Край Последней Надежды

О трех реках Реки души, смерти и жизни — три энергетических уровня, связывающие все миры и измерения. Так или иначе они воздействуют на живые организмы, а точнее на их биополе. Они олицетворяют зарождение жизни, изменения души и смерть. У каждой реки есть своё название (везде ударение на 1 слог): — Shiriven — река смерти — Soriven — река души — Sakuriven — река жизни. Теперь причём тут Земля Истоков. Дело в том, что три реки очень сильно связаны с этим миром. Настолько, что некоторые существа этого мира (например, Сознания, элементали) могут черпать энергию прямо с рек. Основной энергией является энергия с Soriven'a, остальные две используются в небольших количествах в зависимости от круга. Об энергиях Энергия души — основная энергия в кругах. Она самая гибкая и легко приобретает нужную форму. Энергия жизни символизирует не только жизнь живых существ, но и неорганическое создание, поэтому она используется в 3, 4, 7, 8, 10 кругах. Её максимальный предел достигается в Четвёртом и Седьмом (круг жизни и круг кристаллов) и составляет 50% всей энергии в круге. Причиной этого является то, что чистая энергия жизни оказывает слишком сильное воздействие на организм, что ведёт к неконтролируемым мутациям и возможной смерти. Энергия смерти, как понятно из названия, разрушает всё сущее. Её предел достигается в Втором круге и составляет всего 10%. Причиной этого являются пагубное воздействие на того, кто использует энергию (Неутолимая жажда крови + нагрузка на биополе, рискующая повредить тело) Все эти процентные соотношения достигаются в круге, поэтому ни Сознания, ни проявления при всём желании не смогут его изменить. Существует «секрет всепокрытия энергий», который позволяет хранить в круге по 100% каждого типа энергий, давая возможность самим Сознаниям и проявлениям брать такое соотношение, какое им нужно, впрочем, этот секрет считается утерянным во времена Великой войны Сознаний, и никто из 12 оставшихся кругов его не знает. На этом, пожалуй, всё, приятного прочтения. [Территория Фирус Игнитус; Origus Ladus 2041 год] Этот день был неизбежен. Рано или поздно даже божества начнут спорить кто из них сильнее, кто заслуживает жизни, а кто смерти. Пятнадцатый круг был очень силен, но только при умелом управлении. К сожалению, это понимали не все, а те, кто осознавал это, всё равно совершали ошибки, пытаясь тащить за собой ненужный груз. Фирус Игнитус — первородное Сознание Пятнадцатого круга, прекрасно знали, как нужно управлять своими землями. Во главе всего должно стоять главное воплощение, которое никогда не будет возвращаться к телу Сознания, но будет часто советоваться с ними. В клан можно приглашать только тех, кто сильнее или наравне по мощи. В противном случае, при нападении вместе со слабым сгинете и вы сами. На верхушке Сознания стоял молодой человек в кимоно с дорогим и замысловатым рисунком, сделанное из лучшей ткани Третьего круга. Сверху на нем было хаори, дополняющее рисунок. Это был Созай Игнитус, главное воплощение и сёгун всех земель Игнитус. На его глазах горели дома и поля его народа. Армия была рассосредоточена по всей территории Сознания и отбивалась от многочисленных сил других кругов, решивших, что Пятнадцатый круг должен быть изгнан. Тут же Созай заметил, как остатки одного из его элитных отрядов сдерживают в несколько десятков раз превышающие силы противника. Позади уцелевших солдат были их семьи, которые наблюдали за боем. Они не бежали. Не было смысла. Смерть их настигнет в любом случае, как бы быстро они ни убегали. Куда ценнее были последние мгновения, проведённые с семьёй. Но смерти придётся подождать. Перед мечниками появился Созай. — Назад! — приказал он. — Берите выживших и раненных и бегите к Фирус Игнитус. Там много мико Они вас вылечат. — Сёгун-сама? Простите нас, мы подвели Вас, — произнёс командир отряда. — Потом извинишься! Выполняй приказ! — скомандовал Созай и призвал катану. — Будет исполнено, сёгун-сама, больше мы Вас не подведём! — ответил командир и, подхватив раненых, начал уходить. Созай обнажил катану и произнес: — Техника крови. Двадцатая форма. Переходящие шипы крови! — с этими словами он воткнул катану в землю. Из всей крови, что была пролита впереди, вылетели шипы, пронзающие врагов. Из ран, пораженных формой, вылетали новые. Таким образом все силы противника пали. Сёгун взмыл вверх, а после направился к следующему скоплению противника. Он старался спасти как можно больше, но его подданные умирали под огромным натиском быстрее, чем он успевал прийти на помощь. Надо было уходить. Но создание нужного портала требовало его вмешательства. От Сознания вперёд вышла девятихвостая кицунэ с нежно-фиолетовыми волосами и катаной в руке. Это была Фуку Игнитус, элементаль Нулевого круга в должности даи мико. Она начала исполнять ритуальный танец, в процессе которого выпускала огромное количество исцеляющей энергии, доходящей даже до самураев на передовой. Созай понял, что пока действовать. Он поменял реликт крови на реликт, рассекающий материю и пространство. Используя первую форму, сёгун открывал порталы всем группам, чтобы они могли отступить. Потери удалось свести к минимуму. Вскоре после этого, Созай оказался рядом с Фуку. — Созай-сама, вам нужно идти к Фирус Игнитус. Я их задержу, — твердо произнесла мико. — Ты уверена в этом? — взволновано спросил правитель. — Ты скорее всего умрёшь до того, как я вернусь за тобой. — Созай-сама, мой долг служить Богу и его воплощению. Что я за мико, если не исполняю свой долг? Созай улыбнулся. — Пусть Фирус Игнитус хранят твою чистейшую душу! — ответил сёгун напоследок и отправился к Сознанию. Вместе со своими братьями души внутри Сознания ему предстояло создать большой и стабильный портал в другое измерение, названное Fudred Ladus. Он принялся стабилизировать портал, пока Фирус Игнитус чертили необходимые руны и круги. В это время перед Фуку показалась армия противника. Мико расправила хвосты, обнажила катану, а всё её тело наполнилось энергией. — Техника рек души, смерти и жизни. Двадцатая форма. Сметающая волна энергии. Кицунэ медленно вложила катану в саю. Она была полна решимости. Через несколько секунд она резко извлекла меч, обрушив на армию противника огромную волну энергии, испепелившую три четверти атакующих. Позади остатков армии появились два Сознания. Фуку подбросила катану, приняла вторую форму, схватила зубами оружие и стремительно побежала на врагов. Ворвавшись в самое пекло, Фуку приняла первоначальную форму и за несколько взмахов перебила остаток армии. Одно из Сознаний запустило в неё большой кристаллический осколок, но она подпрыгнула на 10 метров и призвала длинный лук. — Техника индукции. Четвёртая форма. Пронзающая стрела. Полный контроль. Перед луком появилось пять колец, и энергетическая стрела, пройдя через них, увеличилась в размере и на огромной скорости пронзила Сознание. Фуку хотела выстрелить и во второе, но не успела. На неё напало ГВ Пятого круга. Кицунэ парировала атаку и отбросила противника, а после рассмотрела его. Судя по одежде, это был типичный представитель клана Варкор — самого воинственного клана, состоявшего преимущественно из боевых кругов. Варкор атаковал без разбора. Если можно было развязать войну и помериться силами, они непременно это сделают. Элементаль отозвала лук и призвала назад свою катану. — Техника рек души, смерти и жизни. Одиннадцатая форма. Поле смерти. Фуку слегка задела землю, и на ГВ с огромной скоростью начали надвигаться шипы из красной энергии. Но противник был быстрее. Он молниеносно оказался за спиной у кицунэ и атаковал. В момент удара Фуку стала бестелесной и подлетела наверх, приняв прежнее обличие, она начала падать с мечом на противника, но он сделал рывок ей за спину и нанёс удар на всю спину. С криком элементаль упала на землю. — И это всё? — спросил ГВ, прокручивая меч. — Размечтался, — ответила Фуку, вставая. Тут же её рана затянулась, не оставив и шрама. — Мне нравится! — прокричал он, хлопая в ладоши. — Ты меня ещё позабавишь. Кицунэ призвала вторую катану, а первую воткнула в землю. ГВ начал делать рывки и атаковать со всех сторон, а из земли начали бить столбы энергии. Они появлялись хаотично, и на один из них уничтожил воплощение. Кицунэ сразу же побежала на Сознание. Призвав лук, Фуку уничтожила его так же, как и первое. Девушка взглянула на место, где Созай проводил эвакуацию. Все благополучно ушли. В следующий момент Фуку почувствовала слабость. Жгучая, пронзающая как тело, так и биополе боль начала распространяться по всем телу. Второй круг подло атаковал её в спину. Обернувшись, она увидела довольную физиономию проявления, поразившего её. Но её испугало не это. Позади него несколько бойцов вели плененных мико. Фуку призвала воткнутый в землю меч и стала бестелесной. Проявление не успело среагировать, и кицунэ устремилась к пленным элементалям. Прекратив бестелесность, она сразу же исцелила себя четвёртой формой техники рек души, смерти и жизни. После этого из клинка начала выходить красная энергия, от которой тела врагов начали распадаться. Появления, похитившие элементалей, были мертвы. У Фуку было с собой три амулета, перемещающих носителя к Фирус Игнитус, где он ни находился. Вместе с ней элементалей было четверо. Девушка закрепила амулеты на одежде каждой из мико и активировала их. Как только девушки исчезли, кицунэ подлетела вверх, закружившись в энергетическом торнадо, но Второй круг не стал смотреть на это просто так. Со всех сторон в элементаля одновременно полетели мощные заряды хаоса. Энергии прореагировали и взорвались. Образовавшийся смерч взрывался и горел, но не прекратился. Он поглотил самое большее скопление проявлений, а потом продолжил движение, пожирая всё на своём пути… [Край Последней Надежды; Найденные Земли] Оказавшись на месте, Созай сразу же принялся обустраивать его. Взмахом меча он возвёл гору Сиёхе и поместил туда Сознание. Вонзив меч в землю с высоты горы, сёгун вырыл священное озеро Сиесуи и пустил из него воду по всем своим землям. Раздав минимальные указания своим приближенным, Созай вернулся к Фуку. [Оставленная территория Фирус Игнитус] Сёгун обнаружил выжженную землю и кучу трупов. Он чувствовал ауру реликта трех рек, но не ощущал Фуку. Вскоре он обнаружил её в самой середине огненного смерча полностью обгоревшей и едва живой. — Созай-сама, — дрожащим голосом произнесла она. — Вы эвакуировались? Всё хорошо? — Конечно. Что с тобой произошло? — Водоворот тысячи душ с энергией Второго круга. Сёгун опешил. Это означало, что она находится на грани смерти и ни исцеление, ни даже реинкарнация не спасут её. — Созай-сама, моя служба на этом кончается. Прошу, передайте мою память новой даи мико. Для меня было честью служить вам все эти годы. — Фуку… — сёгун не знал, что сказать. Впервые более чем за две тысячи лет он не чувствовал себя всемогущим. Созай мог использовать аналоги способностей всех кругов и убить ГВ каждого могущественного Сознания в Землях Истоков, но в данный момент он чувствовал себя беспомощным. У него не было времени обмануть смерть. — Всё хорошо, Созай-сама, я уйду со спокойной душой, зная, что вас ждет прекрасное будущее. Сёгун ничего не ответил. Он молча призвал катану, для исполнения ритуала переноса памяти. Заключив воспоминания первой даи мико в клинок, Созай взял на руки тело покойной Фуку. После этого, осмотрев оставленную землю, он исчез в открытом Фирус Игнитус портале. [Внутри Сиёхе; Край Последней Надежды] Похоронив Фуку на вершине горы, где впоследствии будет воздвигнут храм, сёгун отправился внутрь горы. Рядом с телом Сознания было несколько кристаллов с молодыми элементалями внутри. Это был подарок от Нулевого круга, который сёгун использовал всего лишь два раза. Сейчас наступил момент воспользоваться им снова. Созай обнажил реликт памяти и произнес: — Взывая к кругу Истоков, подчини законы мироздания, усмири энергетические потоки этого мира и пробуди, покоящуюся здесь сущность. Именем Фирус Игнитус я дарую тебе имя и память с моего клинка. Очнись же, Мигити! […] Край Последней Надежды развивался очень быстро. Технологии Земель Истоков и материалы «нового мира» образовали интересный тандем. Пусть они и плохо поддавались зачарованию, но зато обладали новыми, неизвестными ранее свойствами. Созай распорядился образовать четыре сектора: аграрный район, инновационный район, промышленный район и академию мечников. Во главе каждого сектора стоял рюдзи, держащий ответ перед сёгуном, но чаще перед тайро, которым являлась вторая даи мико — Мигити Игнитус. Людей по районам распределяли сами Фирус Игнитус, исходя из наклонностей каждого из подчинённых. На должность рюдзи назначили семьи элементалей разных кругов. За аграрным стоял Четвёртый круг, за промышленным Восьмой, за инновационным Третий. Академию мечников курировал старший брат покойной Фуку, элементаль Нулевого круга, Изаму Игнитус. Все подошли серьёзно новым должностям: исправно выполняли обязанности и передавали традиции из поколения в поколение. Сама же Мигити Игнитус далеко не сразу вступила в свою должность. Причиной этого был сам Созай. По его мнению, новая даи мико не была достаточно компетентна для этой должности, поэтому он лично руководил Краем, приставив к Мигити различных учителей и открыв ей доступ к своей библиотеке. Сам не отдавая себе отчет, сёгун избегал Мигити. За первые пятнадцать лет существования Края правитель видел даи мико не больше десяти раз, и то это была скорее необходимость, чем личное желание. Сама Мигити, видя память своей старшей сестры, понимала действия сёгуна и не обижалась на это. Напротив, она хотела доказать, что даи мико из неё получится ничуть не хуже самой Фуку. Девушка отлично училась и схватывала всё на лету. Пятнадцать лет спустя, получив все необходимые знания для тайро и даи мико, Мигити отправилась в Академию мечников, где училась лично у Изаму. Там она развила в себе способность читать память оружия, что давало ей возможность овладеть любой техникой, просто прикоснувшись к оружию. Условием окончания академии была победа над куратором. Таким образом даи мико становилась сильнейшей мечницей после сёгуна, что делала её достойной сопровождать правителя. Созай лично присутствовал на этом бою и с интересом наблюдал за сражением. После победы Мигити сёгун сразу же указал ей на все её недостатки, а только после этого сказал, что теперь он признает девушку пригодной для исполнения своих обязанностей. Так спустя 35 лет после основания Края тайро приступила к исполнению своих обязанностей. Но даже несмотря на то, что Созай со своим народом ушёл в другой мир, попытки уничтожить Сознание Пятнадцатого круга не прекратились. Опасно было оставлять самого сильного представителя круга в покое. Никто не знал, чего следует ожидать от Фирус Игнитус, а поэтому их боялись и хотели убить. Сёгун понимал, что в одиночку поддерживать порядок он не сможет. Чтобы контролировать ситуацию в Крае, он создал отряд мечников Нозому, хранителей и божественных защитников. Мечники Нозому следили за порядком и были готовы отбить атаку чужаков, вторгнувшихся на территорию сёгуната. Хранителями становились мечники высшего ранга. Они были вооружены реликтом, который бережно хранили и использовали его силу во благо великих Игнитус. Божественные защитники являлись элитой, выполняющие либо особо опасную и сложную работу в КПН, либо задания непосредственно на Земле Истоков. Сам Созай больше не появлялся в своем родном мире. Сёгунат редко первым проявлял агрессию по отношению к другим Сознаниям и их территориям. Однако, если кто-то вторгался в Край больше одного раза, сёгун сразу же организовывал карательный поход на агрессора. Под командованием божественных защитников высших рангов, лучшие мечники Нозому уничтожали Сознание и всех принадлежащих им проявлений. В одном из таких походов в 6454 году шестой божественный защитник Наси Юичи применил технику собственной разработки — «рассечение», в результате чего обезумел, чем обрек пятитысячную армию на смерть и умер сам. Ужасные новости разошлись по всему Краю, а оставшиеся из семьи Наси были готовы совершить харакири, но сёгун распорядился иначе. Он ввёл запрет на использование техники рассечения, снял с должности всех членов семьи Наси и велел достойно воспитать следующее поколение. После этого Изаму Игнитус ввёл изменение в условия отбора. Отбор — ежегодное состязание 14-летних учеников академии, на котором в результате сражения друг с другом определились достойные стать проявлениями и поступить в отряд мечников Нозому. Для сражения использовали бокуто, но после изменения, по желанию, можно было сражаться и настоящей катаной. Но такого желания ни у кого не возникало. Семьи мечников уважали друг друга и не отправляли своих детей рубить отпрысков других семей. Кроме Наси. Мало кто из этого рода проходил испытание, и ещё меньше оставалось долго на посту. К 6597 году из всего рода Наси осталась только одна девушка — Наси Минори. Она не прошла отбор и едва не погибла. Выбрав тихую и спокойную жизнь, Минори осталась работать в академии, ухаживая