Привет, Лили

После Хеллоуина время летело с бешеной скоростью. Лили дни напролёт пропадала в мастерской, готовясь к предстоящей выставке, а Скорпиус с головой ушёл в работу, выполняя миссии министерства. Малфой заполнял очередной отчёт, когда услышал тихий стук в дверь. Он осмотрелся и к своему удивлению не обнаружил за соседними столами ни души. - Войдите! - хрипло сказал он, закашлявшись после долгого молчания. Лучезарно улыбаясь, Поттер вошла в кабинет. Как всегда битком набитая бумагами сумка, длинный вязанный шарф, обмотанный вокруг шеи несколько десятков раз, безразмерное зимнее пальто и ботинки перепачканные краской. Из небрежно собранных на затылке волос торчала волшебная палочка, а щеки, усыпанные веснушками, раскраснелись от мороза. Удивленный Скорпиус подскочил на месте от неожиданности. - Как ты… - Я дочь твоего босса. - пожала плечами девушка, разматывая шарф. - Но надеюсь, он не узнает об этом. Она закусила губу и повернулась к двери, запираясь на замок. - Но зачем… - недоумевал Малфой. - Я соскучилась. - сказала девушка, торопясь заключить его в объятия. - С этой выставкой я как с ума сошла, не помню даже, когда видела тебя последний раз… - Да, кажется, мы слишком много работаем. - усмехнулся юноша, с наслаждением вдыхая аромат ее волос. - Не хочу становиться одной из тех пар, которые проводят время вместе только во сне… Он нежно поцеловал ее прежде, чем она закончила говорить, и опьяненный запахом ее кожи спускался вниз, целуя ее шею. Мерлин, почему одного ее поцелуя всегда так мало. Она запустила руки ему в волосы, отчего по его спине пробежали мурашки, и он принялся целовать ее с большей страстью. Пальто и шарф вскоре оказались брошены на пол, вслед за ними отправился свитер Лили и Малфой с упоением ласкал ее бархатную кожу. Пальцы юноши блуждали по ее телу, заставляя девушку сладко постанывать в перерывах между его поцелуями… - Какого черта, Малфой?! - возмущённо дергал дверной ручкой Альбус. - Алохомора. Красный как рак Скорпиус сидел за столом и молил высшие силы о том, чтобы Поттер ни за что на свете не подошёл к нему. - Что с дверью? - проворчал парень, падая на свой стул. Малфой пожал плечами, делая вид, что занят документами, как вдруг тёплая ладонь Лили коснулась его бедра. Он вздрогнул, громко проехавшись стулом по полу и из под стола послышался глухой удар. - Ты чего? - спросил Поттер. - Все н-н-нормально. - ответил Скорпиус, украдкой пытаясь заглянуть под стол. - А это что у тебя там? - сказал Альбус, поднимая с пола шарф, запутавшийся в ножках офисного кресла. - Твою ж мать, Малфой… - Черт… Нервно хихикая, Лили выбралась из-под стола, поправляя надетый задом наперёд свитер. - Надеюсь, ты в штанах. - сморщил нос Поттер. - Ладно… Я… Мне… - запинаясь пробормотала девушка. - Иди уже. - отмахнулся Поттер, потирая лоб. Лили виновато улыбнулась и выскочила из кабинета. - Просто объясни мне, как, имея возможность выбрать любую девушку, ты всегда сходишься с кем-то из моей семьи? - спросил Альбус, возвращаясь к своему столу. - Ой, отвали… - краснея ещё сильнее отмахнулся Скорпиус и уставился в документы. - Да ладно, я же не против. - улыбнулся Поттер, - Только береги её, она… - Да хватит тебе, я же… - Я не шучу, Малфой. Я доверяю тебе, но если ты навредишь ей, я тебя убью. - Ал… - Клянусь. Я тебя убью. - строго сказал Альбус и его изумрудно-зелёные глаза загорелись зловещим блеском.

***

- Мистер Поттер, неужели нельзя отправить кого-то другого, я… - Мракоборец Малфой, это миссия ранга А, мне нужен тот, в ком я уверен. - стальным тоном ответил мужчина. Гарри и Скорпиус сидели в тесном, заваленном документами, кабинете Поттера, обсуждая детали новой миссии. - До Рождества неделя, я не успею вернуться. - пробормотал юноша. - Если ты хочешь проводить Рождество с семьей у камина, тебе нужно было оставаться на прежнем месте работы. - Я понимаю, просто… Просто это было первое Рождество с Лили. Просто это был день открытия ее первой выставки. Просто в выдвижном ящике его рабочего стола лежала коробочка с помолвочным кольцом. Он любил ее. Ни в чем Скорпиус Малфой не был уверен так твёрдо как в том, что хочет провести рядом с ней всю жизнь. Она была особенной. Тем светом, который разогнал тьму вокруг него. Той, кто принимал его таким, какой он есть. Той, с кем не нужно было притворяться. Той, кто спас его. Она была той, кого он хотел выбирать каждый день. И он знал, что по какой-то неведомой причине, она всегда выбирала его. Скорпиус невольно вспомнил как делал предложение Розе. Он не мог отрицать, что был влюблён или сказать себе что был неискренен, но тогда его чувства были… другими. Малфой был так молод и будто сам не понимал серьезность этого шага. Все, что его волновало тогда - чувства и эмоции Розы, причём настолько что он совсем перестал думать о себе. С Лили он стал другим, с Лили он наконец стал собой, отчего стал любить эту девушку ещё сильнее. В этот раз не было плана. Не было попыток искусственно создать идеальный момент для идеальной девушки, ведь это была Лили. Прекрасная в своей неидеальности, всегда немного лохматая и перепачканная краской, но такая настоящая, живая и искренняя. И ему не нужны особые условия, чтобы признаться ей в любви. Малфой знал, что этот особый момент обязательно настанет сам. Как знал и то, что каждое утро, просыпаясь в постели пропитанной ароматом ее кожи, Скорпиус никак не мог поверить, что это не сон. И мысль о том, что он проведет без неё так много времени сводила его с ума.

