Активное долголетие

С натужным гудением оторвавшись от земли, последний эвакуационный транспортный корабль поднялся в раскалённые небеса, провожаемый воплями отчаяния, плачем и проклятиями тех, кто остался на переполненном космодроме. Увы, но семьдесят три тысячи звездолётов всё равно не смогли бы вместить все семь миллиардов жителей обречённой планеты, чьё светило сошло с ума и угрожало в ближайшее время обратить в пепел весь этот цветущий высокоразвитый мир. Вытягивая огненные щупальца в сторону планеты, обдавая её своим ядовитым дыханием, местное солнце походило на грозного бога, разозлённого каким-то проступком жалких букашек, и теперь готового покарать строптивцев… Словно в приступе бреда толпы некогда вполне себе здравомыслящих существ, способных к созданию прекрасных произведений искусства и сложных механизмов, занимались разбоем и грабежом, насилием и убийствами, врываясь в дома своих врагов, бывших и нынешних, забирали всё, что попадёт под руку, совершали религиозные жертвоприношения или же на разогнанном до субсветовой скорости автомобиле мчались в неизвестном направлении, словно стараясь убежать от самой смерти. Это всеобщее безумие расширялось, перебрасывалось из города в город, с материка на материк, подобно чудовищной инфекции, а свет солнца становился всё ярче, жар его лучей всё болезненней обжигал незащищённую кожу, выводил из строя технику, сводил с ума животных — конец был близок. Последний транспорт уже вышел за пределы верхних слоёв атмосферы, когда его навигатор, склонившийся над зелёным кругом космического радара, поперхнулся горячим кофе и со всех ног бросился в переднюю часть кабины, в целях предосторожности разграниченной на два помещения. Немолодой бородатый человек в чёрном с иголочки костюме адмирала Звёздного Флота уже поднимал руку в традиционном жесте, означавшем переход на сверхсветовую скорость, когда навигатор, сметая с пути двух подвернувшихся космонавтов, влетел в кабину и завопил, что на его экранах появилась комета, несущаяся наперерез курсу корабля. Хотя все корабли, использующие сверхсветовую скорость, обладали прочными защитными экранами, капитан повременил отдавать приказ на скачок — удар даже небольшой кометы на начальном этапе перемещения мог сбить координаты, и судно в лучшем случае вылетело бы в не тот район космоса, а в худшем — зацепило бы маяк связи, случайный корабль или мусор, а то и попало бы прямо в объятия к другой звезде, что проглотит их транспортник с таким же удовольствием, с каким собственное светило готовилось пожрать их планету. Лучше было перестраховаться, потому транспорт временно уменьшил мощность двигателей, пользуясь задержкой для того, чтобы пилоты могли проверить правильность ввода данных для скачка. Тем временем внимание капитана было полностью сосредоточено на комете: опустившись за пульт управления, он настроил задержку изображения для большей чёткости, и вывел комету на свой личный обзорный экран. Увиденное поразило человека, встречавшего в своей жизни великих космических китов, видевшего рождение двойной звезды и разговаривавшего с разумной туманностью. Комета была окружена мощным энергетическим полем, обманувшим приборы и заставившим считать её куда больше, чем она была на самом деле — хотя за нею тянулся длинный и плотный огненный хвост, тело кометы выглядело совсем небольшим. И представлял он не камень, не кусок льда, не обломок какого-то рукотворного космического тела, а белоснежную крылатую лошадь с витым рогом. Капитан совершенно по-детски протёр глаза, но зрение его не обманывало. Космическая лошадь обладала пламенеющими гривой и хвостом, на ногах имело нечто вроде обуви для копыт, на теле — сияющий нагрудник, по-видимому нагретый тем же полем, что она излучала, но не расплавившийся, хоть и раскалившийся, и не причиняющий ей никаких неудобств. Теперь капитан подумал, что солнце внезапно перешло в новую стадию активности и теперь выжигало мозги экипажу, невзирая на защиту корабля, потому что и пилоты увидели странный объект, тут же выпрямив спины и тараща глаза на главный обзорный экран. Игнорируя корабль, поперёк курса которого она летела, пламенеющая кобыла направилась прямо к звезде, как будто её собственный огонь мог противиться силе этого чудовища. Однако, вскоре выяснилось, что и вправду мог! Пламя живой кометы становилось всё слабее, но жар светила будто бы сливался с ним, продолжая тем самым защищать кобылицу от температуры, которую, скорее всего, не вынесла бы даже она. Дальнейшее пилоты видеть не могли, системы уже начинали выходить из строя, «глядя» прямо на солнце, но то, что произошло дальше, оказалось заметно и без приборов. * * * - Тише, маленький, - улыбнувшись, Дейбрейкер зависла в космосе, расправив широко свои огромные крылья и выставив вперёд правое копыто, словно желая прикоснуться к бурлящей поверхности солнца, до которой ей оставалось лететь менее пары километров. - Тебе ещё рано просыпаться. Её рог полыхнул золотыми искрами, вышедшими за пределы защитного поля, и полетевшими вниз, словно огненные снежинки. Едва они коснулись поверхности звезды, как её кипящая злоба пошла на спад, выбивавшиеся в космос протуберанцы уменьшились, бешеное завихрение огненного поля замедлилось. Внезапно на поверхности появилась острая крокодилья мордашка размером с десяток футбольных стадионов, и сонные глаза с вертикальными зрачками посмотрели на Дейбрейкер. Та снизилась ещё, приблизившись к алому носу драконоподобного существа, и мягко дотронулась до него копытом — подошва её обуви зашипела, обратившись в каплю расправленного металла, но само копыто защитила, а чудище с довольным урчанием погрузилось обратно в звезду. После этого сумасшествие звезды сошло на нет, и жители планеты с удивлением смотрели, как над их головами снова светит милое и приятное солнце. * * * - Ах, эти ванны горячего молока — просто чудо! Мы удовлетворены и раслабленны! - экс-принцесса Луна с выдохом удовлетворения завалилась на софу, перевернувшись на спину и взглянув на сестру снизу вверх. Селестия, стоя у шкафа, меняла походные накопытники, поскольку тот, что был надет на её правую переднюю ногу, стал абсолютно непригоден для дальнейшего использования. - Я тоже неплохо живу на пенсии, - улыбнулась Селестия. - Но сейчас я не прочь немного отдохнуть на милом Фенуме… Как насчёт партейки в «Подземелья и Принцессы»? - Всегда «ЗА», сестрица! Всегда «ЗА»!