за оружием и всячески помогая разным мечникам с улучшением снаряжения. В один из дней в маленькую мастерскую девушки зашёл мечник второго ранга Хикэру Кадзухиро с просьбой подлатать его форму. Минори серьёзно подошла к поручению и не только восстановила одежду, но ещё и подшила её дополнительной бронёй, которая, по стечению обстоятельств, спасла жизнь Кадзухиро на следующем задании. Пораженный этому юноша отправился лично поблагодарить Минори за проявленную заботу. У них завязался разговор, в конце которого Хикэру позвал её поужинать. С того момента они начали видеться чаще, после начали встречаться, а через пару лет поженились. Мечник убедил девушку попробовать поступить в академию Инновационного района, видя её потенциал изобретателя. Минори успешно сдала все экзамены, отучилась пять лет и, закончив академию с отличием, вернулась в академию мечников, занявшись разработкой новых материалов для одежды и брони защитников Края. Позже, в 6601 году, у Минори и Кадзухиро родился первенец, которого назвали Синдзи. Отец с детства готовил сына как мечника. Он давал возможность, но никогда не навязывал обучение. В какой-то момент Синдзи решил этим воспользоваться, но, к удивлению для себя, обнаружил, что остальные дети относятся к нему холодно, из-за того, что его мать из рода Наси. Огорчённый, он вернулся домой и начал расспрашивать родителей о такой репутации рода матери. После этого мальчик уже не пытался прогулять занятия, у него появилась цель — восстановить честь рода Наси. В 14 лет, на Отборе, он сражался против сына одного из лучших родов мечников, который ещё и был вооружён настоящей катаной. Синдзи победил, отделавшись тремя лёгкими ранениями. Так он стал проявлением и получил фамильную катану рода Наси. По совету Кадзухиро, Синдзи начал учить технику восходящего ангела, являвшейся производной от техники порядка. Техника была самой сложной, из ныне практикуемых, но при этом помогала сохранять спокойствие и концентрацию души, что впоследствии помогло бы мечнику, если бы он собирался иметь дело с Shiriven. Синдзи так и поступил. Он прекрасно овладел восходящим ангелом за короткий срок и в 16 лет начал разрабатывать свою технику, опираясь на основы той, что опозорила род его матери. Спустя ещё два года юноша победил 31 божественного защитника и занял его место, побив все возможные рекорды и предрассудки о роде Наси и факте становления защитником в юном возрасте. [Академия мечников, коридор 24 марта 6619 года] Что чувствует человек, когда убивает другого? Синдзи задумывался об этом не в первый раз. Несмотря на свой юный возраст ему часто приходилось убивать, но, на удивление, он либо был крайне спокоен, либо находился в состоянии аффекта и получал от этого удовольствие. Это казалось безумием… — Хикэру-сэмпай? — вырвал его из размышлений женский голос. Защитник обернулся. Перед ним стояла девушка чуть ниже его самого. Она выглядела молодо, юноша не дал бы ей больше 16–17 лет, в её синих глазах читалось волнение. Это подтверждала и сама девушка, обматывая вокруг пальца локон белых волос средней длины. Судя по надетому на ней кимоно небесно-голубого цвета без узоров, она была мечницей Нозому 3–4 ранга. — Я слушаю, — ещё немного потерянно ответил Синдзи. — Меня зовут Тэтсуро Шинори, я мечница Нозому 3 ранга и у меня к вам просьба, — быстро проговорила она. — Не могли бы вы взять меня к себе в ученицы? — Что?! — последние слова девушки окончательно вернули его в реальность. — Ты ни с кем меня не путаешь? — Конечно нет! Изаму-сэнсэй лично сказал мне, что тридцать первый божественный защитник лучше кого-либо научит меня технике Восходящего Ангела. — Изаму-сама… — повторил Синдзи. — Что ж, пойдём тогда в додзё, расскажешь немного о себе, — обреченно ответил Хикэру и быстрым шагом пошел в додзё. Шинори выдохнула и побежала за ним. Зайдя в комнату Синдзи, встал напротив неё и положил руку на рукоять катаны. — Давай сразимся. Используй технику, чтобы победить меня. — Но я же могу вас ранить… — немного растерянно произнесла девушка. — Я знаю. Мне не привыкать, не переживай. — Хорошо, в таком случае защищайтесь! — выкрикнула она и обнажила катану. За её спиной сразу же появились ослепительно-белые крылья, после чего она сделала рывок на защитника. Синдзи уклонился, используя третью форму — смиренное ожидание. — Слишком много энергии вкладываешь в форму, можно в три раза меньше, — сразу же заметил защитник. — Поняла вас! — ответила Шинори, но совершила ещё один такой же рывок. Хикэру резко извлёк катану из саи с помощью седьмой формы и восходящим ударом подбил меч Шинори. Из-за этого девушка перелетела защитника и ударилась в стену. После этого за спиной у Синдзи появилось очертание белых крыльев, и он совершил рывок на девушку и, остановившись в 10 сантиметрах от неё, приставил катану к горлу. Защитник был настолько близко, что Шинори слышала его спокойное дыхание и отчётливо видела себя в его серых глазах. — Плохо. Ты не слушаешь? — спросил Синдзи, отходя назад. — Я… Ну… Пытаюсь… — покраснев, несвязно ответила Шинори, пытаясь убрать катану назад в саю. Хикэру закрыл глаза, выдохнул, а после сел на пол. — Давай начнем сначала. Ты слишком активно выпускаешь энергию. Такими темпами твоя душа устанет ещё на половине поединка. Старайся оставаться сконцентрированной во время боя — это сильно поможет. — Я стараюсь, но это так сложно, — озадачено ответила девушка. Синдзи усмехнулся. — Почему же тогда ты выбрала технику полегче? — Из-за сестры. Понимаете, Мигити-сама предсказала, что именно ей достанется фамильный реликт — нагината увядающих воспоминаний. Так и произошло. Теперь она является хранительницей. — Насколько я помню за реликтом рода Тэтсуро следует проклятье надменности. Норои’Гоман вроде. Получается ты выбрала технику порядка, чтобы в случае необходимости остановить его? — Именно так. Но это сложнее, чем я думала. Моей сестре 18, а она уже хранительница, а я даже второго ранга не достигла. Я такая бесполезная, — грустно закончила Шинори. — Быстро же ты опускаешь руки… — Да нет, я не сдаюсь. Просто… — Тэтсуро замолчала. — Понятно. Вставай! Девушка встала. — Закрой глаза. Представь перед собой свою цель. Вообрази путь к ней, как будто это тонкая струна, что ведёт к вершине. Ты видишь его? — Вижу! — Возьмись за рукоять катаны и попробуй достичь желаемого. За спиной Шинори появились красивые и величественные крылья, излучающие приятную энергию. В следующую секунду она совершила рывок и оказалась у противоположенной стены додзё. В удивлении мечница открыла глаза и оглядела себя. — Что… Что это? — Это истинная форма твоей души. Твои искренние стремления и желания. Ты гораздо лучше, чем пытаешься себе внушить. Шинори смутилась и отвернулась. — Спасибо, Хикэру-сэмпай. Вы мне очень помогли. — Я ведь ничего ещё не сделал, — улыбнувшись ответил юноша. — Всё, что ты сейчас услышала было известно тебе с самого начала. Шинори хотела что-то ответить, но тут раздался звон пера защитника. Синдзи достал из кимоно небольшое металлическое пёрышко и сжал его с двух сторон. — Синдзи, есть для тебя задание, — раздался из артефакта приятный женский голос. — Слушаю, Мигити-сама. — У входа в Академию тебя будет ждать машина, подробности тебе расскажет водитель. Поторопись. Защитник убрал перо назад, а после обратился к Шинори: — Ты со мной? — А можно? — слегка тревожно спросила девушка. — Ты же теперь моя подопечная. Так что мне разрешено брать тебя на несложные задание. — Хорошо, я с вами. Только вот… можете дать мне пару секунд? Я вас догоню. Хикэру понимающе кивнул и направился к выходу. Шинори сдвинула рукав и двумя пальцами провела по плетенному браслету на правой руке. — Смена формы. Город, — после этих слов девушку накрыл поток энергии, а через пару секунд она уже была в городской форме Нозому — черном деловом костюме, зачарованном так, что форму не надо было стирать и гладить. Пиджак выдерживал попадание даже крупнокалиберных револьверов и не прорезался ничем, кроме фазового оружия. Шинори повесила катану за спину и вышла из додзё. Синдзи уже не было видно. Он привык ходить очень быстро, проскальзывая через толпу, и растворяться в потоке. Тэтсуро застала его уже на улице. По пути он призвал вакидзаси и поменял хаори, выбрав то, у которого самая плотная ткань. Белый геометрический рисунок на его черном кимоно, казалось, светится ярче. Его лицо выражало спокойствие, серые глаза внимательно изучали Шинори. На чёрных волосах была заметна небольшая седина, хотя на самом деле это была остаточная энергия техники восходящего ангела. — Машина должна быть с минуты на минуту, — сказал защитник, когда девушка до него дошла. — Можно вопрос? — почти сразу спросила мечница. — Конечно. — С чего вы взяли, что это задание не будет сложным? — Если нам выслали машину, значит работать будем в Крае. А для защитников сложные задания только на Земле Истоков. — Всегда так? — с недоверием спросила Шинори. — Зачастую. Скоро подъехала чёрная машина, из которой защитнику подал знак водитель. Сев в транспорт, Синдзи поздоровался. За рулём сидела талантливая мечница второго ранга Араши Сэя. Её жёлтые волосы были испачканы кровью, а голубых глазах читался страх. — Хикэру-сан, рада встрече. Пристёгивайтесь, нам надо ехать, — быстро проговорила она. — Араши-кохай, что случилось? — немного тревожно спросил защитник. — Кэйташи-кун… он… — Акира Кэйташи-кун? Опять проблема с сохранением реликта? — опережая объяснения, спросил Синдзи. — Это было спланированное нападение. Их было 10 человек, и нагрянули они внезапно. Акира-кун только и успел, что пробить мне путь отступления. — Я тебя понял. Не волнуйся, я вытащу его. — Спасибо вам, Хикэру-сан, — с облегчением выдохнула Сэя и прибавила скорости. Причиной её беспокойства являлась непосредственная связь с хранителем Кэйташи. Пятнадцать лет назад, в одном из походов на Сознания, угрожающее Краю, семья Акира пала. А маленького наследника рода взял к себе известный род, прославившийся созданием собственных техник ветра, Араши. Кэйташи и Сэя быстро нашли общий язык. Он хорошо знал историю и рассказывал о подвигах различных мечников и самого сёгуна. Девочке было интересно с Кейташи, а он сам таким образом пытался забыть горечь утраты. За годы, проведенные вместе, их отношения стали похожи на отношения между братом и сестрой, но при этом они не забывали, что происходят из разных семей. — Хикэру-сан, а кто это с вами? — спросила Сэя спустя пять минут пути. — Я Тэтсуро Шинори, новая ученица Хикэру-сэнпая. Рада знакомству. Араши чуть не врезалась в проезжающую мимо машину после этих слов. — Чего?! Взяли ученицу в 18 лет?! Да с чьего это разрешения?! — чуть ли не кричала мечница. — По правде сказать… Изаму-сама сам решил её ко мне приставить, — немного озадачено ответил защитник. — Пффффф… А ещё говорят, что ноша рода Наси тяжела и полна лишений. Самым молодым наставником считался Мабуси Тайо-сама — первый божественный защитник, но даже он начал обучать после 22, — Сэя хотела сказать ещё что-то, но промолчала. — Да ладно вам, Араши-сан, может дело в том, что Хикэру-сэмпай особенный? — возразила Шинори. — Ничего подобного, — ответил Синдзи ещё до того, как почувствовал смущение. — Есть мечники куда талантливее и одарённее меня. Я ничем не выделяюсь. — Далеко пойдет ваша ученица, Хикэру-сэмпай, — усмехнулась Сэя, подражая Тэтсуро. — Вера в своего учителя, тем более такая сильная — это уже пол дела. — Я тоже верю в неё, в ней есть задатки Ангела. Если будет использовать эту технику как основную, она очень скоро получит первый ранг. — Я буду стараться! — воодушевленно ответила Шинори, а Сэя просто улыбнулась. — Мы приехали, — произнесла Араши через 10 минут. — Отлично, — сказал Синдзи, выходя из машины. — Тэтсуро-тян, поднимайтесь на лифте с Сэей на нужный этаж и не давайте никому покинуть этаж. — А что будете делать вы? — с волнением спросила Тэтсуро. — Зайду сверху, — ответил защитник и сложил перед собой два пальца. — San-jū ichi. После этих слов Хикэру исчез и появился на крыше здания, в котором напали на Кэйташи. Синдзи обнажил катану и произнёс: «смена техники». Лезвие оружия из белого стало красным. Одновременно с этим белые вкрапления на голове юноши стали красными. Защитник подошел к краю крыши, шагнул вперед и начал падать параллельно зданию. Хаори развевалось на ветру, ветер шумел в ушах и приятно дул в лицо. В такие моменты Синдзи любил уходить в себя и отдаться потоку мыслей, любил поразмышлять о предназначении своих крыльев, о том, как далеко он может на них улететь, когда всё закончиться… Вот только это не закончится, ведь Хикэру дал клятву защищать Край, Сёгуна и всех его подчиненных до последнего вздоха. Пора возвращаться к работе. — Техника финального рассечения. Пятая форма. Крылья падшего с небес. Полный контроль, — за спиной Синдзи появились черно-кровавые поломанные крылья, за один взмах которыми он полностью остановился, а за второй влетел в нужный офис. Повсюду была кровь. Четверо проявлений были застрелены, ещё один боец был присмерти. В другом конце комнаты был перевёрнут стол, явно служивший укрытием для хранителя. Самого Кэйташи там не оказалось, зато было немного его крови. Защитник сразу же поглотил всю кровь Акиры своей катаной. — Хикэру-сэмпай? Что вы делаете? — спросила Шинори, зайдя в комнату. — Моя фамильная техника — техника финального рассечения — позволяет мне поглощать катаной кровь и использовать её для разных целей. В том числе я могу и определить месторасположение её владельца, если он ещё жив. — Здесь была кровь Кэйташи-куна? Вы её поглотили? Он жив? Вы знаете, где он? — тут же осыпала его градом вопросов Сэя. — Успокойся. Он жив, находится на Земле Истоков, если я правильно понимаю, он сейчас на территории Сознания, которому принадлежат эти проявления. — Вы вытащите его? Он не пострадает? — не унималась Сэя. — Вытащу, — твёрдо ответил защитник. — А вы оставайтесь здесь, вызовите медика на всякий случай. — А что мы будем делать с этим? — спросила Шинори, показывая на недобитое проявление. Синдзи подошел и вонзил катану врагу в сердце. — Добьём. — После этого защитник поглотил оставшуюся кровь, сложил перед собой два пальца, произнес свой порядковый номер и исчез. [На территории Сознания; Земля Истоков] Синдзи оказался недалеко от жилых поселений. Двухэтажные дома из камня Сознания выглядели массивно и угрожающе. На стенах была только символика покровителей деревни; это значило то, что Сознание одиночное и никто не пройдёт потом мстить Краю, что играло на руку защитнику. Юноша задумался, о чём сейчас думают эти тысячи душ внутри чёрного октаэдра. Готовы ли они умереть через несколько минут или же считают, что смогут сломить Кэйташи и завладеть реликтом, сняв с него печать? О чем сейчас думают проявления, что падут от его клинка? Наверняка у всех есть планы на завтрашний день, заботы и переживания, семья… Скоро этого не станет. Хикэру обнажил катану и в его глазах заиграл красный огонёк. Он как будто уже полыхал на трупах врагов и пожирал их кровь. Река Смерти. Количество её энергии было рекордным для стандартных техник: 45% вместо максимальных 10. Как сильно она оскверняла молодой разум защитника, как сильна была жажда крови в этот момент. Юноша держался только благодаря технике восходящего Ангела, закалившей его душу. Впрочем, был ещё один верный способ сократить влияние Shiriven'a — вакидзаси. Этот короткий меч, сделанный на заказ лучшим кузнечным домом — Хидонэ — позволял равномерно распределять энергию смерти по биополю. Это позволяло Синдзи держать себя в руках и отдавать отчёт своим действиям. Защитник расправил свои крылья и рванул сразу же на Сознание. Почти сразу дозорные заметили его и начали атаковать. Это позволило определить круг — Второй. Хикэру спикировал вниз и нанёс круговой удар, выпустив большую волну крови, разрубившую ближайших стражников. Синдзи пробивался в глубь врага, отдавшись танцу со смертью, он часто кружился, блокируя и атакуя двумя мечами, беспорядочно нанося удары. Он не стремился нанести смертельные раны, основная цель была искалечить противника и пролить как можно больше крови. Хикэру не мог уследить за всеми врагами, из-за чего закономерно получал лёгкие ранения, но это только делало его сильнее: десятая форма его техники в два раза увеличивала эффективность создаваемых волн при поглощении его собственной крови. — Техника финального рассечения. Пятнадцатая форма. Тройное разрастание, — произнёс защитник и три раза взмахнул катанами, создав три волны. Каждая из них раздробилась на 27 частей, а после эта дробь полетела во врагов. Синдзи почувствовал присутствие сзади и моментально отскочил, развернувшись лицом к противнику. Это было ГВ. — Техника финального рассечения. Одиннадцатая форма. Кровавый разброс, — с этими словами во все стороны от защитника полетела кровь, а сам он исчез. ГВ стало набирать энергию. — Силой Второго круга приказываю, окутай врага моего туманом отчаяния. Туман страданий! — всю территорию заволокла энергия Хаоса, при соприкосновении с которой тело начинало быстро распадаться. Синдзи стремительно