***

Лили сидела на скамейке в выставочном зале, глядя на единственный снимок на большой белой стене. То, с чего все началось - открытка, которую подарил ей Тэдди на её 14 день рождения. Снимок, купленный у неизвестного автора, и перевернувший её представление о творчестве. Ей стало недостаточно мира, который она видела через объектив ее камеры и который старалась показать на своих колдографиях так долго, что уже и не помнила себя без фотоаппарата в руках. Девушка перевела взгляд на камеру, подаренную Скорпиусом в тот же день рождения и с нежностью улыбнулась своему отражению в линзе объектива. Она была ее любимицей, на которую были сделаны почти все снимки на этой выставке. Ее выставке. Она не могла и мечтать о таком в 14. Или в 17. Джинни восхищенно комментировала ее работы, Гарри расхаживал по галерее с самодовольной улыбкой, а Джеймс и Альбус засыпали ее вопросами о том, как же, черт возьми, она это сделала. Приходили критики, приходили люди, которых она не знала, и каждый так искренне интересовался ее творчеством, что Лили не могла поверить, неужели это правда происходит с ней. Но сейчас, сидя здесь, в опустевшей галерее, она безумно сожалела о том, что ей не удалось разделить этот момент со Скорпиусом. Сейчас она особо остро ощутила то, как тосковала по нему, спасаясь от этого чувства в суматохе перед выставкой. Ей всегда казалось, что она живет ту жизнь, которую выбирает сама и теперь ей больше всего на свете хотелось выбирать ту, в которой каждый день бы начинался и заканчивался в объятиях Скорпиуса. Знакомый тихий хлопок аппарации выдернул ее из собственных мыслей и Лили расплылась в счастливой улыбке. Не говоря ни слова, Малфой подошёл и сел рядом с ней, слегка касаясь ее руки. - Прости, я все пропустил. - глядя на снимок на стене. - Главное, что ты здесь. - ответила девушка, положив голову ему на плечо. От его дорожной мантии пахло мхом и мокрым лесом и на миг ей показалось, что она сейчас находится где-то очень далеко отсюда. Он здесь. Он успел. - У тебя столько времени, сколько захочешь. Владелец галереи оставил мне ключи. - тихо сказала Лили не отводя глаз от снимка перед ней. - Это ведь та самая открытка, да? Которую ты показывала мне тогда? - Да… - Знаешь, я все думаю, как, зная тебя столько лет, я не увидел то, насколько ты прекрасна. Ты ведь всегда была такой… особенной, а я будто смотрел на тебя, но не замечал самого главного. - Мы были детьми. Ты был просто Скорпиусом, а я просто Лили. - Я рад, что мы с тобой снова встретились. Рад, что мне повезло быть с тобой рядом. Лили улыбнулась, наконец повернувшись к нему лицом. Малфой с наслаждением рассматривал каждый миллиметр ее лица, стараясь запечатлеть этот образ в своей памяти: то, как светились ее глаза, как раскраснелись щеки от смущения, вызванного его откровениями. Он запоминал каждую веснушку, каждую прядь волос, спадавшую на лицо, словно хотел сделать снимок, который бы навсегда остался только в его памяти. - Лили, я люблю тебя. - сказал Скорпиус. - Я так часто говорил это лишь в своей голове, но все эти дни без тебя… - А я люблю тебя. - выдохнула девушка, обжигая своим горячим дыханием его губы. - Я так люблю тебя… Малфой коснулся ладонью ее щеки и поцеловал Лили. - Я люблю тебя. - шептал он. - Я люблю тебя. - повторяла она в ответ. Сколько бы они ни целовали друг друга - им всегда мало. *** Утреннее солнце переливалось золотистыми лучами в волосах Лили, которая грациозно двигалась в такт музыке, которая играла из граммофона в гостиной. В воздухе витал аромат свежесваренного кофе, а кухня была наполнена звуками утра - на сковороде шипели блинчики, а в сотейнике зачарованная ложка медленно помешивала клубнику для джема. Скорпиус застыл в дверях, наблюдая как танцует ничего не подозревающая Лили. Ещё одно чудесное утро. - Счастливого Рождества. - прошептал он над ухом, нежно обнимая ее сзади. - С Рождеством, Скорпиус. - промурлыкала девушка, прикрывая глаза от удовольствия. Малфой осыпал ее шею нежными поцелуями, прокладывая дорожку к острым ключицам и прижимая к себе всё крепче. Прошлый вечер они провели в галерее, молча рассматривая работы девушки. Казалось, все слова, что они могли бы сказать друг другу потеряли какой-либо смысл после «я тебя люблю». - Я так соскучилась. - тихо сказала Лили, - Не оставляй меня одну так надолго. - Я постараюсь. - улыбнулся Малфой. Заиграла новая песня и девушка непроизвольно стала покачиваться в такт музыке. Скорпиус подхватил темп и аккуратно развернул ее к себе, жестом приглашая на танец. Они купались в лучах набиравшего силу утреннего солнца, растворяясь друг в друге и в музыке, которая окутывала их, забираясь под кожу. - Выходи за меня. - сказал Скорпиус. Лили подняла голову и посмотрела ему в глаза. - Moi j'voulais tes yeux, ça ne changera pas.* - повторила она строку из песни.