посреди узкой лесной дороги, не шевелясь. Она опустила голову, и ждала, пока незнакомка поравняется с ней. Женщина же, ускорила шаг, завидев девушку, и, приблизившись к Хотару, остановилась, стоя на расстоянии вытянутой руки. Хатаке замер на одной из веток, наблюдая за ними. Незнакомка осмотрела Хотару с ног до головы, а после обратилась к ней. Хатаке был достаточно близко, поэтому хорошо слышал их разговор: - Я говорила тебе, не появляться здесь, - лицо незнакомки скривилось от отвращения, а голос был холодным как сталь. - Знаю, - Хотару отвечала ей, не поднимая головы, остановив взгляд на плече женщины. Казалось, что посмотреть в глаза человека - лёгкая задача, но только не для того, кто привык жить с чувством вины. - Ты таскаешься сюда каждый год, распевая свои плаксивые песни и моля их о прощении. Приходишь к ним ночью, но думаешь, я не узнаю, кто принес им эти веники? - повысила голос женщина, - не хочу знать ничего о тебе! - Я не могу этого не делать, - твердо ответила Хотару. - Ты никогда не получишь прощения. Если бы не ты, он бы не умер, - незнакомка шипела как гадюка, приближаясь к девушке, - именно ты убила моего мальчика, и я ненавижу тебя. Хотару подняла голову и пересеклась взглядом с незнакомкой. Как только их глаза встретились, по лесу разнёсся звонкий хлопок. Щека Хотару стремительно краснела, а следы от пальцев отчётливо проявлялись на ней. В оглушенном ухе звенело, но ни одна мышца на лице девушки не дрогнула. Она не увернулась от пощечины, хотя, будучи ниндзя, сделала бы это с лёгкостью. - Как ты смеешь, поднимать свою голову, - женщина потерла ладонь, красневшую следом за щекой Хотару. - До свидания, - прошептала куноичи. Хотару слегка склонила голову в поклоне и, обойдя женщину, пошла в сторону дома. Незнакомка обернулась вслед уходящей девушки, а после, опустила взгляд на свою ладонь. Реакция Хотару на удар удивила ее. Казалось, она ожидала чего угодно, но только не такой покорности. Какаши не мог представить себе такого поведения от женщины, поэтому не среагировал сразу, пытаясь защитить возлюбленную, а просто наблюдал, чуть приоткрыв рот от удивления. Его поразила жестокость незнакомки и отношение Хотару к ней. Когда девушка стала отдаляться, Какаши опомнился и прыгнул, оттолкнувшись от ветки и сократив расстояние между ними, Хатаке спрыгнул на землю. - Хотару, подожди! - крикнул он. Куноичи остановилась и повернулась к нему. Их взгляды встретились, но Какаши не увидел в ее глазах злости или разочарования. Копирующий нагнал девушку и, остановившись рядом, взял Хотару за руку. - Прости, я не должен был, - Какаши не хотел чтобы девушка решила, что он не доверяет ей, - я переживал за тебя. Когда ты уходила в свои мысли, ты выглядела такой печальной. - Все в порядке, Какаши, - девушка сказала эти слова так спокойно, будто до сих пор находилась где-то не здесь. Хотару подошла к нему и обняла. Прижавшись к возлюбленному, девушка тяжело вздохнула. Какаши обнял Хотару в ответ и погладил её спину и волосы, пытаясь утешить. Хатаке понял, что незнакомка была матерью одного из мальчиков. Скорее всего того, кто пожертвовал собой ради Хотару. Какаши и сам сталкивался с ненавистью со стороны жителей деревни, поэтому прекрасно понимал чувства девушки. - Надо бы просто позвать тебя с собой, - сказала Хотару, - но я могу посетить кладбище лишь ночью, поэтому я не хотела тебя будить после дежурства. - В следующий раз, я пойду с тобой, - ответил Какаши, - не волнуйся о времени суток. Какаши чуть помолчал, но все же добавил: - Мне жаль, что тебе приходится переживать такое