вылетел из лужи крови, едва подвергнувшись негативному влиянию Тумана. — Техника финального рассечения. Шестнадцатая форма. Дзюбокко, — произнёс защитник и вонзил катану в лужу крови. Подождав пять секунд, он извлёк её и подлетел вверх. На месте удара выросло больше, уродливое дерево с ломаными, кривыми ветвями, которые тут же разрослись и начали хватать, протыкать и душить врагов. ГВ подбежало к дзюбокко и принялось отравлять его. Синдзи тут же спикировал на воплощение и проткнул его. После этого Хикэру рванул на Сознание. Но не пролетев и половину расстояния, он был атакован мощным зарядом хаоса, посланным самим Сознанием. Энергия спалила хаори и прожгла большую часть кимоно, отбросив юношу в один из домов. Пробив спиной стену одного из домов, он исчез внутри. Синдзи сплюнул кровь, зажмурившись от боли. Позвоночник и правая рука были сломаны, но это был ещё далеко не конец. Защитник сжал покрепче вакидзаси и, превозмогая боль произнёс: — Техника финального рассечения. Четырнадцатая форма. Возрождение из крови, — с этими словами Хикэру проткнул себя вакидзаси. В этот момент неведомая сила подняла его и обволокла кровью. Через 10 секунд переломы срослись, а большая часть ран перестала кровоточить. Несмотря на сильнейшую слабость Синдзи нашёл в себе силы продолжить бой. — Техника финального рассечения. Пятая форма. Крылья падшего с небес. Полный контроль, — произнёс защитник, развёл руки в стороны, после чего за его спиной появились яркие черно-кровавые поломанные крылья. Хикэру летел точно на Сознание, но, когда они начали готовить атаку, резко взмыл вверх, а после снова продолжил приближаться к октаэдру. Сблизившись, защитник сделал три горизонтальных разреза, выпустив огромные волны крови. Чёрная структура начала падать. Находящиеся на земле проявления потеряли значительную часть сил. Синдзи не составило труда лично добить каждого. После этого защитник начал обыскивать дома в поисках Кэйташи. Вскоре он нашёл его связанного в подвале одного из домов под охраной двух проявлений, явно не принадлежащих убитому Сознанию. — А быстро вы справились, — начал один из них, хлопая в ладоши. — Я полагаю все на поверхности мертвы. Сколько вас там ещё наверху? — Ещё? — медленно спросил Синдзи и посмотрел по сторонам. — Я тут один так-то. Вся резня — моих рук дело. — Да быть не может… — в ужасе проговорил второй. — Убогий Пятнадцатый круг… в одиночку… Сознание и больше сотни проявлений… — Ты следующий, — произнёс защитник и взглянул на проявление. Из-за влияния Shiriven'a глаза юноши стали чёрными с красными зрачками. — Не…. Не подходи! — завопил он и начал отходить назад. За спиной Синдзи появился силуэт крыльев, и через мгновенье он уже был между двумя проявлениями. После этого Хикэру отрубил обоим по ноге и прибыл мечами к полу, раздробив плечо. Защитник подошёл к более смелому и, схватив его за воротник, начал поднимать вверх, давая катане возможность дальше порезать руку. — Кто вас нанял? Кто вы вообще такие? — фанатично спросил юноша, глядя ему прямо в глаза. — Пошёл нахуй, так ты от меня всё и услышал. Мои товарищи придут за тобой и уничтожат все, что тебе дорого! — сквозь боль ответил он. Синдзи швырнул его голову в пол, вынул из него катану и начал наносить удар за ударом. Он бил так, чтобы причинить как можно больше боли, а удовольствие, видное на его лице, напугало не только оставшегося противника, но и Кэйташи. Как только защитник закончил, он подошёл ко второму. — Нет! Нет! Не подходи! Ты монстр! Чудовище! Не убивай, не трогай меня! Забирай всё, что хочешь, но не убивай меня! — взмолился он. — На кого ты работаешь? — спросил Синдзи, нагнувшись над ним так, чтобы он видел только забрызганное кровью лицо защитника. — Мы… мы охотники за реликтами. Клана нет, но у нас много последователей. У нас больше 10 Сознаний! Мы просто собираем реликты. Зачем не знаю. Для кого тоже не знаю. Я… я всё сказал, честно! Больше не знаю! Отпусти меня. Хикэру ничего не ответил, а лишь достал из него вакидзаси и быстрым движением отрубил голову. После этого от освободил хранителя и убрал оружие в саи. Глаза медленно начали принимать свой естественный цвет. — Спасибо, Хикэру-кун, — сказал Кэйташи, подбирая свои реликты — адаптивные парные пистолеты. — Напомни мне тебя не злить. Уставший защитник ничего не ответил, а лишь прикрепил к нему телепортирующий амулет и произнес свой порядковый номер. Вместе они оказались в том же здании перед Сэей и Шинори. Последнее что увидел Синдзи перед тем, как потерял сознание, испуганное лицо своей новой ученицы. [Академия мечников, медблок Несколько часов спустя] Хикэру очнулся в палате и осмотрел её. Те же стены, тот же холодный свет, даже слабость от пробуждения каждый раз одна и та же, но что-то изменилось. Правой руке было на удивление тепло. Синдзи повернул голову и увидел Шинори, держащую его за руку. — Хикэру-сэмпай, вы очнулись?! — чуть ли не закричала девушка, покраснела и отошла на несколько шагов назад. — Тэтсуро-тян? Рад тебя видеть, — немного устало ответил защитник. — Как там Кэйташи-кун и Араши-кохай? — Акира-сан отчитывается перед Мигити-сама, что делает Араши-сан, я не знаю. — Понятно, по-хорошему мне тоже надо идти на доклад, спасибо что навестила, — ответил Синдзи, вставая с кровати. Почти всё его тело закрывали бинты. Защитник достал из шкафа кимоно и надел его. Как только он закончил завязывать оби, в комнату вошли Мигити, Кэйташи и Сэя. Защитник поклонился. — Здравствуй, Синдзи, как себя чувствуешь? — спросила даи-мико. — Здравствуйте, Мигити-сама, я в порядке, благодарю за беспокойство, — почтительно ответил Синдзи. — Твоё упорство достойно похвалы, я не приказывала тебе убивать Сознание и больше сотни проявлений, но ты отлично справился… — кицунэ посмотрела на забинтованную грудь, видневшуюся в вырезе кимоно. — Почти отлично. Пришлось протыкать себя? — Что?! — удивилась Шинори. — Я могу выводить с тела негативную энергию и залечивать тяжелые травмы с помощью одной формы, но для этого я должен проткнуть себя одним из своих мечей, — объяснил Синдзи. — После этого он должен испытывать очень сильную усталость; едва ли получится встать в стойку. Но он, судя по памяти оружия, сразу после этого использовал полный контроль и уничтожил Сознание. Ты быстро растёшь, — похвалила защитника Мигити. — Благодарю, Мигити-сама. — Раз уж тебе довелось сойтись в бою с новым врагом Края, может поделишься своими наблюдениями? — предложила элементаль. — Они называют себя Охотниками за реликтами. Судя по всему, это группа Сознаний, но в одном клане они не состоят. Про уровень их боевой подготовки говорить сложно. Мне довелось сражаться с бойцами низкого качества, но те, что похитили Акира-сан, явно были умелыми, — Синдзи остановился, вспоминая факты. — И что ты считаешь с ними нужно делать? — не дожидаясь продолжения спросила Мигити. — Вычислить и уничтожить ещё до того, как они только подумают совершить групповую атаку на Край! — твёрдо ответил защитник. — Возглавишь это дело? — спросила Мигити так просто, как будто просила сходить его до соседнего магазина. — Я?! Что?! Мигити-сама, вы уверены, что это хорошая идея? Не лучше ли, чтобы это расследование вёл более опытный защитник. Моих навыков может оказаться недостаточно, — растерянно заметил Хикэру. — Не у всех двадцатых защитников есть твоя решимость, настойчивость и живучесть. То, как ты идёшь к цели, дорогого стоит. Тем более, ты же даже не пробовал повысить свой ранг. Я не сказала бы, что ты тридцать первый. — Благодарю за лесть, Мигити-сама, но я действительно не подхожу на роль лидера для этой миссии. Да и я не планировал пока повышать свой ранг. — Кого же тогда прикажешь ставить? Тайо что ли? Может Фуро? У всех у них есть дела по важнее расследования возможной угрозы, ведь они занимаются угрозами настоящими, как и другие защитники. Синдзи растерялся. Мико была права. У первых пятнадцати защитников не было времени гоняться за подобными подозрительными личностями, а защитникам второго десятка юноша не очень доверял. — Никто из второго десятка не убивал Сознание и всех проявлений при них. Ты гораздо сильнее, — подбадривая, продолжала кицунэ. Синдзи задумался. Учитывая уровень подготовки врага, ему было под силу возглавить расследование, но… — Я согласен, но кто будет готов пойти за мной? — спросил Хикэру. — Мало кто будет подчиняться приказам того, в ком течёт кровь рода Наси. — Я готова! — заявила Сэя. — Я тоже готов, — поддержал Кэйташи. — История учит нас, что роду Наси нельзя доверять из-за поступков Наси Юичи. И я ни за что не доверился бы этому безумцу, но его предок в одиночку уничтожил Сознание и спас меня. Хватит судить род за его грехи в прошлом! Прошло достаточно времени и пролито достаточно крови, чтобы Наси осознали свою ошибку. — Согласна с тобой, — ехидно ответила Мигити. — Поняли бы это ещё другие… Но ладно, не все отличаются способностью принимать новое. — Этого хватит? — спросил воодушевленно защитник. — Ма-ло-ва-то, — по слогам произнесла Мигити, демонстративно осматривая всех, кто был в комнате. — Ещё бы парочку подающих надежд бойцов, — взгляд кицунэ остановился на Шинори. — А вот и подходящий кандидат. Тэтсуро была польщена. — А можно? — робко спросила она то ли у Синдзи, то ли у Мигити. — Это может быть опасно, — начал защитник. — Но тренировка в реальных условиях может быть наиболее эффективной, — перебила его мико. — Тем более ты же в любом случае её спасёшь. — Разумеется! О другом не может быть и речи, — не задумываясь, твердо ответил Хикурэ. — Значит решено, — ехидно ответила кицунэ. — Последнего члена я ещё поищу. У тебя пара дней на восстановление, после этого начинай копать. — Есть, Мигити-сама! Мико одобрительно кивнула, попрощалась со всеми и ушла. Синдзи молча сел на кровать. Надо было всё обдумать. Только что под командование защитника с кровью рода Наси, под его командование определили 4 человек. Это было просто немыслимо. — Хикэру-сааааан? — протянула Сэя, вырвав его из размышлений. — Вы в порядке? — Да, да. Всё хорошо, — ответил защитник, вставая. — Просто задумался немного. — Поздравляю! Надеюсь, что вместе у нас получится защитить Край, — поддержал Кэйташи. — Спасибо. Спасибо, что доверились мне, — радостно ответил защитник. — Да брось ты, лучше знаешь, что… — Акира задумался. — Давайте лучше отметим это дело все вместе. — Я не против! — поддержала Сэя. — И я с радостью присоединюсь! — воодушевлённо произнесла Шинори. — Значит решено, — подытожил Синдзи. — Есть пожелания? Куда пойдём? — Нет, нет, нет, так не пойдёт, — вмешался Кэйташи. Тебе отдыхать надо, вот и отдыхай. Я сам всё устрою. Всё-таки ты меня спас. — Ты уверен, Кэйташи-кун? — переспросил Хикэру. — Абсолютно! Тем более, я надеюсь, что мне немного помогут, — Акира посмотрел на остальных. Они кивнули. — Вот и отлично, в таком случае, можешь идти, Синдзи-кун, чуть позже я сообщу тебе подробности. Защитник попрощался со всеми и направился в глубь академии. Он прошел по коридорам, приближаясь к большим додзё, где работал его отец. Уже на подходе защитник услышал строгий голос отца, отчитывающий новичков. Синдзи поклонился и зашел в додзё. — Добрый день, дорогой отец, — почтительно поздоровался защитник. — Всем встать! — скомандовал Кадзухиро. — Сегодня нас почтил визитом божественный защитник, поздоровайтесь! — Здравствуйте, — хором ответили ученики. — Не стоило, — мягко обрался Синдзи к отцу. — Ничего, пусть привыкают к дисциплине. Что застыли? Продолжайте занятие! — скомандовал Кадзухиро. — Какими судьбами здесь? Может покажешь им результат, к которому нужно стремиться? — Не сегодня, на мне живого места нет. Лучше как-нибудь потом. Я просто зашел повидаться с тобой. — С кем дрался и почему так плохо? — с интересом и насмешкой спросил отец. — С Сознанием и примерно сотней проявлений. Все мертвы. Кадзухиро застыл. — Что?! Ты должно быть шутишь. — Вовсе нет, я отправился на Землю Истоков в поисках Кэйташи-куна. Он оказался в плену у Сознания Второго круга. У меня не было времени ждать подмоги, поэтому я в одиночку там разобрался. — Акира-сан в порядке? — Да, он почти не пострадал. — Я горжусь тобой! Такими темпами ты быстро попадёшь в первую десятку. — Не стоит преувеличивать, я просто делаю что должен. Я ведь ради этого стал защитником. — Порой мне кажется, что ты стал защитником, чтобы побыстрее умереть. Синдзи промолчал. — В следующий раз будь аккуратнее, хорошо? — Я постараюсь. — Что ж, мне пора вести занятие дальше. К маме зайдешь? — Обязательно. — Тогда удачи! — До свидания, дорогой отец. [Индустриальный район; Край Последней Надежды Несколько часов спустя] — Какой у нас план? — спросила Сэя, когда трое прошли достаточно, чтобы начали попадаться небольшие ресторанчики. — Давайте подумаем, что любит Синдзи-кун? — спросил Кэйташи у остальных и, не дожидаясь ответа, сказал сам. — Он любит саке. А что ещё? Рис и курицу. — Я знаю пару таких мест, — откликнулась Сэя. — Могу показать. — Отлично. Тэтсуро-тян, у тебя есть что-нибудь на примете? — Нет, мне не доводилось есть в подобных местах, — неуверенно ответила она. — Ничего страшного, — подбодрила её Сэя. — Ещё наберёшься опыта. — Акира-сан, давно вы знакомы с Хикэру-сэнпаем? — Где-то пять лет, а что? — Мне просто было интересно, как вы познакомились. Не каждый согласится дружить с родом Наси. — А я и не дружу с родом Наси, я дружу с Хикэру Синдзи. Он ведь не целый род, а вполне себе конкретная личность. Видишь ли, я интересуюсь историей Края и умею сопоставлять факты. Род Наси погубил столько жизней из-за техники рассечения. Синдзи-кун эту технику не использует. Его техника финального рассечения эффективна и одобрена лично Мигити-сама. Так из-за чего мне его презирать? А сама то тоже им интересуешься. Почему? Шинори смутилась. — Ну… он сильный, талантливый, спокойный. Во многом похож на мою сестру. Но в отличие от неё, он, кажется, готов заботиться обо мне и при этом не отчитывать. — Твоя сестра — Тэтсуро Рин, верно? — спросил хранитель. — Вы её знаете? — с интересом спросила Шинори. — Доводилось работать пару раз. Должен сказать, ты на неё совсем не похожа. — Вы не подумайте, моя сестра не плохой человек. Просто она проклята, — грустно добавила девушка. — Ну да, Норои’Гоман, проклятье надменности. Из-за его влияния она такая. Но и ты понимай, что далеко не все будут готовы принимать её гордыню только потому, что она заключила контракт с проклятьем. — Да я понимаю, — не меняя интонации произнесла Шинори. — Мы пришли, — произнесла Сэя. Все трое зашли внутрь и оказались в небольшом уютном заведении, совмещающим традиционный и современный стили. Кэйташи изучил меню, забронировал столик, а после предложил сходить и купить хорошее дорогое саке в подарок. — Акира-сан, можно вопрос? — спросила Шинори по пути в магазин. — Какой? — Почему есть только огнестрельный реликт? Из-за чего их не поставили на поток? — Потому что никто не знает как. Эти пистолеты были созданы величайшим оружейником дома Хидонэ. Созай-сама лично оценил по достоинству это оружие и передал часть своей силы, сделав реликтом. Но на следующий день изготовитель пропал. Вскоре его нашли божественные защитники умершем от пыток на территории враждебного Сознания. Никто больше не смог повторить такой шедевр. — Но ведь создать нечто такое в принципе возможно? — спросила Сэя. — Теоретически да, но такое ещё никому не удалось. Может оно и к лучшему… — Почему? — Существует реликт, лук индукции. Его даже не доверяют хранителям, пользоваться им могут только даи-мико и сам сёгун. История гласит, что за один выстрел Фуку Игнтитус-сама уничтожила целое Сознание. А если представить, что сделают крупнокалиберную винтовку с похожей техникой. За один выстрел из такой можно будет уничтожать кланы. Страшно подумать, что будет, если она попадет не в те руки. — Получается, что ваши пистолеты не обладают столь ужасной мощью? — Нет. Мощь, похожую на мощь лука индукции, я могу развить только в паре с кем-то. — И с кем вы её развивали? — не унималась Шинори. — С Араши-сан? — Нет. Лучшим напарником был Синдзи-кун. Такого количества энергии Смерти нет ни у кого, а это решающий фактор. Услышав эту фразу, девушка воодушевилась. Вскоре компания дошла до магазина, и, купив саке, отправилась назад, сообщив Синдзи время и место встречи. Защитник пришёл вовремя. Кейташи вручил ему подарок и позвал к столу. — Ну вы и даёте! Я польщён, спасибо! — произнёс Синдзи, садясь за стол. — Спасибо за угощение. — Всё для тебя, командир, — усмехнулся Кейташи. — Да брось ты, какой я кому-то из вас командир? Это не больше, чем формальность. — Не согласна, — возразила Шинори. — Мы встали под ваше командование не ради формальности. — Вот именно, — поддержала Сэя, — и я предлагаю за это выпить! Все подняли сакадзуки. — Кампай! — У тебя хороший вкус, Кейташи-кун. Благодарю. — Рад, что тебе понравилось, — довольно ответил хранитель. Синдзи полил соевым соусом рис и принялся его есть. — Тэтсуро-тян, — обратился Хикэру спустя несколько минут, — расскажи о себе немного. Чем увлекаешься? Что интересует? Ради чего сражаешься? Было бы неплохо узнать друг