Вампир с голубыми глазами.

На замок опускаются первые лучи солнца, освещающие белоснежный камень строения. Через окна пробиваются яркий свет, заставляющий Антона повернуться на другой бок. Парень нежится в тёплых объятиях любимого, утыкается носиком в его шею и с наслаждением вдыхает родной аромат, отдалённо напоминающий бриз. Перед глазами вновь проносятся события той роковой ночи. Пульс учащается, он резко подскакивает на кровати, устремляя взор на графа. — А-Арс... — тихо зовёт он брюнета, и тот тихо мычит, всё ещё не проснувшись полностью. Шастуна переполняют эмоции, это страх, некое непонимание, счастье и радость. Он кидается к Арсению, крепко обнимает и утыкается в его шею, закрывает глаза и тихо смеётся. По щекам катятся слёзы радости — у них получилось, всё получилось. — Родной мой, — тихо говорит вампир, обнимая младшего. Попов улыбается, теперь маг всё вспомнил, нет больше смысла сдерживать эмоции и чувства, наконец-то он может вести себя  так, как привык ещё одно столетие назад. По щекам графа стекает одинокая слеза счастья, он прижимает уже рыдающего шатена к себе, целует его в макушку. — У нас получилось? Я их спас? — сыплет вопросы Антон, словно пулемётной очередью. — Да, родной, у нас получилось, — улыбнулся Арсений, гладя мага по волосам, — Как же я скучал по тебе, счастье моё... — И-и-ир, — тянет Суркова, прижимая младшую к себе. — Ну что-о-о? — хихикает девушка, обнимая возлюбленную за талию. — Люблю я тебя, — улыбается Оксана, кратко целуя Кузнецову в нежные губы. Девушка плавится в руках родной нимфы и прижимается к ней, укладывая голову на её плечо. — И я тебя люблю, — тихо урчит девушка, подобно кошке, и ластится к рукам старшей, которая заботливо укрывает голое тело пледом. — Окс, а если Шаст не вспомнит, — тихо говорит младшая, закидывая ногу на ноги возлюбленной. — Продолжим жить так же, как и жили, не переживай, — тихо отвечает Суркова, вплетая свои пальцы в волосы Ирины. — Я хочу повидать мир, а не торчать в одном замке, — с грустным вздохом произносит нимфа, прикрывая глаза. — Значит, я покажу тебе весь мир, — улыбается Оксана, почёсывая кожу головы короткими ногтями. Антон усаживается на коленях любимого, целует его в щёку и улыбается. Вновь на двор опускается ночь, а на небе показываются первые, ещё тусклые, звёзды. — На этот раз меня не кинет на несколько десятков лет назад? — улыбается парень, обнимая любимого за шею. — Нет, на этот раз нет, — улыбнулся вампир, укладывая голову на плечо шатена. — Смотри, звезда падает! — улыбается шатен, прикрывает глаза и загадывает какое-то желание, пока Арсений наблюдает за ним с счастливой улыбкой на губах. — Хэй, мы не помешаем? — говорит Оксана, выходя на специальную площадку на крыше замка. — А? — Антон оборачивается, смотря на девушек. Улыбнувшись, он слабо кивает, — Идите к нам, не помешаете. — Что обсуждаете? — улыбнулась Ирина, заходя следом. — Да так, — хмыкнул Попов, поглаживая талию парня, — Он всё вспомнил... — Арс, запомни, прошу тебя, — по щекам текут слёзы, но взгляд слишком серьёзный, — Я вернусь через минимум сто лет, запомни, ты должен будешь помочь снять последствия. — Да... — словно в прострации отвечает Арсений, по щекам которого ручьём сбегают слёзы, за что он получает несильную пощёчину, приходя от этого в себя, — Да, я запомнил. Он повторяет в голове заклятие, которое явно въестся ему в кору головного мозга: «Quod ignis tulit semel, et revertetur. Et erit incantatores cadunt off, revelaverit secretum in mundo specie muros il quale vuole che tutti gli uomini si salvino e giungano alla vita. Vita ad pristinum cursum revertetur, sino te a maledictione in aeternum recedere Ita fiat.» Оно гласит: Забранное огнём - вернётся на места, что проклятье будет снято, а жизнь станет прежней. Латынь вампир прекрасно знал, поэтому, забрав лист из рук возлюбленного с этим заклятием, он притянул его к себе, целуя в губы, пытаясь заглушить рвущийся наружу крик. Боль, острая и сильная душевная боль, он не хочет отпускать его... — А другую часть истории вы знаете, — вздыхает Попов, а после выуживает из кармана штанов сложенную несколько раз бумагу, замолкая на время. — Это оно? — тихо спрашивает Шастун, смотря на руку вампира, получая в ответ краткий кивок. — Я в шоке, Арсений, почему ты нам не рассказывал про этот момент? У нас всё это время было заклинание, мы же могли попробовать снять проклятие! — в недоумении и с неким возмущением говорит Ирина, ёрзая на коленях у Сурковой. — Не могли, — кратко отвечает Антон, уже читая записанные на бумаге предложения, — Магию может снять только тот, кто её наложил. — Я предлагаю пойти по комнатам, нам больше не о чем сейчас говорить, да и все устали, — говорит Арсений, просто поднимаясь с места, при этом держа парня на руках. — Хорошая идея, — улыбнулась Ирина, смотря на то, как краснеет Шастун, пряча лицо, уткнувшись в шею графа. — Идите, доброй ночи, — улыбнулась Оксана, а Попов удаляется, забирая с собой и Антона, что-то нашёптывая ему на ухо. — Милые, — говорит младшая нимфа, смотря вслед уходящим. Её голову поворачивают, практически сразу же впиваясь в губы нежным поцелуем. Ирина тает от таких действий своей возлюбленной, прикрывая глаза. Арсений же, быстро добравшись до спальни, роняет Шастуна на мягкие покрывала, устраивается между его ног, гладит талию и неспеша целует шею, выслушивая частое дыхание. — А-а-арс, — негромко тянет Антон, обхватывая талию мужчины ногами, заставляя его ещё ближе прижиматься. — Да? — с улыбкой произносит вампир, осторожно прикусывая нежную кожу шеи, выбивая сдавленный стон. — Я л-люблю тебя, — тихо выдыхает шатен, прикрывая глаза и откидывая голову назад. — Ты моё счастье, — тихо выдыхает Арсений, спускаясь поцелуями ниже. Одежда летит в сторону, за ненадобностью. Всего две минуты понадобилось графу, чтобы тело младшего извивалось под его ловкими касаниями, а с губ срывались тихие стоны удовольствия. Арсений проводит языком по чувствительному соску, обхватывает губами, чуть втягивая его в рот, сдерживая самодовольную ухмылку, ведь с антоновых губ сорвался более громкий стон... Ночная тьма постепенно отступает, уступая место яркому солнечному свету, рассвету. Антон жмётся к своему возлюбленному, осторожно уткнувшись носом в его ключицы. После ночи он был сильно вымотан, потому тихо сопит, устроившись в объятиях вампира. А Попов лишь наблюдает за спящим «счастьем» с нежной улыбкой. Скоро заклятие будет снято, скоро жизнь поменяется в ещё более лучшую сторону. Он целует младшего в висок и прикрывает глаза, тихо вздохнув. Сейчас он отметает лишние мысли, оставаясь в комфортном и уютном моменте, со своим любимым.