Вампир с голубыми глазами.

— Сыт? — слабо улыбаясь, спрашивает Арсений, смотря на парня. Шастун слабо кивает, перенимая улыбку собеседника. Его осторожно берут за руку, вновь будто мелкие разряды тока пронзают поверхность кожи, отчего Антон на пару секунд прикрывает глаза. — Пойдём, — улыбнулся вампир, осторожно проводя большим пальцем по тыльной стороне ладони. — А? — негромко вопрошает шатен, поднимая взгляд на графа. Он следует за ним, полностью доверяя себя. Чувствуя, будто они с Арсением знакомы больше ста лет. — Сейчас ляжешь, отоспишься, — негромко произнёс Попов, подходя к выходу на балкон. — А ты? — забывая про нормы общения от усталости, да и за ненадобностью. Антон падает на мягкую перину кровати и прикрывает глаза, шумно выдыхая. — Я? Не знаю, — негромко говорит Арсений, а после оборачивается на младшего со слабой улыбкой. — Сюш, не хочешь... — Шастун кусает нижнюю губу, смотря на мелькнувшие голубые глаза, они словно загорелись, как голубой огонёк, и потухли. Шатен и сам не понял, как он додумался до такого сокращения имени графа, да ещё и хотел предложить лечь вместе... Явно не похоже на Шастуна, и это стало его беспокоить. — Что? — негромко произнёс брюнет, заметив задумавшегося Антона, да и молчание немного его напрягало. — Н-ничего, прости, не знаю, почему у меня вырвалось это... — почти шепчет Шастун, боясь негативной реакции вампира. — Лечь с тобой? — он словно знал о том, что хотел договорить младший. Фраза прозвучала скорее утвердительной, он был уверен в ответе. — Я... — замялся шатен, забираясь под одеяло и чуть дрожа из-за холодного одеяла. Арсений лишь прикрыл глаза, негромко усмехнувшись. Ему не нужно было повторять, просить. Он просто молча снимает верхнюю одежду, оставаясь в подобие рубахи, которая чуть оголяла его бёдра. Вампир ложится в кровать, приглашая Шастуна в объятия. Младший, который застыл в одном положении, рассматривая тело Попова, лишь встряхнул головой, устремляя взгляд на голубые омуты. Тёплая улыбка, родной взгляд, всё такое знакомое. Шастун не понимает, почему всё ему так знакомо, почему он чувствует себя здесь как в своём собственном доме. Не знает, но чувствует и, без сомнений, двигается ближе к мужчине, переворачивается на другой бок, прижимаясь спиной к крепкой груди брюнета. Арсений выдыхает, обнимая шатена. Улыбается, прижимая парня к себе, зарываясь пальцами в его пшеничные кудряшки, поглаживая и слушая спокойное дыхание юноши. — Сюш... Прижми сильнее, ты же знаешь, как мне это нравится, — тихо урчит младший, находящийся на грани сна. Вампир улыбается, прикрывая глаза и сдерживая слёзы, он прижимает Антона чуть сильнее, слыша удовлетворённый выдох. Лучи солнца пробиваются через окно, освещая комнату и проливая в неё какой-то уют. Лучик света целенаправленно полз с самого рассвета к Шастуну, наконец-то достиг своей цели в 9 часов утра. Пробегаясь по пшеничным кудряшкам, он светил прямо в глаза, заставляя парня всё же проснуться. Недовольно бурча, он поворачивается на другой бок. Тёплые руки обвивают его талию, брюнет утыкается в его ключицу, тихо сопя. Антон нежно улыбается, осторожно запускает руку в волосы вампира и гладит его, вновь ощущая подобие разрядов тока. Он прикрывает глаза, наслаждаясь таким спокойным и уютным для него моментом. Когда он лежит вот так, гладит мужчину по волосам, чувствуя чужое дыхание на своей коже. И его вовсе не смущает, что пришёл он в замок только вчера, ничто не кажется ему странным, а с точностью наоборот, он чувствует, что так и должно было быть... — Ну что, ну что там? — тихо спрашивает девушка, пытаясь заглянуть в спальню. — Да тише ты! — шикает на неё вторая, наблюдая за всем. — Это точно он! Оксана прикрывает дверь, а после врезается в Иру с объятиями, сжимая её до хруста костей. — Пусти, пусти, раздавишь! — тихо пищит Ирина, жмурясь, но обнимая девушку в ответ.