друга получше, раз уж нам теперь работать вместе. — В свободное время от занятий я рисую, иногда гуляю по аграрному району или вблизи священной горы Сиёхе. Мне интересно посещать такие красивые места Края. — Тоже не любишь городскую суету? — спросила Сэя. — Как я тебя понимаю. — Город слишком загруженный, серый. В нем есть своя красота, но он кажется… мёртвым. Люди в академии кажутся более живыми и родными. — Разве они не все одинаковые? — спросил Синдзи. — Вообще то семьи мечников тесно взаимодействуют между собой. Разве что только… — Араши замолчала. — Прошу прощения, Хикэру-сан, я не хотела вас обидеть. — Не привыкать, — сухо ответил юноша. — А я вот не согласен с таким подходом, — возразил Кейташи. — Да, исторически сложилось, что твой круг общения не такой большой, как у нас. Но посмотри вокруг! Ты в окружении хороших, приятных людей. Это уже отлично. Да, пока не все тут твои друзья, но всё может изменится. — Вот именно! — старалась поддержать Шинори. — Я очень бы хотела с вами подружиться. — Спасибо за тёплые слова, — произнёс защитник с немного грустным лицом, а спустя несколько секунд спросил. — Тэтсуро-тян, я правильно понимаю, что преимущественно ты пишешь пейзажи? — По-разному бывает, в основном это зависит от настроения. У меня был, например, опыт написания портретов. — Покажешь что-нибудь из своих работ? — с интересом спросил Синдзи. — Ну, там нет чего-то настолько хорошего, — смущённо ответила девушка. — Значит ещё не время, настаивать не буду. — А ты, Синдзи-кун, чем занимаешься в свободное время? — поинтересовался Кейташи. — Как не заглядывал, ты вечно упражняешься с техникой. — Да я особо ничем не увлекаюсь. Всё свободное время уходит на технику финального рассечения. Конечно, иногда я читаю, но чаще всего такая литература тоже посвящена историям различных техник или приёмов в фехтовании. — Такая преданность делу достойна похвалы! — воодушевлённо произнесла Шинори. — Но не лучше ли хоть иногда и отдыхать? — Скорее это не столько преданность делу, сколько любовь к фехтованию, мечам и техникам, — поправил защитник. — Мне доставляет больше удовольствие проводить свободное время с мечом в руках. — И это всё? — спросила Сэя. — А как же увлечение выпивкой? — Сложно назвать это настоящим увлечением. Я быстро пьянею и пью только ради вкуса. — Вот как, ясно, — усмехнулась Араши. — Буду знать, что вас легко споить. — Я знаю свою меру. В подобной дружелюбной атмосфере прошёл остаток вечера. Когда все уходили, обнаружилось, что Шинори немного перебрала с саке. Синдзи вызвался проводить её, а Кейташи с Сэей отправились прогуляться. — А замечательный выдался день! — радостно произнесла девушка, шатаясь из стороны в сторону. — Осторожнее, Тэтсуро-тян, — произнёс Синдзи и схватил её за руку, предотвратив неизбежное падение. Мечница пошатнулась и прижалась к юноше. — Можно просто Шинори. — Аккуратнее в следующий раз с алкоголем, Шинори-тян. Люди разные бывают всё же. — Но ведь вы не такой, Синдзи-сэмпай. Мне повезло найти вас. Защитник удивился, но промолчал. Вскоре они дошли до дома девушки. — Спасибо, что проводили, Синдзи-сэмпай. Что будем делать завтра? — спросила Шинори довольным голосом. — Приходи часам к 12 в Академию. Не забудешь? — Нуууу… — протянула девушка, а после засмеялась. Синдзи достал из кимоно небольшое красивое кованое перо и протянул его девушке. — Когда проснёшься завтра, посмотри на него и вспомни мою просьбу, хорошо? Шинори смутилась, закрыла лицо руками и отвернулась. Чуть позже она нерешительно протянула руку к артефакту. — А можно? — Конечно можно, я же тебе его даю, — добродушно ответил Хикэру. Девушка взяла перо, подошла к защитнику и обняла его на несколько секунд, после чего быстро отошла назад. — Доброй ночи, Синдзи-сэмпай. — Доброй, Шинори-тян. После этого Тэтсуро вошла в подъезд и поднялась на свой этаж. Она зашла в квартиру. Дома никого не было. Девушка несколько раз прокрутилась и завалилась на кровать, прижимая перо к себе. Но совсем скоро встала, разделась, побросав одежду на пол и упав на кровать, тут же уснула. [Позже] — Не, ну ты посмотри на неё, сразу видно, что это твоя сестра, — услышала Шинори мужской голос сквозь сон. — В одном нижнем белье, а смотреть всё равно не на что. Вся в тебя. — Рот закрой, Гоман! Я не разрешала тебе появляться лишний раз рядом с моей сестрой у нас дома! — раздраженно перебил его женский голос. — Исчезни. — Пфффф, ну и пожалуйста. Всё равно ничего интересного я не увижу… — Сестрёнка? Ты вернулась? Который час? — не открывая глаз, спросила Шинори. — Поздно, одиннадцать двадцать, ты собираешься вообще вставать? — Угу, — промычала девушка и перевернулась на другой бок. — Давай вставай, а то пришла, вещи разбросала, а это что у тебя в руках? — спросила сестра и взяла из рук мечницы перо. — Перо связи? Чьё? Судя по детализации… — Нееееет! — прокричала Шинори, вскочив с кровати. — Отдай! Это не твоё! — Проснулась всё-таки, — спокойно заметила Рин. — Давай одевайся и приходи завтракать, так уж и быть, я что-нибудь приготовлю. — Спасибочки! Я быстренько в душ и приду. Рин кивнула. Освежившись и одевшись, девушка пришла к столу. — Присаживайся, завтрак остывает. — Спасибо за угощение! — Ответишь мне на вопрос, Шин? — Конечно. — Чьё это перо? Шинори покраснела. — Нуууу… это… это напоминание… вот чёрт! — мечница взглянула на часы. Без пяти двенадцать. — Сколько от нас до академии?! — Минут двадцать быстрым шагом, а что? — Неееееет! Я проспала! — Может объяснишь уже? — Я договаривалась встретиться в двенадцать в Академии кое с кем. Блин. — Что ж ты такая непутёвая? Будильник бы завела. — Да я пьяная была… — призналась девушка. — Всё как в тумане было. — То есть ты с кем-то выпивала, напилась, а после этот кто-то проводил тебя до дома и подарил перо. Ничего не забыла? — Нет. — И кто это? Уж не божественный ли защитник? — с подозрением спросила Рин. — Я могу не отвечать? — смущаясь, спросила младшая сестра. — Можешь. В конце концов, теперь мы работаем вместе, вот сама и узнаю. — Что?! Почему? — Мигити-сама приказала. Так что доедай и пойдём вместе. Я вызову служебную машину. — Спасибо, ты очень выручаешь, — с облегчением сказала Шинори. — Впрочем, как и всегда. — Я не люблю, когда за тебя говорит проклятье, — обиженно произнесла девушка. Рин промолчала. Вскоре Шинори закончила есть, и вместе они спустились вниз к машине. Через 10 минут они подъехали к Академии. — Давай быстрее, опаздываем! — сказала Шинори вбегая в здание. — Куда опаздываешь? — услышала девушка сбоку голос Синдзи. — Хикэру-сэмпай? Я опоздала. Прошу прощения, этого больше не повторится! — виновато произнесла Шинори и поклонилась. — Не зарекайся, всякое может случится. Но буду признателен, если впредь ты будешь приходить вовремя. — Хорошо! Синдзи перевёл взгляд на подошедшую Рин. Это была высокая девушка с властным, надменным, красным из-за влияния проклятия взглядом. На ней было сиреневое кимоно, фиолетовые хакама и хаори с рисунком сакуры. Темно-русые волосы средней длины с переходом в фиолетовый были убраны назад, оставляя спереди лишь несколько прядей. Через несколько мгновений из тени Рин появилось воплощение её проклятья. Это было существо под два с половиной метра. На его накаченном сером теле кое-где светились руны. На голове, отдаленно напоминавшей череп были два немного загибающихся рога. Небольшие красные, наполненные проклятой энергией, глаза выражали всю суть проклятья. Даже в первые секунды своего появления он надменно ухмылялся, показывая свои заостренные зубы. Он держал в руках нагинату и разглядывал прохожих. — Вы же Хикэру Синдзи? — без интереса спросила хранительница. — Верно, Тэтсуро-сан, чем обязан? — По приказу Мигити-сама, я перехожу под ваше командование для расследования дела Охотников за реликтами, — обреченно произнесла девушка. — Не особо вы этому рады, Тэтсуро-сан, — заметил Синдзи. — Вас что-то не устраивает? — Мне до сих не понятно, почему кто-то вроде вас не только стал божественным защитником, но ещё и должен мою командовать? — Сестрёнка, ты что такое говоришь? Хикэру-сэмпай вовсе не… — Не вмешивайся, Шин! — твёрдо отрезала Рин. — Что ж, есть ли у вас право судить меня? — спокойно спросил Синдзи. — Мы одинакового возраста, но приходилось ли вам, Тэтсуро-сан, убивать Сознание? Сражались ли вы с божественными защитниками, чтобы занять место среди них? — Естественно есть у меня право, так же, как и у всех мечников Края, ведь это род Наси… — Тэтсуро-сан, я не спрашивал есть ли у вас право судить род моей матери, — перебил её защитник. — Я спросил про себя. От Рин начала исходить проклятая энергия. В голове начала появляться навязчивая мысль о её превосходстве. — А вы вообще из себя представляете хоть что-то? Ваши заслуги не больше, чем крупица удачи. — А чем можете похвастаться вы? — без интереса спросил Синдзи. — Чем вы запомнились? Что совершили, чтобы о вас говорили? Если мои поступки только удача, то у вас и этого нет. — Да что ты можешь знать об этом! — прокричала девушка демоническим голосом. — Я в разы тебя сильнее! — Третья площадь техник. Продолжим там, — сказал Хикэру, сводя два пальца перед собой. — San-jū ichi. Под Рин появились проклятые руны, и она тоже исчезла. Площади техник являлись подпространством, созданным Изаму Игнитус для отработки опасных форм техник. Каждая из площадей, которых, к слову, было десять, представляла из себя ровную поверхность из камня Сознания, разрушить которую было возможно, но уже через час она полностью восстановилась бы. Оказавшись на месте, Рин призвала нагинату. — Сейчас я покажу тебе, что ты ничего не стоишь! Ты просто пустое место! — прокричала она измененным до неузнаваемости голосом. Синдзи положил руку на катану и чуть выдвинул её вперёд. Девушка побежала на защитника, выставив нагинату вперёд. Вскоре позади неё появился двойник, а она сама сделала рывок на Хикэру. Защитник увернулся, не обнажая катану. Прокрутив оружие по восьмёрке, Рин создала лепестки сакуры, которые направились в защитника. Синдзи совершил рывок на девушку, пролетев сквозь лепестки, защитившись от возможной негативной энергии девятой формой. Хранительница предвидела такой маневр и сделала выпад на юношу. Оказавшись близко к вражескому клинку, Синдзи извлёк катану, сбив удар. Просто находясь рядом с ним, Тэтсуро чувствовала энергию порядка, ослабляющую её, но она не собиралась уступать. — Техника увядающих воспоминаний. Одиннадцатая форма. Нарастающее оцепенение! — нагината начала излучать энергию, обездвиживающую противника, если он долго находится под её влиянием. Синдзи быстро это понял и отлетел назад. — Техника Восходящего ангела. Двенадцатая форма. Кара небес, — произнёс Синдзи, взмывая в воздух. Он сделал горизонтальный взмах, создав двенадцать энергетических снарядов, летевших прямо в девушку. Рин снова описала восьмерку и направила лепестки на снаряды. Сблизившись, лепестки взорвались, уничтожив снаряды. Синдзи приземлился. Тут же девушка совершила несколько рывков, разместив двух двойников по разные стороны от защитника. Из них навстречу друг другу полетели две энергетические волны. Хикэру сложил два пальца перед собой, создав щит, но даже так он почувствовал удар, что должен был парализовать его. Его биополе ещё не восстановилось после спасения Кэйташи и уже начинало уставать. Нужно было закончить побыстрее, но при этом не сильно травмировать хранительницу. — Техника Восходящего ангела. Одиннадцатая форма. Три поклона Богу! — Синдзи совершил три молниеносных рывка, ранив Рин и оставив рядом с ней большое количество энергии порядка. Девушка сделала круговой удар нагинатой, выпустив на Хикэру ослабляющую энергию, от которой ему пришлось уворачиваться. В это время она использовала тринадцатую форму, создав большую сакуры, с которой тут же опали все лепестки. — Техника увядающих воспоминаний. Пятнадцатая форма. Кровавая поступь, — после этих слов Рин сделала несколько взмахов нагинатой, отправив лепестки на защитника. Синдзи сложил два пальца, но лепестки даже до него не долетели, упав в паре шагов от него. Хикэру решил не искушать судьбу и атаковать сверху. Он подлетел и пикировал на Тэтсуро. Рин парировала атаку и отбросила защитника назад. Сам того не заметив, Синдзи наступил на один из лепестков. Из земли вылетело большое энергетическое копье, от которого он не успел нормально уклониться, из-за чего получил глубокую рану на спине. Слабость распространялась по всему телу. — Техника восходящего рассечения. Четырнадцатая форма. Очищение из крови! Синдзи проткнул себя катаной, залечив раны и незначительно сняв усталость с биополя. В это время Рин окружила защитника лепестками со всех сторон. — И это весь защитник? — рассмеялась Тэтсуро. — Слабовато что-то. — Техника Восходящего ангела Одиннадцатая форма. Три поклона Богу. В пять потоков. Большое количество энергии порядка от пятнадцати рывков уничтожило почти все лепестки, и изрядно лишило Рин сил. — Техника Восходящего ангела. Пятнадцатая форма. Благословенная земля, — произнеся это, Синдзи начертил на земле руку порядка, послужившей центром пятиметрового круга, который начал излучать энергию порядка в огромных количествах. Одержимая Рин не выдержала такого напора и упала без сил. Синдзи подошел и положил кончик катаны на горло девушки. — Хватит с тебя? Надеюсь, больше ты не осмелишься так себя вести, иначе в следующий раз мне придется писать отчет Мигити-сама, ведь я изобью тебя до полусмерти. Обессиленная Тэтсуро не ответила. Синдзи взял девушку на руки, положил на неё амулет, а после перенесся с ней в медпункт академии. Ожидаемо, там их встретили Кэйташи с Шинори. Акира знал на многолетнем опыте, что если Хикэру отправляется на дуэль, то медицинская помощь будет нужна обоим. — Рин? Хикэру-сэмпай? Вы в порядке?! — спросила Шинори, как только они появились. — С ней всё нормально, — ответил защитник, кладя её на кровать. — Легкие ранения и усталость от разрыва связи с проклятьем. — А с тобой то что?! — взволновано спросил Кэйташи, осматривая рану на спине. — Она серьёзно пыталась тебя убить? — У неё почти получилось, — ответил Синдзи, прислоняясь к стене. — От лица рода Тэтсуро, пожалуйста, простите её! — произнесла Шинори, низко поклонившись. — Тебе то точно не стоит извиняться, — сказал защитник, подойдя к девушке. Впервые с начала боя он расслабился. В этот же момент навалилась усталость и боль, ноги подкосились, и юноша начал падать, но Акира его поймал. [Некоторое время спустя] Синдзи очнулся от приятного чувства, знакомого ему прежде. Это была исцеляющая энергия мико. Открыв глаза, он увидел перед собой Мигити. — Очнулся наконец? — ласково спросила она. — Ми… Мигити-сама? — У тебя отлично получается привлекать мое внимание, — с осуждением произнесла кицунэ. — Завязывай с этим. — Буду работать над этим. — Что ж, хорошо, — дружелюбно сказала мико как ни в чем не бывало. — Я исцелила твоё тело, но биополе нагружено ещё больше. Если ты не прекратишь вонзать в себя меч, умрешь от разрыва биополя. — Понял вас, Мигити-сама, — ответил Синдзи и сел на кровать. Рин тоже очнулась и сейчас виновато стояла у стены. Нагината уже была с ней, но проклятья видно не было. — Теперь с тобой, — произнесла кицунэ, подойдя к старшей Тэтсуро. — Я отправляла тебя убить тридцать первого защитника или вступить к нему в группу? — Прошу прощения, Мигити-сама, такого больше не повторится. Я усвоила урок и несколько не сомневаюсь в нем более! — громко сказала девушка, низко поклонившись. — Сомневаешься? У тебя были сомнения относительно выбора, который сделал Созай-сама? — гневно спросила она. — Вовсе нет! Я согласна с каждым решением нашего великого сёгуна, — успокоившись, искренне ответила Рин. — Смотри у меня! — пригрозила Мигити. — А не то сделаю с тобой то же, что и с Гоманом. — Я вас поняла больше такого не повторится! — Вот и отлично, — улыбнулась мико. — Мне пора. Завтра начинайте работать. — Да! — хором ответили присутствующие в комнате. — Всё? Она ушла? — спросил только что появившийся Гоман. — Ага, можешь не трястись, — усмехнулась Рин. — Да иди ты, — отмахнулось проклятье. — Эта лисичка на самом деле сущий дьявол. — Чем же ты так её разгневал? — поинтересовался Кэйташи. — После надменности в этой жизни я люблю женскую фигуру, а если точнее, сиськи. Не упускаю ни одной возможности помацать их, если они зачетные. Ну а видели Мигити? Там просто моё почтение, — с интонацией ценителя произнёс Гоман. — Ну вот поэтому при нашей встрече, я прямо попросил. — А она что? — ещё с большим интересом спросил Акира. — Остоэрус… — Высшая руна порядка? — тут же понял Синдзи. — Больно, наверное, было… — Очень. Вот теперь не хочу искушать судьбу. — А может и стоило бы показаться пару раз, для профилактики… — задумчиво произнесла Шинори. — Послушай, девочка, я к тебе не лезу, ведь доски меня совершенно не интересуют, так что, будь любезна, не лезь ко мне. — А порядком в лицо? — зло и немного смущённо пригрозила девушка. — Звучит убедительно, молчу, — ехидно ответил Гоман. — Шинори-тян, не хочешь потренироваться сегодня? — спросил защитник, вставая с кровати. — Я с радостью, но