отношение к себе. Я понимаю, как это тяжело. - Я уже привыкла и могу ее понять. И да, я знаю твою историю лишь частично. Теперь, ты можешь поделиться ею со мной, - сказала Хотару, встречаюсь глазами с Копирующим, - я слышала прозвища, которыми тебя одаривали жители Конохи, но знаешь, я думаю, что могу понять тебя лучше, чем кто-либо другой. Сегодня, лучшее время, чтобы рассказать об этом. Какаши смотрел в печальные глаза возлюбленной. Ее щека была все ещё красной, а из маленькой царапины, оставленной, по всей видимости кольцом, которое носила незнакомка, стекла тонкая струйка крови. Хотару, как и Какаши, не перестала чувствовать боль, вспоминая команду, но встретившись с ним, приняла ее. Раньше она сбежала бы от матери Мэдоки, а сегодня, она не сдвинулась с места. На нее нахлынула волна страха, но Хотару справилась с ней. Девушка чувствовала, что сделала то, что должна была. - Пошли к ручью, я расскажу тебе свою историю и выслушаю твою, - сказал джонин и, взяв Хотару за руку, хотел было продолжить путь. Но Хотару одернула его и, дождавшись, пока Какаши вопросительно посмотрит на нее, сказала: - Ты очень помог мне, спасибо, Какаши, - Хотару сжала его руку и обвив ее своей, прижалась к боку Копирующего. Какаши поцеловал девушку в макушку и повел ее за собой. По пути, Хотару немного успокоилась и стала менее напряжённой. Пара пошла по лесной дороге, не замечая, смотрящей им вслед женщины. Присев на песчаном берегу узенького ручья, протекающего неподалеку далеко от дома девушки, пара слушала успокаивающий шум воды. - Я видел всё в иллюзии, но я хочу узнать эту историю от тебя, - начал Какаши. - Хорошо, - ответила Хотару и, положив голову на плечо Хатаке, начала: "Я обучалась в академии в Тоника-мура, после чего меня распределили в команду. Шиноби могут базироваться не только в Конохе, поэтому меня поставили с теми, кто жил в одной деревне со мной. Изао-сенсей был джонином, который обучил меня базовым медицинским техникам, а также развил мою скорость. Он был хорошим наставником и любил нас как родных детей. Мэдока и Юичи - мои одногодки стали мне очень близки. Мэдока был спокойным и рассудительным. Он был самым сильным в команде и полагалось, что именно он станет нашим капитаном, когда мы сдадим экзамен на чунина. Юичи же, был забавным мальчиком. Он постоянно дурачился и не мог быть серьезным. Он тоже был силен, но не так внимателен, как Мэдока. Они постоянно спорили, но и жить друг без друга не могли. Мы часто проводили время вместе и вне миссии. Мальчики были добры ко мне, - Хотару усмехнулась, - а ещё они оба были влюблены в меня. Думаю, поэтому они и спорили так часто. Я мирила их, объявляя им бойкот или же просто набрасываясь на них с объятиями. Все было так замечательно. В последний день их жизни, Изао-сенсей собрал нас для миссии. Мы разделились для поиска каких-то ловушек или вроде того, а когда я наткнулась на вражеских шиноби, поняла, что эта миссия выше рангом, чем было заявлено. Я сражалась с ними, но поняла, что если потрачу ещё больше чакры, то не смогу оказать хоть какую-то помощь команде. Тем более меня ранили, но пока не смертельно, поэтому нужно было бежать. Волки помогли мне и взяли врагов на себя, а я побежала искать своих. Сенсей умирал, когда я нашла его. Он был загнан в ловушку и сильно ранен. Изао-сенсей отдал приказ оставить его и помочь мальчикам, и я отправилась исполнять его. Юичи вспороли живот и бросили умирать. Когда я увидела его, я забыла об осторожности. Я пыталась остановить кровотечение, но оказалась бесполезной. Ко всему, я не заметила врага, который