разве вам не нужно отдыхать? — беспокоилась Шинори. — Мое тело в полном порядке. Главное не использовать много форм и всё будет отлично. — Отлично, тогда пойдёмте? — Иди, я догоню, — ответил Синдзи и, как только девушка вышла за дверь, подошёл к Кэйташи. — От меня что-то требуется? — спросил хранитель. — Можешь попробовать поговорить с Рин и понять, что она за человек? — спросил он так, чтобы девушка этого не услышала. Акира кивнул. — Большое спасибо, бывай. Синдзи вышел из палаты и ускорил шаг, чтобы догнать Шинори. Вскоре они поравнялись. — А вот и вы! Мы идем туда же, где были до этого? — спросила девушка, как только увидела защитника. — Нет, давай пройдем поглубже. Хочу тебя кое с кем познакомить. — С кем? — с интересом спросила Тэтсуро. — С Хикэру Кадзухиро. — С мечником первого ранга, носителем четырех техник?! — восторженно спросила девушка. — Подождите… он ведь тоже Хикэру… — Тут уж скорее я тоже Хикэру, — усмехнулся Синдзи. — Но да, ты правильно поняла. Это мой отец. — Это… Это большая честь для меня! Скоро они дошли до додзё. Кадзухиро снова вел занятия, но на этот раз обучались более взрослые мечники. Многие уже были в «Нозому». — Всех приветствую! — поздоровался защитник. — Здравствуйте, Хикэру-сэмпай! — Опять бездельничаешь? — с усмешкой спросил Кадзухиро. — Отнюдь, я по делу. Вот, познакомься, — ответил Синдзи, показав на свою ученицу. — Здравствуйте, меня зовут Тэтсуро Шинори. Я мечница «Нозому» третьего ранга. Рада знакомству! — Хикэру Кадзухиро. Наставник и мечник первого ранга. Спрошу сразу. Кем ты приходишься моему сыну? — Она моя ученица, — ответил Синдзи. — Вот оно как… И что ты хочешь? — Хочу, чтобы она сразилась с твоим самым лучшим учеником из присутствующих. — Я не против, — поддержал Кадзухиро. — Кэтсу Коичи, подойди сюда. К ним подошел парень 16 лет в темно-сером кимоно мечника «Нозому». Весь его вид и манеры подсказали Синдзи, что у него была за техника. — Мечник четвертого ранга, Кэтсу Коичи, — представился он. — Рад нашей встречи, тридцать первый божественный защитник. — Взаимно, — ответил Хикэру, взяв два бокуто. — Это моя ученица. Я хочу, чтобы вы сразились. — Конечно, — ответил Коичи, — это будет просто. Шинори это не понравилось, но она просто молча взяла меч. — Три раунда. До первого касания. На позиции, — распорядился Синдзи. — Начали! Кэтсу первым бросился на оппонентку. Он наносил быстрые, немного хаотичные удары, заставляя девушку уйти в глухую оборону. Как и предполагал защитник, Коичи сражался техникой беспощадного хаоса, первой техникой отца. У восходящего ангела было много преимуществ перед этой простой и агрессивной техникой, но проблема была в том, что Шинори даже не пыталась использовать её. Девушка сражалась базовым набором движений. Стойка и движения были хорошо отточены, но этого было недостаточно. Совсем скоро Коичи пробил её защиту и обозначил укол в шею. — Шинори-тян, почему ты не использовала технику восходящего ангела? — спросил защитник сразу после боя. — Но ведь… мы сражаемся на деревянных мечах, они не проводят энергию, — озадачено ответила девушка. — По-твоему техника — это только набор форм? — А разве нет? — Техника отражает сторону твоей души. Это не набор форм и даже не набор движений. Это продолжение твоей воли. Хватит сражаться базовым стилем, ты способна на большее. — Я постараюсь! В следующем раунде девушка держалась заметно лучше, она часто парировала сложные удары и перехватывала инициативу. Следующий удар удалось легко сбить и обозначить удар в шею. Довольная Шинори посмотрела на Хикэру. Он одобрительно кивнул. В начале третьего раунда Тэтсуро убрала бокуто на пояс и как только Коичи замахнулся быстро извлекла его из воображаемой саи, сбила удар, погасив импульс, и ткнула в живот. — Просто будет, да? — спросила довольная девушка у Кэтсу. — Черт, а ты сильна, — признал он, поднимаясь. — Молодец, Шинори-тян, — похвалил её Синдзи. — Ты не только извлекла нужный урок, но ещё и проанализировала технику врага. Ты быстро учишься. — Большое вам спасибо, Хикэру-сэмпай. — Послушай, Синдзи, — начал Кадзухиро. — А как тебе идея сразится им с тобой? — Со мной? Но ведь это не честный бой. На моей стороне огромное преимущество. — Я знаю. Поэтому и предлагаю им выступить против тебя всем вместе. — Ты просто хочешь, чтобы я всех избил? Я не буду сдерживаться при финальном рассечении, — предупредил защитник. — Я не настолько плохого мнения о своих учениках, — с гордостью ответил отец. — Но, видимо, плохого мнения обо мне… Но ладно, — согласился Синдзи, взяв деревянное дайсё. — Кто не хочет, не сражайтесь. Я предупредил. Однако все встали и взяли в руки мечи. Защитник вытянул левую руку вперёд, а правую поднял вверх. Основной проблемой для учеников Кадзухиро служило то, что их было слишком много. Все вместе они не могли атаковать противника. Синдзи этим пользовался и медленно отходил назад. Двое, стоявших наиболее близко, переглянулись и одновременно нанесли удар с разных сторон. Хикэру парировал два удара двумя мечами, после этого катаной по диагонали ударил в ногу ученику слева, а потом добил и правого ударом в живот. Воспользовавшись небольшим замешательством, Синдзи толкнул только что пораженного ученика в толпу и продолжил атаковать менее готовых к этому. Совсем скоро он остался единственным, кто мог нормально стоять на ногах. Все остальные лежали с сильными ушибами ног или рук. — Это и есть техника финального рассечения? — тревожно спросила Шинори. — Нет, — ответил защитник. — Настоящая эффективнее и кровавее. — Какой ужас. — Дааааааа… — протянул Кадзухиро. — Они тебя даже тронуть не смогли. Вот вам пример, на кого можно равняться! — гордо добавил он. — Не стоит, — тихо ответил Синдзи. — Существуют куда более благородные техники, чем моя. — Не спорю, но твоя показа себя очень эффективно. Я был уверен, что тебя хотя бы раз заденут по руке. — Их слабостью является паника. Они испугались моей жестокости и из-за этого сражались хуже, чем могли бы. — Естественно! — заступился за всех Коичи. — Кто так сражается во время тренировочного боя? — Твои бои как мечника будут отнюдь не тренировочными, Кэтсу-кун. Привыкай, иначе подставишь под удар себя и своих товарищей. — Хорошо! — Пойдем, Шинори-тян. Дальше мы продолжим сами. Они вышли под разбор Кадзухиро ошибок каждого из потерпевших поражение учеников. — Что дальше? — спросила девушка, отойди от додзё. — Отправимся на поле техник, — ответил Синдзи, сводя перед собой два пальца. — Но ведь у меня нет вашего амулета, я же не… — San-jū ichi. — …перенесусь! — закончила мечница уже в подпространстве. — Как? — Забыла, что я тебе вчера давал? Шинори достала из кимоно перо, светившееся остаточной энергией, и протянула его защитнику. — Оставь у себя, по крайней мере пока мы работаем вместе. — Х-хорошо. — Итак, сегодня поговорим о высших формах. Как у тебя вообще с ними? — Не очень хорошо, — задумчиво произнесла Тэтсуро. — С другой стороны, я в принципе редко их использую. — Что ж, все мы с чего начинали. Попробуй одиннадцатую форму. Шинори встала в стойку и положила руку на катану. — Техника Восходящего ангела. Одиннадцатая форма… — Дышать стало очень трудно. Появилось ощущение, что у неё поднялась температура. — Три… поклона… Богу… — девушка сделала два нормальных рывка, но на третьем энергия выплеснулась наружу, и Тэтсуро начала падать. — San-jū ichi, — тут же она оказалась перед Синдзи и на большой скорости влетела в него. Защитник прижал её одной рукой, а вторую положил на катану. За его спиной появились крылья, с помощью которых он нивелировал импульс и поставил её на землю. — Ты в порядке? — взволновано спросил защитник. Он был готов к такому, но состояние его ученицы его напугало. — Да… — ответила Шинори, тяжело дыша. — Всё нормально. Только отдышусь. Спасибо большое. Что я сделала не так? — Поток энергии был неравномерным. Произнося вслух название техники и формы, мы стабилизируем поток энергии. У тебя это явно не получилось. Как ты сама думаешь почему? — Не знаю. — Посмотри, как это должно выглядеть, — сказал Синдзи и отошёл назад. Он тихо произнес те же слова и исчез, а спустя пару мгновений появился неподалёку. — Вы так просто это произносите… Разве у вас не перехватывает дыхание? — удивлённо спросила Шинори. — Нет, если делать правильно, таких проблем не будет. Заметила разницу? — Кажется, крылья появились раньше. — Верно. Сначала тебе нужно призвать крылья, а уже потом применять одиннадцатую форму. — Поняла! — Тогда пробуй. Но не спеши, сначала осмысли сам процесс. Шинори положила руку на катану и стояла так несколько минут. Крылья за её спиной то становились очень яркими, то вовсе исчезали. После этого она спокойно произнесла название формы и сделала три рывка. — Поздравляю! — произнёс Синдзи, когда девушка остановилась. — Спасибо! — восторженно произнесла Шинори. — Вы прекрасный учитель, Хикэру-сэмпай. — Рано благодаришь, мы ещё не закончили. — Но разве у меня не получилось? Синдзи достал пространственный танто и из портала вытащил бокуто. — Условия были слишком благоприятные. Сильно атаковать я не буду, твоя цель уклоняться от ударов и использовать форму по моей команде. — Хорошо, — немного неуверенно согласилась Тэтсуро. — Давайте попробуем. Синдзи повернул меч и пошёл начал атаковать свою ученицу… [Несколько минут назад Медблок] Как только Синдзи ушёл с Шинори, Кэйташи подошёл к Рин, которая задумчиво глядела в окно. Заметив движение, хранительница обратила внимание на подошедшего молодого человека. Пожалуй, он больше всех выделялся из мечников, хранителей и защитников. Причиной этого был его нестандартный внешний вид. Акира был высоким человеком в тёмно-синем расстёгнутом пальто, надетым на чёрную водолазку. На поясе тёмных брюк были два пистолета, каждый в своей кобуре. Тёмные невысокие ботинки несмотря на то, что были зачарованы, как и остальная одежда, имели поношенный вид. На шее молодого человека висела серебряная цепь с двумя перьями на ней — это было одной из немногих вещей, что осталось у него от родителей. Его немного растрепанные светлые волосы были коротко подстрижены. Тёмно-синие глаза смотрели спокойно из-под элегантных очков в прямоугольной оправе. Но это был не простой аксессуар, очки являлись мощным артефактом, скрывающим биополе и позволяющим лучше управлять энергией при использовании техники. Носить на службе подобную одежду не разрешалось, но Мигити, почему-то, сделала для него исключение. — От меня что-то нужно? — наконец спросила Рин. — Я хотел бы с вами поговорить по поводу Охотников на реликты, — начал хранитель издалека. — Не встречалась с ними. Почему вы спрашиваете? Чтобы убедиться, что кого-то ещё застали врасплох какие-то слабаки без клана? — Я попал в плен не из-за собственной слабости, Тэтсуро-сан. Если бы в комнате не было посторонних я одолел бы их за считанные минуты. — Вот как… — девушка задумалась на несколько секунд. — В таком случае следует отдать вам должное, ни про одного пострадавшего даже речи не шло. — Вы хвалите меня? — удивился Кэйташи. — От кого, а от вас не ожидал. — Ничего удивительного! Между прочим, я более чем справедливая и хвалю, когда люди этого заслуживают, — с важным видом закончила Рин. — Неужели Синдзи-кун не заслужил похвалы, вернув в Край самый уникальный реликт и уничтожив в одиночку Сознание и всех проявлений при них? — Это… Это немного другой случай, — растерялась девушка. Я до сих пор считаю, что ему повезло. И тогда, и в битве со мной. — Вы же знаете, что он сильно сдерживался и был серьезно ранен. — Ранен? — Да, это его нормальное состояние после боя. Элементали редко лечат его полностью, иначе скопилось бы много остаточной энергии, а из-за неё, как известно, эффективность мечников сильно падает. — Как бы не хотелось, отрицать его силу уже просто бессмысленно. Но я всё равно его превзойду! — Только его силу? В остальных вы не верите? — спросил Кэйташи с небольшой издёвкой. — Не заслужили, — холодно и надменно ответила девушка. — Вы не правы. Вот взять, например, хотя бы меня. Не хотите признать мою силу? — Адаптивная техника уникальная, но далеко не самая сильная. Моя и то лучше будет. — Предлагаю поспорить! — решительно и внезапно заявил Акира. — На что? — недоумевающе спросила Рин. — Ясное дело, на кону наша с вами гордость. Я заставлю вас признать свою силу, пока мы работаем вместе. — На дуэли? — Нет. Вовсе нет. Я плохой дуэлянт с союзниками, убить могу за один выстрел. Мне хватит просто работать вместе. — Идёт, можете уже прощаться со своей гордостью. — Ха! — громко произнёс Кэйташи. — Это мы ещё увидим, Тэтсуро-сан, до скорой встречи. Мне пора, — попрощался хранитель и вышел. — Хороший парень, — воодушевлённо сказал Гоман, когда Акира закрыл за собой дверь. — Одно удовольствие смотреть, как вы спорите. Столько силы за такой короткий диалог. — Это просто смешно. Он не сможет ничего сделать, — пыталась убедить сама себя Рин. — Дааа, продолжай! — Хватит, Гоман! — А что это хватит? — спросило проклятье наклонившись к девушке, взяв её за подбородок и притянув немного к себе. — Напомнить тебе, почему ты такая сильная? — Потому что я постоянно тренируюсь, — ответила Рин, пытаясь вырваться, но хватка воплощения была сильнее. — А ещё почему? — Потому что заключила пакт с тобой, гордый сгусток энергии. — Верно, зазнавшаяся доска, — довольно произнёс Гоман и отпустил девушку. — Пойдем уже. Я давно не смотрел на жалких людей. [Несколько часов спустя] Синдзи пришёл в назначенное Кэйташи время в небольшой бар. Хранитель ждал его там. — О чём ты хотел поговорить? — спросил Хикэру после того, как поздоровался. — Это по поводу моей просьбы? — Не только, но начну с неё. — Я слушаю. — Сразу хорошие новости! Тэтсуро-сан признала тебя и твою силу. Больше таких случаев быть не должно. Как можно было убедиться, она слишком гордая, но делу верна. — Я тоже это заметил. Когда Мигити-сама отчитывала её, она понимала свою вину. Что ещё? — Пока что ты единственный, кого она признала. По её мнению, все ей уступают в чём-то. — Всё из-за проклятья? — Не только, как я выяснил, её дядей является никто иной, как Мабуси Тайо-сама. — Не шутишь? — Вовсе нет. Я тоже сначала удивился, но перепроверил и понял, что это так. Получается, что этот факт ещё больше заставляет её гордиться собой и своим происхождением. — Как тесен мир… — медленно произнес Синдзи и задумался. — Ты искал в архивах какую-то информацию про наших противников? — вырвал его из размышлений Кэйташи. — Да. Там почти ничего нет, но определенные мысли у меня есть. Завтра их озвучу. — А что с твоим биополем? Сражаться можешь? — Вполне. На не очень сложных противников меня точно хватит. — Не забывай, что ты не один. Мы все будем сражаться бок о бок! — заметил Акира. — Обязательно, — усмехнулся Синдзи. — Ещё один бой в одиночку я не переживу. Остаток вечера друзья провели в баре, обсуждая подвиги первой десятки божественных защитников, а после разошлись по домам. [На следующий день] Хикэру собрал всех перед входом в академию и, раздавая амулеты для телепортации, объяснил свой план. — Мы отправляемся на место, где держали Кэйташи-куна. Мне кажется, что другие охотники вернутся туда, чтобы разобрать тела, возможно, что-то поискать. Не исключаю, что там были какие-то реликты. — Тогда почему вы их не забрали? — спросила Рин. — У меня не было времени, я был серьёзно ранен, а энергия Shiriven'a теряла свой эффект. — Интересно, интересно! — произнес Гоман. — И насколько хорошо ты обращаешься с энергией смерти? — Достаточно, чтобы убивать сотни проявлений. — Что ж, посмотрим! — взволновано произнес он. — Кстати, возьмите, — проклятье протянуло каждому по амулету с проклятой руной. — Это сделает вас союзниками для техники этого прекрасного оружия. — И что в этом хорошего? — поинтересовалась Сэя, приняв амулет. — Я могу лечить вас на поле боя, — ответила хранительница. — Этого мало? — Нет, вполне хватит. — Все готовы? Помните, мы можем столкнуться с чем угодно! — предупредил Синдзи. — Готовы! — уверенно заявила Шинори. — Отлично, — защитник произнес порядковый номер, и все исчезли. Хикэру перенес группу на склон, с которого он осматривал территорию два дня назад. Поле битвы оцепили руническим барьером, чтобы не набежали хищные твари. В это время внизу виднелись силы неприятеля, среди них выделялась девушка с необычным оружием. Оно представляло из себя полуторный меч, обросший биомассой и костями. Это точно был реликт, а значит она — цель группы. — Каков план? — спросил Кэйташи, не отводя взгляд от девушки с мечом. — Ты с Тэтсуро-сан займетесь этой особой. Поймайте её. Я и Араши-кохай отвлечём их внимание. Шинори-тян, прикрывай наших хранителей, используй три поклона Богу, если вдруг цель попробует убежать, но постарайся не убивать. — Поняла! — Мы пойдем первыми, вы чуть после. Тэтсуро-сан, назначаю вас главной в группе, будет нужна помощь, зовите. Наш выход, Араши-кохай, — сказал Синдзи, призвал крылья и полетел вниз. Сэя прыгнула за ним, став бестелесной. — Я создам портал туда, как только представится подходящая возможность, — сказала Рин своей группе. — Шин, ты вообще не лезешь в бой, только мешать будешь. Акира-сан, вы… — Я буду вас защищать, если надо будет атакую её, чтобы она подставилась под ваш удар, — сразу же сказал Кэйташи. — Да! Именно это я и хотела сказать! План Синдзи удался и большинство бойцов стянулось к защитнику. Обладательница реликта тоже хотела помочь, но перед ней появились Рин и Кэйташи. — Задержись! — нагло приказала хранительница. — Поразвлекайся лучше с нами. — Да чего вы стоите? — без интереса спросила она и махнула мечом. Под ногами у хранителей появилась трава, но Кэйташи тут же выхватил пистолеты и сделал в землю несколько выстрелов, заряженных энергией хаоса. Трава пожухла. Рин, оставив двойника совершила два рывка, но не успела применить девятую форму, чтобы обездвижить цель: оппонентка воткнула свой меч в землю, образовав вокруг себя купол из плоти. — Техника увядающих воспоминаний. Одиннадцатая форма. Нарастающее оцепенение! — произнесла Рин и жестом приказала Акире избавится от укрытия. — Техника адаптивности. Стиль огня! — пять выстрелов и от купола ничего не осталось. Тэтсуро сразу же бросилась на девушку, заставив войти с ней клинч. Плоть с меча начала переходить на нагинату, а под ногами Рин начали вырастать кости, сковывающие хранительницу. Тэтсуро подала проклятую энергию на своё оружие, чтобы сжечь плоть, но не попыталась выбраться из костяных оков. Не поняв подвоха, охотница за реликтами продолжила стоять в клинче, пока Рин не оказалась полностью обездвиженной. Как только кости доросли до кистей, они сжали их с такой силой, что хранительница выронила нагинату. После этого вся структура начала двигаться, разводя ноги до уровня плеч и уводя руки назад, чтобы впоследствии оковы на руках продолжили расти и вошли в землю, лишив хранительницу малейшей возможности пошевелиться. Довольная охотница хотела подобрать нагинату, но поняла, что тоже не может пошевелиться. Вокруг было слишком много энергии от одиннадцатой формы, которая, проникнув на биополе, полностью его парализовала. — Хороший план, — похвалил Кэйташи, подходя к девушкам. — Должен признать, это весьма оригинально. Хранитель подошел к охотнице и завязал на запястье нить, запечатывающую энергию на биополе, не только лишив её возможности использовать способности, но и обездвижив девушку до тех пор, пока не снимут нить. — Эх, — начал Гоман, появившись из ниоткуда и подобрав нагинату. — А если бы эти кости ещё и обхватили грудь… ах да, там же и хватать нечего… — Потом потравишь свои оригинальные шутки, Гоман, освободи меня! — приказала Рин, поняв, что у неё нет шансов выбраться самой. — Пффффф, больно надо. Подумай лучше над своим поведением, — усмехнулся он и демонстративно отвернулся. — Знаете, Тэтсуро-сан, — обратился Кэйташи, подходя к хранительнице. — Я мог бы сейчас начать говорить о том, что не смогу прострелить эти кости, ведь вы считаете меня слабым, чем заставил бы вас признать мою силу и выиграл бы спор. Но мне не нужна нечестная победа, тем более благодаря вам мы её поймали. Так что остановимся на том, что я вас спас и будем работать дальше, — после этих слов хранитель, не целясь, перестрелил основные кости чем сделал конструкцию очень хрупкой. Как только это произошло, Рин без труда сломала оковы. — Спасибо, Акира-сан, — тихо произнесла она и осмотрелась. Всё это время Шинори не бездействовала, а сражалась с подходящими врагами. Она была несерьёзно ранена и покрыта кровью тех, кого убивала. Скоро мечница прикончила последнего и подошла к своей группе. — Хорошая работа, Тэтсуро-кохай, — похвалил её Кэйташи. — Большое спасибо! — Обязательно было подставляться, Шин? — спросила Рин, проворачивая нагинату по восьмерке, чтобы призвать лепестки сакуры и исцелить сестру. — Глаз да глаз за тобой… — Хоть бы раз похвалила, — буркнула под нос Шинори. — Будешь делать как надо — похвалю. — Как же, как же… — Вы уже всё? — раздался голос Синдзи. — Отлично! — Хикэру-сэмпай? Вы тоже быстро управились! — заметила Шинори. — Благодарю, — сказал защитник и подошел ближе к мечнице. — Ты вся в крови, позволь я это исправлю, — Хикэру взялся за катану и извлек её на несколько сантиметров из саи. Вся кровь поблизости, в том числе и та, что была на Шинори, впиталась в клинок. — Вот и всё. Так ты выглядишь гораздо лучше. Девушка смутилась. — Что ты будешь делать с этой особой? — спросил Кэйташи, указывая на охотницу. — Допрошу. Вы все можете быть свободны, — ответил Синдзи. — Нет уж, я останусь! — возразила Рин. — Я тоже, хочу услышать всё из первых уст, — объяснил Акира. — И мне интересно посмотреть! — с интересом произнесла Шинори. — Нет, тебе не интересно, — не согласилась Сэя. — Пойдем назад. — Не надо за меня решать, я сама справлюсь! — отмахнулась Тэтсуро. — Как скажешь, — осуждающе сказала Араши. — Хикэру-сан, оправите меня домой? — Конечно, — защитник свел два пальца и произнес порядковый номер. Синдзи оттащил охотницу за реликтами к одному из домов. — Спрошу только один раз, будешь сотрудничать или нет? — спокойно спросил юноша. — С чего бы мне говорить с жалкими изгоями? — гордо ответила она. — Тэтсуро-сан, выведите из неё парализующую энергию, хочу, чтобы она подергалась. Рин выполнила просьбу. Синдзи взял пленную за две руки, поднял повыше и прибил их к стене своим вакидзаси, вонзив меч в стену на длину всего клинка. Раздался пронзительный крик боли. Хикэру извлек катану и сделал несколько неглубоких надрезов на руках пленной. Его глаза почернели, зрачки стали красными, а от него самого начало веять смертью и жаждой крови. — Ничего себе! — восторженно произнес Гоман. — Сколько тут процентов? 30? — Сорок пять, — ответил юноша, обернувшись. Увидев изменения, которые произошли с Синдзи, Шинори испугалась и отошла на несколько шагов назад. Гоман же, наоборот, подошел ближе, наслаждаясь столь близкой его натуре энергией. Вытянув из охотницы немного крови первой формой, Хикэру обратился к ней, не обращая внимание на стоны и крики. — Ради чего вы собираете реликты? — Чтобы убивать ничтожеств вроде вас, — через боль ответила пленница. — Не верю, для этого не нужны реликты, — спокойно возразил Синдзи и сделал ещё несколько надрезов. — Отвечай на вопрос. — Ты конченый садист! — прокричала она. — Согласна, — тихо произнесла Рин. Юноша продолжил резать девушку. Энергия смерти все сильнее распространялась по биополю, искажая разум и доставляя удовольствие от этих действий. На двадцатом надрезе охотница не выдержала. — Хватит! — взмолилась она. — Перестань! Я отвечу! Синдзи остановился, едва коснувшись её руки лезвием. — Я слушаю. — Наша цель — провести ритуал объединения. Так как любой реликт можно описать одной руной мы используем их в руническом уравнении, чтобы создать невероятно сильный реликт. — Где находится большинство реликтов? — Я не знаю! Синдзи положил лезвие ей на щёку и начал очень медленно вести вниз, при этом вытягивая кровь. Девушка закричала от боли и молила прекратить, повторяя что она ничего не знает, но Хикэру не унимался. В какой-то момент он воткнул катану ей в живот, а после взял её за подбородок, взглянув своими черными глазами ей в душу. — Не надо мне врать, если у тебя есть реликт, значит ты знаешь, где могут быть ещё. Можешь не говорить мне, где находится самый крупный схрон, но скажи хотя бы координаты своего Сознания. Несчастная может и хотела что-то сказать, но из-за невероятной боли могла только кричать и плакать. — Я перегнул что ли? — задумчиво произнес Синдзи, отходя на несколько шагов назад. — В таком случае… — Хикэру взялся за рукоять катаны. Охотница замотала головой, умоляя её не трогать. В следующий момент юноша резко дернул её на себя меч, повернув его немного в сторону. Тем самым разрезав пол живота. Девушку вырвало кровью. Шинори, едва держащая себя в руках, после этого упала в обморок. Кэйташи её подхватил. — Техника финального рассечения. Четырнадцатая форма. Возрождение из крови, — Синдзи повторно проткнул несчастную катаной, залечив ужасную рану. — Запомнила эту боль? Охотница закивала головой. — Хватит! Умоляю, хватит! Я всё расскажу, только не режьте меня снова! — Тогда диктуй координаты Сознаний, — произнес Хикэру, положив кончик меча на живот. Скоро он получил десять различных координат. После этого Синдзи достал перо. — San-jū ichi denwa renraku rei. — Есть новости? — раздался из пера голос даи мико. — Мигити-сама, передаю вам результаты допроса одной охотницы за реликтами. — Отлично, я посмотрю, как будет время. — Жду ваших дальнейших указаний. — Они будут позже. — Понял вас. Синдзи закончил связь и опустил катану, а после одним ударом отрубил голову охотнице. Защитник вынул из стены вакидзаси и, поглотив всю кровь поблизости, убрал дайсё. Его внешний вид снова стал похож на человеческий. Он подобрал реликт, а после подошел к оставшимся. — Пойдемте отсюда. Никто ничего не ответил. Кэйташи только кивнул, а Рин взяла на руки сестру. — San-jū ichi. [Несколько часов спустя] Шинори связалась с Синдзи и попросила встретиться лично. Защитник предложил ей прийти на крышу одного небоскрёба, находящегося на окраине Индустриального района. Когда девушка поднялась на крышу, она обнаружила Хикэру, сидящего на краю здания. Юноша смотрел на цветущие сакуры в холодном свете электрических фонарей. — Правда красиво? — спросил он, когда Шинори подошла к нему. — Красиво, — повторила девушка, не отводя глаз от вида. Она находила много восхитительных пейзажей в Крае, но такое видела впервые. Наконец-то из головы исчез образ охотницы за реликтами со вспоротым животом. — О чём ты хотела поговорить? — О вас. — Обо мне? — удивился Синдзи. — Что обо мне говорить? — Как же? Сами же про всех расспрашивали, говоря, что важно знать свою команду. А сами то… молчали тогда. — Хорошо. Спрашивай. — Почему… — Шинори замолчала на несколько секунд. — Почему вы настолько жестоки? Почему выбрали такую ужасную технику? — Знал бы я ещё… — задумчиво ответил защитник. — Всё началось с того, что я узнал про отношение к роду моей матери. Потом про технику рассечения, которая была под запретом. Она была смертоносной, но очень сырой. К сожалению, Наси Юичи этого не понял. Но прочитав его дневник, я понял, что он был далеко не дурак. Его расчёты, методы проведения энергии по биополю… многое легло в основу моей техники, но и она не идеальна. Даже с двумя мечами я плохо контролирую энергию смерти, что уж говорить об одном… — Но почему бы вообще не отказаться от этого и сражаться восходящим ангелом? — Я не собираюсь так рано сдаваться. Я хочу восстановить честь рода Наси. Хочу, чтобы говорили не только об ужасном поступке Юичи, но и о божественном защитнике, очистившим честь всей семьи. Хочу, чтобы души моих предков, влившиеся в Бога Игнитус, наконец обрели покой. Вот ради чего я сражаюсь. — Но ведь это очень опасно! Что если однажды вы также сойдете с ума? — с волнением спросила Шинори. — Я никогда не возьму под командование большую группу людей. Они успеют уйти даже если такое произойдёт. — Так не пойдёт! — запротестовала Шинори. — А что ты хотела услышать? — с интересном спросил Синдзи. — Что… Что вы не умрете! — Приятно осознавать, что кто-то кроме родных людей беспокоится о тебе, — улыбнувшись, сказал защитник. — Спасибо. Девушка опустила взгляд. — Вы хороший человек, Хикэру-сэмпай. Будьте осторожны, ладно? — Постараюсь. — И ещё кое-что… — Что такое? — Когда будете допрашивать кого-то в следующий раз, пожалуйста, прогоняйте всех. Никто не захочет на такое смотреть. — Хорошо, — Синдзи задумался, а спустя несколько минут спросил. — Как ты думаешь? Наступит момент, когда я потеряю рассудок? — Хочется верить, что нет. Вы со всем справитесь! — Спасибо за поддержку. Буду считать, что ты права. Девушка села рядом и продолжила любоваться открывающимся с этого места видом. Темнело. На улице зажигались фонари, людей становилось меньше. — Шинори-тян, у меня к тебе странный вопрос. — Какой? — Не хочешь полетать? — Полетать? — удивилась мечница. — С помощью пятой формы? — Ага. — Разве это возможно? Синдзи встал и протянул девушке руку. — Более чем. Доверься мне. Шинори приняла предложение. Они шагнули вперёд, устремившись в свободное падение. Хикэру положил руку на катану и призвал крылья. Тэтсуро сделала то же самое, но вцепилась крепче в защитника. Синдзи прижал к себе девушку свободной рукой, закружился, а затем резко остановился и, расправив крылья, завис в воздухе. — Как ощущения? — спросил он у девушки. — Страшно! — ответила она, пытаясь ещё сильнее ухватиться за кимоно. — Просто доверься себе и лети. Не волнуйся, я тебя поймаю. Шинори колебалась пару секунд, а потом оттолкнулась от защитника, полетела вниз, сделала петлю и оказалась за спиной у Хикэру. — Невероятно! — восторженно прокричала Тэтсуро. Синдзи развернулся и подлетел поближе. — Видишь, всё совсем не страшно. — Ага! Давайте, сэмпай, догоняйте! — весело произнесла девушка и полетела вверх. Юноша последовал за ней, но не стремился всерьёз её поймать. Он был то слева, то справа, пытался дотянуться рукой, но в последний момент всегда замедлялся, давая Шинори возможность оторваться. Полетав ещё немного, Синдзи догнал её, сказал, что теперь она водит, а после резко отозвал крылья начал падать. Девушка устремилась за защитником, вложив много энергии в крылья, чтобы наверняка догнать его. Когда до Хикэру оставалось совсем немного, Шинори почувствовала усталость, крылья исчезли и она пролетела мимо юноши. От страха у неё перехватило дыхание, а паника заставила зажмуриться. Скоро Шинори заметила, что что-то изменилось, и нерешительно открыла глаза. Она обнаружила себя на руках у Синдзи, за спиной которого ослепительно сияли белые крылья, явно полученные от полного контроля. — Я же обещал, что поймаю, — заботливо сказал он, снижаясь. — С… спасибо, — только и смогла вымолвить Тэтсуро. Скоро пара оказалась на земле. Они приземлились возле одной из сакур, на которую ещё недавно смотрели с небоскрёба. — Как ты себя чувствуешь? — спросил Синдзи, поставив девушку на ноги. — Всё нормально, просто, наверное, устала немного. — Подожди-ка немного, — сказал защитник, отходя назад. — Техника восходящего ангела. Четырнадцатая форма. Очищение души, — Хикэру начертил катаной в воздухе руну порядка и направил её на Шинори. — Лучше? — Да! Усталость как рукой сняло! Спасибо, Хикэру-сэмпай! — воскликнула она. — Что будешь дальше делать? — спокойно спросил Синдзи. — Не знаю… планов на вечер меня не было, — Тэтсуро задумалась. — Тогда, может быть, погуляем? — Я только за! Куда пойдём? — Нам и идти никуда не нужно, не найдётся в эти дни в Крае мест красивее, чем те, где цветут сакуры. — Могу я… — запнулась Шинори, неуверенно протянув руку. — Можешь, — нежно ответил Синдзи, взял её под руку, и они пошли гулять. [На следующий день] Сэя предложила всем встретиться в укромном месте на Земле Истоков и, пока нет нового задания, поговорить и обсудить как идут дела в команде. Синдзи тоже обещал прийти, но за 15 минут до встречи сообщил, что его вызвала к себе Мигити, а поэтому он задержится. — Ну что ж, рассказывайте ваши впечатления, — начала Сэя. — Что нового вы узнали на допросе? — Откуда ты это знала? — спросил Кэйташи, вспоминая, что Араши была единственной, кто согласился уйти по предложению Синдзи. — Просто почувствовала. Тогда, в офисе, где на тебя напали, оставался один недобитый охотник. Хикэру-сан не колебался, он без раздумий добил его, пронзив сердце. В тот момент я поняла, что не захочу видеть, что командир будет делать с пленными, когда его волосы отдают красным. — В следующий раз буду к тебе прислушиваться, — решил хранитель. — Я вообще не понимаю, почему он не породил Норои’Кетсэки или Норои’Си, — сказала Рин. — Да ему нужно быть не среди защитников, а в психушке. — Ты чего?! — возмутился Гоман. — Его нужно поближе ко мне! Вместе мы точно породим проклятье в нагинате и тогда у меня наконец будет братик или сестричка! — Моего сэмпая?! К тебе?! — Шинори взялась за рукоять катаны. — Тихо-тихо-тихо, — вмешался Кэйташи. — Это он шутит. — Я не шучу, — ехидно ответил Гоман. — Он не шутит! — подтвердила мечница, выдвинув катану из саи большим пальцем. — Успокойся, Шин. Не будет он к нему приставать, — твердо заявила сестра. — Не ты мне указываешь, — гордо заявил Гоман. — Но так уж и быть, я тебя послушаюсь. — Кстати, Кэйташи-кун, раз уж у нас есть новые участники в группе, почему бы не проверить, как они стреляют? — попыталась разрядить обстановку Сэя. — Как это? — хором спросили сёстры. — Моя техника адаптивности позволяет совершить парный выстрел, используя две формы, — объяснил хранитель. — Таким образом получаются очень интересные комбинации. — Звучит интересно, — согласилась Рин. — А реликт выдержит мою силу? — Выдержит конечно, — без раздумий ответил Акира. — И как это происходит? — поинтересовалась Шинори. — После того, как я протяну вам пистолет, вы должны использовать какую-нибудь форму своей техники и сделать выстрел. Можете придумать свою форму. Это не сложно в контексте стрельбы из парных пистолетов. — Тогда мне нужно немного подумать, — решила Рин. — Хорошо, Тэтсуро-тян, ты готова? — Да, давайте попробуем, — немного