мог убить меня. Но Мэдока выскочил между нами. Он убил нападающего, но был ранен сам. Я не могла осилить лечение одного Юичи, поэтому о том, чтобы помочь и ему, я и не мечтала. Я молила Ками о том, чтобы хоть кто-то пришел на помощь. Волки отправились в деревню, когда убили тех, кто напал на меня. Помощь пришла лишь тогда, когда мальчики уже перестали дышать. Среди них не было медика, поэтому ничего нельзя было сделать. Я виню себя за то, что оказалась слишком слабой, чтобы помочь им. И Каяо-сан имеет полное право ненавидеть меня. Мэдока умер из-за меня, ведь я была неосторожна и не следила за обстановкой. Я поддалась страху и подставилась. Он сделал это, потому что любил меня, а я не смогла спасти его. Я сбежала из деревни, чтобы жить и работать одной. Меня ненавидели семьи погибших, потому что я была бесполезна. И в этом они правы. Сейчас, я способна защитить себя и других, но тогда, они погибли из-за меня." Какаши хотел не согласиться с заключением Хотару, но не смог. Она сам думал так же, когда потерял команду. Обито пожертвовал собой, а Рин, которую Какаши обещал защищать, погибла от его руки. Он знал, что не виновен в их смерти. Он был без сил, поэтому Обито решил спасти его, попав под завал, а Рин сама прыгнула под удар, пытаясь спасти деревню. Но нельзя избавиться от этого чувства просто так. Он постоянно думал о том, что должен был сделать, чтобы спасти их обоих. Какаши мучился все это время. - Раньше я бежала от этого. Я избегала Каяо-сан, а сегодня посмотрела ей в глаза. Мне нечего ей сказать, ведь я знаю, что ее ненависть обоснована, но я не убежала от нее, а справилась со страхом. Это был первый раз, со дня их смерти, когда я подняла голову перед ней. Какаши обнял девушку за плечо и поцеловал в волосы. Ещё несколько секунд молчания прервал его вопрос: - Ты ведь знаешь, что не виновата. Но ты не прекратишь винить себя в их смерти, только от того, что выжила сама? Хотару кивнула и взглянула на Копирующего. - Я такой же как и ты, Хотару. Если встреча со мной помогла тебе принять эту потерю, я рад. Но я знаю по себе, как тяжело простить самого себя. Какаши вздохнул и рассказал Хотару о смерти Обито и Рин. Он говорил о погибших, описывал их взаимоотношения внутри команды. Хатаке рассказал, как отрекся от идеалов отца и как горько жалел об этом. Рассказал о кошмарах, и о ненависти от семей погибших. Стычки и непонимания внутри отряда АНБУ, когда все были уверены, что он готов жертвовать жизнями людей ради выполнения миссии. Команда боялась его, из-за излишней хладнокровности и жестокости, а так же назвала своего капитана: "Убийца друзей Какаши". Он рассказал о том, как учитель пытался помочь ему справиться с этой утратой, а после умер и сам, оставив ещё одну рану в сердце молодого джонина. Куноичи слушала, внимала его словам, находя так много схожих эпизодов в их историях. Их команды и их судьбы были слишком похожи. Они оба совершили ошибку, о которой жалеют. Хотару поддалась страху, и это привело к тому, что Мэдока пожертвовал собой, а Какаши разочаровался в отце, из-за чего командная работа была невозможна. А после случившегося, каждый из них справлялся с потерей как умел. Постоянно бежать от боли или просто погрязнуть в ней - не имеет значения. Важнее было принять её и простить себя за ошибку, которую оба никогда больше не совершат. Их присутствие в жизни друг друга, заполняло пустоту в их сердцах. Эти отношения делали их лучше, показывая примере друг друга, как жестоко человек может поступать с самим собой, мучаясь и ненавидя себя, не давая себе и шанса на прощение.