неуверенно ответила девушка. — Нужно какое-то особое усиление? — Скорость, если можно. — Техника адаптивности. Парный стиль со стилем ускорения, — с этими словами Кэйташи протянул один из пистолетов мечнице. — Целься вон в то дерево. Стреляю по твоей команде. Девушка собиралась с мыслями несколько секунд, а потом сказала: «огонь!» Выстрел. Никто не видел полета пули или хотя бы следа от неё, но через пару секунд стало понятно, что цель поражена: дерево развалилось на две части. — Отличный результат, — похвалил Кэйташи. — Это была первая форма? Упорядоченное рассечение? — Ага, — довольно сказала Шинори. — Давай, сестрёнка, теперь твоя очередь. — Хорошо, я покажу на что способна! — гордо ответила она. — Какое усиление нужно вам? — Любое, можете хоть вообще не стрелять. Акира засмеялся. — Что ж, как вам будет угодно. Техника адаптивности. Парный стиль со стилем увядающих воспоминаний. Дерево левее ваше, Тэтсуро-сама. Рин постаралась проигнорировать всё, что только что услышала. Вдох. Выдох. — Техника увядающих воспоминаний. Особая форма. Буйство опавших лепестков, — произнеся это, они с Кэйташи выстрелили. Две пули закружились на пути к цели и, поразив её, разлетелись на многочисленные лепестки, которые чуть позже начали собираться к пулевому отверстию, а после разом взорвались красивой фиолетово-розовой энергией, не оставившей от дерева и намека на существование. — Убийственно красиво! — воскликнула Сэя. — Вы отлично смотрелись вместе! — Ну… да… я… знаю, да… — смущенно произнесла Рин. — Не могу не согласиться, — поддержал Кэйташи. — Этот выстрел в полной мере передал вашу грациозность и смертельную красоту. Хранительница покраснела, закрыла лицо руками и отвернулась. — Должна признать, вы тоже довольно способны. Смогли повторить мою технику, да ещё и так искусно. — Так вы меня признали?! — восторжествовал хранитель. Рин промолчала. — Теперь вы поняли, что не только вы достойны восхищения? — Д-да… Акира подошел к ней, убрал руки с лица и посмотрел прямо в глаза. — Так давайте же получать удовольствие, восхищаясь друг другом? Переполненная неизвестными ранее чувствами, Рин упала на грудь Кэйташи, не в силах вымолвить ни слова. Сэя посмотрела на них, улыбнулась, подошла к Шинори и положила ей руку на плечо. — Вот видишь, как оно… в детстве к тебе приводят последнего из известного рода мечников, а потом… глазом моргнуть не успеешь, а он уже покорил самую гордую девушку в Крае. — Даааа… — раздался голос Синдзи сзади. — Жизнь — жестокая штука. — Сэмпай? — воскликнула Шинори. — Давно вы тут? — Только пришел. И, как я вижу, многое пропустил. — Оставим их, — предложила Сэя. — Что сказала Мигити-сама? — Поручила немедленно выдвигаться на одну из точек, где находится Сознание охотников. — Ну вот, — с досадой произнесла Шинори. — А я хотела посмотреть на ваш с Акирой-саном выстрел. — Это потом, — ответил защитник и подошел к паре, для которой, казалось, не существует ничего кроме их самих. — Акира-сама, Тэтсуро-сама, приношу свои глубочайшие извинения, что вмешиваюсь в столь ответственный для вас момент, но у меня есть приказ от Мигити-сама немедленно приступать к заданию по обеспечению безопасности Края! — Произнес Синдзи с наигранной ответственностью. — Разумеется, сейчас же приступим к его исполнению — ответил хранитель в той же манере. Хикэру убедился, что все готовы, свёл перед собой два пальца и произнес свой порядковый номер. […] Группа оказалась в густом лесу, недалеко от Сознания. Сквозь деревья виднелись охраняющие территорию проявления. Они не были в боевой готовности, значит никто ещё не понял, что группа, вернувшаяся на останки убитого Сознания, была разбита. — Какой план? — спросила Шинори, разглядывая противников. — Нам нужно уничтожить Сознание и забрать все реликты. Пленных не брать, — распорядился защитник. — У меня есть идея, — сказал Кэйташи, доставая пистолеты. — Сперва избавимся от Сознания, потом добьем оставшихся. Техника Адаптивности. Парный стиль со стилем индукционного усиления, — закончил хранитель и кинул пистолет Синдзи. — Ну давай я сделаю по-твоему. — Помнишь, что мы обычно говорили? Хикэру и Акира встали спина к спине и направили пистолеты на Сознание, сложив их буквой Т. — Джекпот! — Две пули через секунду превратились в огромный луч энергии смерти, который за считанные мгновения оставил от октаэдра только верхнюю и нижнюю вершины. — Не очень хорошо звучит для прощальных слов, — рассудил Синдзи, кидая пистолет хранителю. — Теперь разделимся по парам. Кэйташи с Рин, Сэя с Шинори. — А как же вы? — обеспокоено спросила последняя. — Я могу быть с ним, — раздался голос из нагинаты. — Не интересует, — холодно отрезал Синдзи. — Выдвигаемся! И присматривайте за напарниками. — И ты будь аккуратен, — ответил Кэйташи. Хикэру ничего не ответил, призвал крылья и улетел вперёд. Из-за того, что защитник первым появился в поле зрения, значительная часть неприятеля пошла на него. В основном это были обычные бойцы, а не обладатели реликтов. Кэйташи с Рин придумали тактику «достойную их мощи». Тэтсуро создала множество двойников между деревьев с помощью пятой формы, в то время как Акира ждал её в стороне с готовым парным стилем. Сумев привлечь достаточно проявлений, Рин в пару мгновений оказалась у хранителя, после чего они совершили совместный выстрел, забрав пару десятков первоклассных бойцов. После этого их позицию обнаружили, и они вступили в открытый бой, стоя спина к спине. Сэя с Шинори отправились следом, но, приближаясь к территории, отклонились левее и начали там свой бой. Девушки были самыми слабыми из группы, и по закону подлости против них вышли опытные обладатели реликтов. Противников было всего 5, но в то время, как Тэтсуро сражалась с одним, Араши сдерживала четверых, не давая подойти им достаточно близко. Шинори надо было действовать быстро, ведь Сэя не продержится долго. Мечница отпрыгнула назад и использовала три поклона Богу, но её противник успел частично увернуться, а поэтому потерял только руку. Девушка тут же использовала нисходящее очищение, взлетев и выпустив несколько энергетических волн, наводившихся на врага. И пока он безуспешно пытался уклониться, Шинори разрубила его на две части. — Араши-сан, пустите одного ко мне! — крикнула она сразу после этого. — Бери хоть двух! — ответила девушка и пошла в атаку. Сэя призывала небольшие ураганы, не давая противникам подобраться ближе. В этот момент Тэтсуро снова использовала одиннадцатую форму и убила двух ближайших к ней проявлений, а после сразу атаковала предпоследнего. — Техника ветра. Двенадцатая форма. Ярость Шторма! — последний охотник за реликтами оказался внутри смерча и, вероятно бы, помер внутри, но девушка не стала ждать. — Техника ветра. Тринадцатая форма, — Сэя подлетела и оказалась над проявлением. — Шарекедон! — После этих слов она нанесла три удара, разрубив противника на девять частей и швырнув вниз последним ударом то, что осталось от охотника. В это время Синдзи перебил почти всех проявлений без реликтов, но заместо их пришла новая волна из более умелых бойцов. Защитник был уже сильно изранен, нужно было что-то делать. — Техника финального рассечения. Семнадцатая форма. Слияние! — после этих слов Хикэру отрубил себе левую руку по локоть, которая начала поглощать в себя вакидзаси, а после и катану. Уворачивающийся от ударов с помощью крыльев падшего с небес всё это время, Синдзи взял то, что получилось в результате слияния — Хаметсу — рукотворный реликт, представляющий из себя катану с чёрно-золотой рукоятью и цубой, а также кроваво-красным лезвием. — Техника финального рассечения. Девятнадцатая форма. Течение тысячи разрезов! — Защитник воткнул меч в землю, и на врагов полились реки крови, испачкав абсолютно каждого. После этого Синдзи вытащил Хаметсу и резко опустил её вниз. На всех местах, пораженных кровью, появились очень глубокие раны. Многие упали в кровь из-за боли и испачкались ещё сильнее. Второй взмах не пережил никто. Защитник стоял один среди кучи трупов, залитых кровью. Отрубленная рука перестала кровоточить, а крылья не исчезали, хотя Хикэру уже давно их не использовал. Хаметсу сама начала поглощать кровь. — Сэмпай! Вы в порядке?! Что произошло?! Что случилось с вашей рукой?! — не переставала осыпать его вопросами Шинори. — Маньяк, — с отвращением произнесла Рин. — Маньяк! — радостно прокричал Гоман. — Какая аура! Какая катана! Это реликт?! А процентов сколько?! Небось 50 уже! Юхухухууу! Ты проклят? Скажи, что проклят! Пожалуйста обрадуй меня! — Гоман, клянусь Созаем, ещё слово скажешь, и я за себя не ручаюсь! — раздраженно процедила сквозь зубы Шинори. Проклятье задумалось над тем, что бы такого сказать, но тут вся группа услышала очень громкое заклинание: — Гридиус, пожиратель всего бесхозного, пожиратель душ и Сознаний, поглоти оставленное, обуздай эту мощь! — после этих слов неведомая сила подняла в воздух все реликты, которыми пользовались охотники, и понесла их к тому, кто прочитал это заклинание. Это был здоровый, перекаченный мужик ростом под два метра с огромным двуручным мечом в руках, который довольно быстро поглощал реликты. Не дожидаясь окончания процесса, Кэйташи выстрелил по незнакомцу несколько десятков раз, но никакого эффекта не было. — Хикэру-сан, что нам делать? — взволновано спросила Сэя. Но у защитника не нашлось сил ответить. Он был измотан, изранен и истощен. Боль, которую юноша чувствовал едва ли на половину во время сражения, сейчас ударила в полную силу. Синдзи перестал ощущать, где он находится, кто он, ради чего живет, какая ответственность на него возложена. Всё что в настоящий момент ощущал Хикэру — ужасная боль. Защитник пришел в себя на коленях у Шинори, которая смотрела на него с необычайным беспокойством. Судя по ощущениям, мелкие ранения зажили, а биополе немного восстановилось. Синдзи чуть приподнялся, чтобы взглянуть на незнакомца: он поглощал предпоследний реликт, а его меч был настолько заряжен энергией, что это чувствовалось за десятки метров. — Все… все встаньте ближе ко мне, — с усилием выговорил юноша. — Кэйташи-кун… помоги… встать… — Что ты опять задумал? — недовольно спросил хранитель, но всё же выполнил его просьбу. — Энергия на мече пойдет на нас. Я вас защищу, а вы… вы отберите реликт. Мы не можем уйти с пустыми руками. — Сделаем в лучшем виде, Хикэру-сан, — гордо, но ответственно произнесла Рин. — Вы ещё лично нас похвалите! Синдзи кивнул. — Техника финального рассечения. Восемнадцатая форма. Я взываю к тебе, Хаметсу, дай всю свою силу, усиль мои способности десятикратно! — защитник откашлялся кровью и продолжил. — Техника финального ангела. Десятая форма… Катализатор молитвы… Полный контроль. В это время противник поглотил последний реликт и направил меч на группу. — Я ваша погибель! — по направлению оружия полетела огромная волна энергии. Защитник свёл перед собой два пальца. Образовался красный купол, который Синдзи держал всего двадцать секунд. За это время его биополе перегрузилось настолько, что лишние мгновения использования формы могли его расколоть. Хикэру упал, лишившись остатка сил, но Шинори его подхватила и снова положила на свои колени. — Дальше вы… — выдавил из себя Синдзи. — Шин, приглядывай за ним, все остальные, в атаку! — скомандовала Рин. — Вперёд! — прокричал Кэйташи. — За Край Последней Надежды! За великого Созая, не знающего поражений! — Техника ветра. Десятая форма. Тюрьма ветра. Полный контроль! — прокричала Сэя и навела катану на противника. Вокруг него появились ветряные стены, не дающие пройти сквозь них. — Техника адаптивности. Парный стиль со стилем увядающих воспоминаний, — хранитель кинул пистолет Тэтсуро. — Техника увядающих воспоминаний. Особая форма. Буйство опавших лепестков. К этому моменту противник уже, ожидаемо, пробился сквозь тюрьму ветра, поэтому выстрел пришелся точно в него. Пусть он и успел защититься от взрыва, но предвидеть атаку в спину Рин под шквальным огнем Акиры не смог. Выпустив три контрольных выстрела во врага, Кэйташи забрал реликт, и они все вернулись к Синдзи и Шинори. — Ну вот и всё, командир-сама, меч у нас! — весело заявил хранитель. — Отличная работа! Все молодцы! Теперь пора уходить. Кэйташи-кун, отнесите с Тэтсуро-сан реликт Мигити-сама и доложите обо всём. — Сделаем! После этого Рин открыла портал из проклятых рун в медблок и в хранилище реликтов. Проводив Синдзи с Шинори, остаток группы отправился на доклад. [Медблок] — Я позову кого-нибудь! — сказала девушка и убежала. В это время защитник поднес Хаметсу к левой руке и использовал обратную форму, вернув отрубленную конечность и дайсё, а после лег на кровать. Дежурный элементаль быстро сделал свою работу и ушел к другим пациентам. — Хикэру-сэмпай, можно вопрос? — твердо спросила Шинори. — Можешь обращаться просто по имени, — устало ответил Синдзи. — Правда?! — Да, чего хотела? — Синдзи, когда ты перестанешь убиваться на каждом задании и вне него? Может пора прекратить? — утвердительно спросила девушка. — Беспокоишься? — Все мы беспокоимся, просто я больше всех. — Хорошо, я буду стараться так не делать. — Я это уже слышала! Пообещай! — Не могу, это противоречило бы клятве защитника. — Просто не надо так делать, ладно? — Хорошо. — И ещё один вопрос, на который я так и не получила ответ… что произошло с рукой? — Отрубил, чтобы сделать мечом. — Чего?! Это уже слишком! — закричала Шинори. — Я пойду принесу поесть, а ты лежи и не вставай! — закончила девушка и недовольно хлопнула дверью. Синдзи улыбнулся и наконец-то позволил себе расслабиться. […] С захвата реликта Жадности прошло три месяца. За это время группа тридцать первого божественного защитника не только захватила много реликтов, но и успела прославиться. Шинори стала мечницей второго ранга, а Сэя пердпервого. Синдзи пришёл на крышу спустя несколько дней, как поправился, и встретил там свою ученицу. Никто из них не помнил, кто первый предложил полетать, но с тех пор это стало традицией, и они собирались каждую неделю на этом месте. Охотники за реликтами перешли в боевую готовность, поэтому налёты группа совершала реже. Некоторые точки поручали более опытным защитникам, чему Хикэру был несказанно рад. Впрочем, это не отменяло необходимость работать, поэтому группа регулярно совершала налёты и так же регулярно защитник посещал медблок, что сильно злило Шинори. Казалось, что всё налаживается… [Храм на горе Сиёхе; Край Последней Надежды Три месяца спустя] Созай стоял у памятного камня, на котором было высечено: «здесь покоится первая даи мико священная кицунэ Фуку Игнитус. Героиня в одиночку, защитившая весь народ Края Последней Надежды. Она жила как мико и умерла как самурай.» Мысли сёгуна путались. Больше чем за четыре тысячи лет он не смог забыть тот день. С момента отделения. Каждый день. Она всегда была рядом. Созай воспитал её как собственную дочь. Был строг с ней, но при этом безгранично любил. Фуку представляла его на всех собраниях в Высшем свете. Выступала в боях за его честь и никогда не проигрывала. Разделяла радости и поддерживала в трудные минуты. Когда пробудился Изаму, именно она заботилась о будущем кураторе академии, именно она учила его основам фехтования. А когда наступила самая тяжёлая война для правителя, они забрали её. Если бы Созай умел плакать, он рыдал бы несколько дней. От мысли о геноциде избранных кругов останавливало только одно: «Фуку это не понравилось бы.» — Созай-сама? — раздался женский голос позади него. — Не часто вы посещаете наш храм. — Добрый день, Мигити, — задумчиво поздоровался правитель. — Сегодня дождливый день. — Приветствую вас, — почтительно ответила мико и поклонилась. — Какими судьбами вы оказались в этом месте? — Мне неспокойно, — признался Созай. — Как в тот проклятый день. Мигити опешила. Из памяти Фуку она знала, что сёгун действительно предвидел начало войны. — Что я могу сделать? — Позови Тайо. Тут же рядом с ними появился молодой человек 29 лет с огненными волосами в чёрном кимоно и хакама и в белом хаори с изображенными языками пламени. — Сёгун-сама, желали видеть? — спросил защитник, опустившись на одно колено. — Тайо, у тебя есть на сегодня работа? — Конечно! — Именем бога Игнитус я освобождаю тебя от неё. У тебя есть два часа, чтобы помочь в бою первой десятке. После этого приходите сюда. Можешь идти. — Будет в точности исполнено! — твёрдо ответил защитник и исчез. — Созай-сама, что происходит? — взволновано спросила Мигити. — Не знаю, но я хочу быть к этому готов. [Несколько часов спустя] Шинори наконец поднялась на крышу. Синдзи ждал на краю здания, как и всегда. — Ты сегодня позже чем обычно, — заметил защитник. — Погода нелетная, — отшутилась девушка. — Более того, в воздухе пахнет смертью, — ответил Хикэру. — Так ты тоже это почувствовал… — Шинори села рядом и положила голову на плечо юноше. — Мне страшно. Синдзи приобнял её. — Не бойся, я рядом. Вместе мы со всем справимся. Девушка кивнула и о чем-то задумалась. Рядом с защитником она чувствовала себя спокойно. — Послушай, Шинори-тян, я должен тебе рассказать об одной важной вещи. Не уверен, что сейчас самый подходящий момент, но всё же… мне важно, чтобы ты это знала. Я безмерно счастлив находиться вместе с тобой каждое мгновение. Мне бы хотелось и дальше быть вместе с тобой. Я хочу с тобой встречаться. Тэтсуро подняла голову и посмотрела в серые глаза защитника. — Почему… почему именно сейчас? — с волнением спросила она. — Только не говори, что потом будет поздно! Не вздумай, слышишь? Я не хочу потерять парня спустя несколько часов, как мы начали встречаться! — прокричала она в отчаянии, а после прижалась к Синдзи. Хикэру не успел ничего ответить. Всё небо озарили фиолетовые вспышки. — Началось… — прошептал защитник. […] Созай взмыл в воздух и осмотрел свои владения. Один, два, три, пять, десять, двадцать…. Двадцать семь Сознаний окружили Край. Семь были непосредственно у горы Сиёхе. Эту ауру сёгун не мог забыть четыре тысячи лет. Клан Варкор. Пока было не ясно почему он заодно с Охотниками за реликтами, которые, очевидно, и организовали эту атаку, и почему никто не встречал Варкор среди охотников раньше. Важно было другое: сейчас, как и во время Великой войны, этот клан посягает на территорию сёгуната. И нет им на этот раз прощения. — Силой круга Истоков приказываю. Воплоти в моей руке меч, что разрушает всё сущее, символ могущества святых Игнитус. Приди, клинок, что породил Пустоты этого мира. Кюгеки но шисо! — в руке Созая появилась катана с абсолютно чёрным лезвием и серебряно-красной рукоятью. — Ничтожные отбросы, зовите подмогу прямо сейчас! — крикнул сёгун и расхохотался. — Семерых мне будет мало! — Он исчез и тут же появился у первого октаэдра, разрубив его одним взмахом. — И это всё? А ведь это была только первая форма… — Правитель посмотрел вниз. У нижних вершин Сознаний, как муравьи, суетились проявления, готовясь его атаковать. — Ты сильно переоцениваешь себя, Созай! — произнесло самое сильное ГВ. — Не сможешь ты тягаться с самым могущественным военным кланом на Земле Истоков. — Я не смогу? Четыре тысячи лет я оттачивал всё, что только мог, живя мыслью о том, что однажды я возьму реванш! Насколько надо быть наивным, чтобы такое утверждать? — Огонь! — все проявления разом выстрелили в гору Сиёхе. Сёгун переместился перед залпом и сделал вертикальный взмах, создав Пустоту, поглотившую всё, что выпустили с земли. — Мой ход, — произнес правитель и оказался над центром вражеского войска. — Внемли мне, Кюгеки но шисо, коснувшись земли очисти территорию от кислорода, — Созай отпустил катану. Вонзившись в землю, она раскрыла большой купол, охвативший всю армию. Через несколько секунд в живых остались только шесть главных воплощений. Сёгун спустился и призвал белую катану. — Скажи честно, Декотро’Варкор, — обратился он к ранее говорящему воплощению. — Эти люди верили, что смогут хотя бы меня поцарапать? — Они знали, что мы караем изгоев! Огонь! — все шесть Сознаний одновременно ударили мощнейшими залпами по сёгуну. Когда энергия развеялась достаточно, чтобы можно было разглядеть то, что осталось от атаки, Варкор увидели невредимого Созая с двумя сведенными пальцами перед собой, стоявшего на небольшом островке посередине большого кратера глубиной несколько метров. — Что… Что эта за техника такая?! — Техника восходящего ангела. Она вполне обычная, ей сражаются многие мои люди. Что такое? Не можете пробить десятую форму людской техники? Настолько вы слабы? Может мне стоило бы сражаться вакидзаси или даже танто… было бы честнее. — Сейчас ты пожалеешь о своих словах! — в гневе прокричало другое ГВ и схватилось за рукоять Кюгеки но шисо. Через секунду все его тело покрылось черными трещинами, и воплощение рассыпалось в пыль. — На что ты надеялся? — спросил сёгун, глядя на Сознание, кому принадлежало это ГВ. — Это оружие Бога, а не букашки. Тебе с ней не совладать. Отпускаю тебя, Кюгеки но Шису, — произнес Созай и реликт покорно исчез. — Хватит этих игр! — произнес Декотро’Варкор, и рядом с ним появилась ещё дюжина Сознаний. — Хватит так хватит, — согласился сёгун. — Значит пришла пора для последней формы, которая вас и погубит. — Что ты вообще несёшь? — Сейчас ты увидишь, что такое настоящее мастерство, — сказал Созай и призвал реликт трех рек. — Умри же от техники, погубившей Фуку! — правитель закружился в энергетическом смерче подобно первой даи мико четыре тысячи лет назад. Как и полагается, в него полетели все различные энергии, но в этот раз всё было по-другому. Реакции не было. Что бы ни попадало в смерч: тело Сознания, другая энергия, трупы — всё делало его сильнее и смертоноснее. Бог Края бушевал пятнадцать минут, оставив после себя только пепел. Сразу после этого сёгун отправился внутрь Сиёхе. Причиной этого были меры безопасности, представляющие из себя рунические уравнения, не дающие Сознаниям открывать портал в Край. Но раз такое произошло, защита не выстояла, соответственно её нужно было менять. [Десятью минутами ранее] Мабуси Тайо был на границе Промышленного района. По приказу Созая он, и ещё несколько высших защитников должны были сдерживать Сознания, атакующие эту часть Края, но всё, как всегда, пошло не по плану. Враг проник во владения сёгуната и устроил там резню. Поэтому первый защитник решил отправить остальных из своей группы на помощь в глубь Края, а сам разбирался на передовой. — Техника живого огня. Призыв ёкая: оникума, — Тайо провернул меч по восьмёрке, а после направил на Сознание. Из огня появился медведь огромных размеров, он бросился вперёд, пожирая каждого, кто попытается его атаковать. — Техника живого огня. Усиление меча: рю. Катана Мабуси загорелась ярким пламенем, а он сам побежал на врага. Впереди него летел огненный дракон, повторяющий каждый удар или выпад защитника. Сознание подготовило мощный заряд и запустило его в Тайо, но дракон поглотил его в мгновение ока и тут же запустил в ответ огненный шар. Октаэдр загорелся и истлел за считанные минуты, на второй набросился оникума и сожрал до основания. Сознания ещё не раз пробовали уничтожить защитника различными способностями вроде рунических ловушек или координированных атак большими сгустками энергии Шестого и Второго кругов, но всё было тщетно. Через пол часа все угрозы были сожжены и разрублены. [Академия мечников Десять минут после нападения] Синдзи приказали защищать внутренние помещения академии, в то время как защитники более высокого ранга будут сражаться с Сознаниями снаружи. Приказ для Шинори был более конкретным: ей поручили помогать эвакуировать молодых учеников и всех раненных в более безопасное место. Хикэру сражался бок о бок со своим отцом и ещё несколькими инструкторами и защитниками недалеко от внешнего входа в академию. Он был в центре врага, кромсая каждого, кому не повезло оказаться под его катаной. Остальные следили, чтобы никто не прорвался дальше. Синдзи активно использовал тройное разрастание и кровавый разброс, не сбавляя натиск и постоянно перемещаясь, сбивая врага с толку. Набрав достаточно крови, Хикэру поставил дзюбокко у входа, дав возможность всем передохнуть. — Все в порядке? — спросил он, подходя к остальным. — Да. Все. Кроме тебя, — заметил Кадзухиро. — Ерунда, — отмахнулся Синдзи. — Бывало и хуже. — Вовсе нет, — вмешался двадцать пятый божественный защитник и протянул юноше исцеляющий амулет. — Вы хорошо сражались, Хикэру-сан. Ваша техника была крайне эффективна. — Благодарю, — ответил он и использовал амулет. — Долго это дерево продержится? — спросил отец, рассматривая уродливый ствол. — Смотря чем атаковать. Чем больше энергии Sakuriven'a, тем это опаснее для него. Через пару минут двадцать пятый божественный защитник получил сообщение о том, что в глубине академии кто-то расхаживает с пустотным реликтом, отобранным у хранителя. Из-за этого половина группы ушла вглубь, а остальные остались у входа. Род Хикэру в том числе. — Вы это чувствуете? — спросил защитник у оставшихся инструкторов, доставая катану. — Смена техники. — Нет, — ответил Кадзухиро. — Что же ты учуял? — Дыхание смерти, — ответил защитник, подошел ближе к отцу, а затем свел пальцы в молитве. — Сын? — Все ко мне! Живо! — прокричал Синдзи, но было поздно — двери пробила огромная волна энергии, испепелившая остальных за мгновение. Щит, защищавший Хикэру потрескался, но не сломался. — Меняй технику на ангела, отец. — Смена техники, — спокойно проговорил Кадзухиро несмотря на то, что он на самом деле он был очень зол. — А я думал всех спалил… — разочаровано произнес толстый мужчина, закованный в магический латный доспех, с двуручным мечом в руках. — План? — спросил защитник. — Я его отвлеку, а ты добей, — ответил Кадзухиро и бросился в атаку. Он кружил вокруг противника, вовремя защищаясь он энергетических атак. Синдзи выжидал. — Техника восходящего ангела. Одиннадцатая форма. Три поклона Богу. В три потока, — спокойно произнес он в нужный момент, и все пятнадцать ударов пришлись в область шеи противника. Хикэру убрал катану в саю одновременно со звуком падающего здоровяка. Почти сразу же у защитника зазвенело перо. — Юный Хикэру, — раздался голос Изаму. — Мне нужна твоя помощь снаружи. Это срочно. — Понял вас, Изаму-сама, — ответил Синдзи и повернулся к Кадзухиро. — Мне пора, отец. — Удачи, я пойду помогу тем, кто в глубине. Горжусь тобой, сынок. Защитник поклонился и выбежал на улицу. Вдали дзинко сражался с пятёркой Сознаний, а перед самим Хикэру было ещё три и несколько десятков проявлений. Повсюду лежали тела мертвых защитников. — Смена техники, — произнес юноша, обнажая дайсё. Из порталов начали выходить ещё бойцы. — Техника финального рассечения. Тринадцатая форма. Крученный туннель, — сказал Синдзи и направился прямо на один из октаэдров, закрутившись параллельно земле с помощью крыльев. По нему открыли огонь, но энергия была проведена так, что, попадая в защитника, снаряд делал оборот по спирали, а после улетал в сторону. Синдзи прорубил нижнюю вершину Сознания, остановился и взлетел вверх, разрубая октаэдр вертикальным уколом. Как только защитник отлетел назад, оставленная им волна крови вытянулась в шип, добив Бога. Поняв, что их ничего не держит, силы врага направились внутрь Академии, но Хикэру тут же оказался перед ними. Синдзи создал множество кровяных волн, застывших на месте, преградив тем самым путь. После этого юноша полетел в центр войска. Перед приземлением он использовал слияние, отрубив себе руку, а после произнес: — Техника финального рассечения. Восемнадцатая форма. Я взываю к тебе, Хаметсу, дай всю свою силу, усиль мои способности десятикратно. Техника финального рассечения. Двадцатая форма. Жертва, — защитник проткнул себя катаной, а энергия смерти подняла его вверх. Хаметсу высосала из Синдзи всю кровь и превратила её в тысячи кровяных волн, используя все накопленные запасы. Летящие во все стороны волны уничтожили всех проявлений и оба Сознания, что были поблизости. Тело защитника упало, а катана снова начала поглощать всю кровь. Вобрав достаточно, она вернула жизнь Синдзи. Юноша использовал возрождение из крови и достал из себя Хаметсу. Раны затянулись. Хикэру попытался встать, но рухнул на землю задыхаясь. Через минуту он почувствовал, что может продолжать, и посмотрел в сторону Изаму. В живых осталось только одно Сознание. Помощь куратору точно не требовалось. Нужно было возвращаться в академию. По пути туда Синдзи пробовал связаться с остатками прошлой группы, но ему никто не отвечал. Наконец он услышал звон пера… Своего пера… Шинори! Юноша незамедлительно ответил. — Это Тэтсуро Шинори из второй спасательной группы. Если кто-то остался в академии, пожалуйста придите в… — связь внезапно прервалась. Синдзи побежал по коридору, всю тело ужасно болело, но это не могло его остановить. Мысли об услышанном волновали его гораздо больше. Почему Шинори ещё в академии? Почему она спрашивала остался ли кто-то? Неужели почти все погибли? Из-за кого? Из-за того, кто отобрал пространственный реликт? Но тогда отец… он… Нет! Об этом рано думать! Совсем скоро он оказался в большом зале, в котором мечница пыталась дать отпор проявлению Варкора с пространственном реликтом в руках. Это был закаленный в боях воин, который явно дрался с Шинори не в полную силу. Синдзи зарядил крылья как можно сильнее и сделал рывок за спину противника, но тот успел увернуться. — А ты ещё кто? — спросил он, отходя в сторону. — Тоже защитник что ли? И много вас ещё там? — Мне интересно это не меньше твоего, — ответил Хикэру, закрывая собой Шинори. — Что ж, сделаем тогда на одного меньше, а потом я помучаю её ещё немного, — решило проявление и сразу же совершило рывок на защитника. Синдзи блокировал удар, но удержать его одной рукой не смог, поэтому отвел в сторону. Противник начал делать серию рывков, от которой юноша едва уворачивался. Будь у него два меча, особых проблем это бы не составило, но выбора у него не было. Хикэру начал использовать отложенную кару, чтобы создать достаточно ловушек. Сработало. Отпустив все кровавые волны, он нанес три глубокие раны своему противнику, после чего тот отошел назад. Синдзи взглянул на свою ученицу. Она была изранена и побита, но всё ещё продолжала выполнять свой долг: в углу под завалами лежал мальчик лет десяти, которого мечница пыталась вытащить. Появилась новая задача — прикрывать их отход. Защитник призвал дзюбокко и перешёл в оборону. Он сбивал удары противника и старался задержать его на одном месте, чтобы дерево его схватило, но он всегда успевал уйти. — Отлично! — прокричал боец Варкора спустя пять минут. — Теперь я признаю тебя противником. Взвываю к твоей силе, реликт пространства и времени! — Противник тут же оказался позади Хикэру. Синдзи обернулся, но почувствовал сильную слабость. Вся спина была рассечена. Юноша рухнул на пол и из последних сил прошептал: — Техника финального рассечения… Возрождение из… крови… — юноша попробовал проткнуть себя катаной, но тело его не слушалось. — Что такое, самурай? — усмехаясь, спросил оппонент, подходя к защитнику. — Хочешь смыть свой позор кровью? Давай помогу! — он взял Хаметсу и воткнул её в Синдзи. Из-за того, что Хикэру неполностью произнес форму, энергия оказала слишком большое давление на и без того измотанное биополе. Восстановление происходило очень медленно, а боль только возрастала. Синдзи закрыл глаза. Он слышал крики Шинори, её мольбы о помощи, но не мог ничего сделать. Тело не слушалось, а биополе было почти сломано. Он не мог простить себя за то, что у него не хватило сил защитить свою девушку. Синдзи считал, что, если они станут встречаться, он будет больше времени проводить с ней и тогда точно не потеряет её в одной из битв… Но он не смог… Его оказалось недостаточно… Хикэру чувствовал, как начинает падать в Бездну, но вдруг он услышал чей-то искаженный голос: — А ну вставай! Синдзи приоткрыл глаза. Перед ним был размытый черный силуэт. Он протягивал защитнику руку. — Вставай! Ты ведь не отдашь её этому мерзавцу! — вновь услышал юноша. Хикэру собрал остаток сил и коснулся руки. Он почувствовал небольшой прилив сил, тело покрылось чёрной энергией, а биополе заныло ещё сильнее. Защитник вытащил из себя Хаметсу и присел. Спиной к нему стоял противник, пытавший Шинори. Рывок. Взмах. Голова проявления упала на пол. — Прости… — произнес Синдзи, подойдя к мечнице. — Мне не хватило… — раздался треск. Острая боль ударила в голову и спину. Юноша закрыл глаза и начал падать… [Место собрания душ Фирус] Синдзи оказался на плоской бесконечной поверхности. Вдали виднелась структура Фирус Игнитус. — Ну здравствуй, наш дорогой, — услышал голос он позади себя и обернулся. Перед ним стояли его родители. В свадебных белых кимоно. — Матушка? Отец? Неужели вы… — к горлу подступил ком и Синдзи замолчал. Минори кивнула. Юноша рухнул на колени. — Как… нет… не может быть… почему… — Встань, божественный защитник! — с силой в голосе, как и всегда, произнес Кадзухиро. — Ты очистил род Наси и спас тысячи жизней! Мы гордимся тобой! — Но ведь я, получается, тоже… — Нет, ты единственный из низших защитников, кто сумел выжить. Теперь ты двадцатый. — Тогда почему я здесь? — недоумевающе спросил Синдзи. На его глазах появились слёзы. — Мы пришли попрощаться с личного разрешения Фирус, — ответила Минори. Защитник обнял родителей. — Простите меня, я не смог вас уберечь… простите… — Ты ведь давал клятву, что будешь сражаться ради Края и его жителей, — утешала его Минори, поглаживая по голове. — И ты её сдержал. Всё хорошо, правда. — Для меня было честью сражаться вместе с тобой, — поддержал отец. — Не вини себя в произошедшем, поступи ты иначе, всё было бы сильно хуже. Теперь иди, а мы будем приглядывать за тобой отсюда. Ведь с этого момента на твоем небе зажглась новая, ослепительно-белая звезда. Я рад, что был свидетелем этого, — Кадзухиро с Минори отошли чуть назад. — Прощай, Синдзи. Надеюсь, что увидимся мы ещё очень нескоро. Юноша зажмурил глаза. Он почувствовал слабость и тепло, уже знакомое ему ранее. Хикэру открыл глаза и увидел перед собой заплаканное, но улыбающееся лицо Шинори. — Синдзи, хвала Созаю, ты очнулся! Я думала, что ты никогда не проснёшься! — Я никогда тебя не покину, — прошептал он и взял девушку за руку. Продолжение следует…